- -
- 100%
- +
Визуализация: алхимия
Глава 7.
Это занятие стало для меня последней каплей. Рано или поздно какой-нибудь преподаватель по прикладным дисциплинам пожалуется ректору на мои неудачи с магией, и меня вызовут на ковер. Странно, кстати, что до сих пор этого не произошло. Неужели у них не проводятся педагогические советы, на которых обсуждают отстающих студентов?
Обдумав сложившуюся ситуацию, я приняла решение: нужно просить о переводе на индивидуальный график. Формально такие вопросы должны были решаться через деканат. Но я понимала: мой случай выходил за рамки обычных академических трудностей. Любой декан, следуя бюрократической логике, скорее всего, предложил бы мне взять академический отпуск по состоянию здоровья. А следовательно меня ждало возвращение в семью, к родителям Кассандры, и надолго. А я не настолько искусная актриса, так что...
Только ректор мог дать мне эту отсрочку. Это был рискованный шаг, прямое нарушение субординации, но я рассчитывала на то, что формальные нарушения в процедуре безопасности на практических занятиях, которые я собиралась предъявить, и угроза потенциального скандала заставят его пойти на уступки.
Не полагаясь на волю случая, я решила действовать на опережение, и в тот же день оставила прошение на имя ректора в специальном магическом ящике для обращений студентов – небольшом бронзовом драконе, который проглатывал свитки и, по слухам, переносил их прямо в приемную. К этой встрече я начала готовиться тем же вечером, отправившись в библиотеку, после – практически не спав всю ночь. Я изучила устав академии, проштудировала методические рекомендации, даже посоветовалась с библиотекарем о правах студентов – каждая деталь могла сыграть решающую роль.
И вот спустя всего один день мне в общежитие прилетела магическая записка с вызовом к ректору. Видимо, мое прошение все-таки дошло.
В назначенный час я стояла перед тяжелой дверью из темного, отполированного до зеркального блеска дерева. Я уже собралась взяться за массивную бронзовую ручку, как дверь распахнулась сама, и я оказалась нос к носу с женщиной, от чьего взгляда у меня, казалось, кровь стыла в жилах даже в жаркий день.
Это была миссис Громвель, секретарша ректора. Ходили слухи, что она работает здесь со времен основания Академии и что именно она на самом деле писала Устав, используя для этого кровь нерадивых студентов. Она была дамой внушительных размеров, и ее острый взгляд за очками в стальной оправе моментально оценил меня, выискивая малейшее нарушение дресс-кода, невыученный билет или дурные мысли.
«Ого!– пронеслось у меня в голове, – Да это же клон нашей школьной вахтерши, скрещенный с бабкой у подъезда, которая знает все обо всех и раздает советы вместе с цитатами из «Молодой гвардии»! Только вот у этой явно диплом по инквизиции с отличием...»
– Мисс Тоун, – она просверлила меня ледяным взглядом, – Вы опоздали на целых две минуты. Убирайтесь немедленно!
– Но у меня назначена встреча! – нахмурилась я, – У меня официальное приглашение!
– Никаких встреч с опоздавшими! – отрезала она, демонстративно сверяясь с расписанием, – Возвращайтесь, когда научитесь ценить чужое время.
В этот момент дверь в кабинет ректора приоткрылась, и оттуда высунулось встревоженное лицо самого ректора.
– Миссис Громвель, это насчет…
– Я разберусь, Альберт, – не оборачиваясь, властно отрезала она, и ректор, бросив на нее недовольный взгляд, мгновенно скрылся, как школьник, пойманный на шалости.
Я сглотнула. Понятно… Это не ректор был главной угрозой в ректорате. Однако подобный тип людей был мне хорошо знаком по прошлой жизни.
– Миссис Громвель, – обратилась я спокойным тоном, который давно, еще в прошлой жизни, был отработан до автоматизма с подобным типажом, – я понимаю Ваше беспокойство о пунктуальности, но вопрос, с которым я пришла, касается безопасности студентов на практических занятиях. Вы же не хотите подвести ректора?
После подзатянувшейся паузы, во время которой она с подозрением сканировала меня, а я, в свою очередь, сохраняла невозмутимость, секретарша, наконец, процедила:
– Хорошо, мисс Тоун. Проходите. Но учтите – такое снисхождение больше не повторится! – и она молча указала мне на дверь кабинета ректора. Переступив порог, я спиной чувствовала ее тяжелый, сверлящий взгляд.
