Хмурое небо

– И вошёл Иисус в храм Божий и выгнал всех продающих и покупающих в храме, и опрокинул столы меновщиков и скамьи продающих голубей, и говорил им: написано, – дом Мой домом молитвы наречётся; а вы сделали его вертепом разбойников.

– Ворон, ты не перестаешь меня удивлять!

– Полно Вам, я заполнил пару строк, показавшимися мне особо интересными. Лучше скажите, как так получилось, что Вы знали о грядущей буре, а Силы безопасности нет? Я уверен, в этом нет случайности, Вы определенно рассчитывали на нее.

– Ты абсолютно прав и даже не представляешь, насколько. Лидеры Новасити безрассудно самоуверенны, и здесь кроется главная причина их неудач. Хотя у Кейнтрица отсутствовала столь глупая черта, она была присуща многим его подчиненным. Первое, что они не удосужились сделать, это наладить нормальную разведку, чего только стоит название группировок Вельда – банды. В наименовании есть доля истины, но вместе с ней громада лжи и попустительства. В частности, Корпус Смерти до последнего времени никто не воспринимал всерьез. Поэтому разведка ограничивалась полетами дронов, да сомнительными связями в Вулмарте. Ты, к примеру, знаешь, что торговец Николай вел двойную игру? Он точно также докладывал нам о твоих визитах, интересах Трибунала, и периодически сливал по нашей команде дезинформацию. Никто даже не пытался взять кого-то в плен, всех выживших расстреливали на месте. Когда же я служил в Силах безопасности у меня, как и любого нормального человека были друзья, и один из них достиг немалых высот в военной иерархии, и мне удалось с ним связаться. Ты не представляешь какого было его удивление, когда он увидел меня живым, и его замешательство, узнав при каких обстоятельствах я ушел в Корпус. В его голове стали расстроенной скрипкой зазвучали сомнения, медленно и верно обрушающие фундамент привычных взглядов, далее последовали неудобные вопросы. Где справедливость и какова вероятность повторить судьбу товарища? Прошел не один месяц, прежде чем он вышел на меня, и у нас появился план. Благодаря этому человеку в Корпусе узнали о дате начала операции, и именно ему мы обязаны в подтасовке метеопрогноза.

– Должно быть у Вас действительно хороший друг, далеко не каждый пошел бы на такое. В очередной раз спасибо за откровенность товарищ генерал.

– Не стоит благодарить, теперь ты на деле доказал свою преданность нашему общему делу, как я и ожидал, полностью оправдав мое доверие и развеяв сомнения многих. Ты получил серьезные ранения, знаю и вижу сейчас воочию, и все же я вынужден вновь тебя просить, не приказать, а именно попросить поучаствовать в одном крайне важном деле.

– «Долг превыше смерти», не так ли?

– Аминь. Сейчас инициатива впервые в наших руках, новость о поражении Сил безопасности, не смотря на информационную блокаду, расползается по городу, началась мобилизация. Люди боятся, пошли разные разговоры, мы, в свою очередь, должны подстегнуть дестабилизацию общества, и главное подсказать, что враг находится не во вне, а внутри стен. Ты знаешь подземные ходы Новасити гораздо лучше нас, поэтому прошу тебя стать проводником для группы диверсантов.

***

Передо мной по струнке стояло отделение «Жнецов», среди них я заметил одного из моей бывшей роты бронебойщиков. Докладывал, к своему неудовольствию, командир роты – лейтенант Рик.

– Товарищ майор, отделение по Вашему приказу построено!

– Жнецы! Прежде всего я хочу поблагодарить всех Вас и в особенности Вашего командира за спасение моей жизни и жизней моих бойцов. Мы победили в важной, но не последней битве, уже завтра нам необходимо пробраться в логово врага, в сам Новасити!

Среди бойцов прошло неподдельное удивление.

– Перед нами стоит сложная, и тем не менее выполнимая задача, я уверен Корпусу она по плечу, и мне не даст соврать весь Вулмарт! Не будем тратить время на болтовню, прошу проследовать в штаб, после брифинга два часа на подготовку, затем хорошо отдохните, выдвигаемся ночью и завтра мы покажем всему Вельду на что способны Жнецы!

Если при первой встрече большинство из них мне, мягко говоря, не доверяло, то теперь я читал в обращенных ко мне взглядах уважение, даже Рик и тот стал более терпим ко мне, хотя докладывал он явно через силу. Мне же перед выездом предстояла еще одна операция, монтаж ЛУ в мою биомеханическую руку.

