Наследница двух миров

Глава 9

Ворон вёл их через серую зону, не оглядываясь, не замедляя шага. Он двигался с уверенностью человека, который знал эти тропы лучше, чем собственную ладонь. Элора шла за ним, чувствуя, как с каждым шагом воздух становится тяжелее, плотнее, как магия Стены начинает давить на сознание, вызывая тупую, ноющую боль в висках. Люцидор шёл рядом, его дыхание было ровным, но она чувствовала его напряжение — он тоже ощущал приближение к границе, к тому месту, где мир искажался, переставал быть собой.

- Долго ещё? — спросил Рогар, опираясь на трость. Его нога, ещё не до конца зажившая, давала о себе знать, но он не жаловался, только изредка стискивал зубы, когда ступня попадала на неровный камень.

Ворон не ответил.

Они шли молча. Скалы вокруг становились всё выше, всё мрачнее, их чёрные, обугленные вершины уходили в низкое, тяжёлое небо, где уже начали зажигаться первые звёзды. Воздух был пропитан запахом гари, пыли и чего-то кислого, металлического — запахом Стены.

Лагерь контрабандистов оказался в глубокой расселине, куда не проникал свет даже днём. Несколько палаток, натянутых между скалами, догорающий костёр, люди — молчаливые, настороженные, с глазами, которые видели слишком много, чтобы удивляться чему-то ещё. Они встретили чужаков без радости, но и без враждебности. Только смотрели, как смотрят на тех, кто пришёл ненадолго и скоро уйдёт.

- Здесь переночуем, — сказал Ворон, указывая на свободную палатку. — На рассвете пойдём к Стене.

- Я думал, мы идём сейчас, — сказал Рогар.

- Ночью по этим тропам ходят только самоубийцы, — ответил Ворон. — Или те, кому нечего терять. Вы не выглядите ни как первые, ни как вторые. Отдыхайте. Завтра вам понадобятся силы.

Он отошёл к костру, где его уже ждали. Элора смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Она хотела идти сейчас, немедленно, не ждать ни минуты. Но знала, что Ворон прав. Переход через Стену — это не просто прогулка. Это испытание. И она должна быть готова.

- Давайте по очереди, — сказала Лира, когда они устроились в палатке. — Двое спят, один караулит. Через три часа смена.

- Я первый, — сказал Рогар, опускаясь на землю и вытягивая больную ногу. — Всё равно не усну.

Элора хотела возразить, но он посмотрел на неё, и в его взгляде было столько упрямства, что она сдалась. Она легла на жёсткую подстилку, закрыла глаза и попыталась уснуть. Но сон не шёл. В голове крутились мысли о Кейдене, о том, что он мог быть уже мёртв, или ранен, или в плену. Она представляла его лицо — спокойное, сосредоточенное, с лёгкой улыбкой, которую он позволял себе только с ней. И сердце сжималось от боли.

Лира, лежавшая рядом, тихо засопела — уснула, как только закрыла глаза. Элора завидовала её способности отключаться, не думать, не переживать. Но сама так не могла. Она лежала, слушая, как за стенками палатки шепчутся контрабандисты, как потрескивает костёр, как где-то далеко, за скалами, пульсирует Стена.

Она сама не заметила, как провалилась в сон.

Кошмар пришёл не сразу. Сначала была темнота — густая, липкая, как смола. Элора стояла в ней, не понимая, где она и как сюда попала. Потом появился свет — тусклый, лиловый, как магия Стены. И в этом свете она увидела его.

Кейден лежал на камнях, его лицо было бледным, форма разорвана, на груди — тёмное, расползающееся пятно крови. Он смотрел на неё, и его губы шевелились, но звука не было. Она бросилась к нему, побежала, но расстояние не сокращалось. Она бежала, задыхаясь, спотыкаясь, падала, вставала и снова бежала, а он смотрел на неё, и в его глазах было что-то, от чего у неё разрывалось сердце.

- Кейден! — закричала она, но голос пропал в пустоте. — Кейден!

Она почти добралась до него, почти коснулась его руки, когда он открыл рот, и голос его, хриплый, слабеющий, ударил её, как нож:

- Вернись назад!

Элора проснулась с криком.

- Тихо! — Лира прижала её к земле, её рука зажимала Элоре рот. — Тихо, слышишь? Мы не одни.