Ректор сидел за массивным столом, стараясь придать своему лицу выражение степенного достоинства, но выходило это плохо – щеки его все еще пылали румянцем от недавней сцены. Он покашливал, избегая смотреть мне прямо в глаза, и было ясно, что наша беседа начинается в крайне неловкой для него атмосфере.
– Мистер Деккер, добрый день! – начала я, едва дверь закрылась. Он кивнул, с видимым облегчением переходя в официальное русло, и, жестом указав на стул, дал понять, что готов выслушать.
– К сожалению, я имею некоторые трудности с использованием магии в настоящее время, в связи с чем я бы хотела попросить перевести меня на индивидуальный график обучения, чтобы я могла разобраться с возникшими трудностями и продолжить обучение.
– Мисс Тоун, – равнодушно пожал плечами ректор, – полагаю, Вы могли бы взять академический отпуск, чтобы решить абсолютно все свои трудности и с новыми силами продолжить обучение.
– Такой вариант меня не устраивает, – возразила я, – поэтому я настаиваю на индивидуальном графике, тем более что подобные варианты обучения предусмотрены уставом академии.
– Был бы рад пойти Вам навстречу, но для индивидуального графика потребуется наставник, и мне просто некого приставить к Вам, – недовольно нахмурился он, – Все преподаватели заняты, и у них высокая нагрузка. Берите академ.
– Но по уставу я могу взять индивидуальный график! Это мое право!
– Вы плохо слышите? – повысил он голос, – Я все сказал! – И он демонстративно разложил перед собой документы, как бы намекая, что разговор окончен. Но я не могла так просто сдаться.
– Я, конечно, извиняюсь, – я продолжала настаивать, понимая, что у меня просто нет другого выхода, – но мне нужен наставник исключительно для прикладных дисциплин, связанных с использованием огненной магии, остальные дисциплины я могла бы продолжать изучать вместе с группой. Кроме того, хотела бы обратить Ваше внимание на то, что магический всплеск произошел у меня на занятии. А насколько мне известно, в случае каких-либо травм, произошедших во время образовательного процесса, вина возлагается на учебное заведение. И если я возьму академический отпуск, то буду вынуждена вернуться домой и подробно объяснить родителям причину. Думаю, моего отца, как и департамент образования, весьма заинтересует, проводится ли в начале каждого практического занятия инструктаж по технике безопасности и есть ли у преподавателей ассистенты, страхующие студентов, как предписывают методические рекомендации магического сообщества, изданные позапрошлом году, как и многое другое…
Ректор поморщился, словно съел кислый лимон, и в его глазах мелькнуло неприкрытое раздражение.
– Вы, собственно, почему сразу ко мне, минуя деканат? – перебил меня он.
– …Вот именно поэтому я обращаюсь к Вам, а не к декану, – закончила я, глядя на него прямо, – Уверена, проверка из департамента начнется именно с вашего кабинета.
– Откуда только взялась на мою голову?! – простонал он, откинувшись в кресле. Он не мог не понимать, что я практически в открытую тыкаю в имеющиеся нарушения и угрожаю ему внеплановой проверкой, и смотрел на меня пристально, почти враждебно. Я отвечала ему такой же твердостью, вкладывая в свой взгляд все, что я думаю об этой ситуации. Пауза затягивалась, и я чувствовала, как в тишине кабинета нарастает напряжение. Спустя еще несколько секунд, он тяжело вздохнул и первым отвел глаза.
– Хорошо. Я вынесу этот вопрос на ближайшее педсовещание. Возможно, кто-нибудь сердобольный согласится Вам помочь, – устало произнес он и тут же резко повернулся к двери, – Миссис Громвель! Позовите ко мне декана Дюрана! Немедленно!
Я перевела дух, решив, что формально мой вопрос решен именно так, как мне хотелось. Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут в кабинет вошел мужчина. И тут же я мысленно ахнула. Он был чертовски красив. Иссиня-черные волосы, идеально уложенные, глаза цвета горького шоколада, правильные черты лица и безупречный костюм... Декан факультета Магии стихий выглядел так, будто он только что сошел с портрета в аристократической галерее. «Ну конечно, – ехидно подумала я, – куда же без этого клише? Один из высших чинов академии просто обязан быть обалденным красавчиком, чтобы героине было с кем обмениться томными взглядами. Жаль только, что на мою долю пока выпали лишь взгляды раздраженные».