***

В полночь две машины с выключенными фарами, выехали из главной базы в сторону Новасити. Я как доверенный советник генерала, возглавил диверсионную группу, в которую вошли помимо отделения Жнецов во главе с Риком, два разведчика и два техника, итого вместе со мной 18 отчаянных парней.

Нам влагалась действительно сложная и трижды рискованная задача. Под покровом ночи незаметно пробраться в канализационные ходы под городом, а следом, не допуская своего обнаружения, достичь трех целей:

Первая. Подключить в один из основных кабелей связи мое ЛУ и загрузить в систему города компьютерный вирус, который уничтожит защиту внутренней сети.

Вторая. Заложить под зданием Магистрата Просвещения, где находится «Отдел блюстителей истин», отвечающий за поиск и удаление «вредной» информации и ее источников, мощный заряд октогена. Мысль взорвать таким же образом Трибунал была отвергнута ввиду вероятного наличия защиты и абсолютной неизвестности путей подхода.

Третье. Пользуясь сумятицей, вызванной взрывом, атаковать Пищевой комплекс № 11, по информации источника, там находится нечто, что дискредитирует все правительство Новасити. К сожалению, информатора раскрыли, прежде чем он успел объяснить в чем же там конкретно дело. Шпион выбросился из окна, предпочтя быструю смерть мучительным пыткам.

Ожидаемый итог миссии – сеть города наводнит недоступная ранее информация – контрпропаганда, книги, отчеты о последних событиях, все, что может зажечь огонь протеста в окаменевших сердцах жителей.

Помимо оружия, большого количества взрывчатки, нам была выдана гражданская одежда на случай необходимости выхода на поверхность города. Надеюсь, нам она не пригодится.

Продвигался «Безумный отряд», как нас быстро окрестили в Корпусе, медленно, вновь избегая дорог, ориентируясь по компасу и приборам ночного видения, поэтому к рассвету мы преодолели только половину пути и заночевали в кирпичном фермерском доме, чьи лучшие годы остались далеко в прошлом.

Сон не шел, несмотря на усталость. Я возвращаюсь в Новасити, в том числе, чтобы посеять смерть, наполнить улицы города липким страхом. Если все получится, взрыв унесет жизни не одной тысяче людей, стоит ли оно того? И в то же время – каких людей. Рупор деградации, упадничества и низменной, развращающей пропаганды. Заслуживают ли они смерти? Я не могу как Сулла дать категорический ответ, знаю лишь, что без жертв не свершаются великие дела, таков закон истории. Возможно будущие поколения нас осудят, но магистрат Лжепросвящения должен пасть, только так мы раскроем людям глаза, заставим их задуматься, дадим первые тяжелые уроки критической мысли.

Бродя по дому, рассматривая пожелтевшие фотографии в намертво прибитых к стене деревянных рамках, я смирился с мыслью о неизбежности людских потерь во имя великой цели, которая даст столько благ, что с лихвой покроет нынешние утраты. К нашей удаче, по какой-то нелепой случайности, дом почти не тронули мусорщики, мебель еще стоит на месте, хотя ее содержимое уже давно растащили по окрестным барахолкам и в Вулмарт, на распашку на боку лежит открытый проржавевший сейф, рядом стойко держится шкаф с разбитым сервизом внутри. Проходя мимо, я опытным глазом подметил, он не прикручен к стене. Странно. С усилием отодвинул край, мои догадки подтвердились – за ним скрылся еще один сейф. По его внешнему виду легко можно догадаться, что его содержимое до сих пор там. Замок открывался с помощью ключа, я по новой осмотрел комнату, тщетно. Пройдя в следующую комнату, которая оказалась умывальней, передо мной предстала крайне печальная картина. В ванной сцепив руки в последней ласке лежат два мумифицированных тела, мужчина и женщина, а на дне в лохмотьях пыли валяются причины смерти – пустые ампулы из-под лекарств. Они предпочли борьбе – тихий уход, выбор многих в те страшные лета. На шее мужчины на истлевшей веревке висел ключ, аккуратно сняв его, стараясь не разомкнуть посмертные объятья, с тяжестью на сердце я ушел прочь.