Элора замерла, её сердце колотилось где-то в горле. В палатке было темно, только щель у входа пропускала тусклый свет от костра. Рогар сидел у входа, его трость была зажата в руке как оружие. Он смотрел наружу, и его лицо было напряжённым.

- Что случилось? — прошептала Элора.

- Ничего, — так же тихо ответил Рогар. — Но ты кричала. Привлекла внимание.

Она села, вытирая пот со лба. Руки дрожали. Кошмар был таким реальным, таким страшным, что она всё ещё чувствовала запах крови, видела лицо Кейдена, слышала его голос. «Вернись назад!». Что это было? Предостережение? Или её собственный страх, вырвавшийся наружу?

Элора поднялась и вышла из палатки, села у костра, глядя на догорающие угли. Ворон сидел напротив, молчаливый, неподвижный, как изваяние. Он не смотрел на неё, но она чувствовала его присутствие — тяжёлое, давящее, как сама Стена.

- Что тебе снилось? — спросил он.

- Ему больно. Я чувствую. — ответила Элора.

Ворон молчал долго, очень долго. Потом сказал:

- Стена влияет на сны. Искажает. Показывает то, чего нет. Или то, что будет. Никто не знает. Но если ты слышала его голос, значит, он жив. Мёртвые не кричат.

Элора посмотрела на него, и в его глазах, тёмных и глубоких, она увидела что-то, похожее на сочувствие.

- Вы верите в это? — спросила она.

- Я верю, что надежда умирает последней, — ответил он. — Иначе, зачем всё это?

Рассвет они встретили на тропе, ведущей к Стене.

Ворон вёл их уверенно, не оглядываясь, не сбавляя шага. Скалы вокруг стали ещё выше, ещё мрачнее, воздух — тяжелее, плотнее. Элора чувствовала, как магия Стены давит на сознание, вызывая тупую, ноющую боль в висках. Люцидор шёл рядом, его дыхание было тяжёлым, но он не отставал.

- Скоро начнётся, — сказал Ворон, когда солнце поднялось выше. — Готовьтесь.

Они вышли на небольшую площадку, нависающую над пропастью. Внизу, в узкой расселине, клубился зеленовато-лиловый туман. Это была Стена. Не стена в привычном смысле, а полоса искажённой реальности, которая пульсировала, дышала, жила своей, чужой жизнью.

- Отсюда начнётся переход, — сказал Ворон. — Идите за мной. Не отставайте. Не смотрите по сторонам. И главное — не думайте. Доверьтесь своим мантикорам. Они знают, что делать.

- Что там? — спросил Рогар, глядя вниз. — Что мы увидим?

- Каждый своё, — ответил Ворон. — Страхи. Надежды. То, что вы потеряли. То, что хотите найти. Стена показывает вам вашу душу. И не все это могут выдержать.

Он посмотрел на Элору, и в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на предостережение.

- Если почувствуешь, что не справляешься, кричи. Я вытащу. Но лучше не останавливаться. Просто всегда идите вперед.

Он шагнул в тёмный туман, и они последовали за ним.

Как только нога Элоры коснулась лиловой дымки, мир изменился. Звуки исчезли, сменившись гулом — низким, непрерывным, который вибрировал в костях, в зубах, в самом нутре. Воздух стал тяжёлым, почти осязаемым, он давил на грудь, на горло, на глаза, заставляя их слезиться.

Она шла, чувствуя, как Люцидор рядом тяжело дышит, как его тело напряжено до предела. Через связь прорывались обрывки чувств — страх, боль, и одновременно — упрямство, желание идти дальше, не сдаваться.

«Я рядом», — послала она ему, и он ответил коротким, едва уловимым импульсом.

Ворон шёл впереди, его фигура то появлялась, то исчезала в лиловом мареве. Элора смотрела на него, стараясь не думать, не чувствовать, просто идти. Но Стена была сильнее.

Сначала пришли образы. Неяркие, размытые, как старые картины. Она увидела Академию, какой она была в первый день — огромную, неприступную, полную надежд. Потом пришли лица. Торбин, с его спокойной, доброй улыбкой. Скай, которая учила её летать. Вульф, с его рублеными фразами и усталыми глазами. Они смотрели на неё, и в их взглядах было что-то, от чего у неё сжималось сердце.

- Простите, — прошептала она. — Я не смогла вас спасти.

Они не ответили. Просто смотрели, и в их глазах не было упрёка. Только грусть.