– Жан-Люк, – кивнул ему ректор, – Мисс Тоун здесь испытывает трудности после неконтролируемого выплеска на занятии. Я принял решение перевести ее на индивидуальный график по прикладным стихийным дисциплинам.
– Альберт, – голос декана оказался певучим и бархатистым, – при всем понимании ситуации, возможно, более разумным будет академический отпуск? Нагрузка на преподавателей факультета Магии стихий и так предельная. Вряд ли кто-то сможет взять на себя дополнительные часы.
– Решение уже принято, – отрезал ректор, бросая на меня быстрый недовольный взгляд. Вздох его был красноречивее любых слов: он бы с радостью отправил меня в академ, но угроза проверки висела над ним дамокловым мечом.
Они начали перебирать возможных кандидатов:
– Мастер Гилмор? – предположил ректор.
– У него и так полтора десятка дипломников, он взвоет.
– А Мастер Торвальд?
– Аналогично.
– А Мадам Торренс?
– Уходит в декрет через месяц.
– А...
Их разговор прервал шум, доносящийся из приемной:
– Не по записи нельзя! Ректор занят! – это был голос миссис Громвель, в котором впервые слышались нотки не холодной ярости, а настоящей паники. Ей что-то отвечали низким баритоном, но разобрать было невозможно.
Дверь кабинета ректора дрогнула, словно по ней ударили тараном, а затем резко распахнулась. На пороге, оттеснив тщетно пытавшуюся его удержать секретаршу, стоял молодой мужчина. Миссис Громвель, обычно непоколебимая, как скала, выглядела растрепанной и беспомощной, будто ураган пронесся через ее безупречно организованное пространство. «Ничего себе, – мелькнула у меня мысль, – Нашелся человек, которого не испугали даже стальные очки и ледяной голос этой фурии. Интересно, он жить устал?»
Мужчина был высоким и широкоплечим, с короткой, по-военному аккуратной стрижкой, непривычной для местных реалий. В его движениях проскальзывала неуловимая пластичность, но при этом в облике сквозила явная небрежность – рукава рубашки закатаны до локтей, верхняя пуговица расстегнута, словно в насмешку над чопорностью установленных правил. Решительным шагом направившись к столу ректора и не обращая на меня никакого внимания, он швырнул на стол какой-то документ.
– Я не понимаю, почему мое заявление осталось без вашего внимания! – прорычал вновь пришедший.
– Мастер Ройс, я не могу Вас уволить во время учебного года, – вздохнул ректор, откидываясь в кресле.
– Но я ведь уже объяснял Вам причины своего решения! – воскликнул мужчина.
Ректор откинулся на спинку кресла, устало потер виски и прикрыл глаза, всем своим видом показывая, насколько его утомили сегодняшние посетители. В кабинете на мгновение воцарилась тишина. Затем он открыл глаза и пристально посмотрел в глаза декана. Между ними промелькнуло едва уловимое взаимопонимание, и после этого немого диалога ректор кивнул.
– Хорошо, мастер Ройс, – хлопнул он ладонью по столу, едва заметно повеселев, – Вот, перед вами мисс Тоун. У нее есть некоторые проблемы с применение огненной магии по прикладными дисциплинами. Как раз по Вашему профилю. Я назначу вас куратором по ее индивидуальному графику. Вы поможете ей догнать группу, и тогда я подпишу ваше заявление. Такой вариант Вас устраивает?
Мужчина обернулся на меня и смерил взглядом, будто оценивая, насколько я задержу его. Я скромно потупилась, стараясь слиться с обстановкой кабинета.
– Я правильно понимаю, что у мисс Тоун накопились пробелы по прикладным дисциплинам, и я, как наставник, помогу ей их закрыть, после чего Вы подпишете мое заявление?
– Да, в целом все верно, – ректор бросил на меня короткий свирепый взгляд, будто предупреждая, чтобы я не смела влезать в их разговор с уточнениями, и продолжил уж совсем вкрадчиво, – Но пока мисс Тоун будет на индивидуальном обучении, Вы будете продолжать вести свои занятия, потому что в настоящее время заменить Вас мне некем.