В сейфе оказалась бутылка вина, две пачки старых денег и пистолет с коробкой патронов. Спустившись вниз, моя находка обрадовала присутствующих, давно, а может и никогда не почивающих столь изысканным напитком.

– Предлагаю тост за погибших хозяев этого дома, которые и после смерти принесли в мир минутку теплоты и добра.

Тост многим показался странным, и все равно каждый осушил свою походную кружку. Всем досталось буквально по глотку, но ни я, ни другие не пробовали в жизни ничего вкуснее.

Перед самым выходом, когда уже смеркалось, я обнаружил у дома два необтесанных валуна с нацарапанных на ними именами. «Эмилия Грин 2048 –2059», «Джозеф Грин 2056 – 2059». Мы не должны допустить подобного.

***

Тайный вход в подземную сеть Новасити обнаружили много лет тому назад дельцы из черного рынка. Человек, рассказавший Корпусу о нем, поднял солидный куш. Учитывая, что тоннель находится в 10 километрах от города, последние 5 километров придется пройти пешком малыми группами, слишком велик риск обнаружения машин. У каждого из нас в рюкзаке лежит 30 килограммов взрывчатки, гражданская одежда, оружие и боеприпасы, а у техников еще и инструмент, так что путь дастся нам отнюдь нелегко.

Исходя из особенности миссии мы оставили в машинах бронежилеты и каски, лишь защитные очки, да респираторы, что хоть как-то облегчало ношу. Правда без привычной брони мне как-то не по себе, чувствую себя особенно уязвимым. Вся ставка на скрытность.

Пеший отрезок пути мы преодолеваем, обмазавшись специальным жутко дефицитным и воняющим мазутом густым раствором, на время делающим нас невидимыми для тепловизоров. Липкий на ощупь, не слишком приятный на вид, он приятно холодит тело, не давая потеть. Серьезным риском является возможность засады, однако я сомневаюсь, что рассказавший о входе слил нас Трибуналу, он тогда сам нежилец, и все же нет пределов вселенной, да человеческой глупости.

На порядок запыхавшиеся, мы наконец дошли до обозначенных руин. Теперь предстоит найти сам вход, каждая потраченная в пустую минута работает против нас. Разделившись по два человека, «безумцы» принялись досконально изучать строение, пока один из разведчиков приметил полузаваленный подвал, оказавшийся заветным входом. Пройдя сквозь пролом в стене, мы проникли в, судя по всему, в недостроенной тоннель метро, о чем говорят рельсы и огромный монстр в лице огромной буровой машины, чьи внутренности уже давно распроданы в Новасити. Интересно с чем он должен был соединить город? Думаю, с чем-то крайне значимым раз сюда вложили столько средств.

Разменяв тысячу шагов широкого тоннеля с минимумом мелких ответвлений к технологическим пристройкам, я задумался о Шульце. Смог ли он пережить Вулмарт, надеюсь, все же он служил не на передовой, как ни крути больше шансов. Интересно, почему он не сбежал, ведь он довольно холодно относился к торговому городку и Корпусу.

Впереди идут разведчики, следом я, с безмолвным кибернетическим проводником в руке, перед выходом в него закачали примерную, далеко неполную карту тоннелей под городом, разобраться в ней у группы без моего участия вряд ли получится, так что от моей жизни зависит успех всей миссии, хоть этот факт меня никак не прельщает, а даже обратное. Тем не менее разведчики в случае чего должны принять удар первыми, и на противном я, откровенно говоря, не настаиваю, здесь нет смысла геройствовать. За мной двигаются остальные, держа инженеров в центре, Рик замыкает цепь. Миновав не один километр, боец впереди резко вскинул руку вверх, заставив всех остановиться и затаить дыхание, впереди пока едва уловимо послышались голоса. Резко уйдя в одно из ответвлений, выключив фонари, отряд приготовился к наихудшему развитию событий.

Мы буквально слились с мраком и замерли в мучительном ожидании. Судя по тому, как незнакомцы непринужденно продолжали разговор, присутствие посторонних оставалось незамеченным. Направив вперед пистолет с глушителем, я дал сигнал приготовиться к бою. Узкий проход не дает возможности выставить более пяти стволов, остается эффект внезапности. Неизвестные, тем временем, приближались, уже можно расслышать суть их разговора.

– А я все-таки считаю наш выход ошибкой. В такое смутное время лучше отсидеться.

– Спокойно Карл, все пройдет гладко. Ты только представь, какую прибыль мы получим на фоне дефицита и роста цен. Война войной, а потребность наших клиентов в редком товаре только возрастает. Сейчас заработаем бонов, купишь очередную безделушку для своей Люсии.

– А вдруг нас увидят бандиты Корпуса?

– И что? Нас весь Вулмарт знает, мы приносим и им пользу, заплатим «пошлину» и поедем дальше.

– А если машин не будет?

– Да куда они денутся?! Ты достал уже, че ты вообще со мной поперся!? Ты еще скажи, что здесь в тоннеле нас поджидает свора бандитов, тоже мне, паникер хренов.

Два торговца в сопровождении пяти наемников, просвечивающих округу с помощью налобных фонарей, поравнялись с нашим убежищем. Один из лучей скользнул по проходу, но внимание солдата удачи, усыпило ложное чувство безопасности. Если он направил фонарь ниже, он увидел бы множество следов на пыльном полу и головорезов, готовых в любой момент открыть огонь. Может стоит сложить незадачливых торгашей, только вряд ли получится убрать их тихо, завяжется бой, а это слишком много шума, да и к чему лишние смерти, пусть идут по своим делам.

Дождавшись, пока голоса стихли, мы пошли дальше, абсолютное безмолвие, ни шорохов крыс, ни дуновения ветра, только глухой стук тяжелых сапог. Выйдя из очередного изгиба тоннеля, впереди забрезжил свет. Вокруг слегка приоткрытой внушительной гермодвери, был выстроен укрепленный пост, прожектор просвечивал подход в радиусе нескольких десятков метров, само же КПП освещалось двумя тусклыми лампами, мой бионический глаз без труда разглядел дежуривших у бойниц двух охранников. Они определенно заметили лучи наших фонарей, значит придется импровизировать. Резко приказав половине отряда залечь, я во главе с 6-ю бойцами, в сумме столько же, сколько было в группе торговца, как можно более непринужденно пошел дальше. Охрана, заметив наше замешательство в начале, несколько напряглась, но вероятно отсутствие прецедентов проникновения чужаков чересчур ослабило их бдительность. Как и рассчитывал, они приняли нас за тех разгильдяев, до тех пор, пока тьма скрывает наше истинное лицо.

– Почему возвращаетесь?! – крикнул часовой, остается 50 метров.

– В тоннеле обвал, не пройти! – парадируя голос одного из дельцов ответил я, 45 метров.

– Дело дрянь, верни тогда мои боны! – 40 метров.

– Не вопрос, напомни сколько тебе должен?! – сымпровизировал я, 35 метров.

– Ты че, обмануть вздумал!? Я тебе пол часа сотню на сигареты перевел, а ты уже типа забыл!?

У смазанной грани света, мой отряд разом вскинул стволы винтовок, зазвучали приглушенные глушителями выстрелы, за секунды оборвав жизни караула. Кто бы что не говорил, выстрел из глушителя не делает его совсем беззвучным, в тоннеле хлопки прозвучали достаточно громко, чтобы вскрыть присутствие чужаков. Рассредоточившись, мы подождали возможное подкрепление врагу, однако тишина вновь царствовала в туннелях, нарушаемая лишь электрическим звуком лампы в прожекторе. Быстро спрятав трупы, оставив гермодверь позади, впервые в истории солдаты Корпуса Смерти вступили на территорию Новасити, а более точно – на одну из заброшенных станций подземки.

***

Проблуждав около часа, заметно понервничав, я наконец-таки увидел знакомые места, и группа теперь пошла в верном направлении. Часы в ЛУ показывают, что на улице стоит поздняя ночь, хорошо, количество патрулей сведено к минимуму.

Путь шел наверх и вскоре мы очутились возле лестницы на поверхность. Я проверил ЛУ, сигнал наконец-таки пробился к спутнику, по геолокации отряд находится на окраине рабочего квартала на севере города. Нужно поспешить, если мы хотим выбраться из Новасити до рассвета, а путь до правительственного района совсем не близкий.

– Необходимо ускориться.

Соратники молча кивнули.

Если в недостроенном тоннеле живность отсутствовала, то здесь на всем пути нас сопровождают полчища крыс и тараканов, обнаглевших настолько, что иногда приходится хорошим пинком отбрасывать особо храбрую особь. Одна из крыс случайно свалилась прямо в капюшон инженера, неизвестно кто из них испугался больше, но технарь так заорал, чудом нас никто не услышал, а животное, как назло, не могло выпрыгнуть, запутавшись в ткани, пока его напарник рукой не достал грызуна, в панике вцепившегося зубами в кожаную перчатку спасителя.