– Хорошо, договорились, – с явным облегчением выдохнул незнакомец.
Все это время я сидела, вжавшись в стул, отчетливо понимая, что ректор решил извлечь выгоду из моей проблемы и таким образом оттягивает решение кадрового вопроса, но поскольку мне это было на руку, у меня и в мыслях не было ему мешать.
– Мисс Тоун, познакомьтесь: это Ваш наставник по прикладным дисциплинам, мастер Аррис Ройс. Теоретические дисциплины, артефакторику и алхимию Вы будете изучать вместе со своей группой, прикладные, связанные с применением огненной магии – под его руководством, – ректор повернулся к декану, – Жан-Люк, поставьте задачу составить для мисс Тоун новое расписание, согласовав время с мастером Ройсом.
– Безусловно. Мисс Тоун, зайдите завтра в деканат, – процедил декан, не скрывая своего раздражения.
Я молча кивнула, расплываясь в вежливой улыбке. Кем бы ни был этот Аррис, мне невероятно повезло, что он захотел решить вопрос о своем увольнении именно в тот момент, когда я была у ректора.
Когда мы вышли из кабинета, мастер Ройс бросил на меня короткий взгляд, в котором читалось явное раздражение. Похоже, его совсем не радовала перспектива возиться со мной. «Ну, извините,– скривилась мысленно я, – надеюсь, он действительно хороший педагог, раз ректор так в него вцепился. Потому что по сути это мой единственный шанс на освоение магии».
***
Я нервно пригладила волосы и расправила складку на тренировочном костюме, стоя перед массивными дверьми тренировочного зала. Мастер Ройс назначил встречу ровно в полдень, и я пришла немного заранее.
Зал встретил меня приглушенным гулом магических всполохов – защитные заклинания, вплетенные в стены по всему периметру, уже были активированы и создавали едва уловимое мерцание. В центре площадки стоял мастер Аррис Ройс, скрестив на груди руки. Еще в кабинете ректора я отметила, что он выглядел молодо: не больше тридцати пяти лет, а сейчас, наконец, имела возможность его рассмотреть: темные волосы, подстриженные намного короче, чем требовала местная мода, серые глаза, резкие черты лица и едва заметный шрам, пересекающий левую бровь. «В женском романе его глаза наверняка бы сравнили с грозовым небом, а шрам назвали бы таинственным или загадочным», – хмыкнула я про себя.
Когда наши взгляды встретились, мне показалось, что он словно оценивал меня, прикидывая, что я из себя представляю, и сколько усилий может потребоваться, чтобы довести мои навыки до приемлемого уровня.
– Мисс Тоун, – его голос прозвучал сухо, – у нас мало времени. Начнем с базовых защитных техник.
Я кивнула, думая, что сейчас он погоняет меня по теории или хотя бы спросит о проблемах, но вместо этого он молча взмахнул рукой, и в мою сторону мгновенно полетел крошечный огненный шар.
– Стойте! – взвизгнула я и, рухнув на колени, закрыла лицо руками, приготовившись к обжигающей боли, уже наученная неприятным опытом. Однако ничего не произошло: по всей видимости, мастер развеял свое заклинание в последний момент. «Вот это контроль над своей магией», – восхитилась я. В тех книгах, которые я успела изучить, подобные манипуляции с уже выпущенным огненным шаром описывались как пример высочайшего мастерства и были доступны далеко не каждому. Поняв, что мне больше ничего не угрожает, я отняла ладони от лица и поспешно встала, отряхивая колени от налипшей пыли. Он стоял напротив меня, скрестив руки на груди, и его лицо выражало сильное недовольство.
– Да что с Вами не так? – в его голосе прорезалось настоящее раздражение, – Почему Вы не используете защитные техники?
Я замялась, не зная, как объяснить.
– Я... у меня проблемы с магическим даром. С огненной магией.
Он нахмурился, подошел ближе.
– Рассказывайте.
Версия, которую я декламировала для местных, сводилась к тому, что после неконтролируемого магического выплеска я инстинктивно боюсь повторения, а потому не могу расслабиться и довериться своим ощущениям внутренних потоков. Тех самых, о которых пишут в учебниках. И теперь, обладая всеми необходимыми теоретическими познаниями, можно сказать, заново осваиваю применение магии… Его лицо темнело с каждым моим словом.