Рик с выражением грознее тучи, уничтожительно посмотрел на провинившегося. Тот, осознав, какую глупость совершил, промямлил:

– Простите.

– Еще одна слабость, и я лично перережу тебе глотку, ты ставишь под угрозу всю операцию.

– Виноват, товарищ командир, – инженер взял себя в руки. – Исправлюсь.

– Пошли, шансов у тебя будет сегодня предостаточно.

***

Наткнувшись на один из патрулей, нам пришлось сойти с знакомого мне маршрута. Прошло два часа, прежде чем стало понятно – мы заблудились. До проклятого района Служителей народа оставалось всего километр – полтора, но отряд уже как час ходит кругам, такое ощущение, что составленная карта устарела еще до Великой войны. В настоящий момент, судя по показаниям ЛУ, над нами район торговцев, плохо, нет просто ужасно, – я знаю, что в окрестностях табачной лавки Жозефа, но никак не могу найти нужный тоннель, может его замуровали? Следующий вопрос, – что делать? Блудить дальше, тратя драгоценное время или подняться наверх и постараться, не привлекая внимания спустится в знакомый подземный коммуникационный узел? Только вот проблема, – как можно не привлечь внимание группе людей грозного вида с оружием наперевес и тридцатикилограммовыми рюкзаками, набитыми взрывчаткой? Нет, невозможно.

В состоянии близком к безысходности мы принялись исследовать боковые ответвления пытаясь найти лазейку, способную провести нас дальше к цели. Она предстала перед нами в необычном виде – грубо сваренная небольшая дверца. По логике вещей проход должен вести в один из торговых домов наверху, то, что выше нас стоит здание, подтверждается отсутствием сигнала геолокации. Видимо, некий торговец не брезгует темными делишками, раз ему потребовался потайной ход. Теперь необходимо не наделав шума проникнуть внутрь, занятие не менее затруднительное, чем пройтись всем составом по улице. Неожиданно на помощь пришел один из инженеров. Когда-то давно будучи мусорщиком, он осел в Корпусе ища более спокойной жизни, тем не менее, по его уверениям многие навыки до сих пор остались в памяти старого собирателя. Взяв в руки отвертку, он в несколько ловких манипуляций вскрыл замок к всеобщему одобрению присутствующих, если выживем, обязательно представлю умельца к награде.

Как и предполагалось, за дверью расположился подвал торгового дома, только за место ящиков с товарами мы обнаружили целую лабораторию по производству блиссина88 и СМА-389, на что указывает всплывающее под светом фонарей разнообразное оборудование, большое количество стеклянных колб, синие бочки с растворами и аккуратно сложенные полиэтиленовые свертки с порошком и таблетками. Ясно зачем построен лаз, отсюда потоком идут наркотики в Правительственный район, где товар расходится по дилерам, и я не поверю, что об этом никто не знает, у каждого крупного бизнеса есть свои покровители, а боны здесь крутятся немалые. Проникновение 18 человек в ограниченное пространство темного подвала не осталось и не могло остаться незамеченным, кто-то слишком громко топнул, кто-то задел бочку, в довершение разбив одну из склянок. Сверху послышался топот шагов, дверь, ведущая наверх раскрылась, в проеме нарисовался силуэт человека с ружьем, звуки глушителей, незнакомец, покачнувшись падает лицом вниз и катится по ступеням, далее ни звука.

***

Торговец был дома один, на двери висела табличка закрыто. Прикрытием магазина и его второстепенной деятельностью являлась продажа спиртного, которым богато заставлены продуктовые полки. Впервые за много часов я выглянул на ночную улицу, в коммерческом районе в отличие от рабочих кварталов, еще бурлила жизнь, небольшие группы людей явно навеселе расходились по домам, из расположенного неподалеку ночного клуба едва слышно доносилась примитивная музыка. Сейчас там балуясь алкоголем и наркотиками полегче и подешевле, отдыхали необремененные заботой выживания дети местных предпринимателей. Я некогда патрулировал эти улицы, нужный люк находился всего то в пол квартала отсюда. Видимо настало время перевоплощения.

Все длиннее пистолета пришлось оставить в магазине, форму спрятали там же, рюкзаки и инструмент сложили в тележку, удобно обнаруженную в лавке. Вшестером мы вышли на полупустую улицу изображая торговца и грузчиков, остальные, изображая поздних гуляк, держа в руке по бутылке, пошли на расстоянии от нас. Чертов маскарад, прикрытие мягко сказать паршивое, однако молодежь лишь украдкой бросала на нас взгляд, не проявляя к странным гостям интереса. Так продлилось до тех пор, пока особо выпившая компания из 10 человек, вернее 7 парней из нее, не решили покрасоваться перед своими подругами. Старший и самый крутой из них, по крайней мере как он думал, преградил нам путь, краем глаза я заметил, как мои люди приготовились успокоить хорошей трепкой зарвавшегося глупца, жестом я остановил столь опрометчивый шаг, не нужно столько шума.

– Эй! Куда это вы идете в столь поздний час, такому быдлу не место на улице ночью! А ты кто-такой, я твоей рожи не знаю, откуда взялся!? – парень лет 20-ти покачиваясь, процедил слова противным пьяным голосом.

Нелегкая задача будет от них отделаться.

– Я новый партнер Альберта, – уважаемый торговец с уникальным для района именем. – И как вы наверняка понимаете, его дела вас не касаются.

Мои слова несколько умерили пыл недоноска, но смех товарищей, принятый им на свой счет, подстегнул его глупую гордость.

– Да? Что-то я не слышал ни о каких новых партнерах, и чем торговать будешь?

– Алкоголем.

– Мой отец не обрадуется этой новости… – озвучил он свои мысли, которые не собирался говорить. – Значит конкурент. Ты, получается, против моего отца!?

Позади собрались остальные члены нашей группы, а впереди показались полицейские, дело принимало совсем скверный оборот.

– Какой же ты идиот, – произнес я в сердцах.

– Что!? Да я щас тебя! – словно по команде его приятели приняли как им казалось угрожающий вид.

– Да ничего ты не сделаешь и не сделал бы. Обернись придурок.

Машинально избалованный сыночек оглянулся. Двое полицейских, один из которых вертел в руках резиновую дубинку, неспешно подошли к нам.

– Что это у нас тут? Пьяную драку затеяли?

Не успел я ничего произнести, как мой «крутой» оппонент выстрочил:

– Господин полицейский, мы с друзьями сделали замечание этому… торговцу о… ну в общем, нельзя рабочим работать в запретные часы. А он не согласен, да еще и обзывается!

– И правда, почему вы нарушаете комендантский час, покажите содержимое сумок в телеге.

Осталось последняя попытка разрешить ситуацию мирно.

– Офицер, можно вас на пару слов.

– Говорите при всех.

– Боюсь не могу, иначе это выйдет боком прежде всего вам.

Уверенность в моем голосе, и фраза похожая на угрозу сбила его с толку, немного поразмыслив, он согласился, и мы отошли в сторону.

– Комиссар 3 ранга Ворон, – из моего ЛУ высветилось удостоверение. – Здесь и сейчас проводится крайне важная операция, безусловно секретная, а данные бараны нам мешают, вы окажите Трибуналу услугу, если разгоните их.

– Ворон? Я слышал, что вы погибли.

– Больше верьте слухам, как видите я перед вами.

– Да…

– И наш разговор должен остаться тайной, думаю вы понимаете всю важность ситуации?

– Да, да, конечно, никому не слова, господин комиссар.

– Тише, пора бы нам с вами вернуться, мы и так уже вызвали слишком много подозрений.

О как же приятно было видеть гримасу зазнавшегося сынка, он как будто камень проглотил. Парень хотел спьяну что-то возразить, но шиканье более трезвых сородичей охладило его пыл. Едва заметно кивнув полицейскому, мы пошли дальше.

Только мы спустились вниз через люк в глухом тупике, как Рик сразу же задал мне вопрос.

– Как тебе удалось обмануть полицейского?

– Наверное, ты заметил, мне в руку по новой вживили личное устройство, соответственно там осталось мое удостоверение. Так что было не слишком сложно врать.

– Как думаешь, когда они заметят подлог и можно ли тебя отследить по нему?

– Думаю не скоро и нет, это ЛУ уже дважды прошивали, вероятность обнаружения по данному устройству близка к нулю. Не переживай, мы уже почти у цели.