– Проклятье, – наконец выдохнул он, проведя рукой по коротко стриженным волосам, – Ректор знал?
Я осторожно кивнула, прекрасно понимая его недовольство. Человек ведь уволиться хотел и явно рассчитывал быстренько подтянуть отстающую студентку, а тут такое…
– Я думал, у Вас просто пробелы в знаниях, – процедил он сквозь зубы, – А теперь понимаю, что завяз на год с ученицей, который не может использовать свой дар.
Он отвернулся, сжал кулаки.
– Занятие на сегодня окончено. Придете завтра в то же время. Мне нужно подумать, как с Вами работать.
Я тихо попрощалась и вышла из зала в полном смятении. Его реакция задела меня сильнее, чем я ожидала. Ноги сами привели меня в столовую.
За нашим обычным столиком уже сидели Миа, Лиана и Вики.
– Кесси! – воскликнула Миа, – Ты же должна была быть на дополнительных занятиях!
– Ничего не вышло, – вздохнула я, опускаясь на скамью, – даже он не знает, что со мной делать.
– Может, не все так плохо? – Вики сочувственно похлопала меня по плечу, – Наставник-то симпатичный?
Лиана хихикнула.
– Пока тебя не было, мы все узнали, – заговорщицки шепнула она, – говорят, этот твой мастер Аррис – бывший страж, получил травму и теперь преподает у пятых курсов боевое искусство магии. Но главное: он не женат!
– А еще, – добавила Миа, понизив голос, – он принципиален, невероятно строг и почти никому не ставит высший балл.
– Но при этом, – перебила Вики, – все пятикурсницы мечтают о его внимании. У него такая харизма!
– Не только харизма, но и шикарные мускулы! Но он не отвечает никому взаимностью, так что теперь девчонки с пятого курса тебе завидуют, ведь он никогда никого не брал на индивидуальные занятия, – добавила Лиана, подмигнув.
Я лишь покачала головой, прислушиваясь к их болтовне, ведь мое положение гораздо сложнее, чем они могут себе представить.
На следующий день, в назначенное время, я стояла у дверей одного из тренировочных залов. Я глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду, и потянула массивную дверь на себя. Взрослая Катерина понимала, что это шанс, а студентка Кесси панически боялась нового провала. Мой новый наставник стоял у окна, и в его взгляде читалась усталость, но уже не было вчерашнего раздражения, отчего мне сразу стало чуть спокойнее.
– Здравствуйте, – я нерешительно топталась на пороге, не зная чего ждать от него на этот раз.
Он кивнул в знак приветствия и жестом пригласил меня пройти в центр зала.
– Мисс Тоун, – его голос звучал спокойно и уверенно, – Я обдумал вашу проблему. Наша задача – не научить Вас магии с нуля, это уже плюс. Нам всего лишь достаточно убедить Ваше подсознание перестать Вам мешать.
Мастер Ройс сделал паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией, и я заметила, как в его серых глазах промелькнуло что-то похожее на сочувствие. Или это была просто игра моего воображения?
– Вы действительно считаете, что у меня есть шанс? – спросила я, не скрывая волнения в голосе.
– Шанс есть всегда. Вопрос в том, готовы ли Вы работать над собой.
– Я готова! – выпалила я.
Он одобрительно кивнул, доставая из кармана небольшой темно-синий кристалл.
– Если я правильно понял ситуацию, Ваш мозг блокирует доступ к магическим потокам из-за внутреннего конфликта. Мы будем работать с этим. Сегодня начнем с простого упражнения.
– Смотрите на кристалл, – он положил его в метре от меня прямо на пыльный пол, – и постарайтесь почувствовать его энергетическое поле.
Я послушно уставилась на кристалл, пытаясь сосредоточиться. Но как только я попыталась уловить его «поле», мой скептический разум тут же включился: «Что за ерунда? Как можно почувствовать энергию камня? Это все равно, что пытаться услышать, как растет трава. Полная псевдонаучная чушь!»»
Мастер Ройс, словно прочитав мои мысли, подошел ближе, и я инстинктивно напряглась, ожидая критики в свой адрес.
– Не пытайтесь анализировать, – его голос прозвучал неожиданно мягко, – Сядьте рядом с кристаллом, примите удобную позу. Отключите внутренний диалог. Представьте, что вы просто наблюдаете за каплей дождя, стекающей по стеклу. Погрузитесь в состояние созерцания.
«Легко сказать – «отключите», – мысленно вздохнула я, усаживаясь на пол, – мой внутренний диалог – это и есть я. Это все, что у меня осталось от самой себя».
– Закройте глаза и сделайте три глубоких вдоха, – продолжал он, и его бархатный баритон зазвучал почти гипнотически, – Позвольте своему дыханию стать ровным и спокойным. Ощутите, как с каждым выдохом уходит напряжение, растворяется в пространстве, оставляя после себя лишь легкость и ясность. Когда почувствуете, что готовы – откройте глаза и направьте внимание на кристалл. Не пытайтесь что-либо увидеть или услышать – просто будьте открыты для ощущений.
Я зажмурилась, изо всех сил стараясь следовать инструкциям, и на этот раз действительно почувствовала что-то похожее на едва уловимое покалывание в кончиках пальцев.
– Кажется, я чувствую покалывание! – не оборачиваясь на него, прошептала я, боясь спугнуть это хрупкое ощущение.
– Отлично! – тихо поддержал меня мастер Ройс, – Не теряйте это ощущение. Сосредоточитесь на нем!
Я затаила дыхание, сконцентрировавшись на своих ощущениях, изо всех сил стараясь удержать странное чувство. И вдруг… кристалл слегка засветился, словно крошечная голубая звездочка зажглась в ночном небе.
– Молодец! – похвалил мастер, – Вы уловили базовую энергию. Теперь попробуем ее направить: представьте, что эта энергия движется внутри ладоней и выплескивается через кончики пальцев в виде огня.
И вот на этом этапе наступил ступор. Всерьез вообразить огонь, настоящий огонь, появляющийся на собственных пальцах – это вам не суп вместо зелья из мандрагоры представлять! Я пробовала снова и снова, но спустя час бесплодных попыток, когда я уже сидела на полу, сгорбившись и сжимая виски пальцами, наставник тихо сказал:
– На сегодня хватит.
Я подняла на него глаза, ожидая увидеть разочарование. Но его взгляд был все так же спокоен и нейтрален.
– Вы боретесь с самим собой, мисс Тоун, – заметил он, – А это самая сложная битва. Первый шаг – признать противника. Вы это сделали. Считайте, что сегодня мы провели разведку.
В его тоне прозвучала легкая, едва уловимая нотка иронии, но как-то по-доброму.
– Спасибо, – тихо сказала я, вставая с пола.
– Завтра в это же время, мисс Тоун, – кивнул он, улыбнувшись уголком губ, – Не опаздывайте.
Я вышла из зала, чувствуя себя ужасно беспомощной. Идти в общежитие, где в моей комнате уже, скорее всего, собрались девочки на традиционные посиделки, не хотелось совершенно. Перебирая воспоминания Кассандры в поисках места, где бы я могла побыть одна, я наткнулась на смутный образ оранжереи лекарственных растений, расположенной у восточной стены академии. Кажется, Кесси любила там бывать, когда, искала уединения, и я, ориентируясь по ее воспоминаниям, отправилась в оранжерею факультета Целительной магии.
Медленно продвигаясь вдоль грядок, я с удовольствием вдыхала густой сладковатый воздух, наполненный ароматом цветущих растений и влажной земли, пока не наткнулась на старика-садовника в простой холщовой одежде. Склонившись рядом с каким-то цветком, он что-то тихо бормотал себе под нос, будто вел неспешную беседу с растением, и ласково гладил хрупкий стебель узловатыми пальцами. Каждое его движение было наполнено такой неторопливостью, будто у него в запасе была целая вечность.
Внезапно его хриплый, но спокойный голос нарушил тишину, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Я даже не заметила, как он обнаружил мое присутствие.
– Современные студенты, – произнес он, и в его словах звучала мягкая укоризна, – думают, что все можно решить парочкой заклинаний. Посмотрят на растение – и готово, оно уже цветет, плодоносит и поет хвалебные гимны. А сила-то... – он медленно повернулся ко мне, и в его глазах, светилась тихая, насмешливая мудрость, – сила в терпении. В том, чтобы чувствовать жизнь кончиками пальцев.