Потом пришла боль. Боль от потерь, от несправедливости, от того, что мир, в котором она жила, оказался ложью. Элора остановилась, чувствуя, как ноги подкашиваются. Лиловый туман сгущался, обволакивал, тянул вниз.

- Лора! — голос Ворона пробился сквозь гул. — Не останавливайся!

Она сделала шаг. Ещё один. Ещё. Каждый давался с трудом, будто она шла по болоту, по колено увязая в липкой, вязкой грязи. Люцидор рядом шатался, его дыхание было прерывистым, но он шёл. Не отставал.

А потом она увидела его.

Кейден стоял впереди, в том же самом лиловом мареве. Его лицо было спокойным, он смотрел на неё, и в его глазах была та самая улыбка, которую она видела в последний раз перед его уходом. Он протянул руку.

- Иди ко мне, — сказал он. — Я здесь. Я ждал.

Элора сделала шаг. Потом ещё один. Она почти добралась до него, почти коснулась его пальцев, когда что-то остановило её. Голос. Чужой, резкий, незнакомый.

- Это не он.

Она обернулась. Рогар стоял позади, его лицо было искажено болью, на лбу выступил пот, но глаза смотрели ясно.

- Это не Кейден, — повторил он. — Стена играет с тобой. Не верь.

Она посмотрела на Кейдена. Он стоял, всё так же протягивая руку, и на его лице появилась тень нетерпения.

- Иди же, — сказал он. — Я жду.

- Нет, — прошептала она. — Ты не он.

Лиловое марево дрогнуло, и лицо Кейдена начало меняться. Черты искажались, расплывались, и через мгновение перед ней стояло что-то безликое, страшное, с пустыми глазницами, из которых тянулись лиловые щупальца. Элора отшатнулась, и в этот момент Люцидор, собрав последние силы, рванул вперёд, заслоняя её собой.

- Не смей! — закричала она, бросаясь за ним.

Они прорвались сквозь марево, и в следующий миг всё кончилось.

Элора очнулась на камнях. Небо над ней было низким, серым, и где-то далеко, за горами, слышался крик виверны. Она лежала, не понимая, где находится, сколько времени прошло. В голове было пусто и звонко, как в колоколе.

- Жива? — голос Лиры прозвучал где-то рядом.

Элора повернула голову. Лира сидела на камне, её лицо было бледным, под глазами залегли тени, но она улыбалась.

- Жива, — прошептала Элора. — А Кейден? Мы нашли его?

Лира покачала головой.

- Ещё нет. Но мы перешли Стену. Мы в землях скальдов.

Элора села, огляделась. Вокруг были скалы — такие же чёрные, обугленные, как и с той стороны. Но здесь, за Стеной, воздух был другим. И пахло здесь иначе. Чем-то древним, забытым, почти родным.

Люцидор лежал рядом, его бока тяжело вздымались, но он был жив. Она подползла, прижалась лбом к его лбу, чувствуя, как его дыхание смешивается с её дыханием.

- Мы прошли, — прошептала она. — Мы здесь.

Он открыл глаза, посмотрел на неё, и в его взгляде было столько любви, столько доверия, что у неё защипало глаза.

- Отдыхай, — сказал Ворон, подходя. — Дальше будет легче. Или тяжелее. Кто знает.

Он посмотрел на север, туда, где за скалами, по его словам, лежали земли скальдов. Туда, где, возможно, ждал Кейден. Живой или мёртвый — она должна была узнать.

Элора поднялась. Ноги дрожали, голова кружилась. Но она не могла позволить себе слабость. Потому что Кейден ждал. И она найдёт его. Даже если для этого придётся пройти через Стену снова.

Глава 10

Элора открыла глаза и поняла, что мир изменился.

Сначала была только тишина — странная, непривычная, без гула Стены, без воя ветра, без далёких криков виверн. Только собственное дыхание и тяжелое, ровное биение сердца. Потом пришли ощущения — холодный камень под спиной, жёсткий, но какой-то живой, будто он дышал вместе с ней. И запахи — незнакомые, терпкие, горьковатые, с нотками чего-то сладкого и одновременно пряного.

Она села. Вокруг были скалы — такие же чёрные, обугленные, как и по ту сторону Стены. Но здесь, в землях скальдов, они выглядели иначе. Более старыми, что ли. Более мрачными. Их вершины терялись в низких, тяжёлых облаках, которые, казалось, висели так низко, что до них можно было дотянуться рукой. А между скалами, в расселинах и ущельях, росла трава. Не чахлая, пожухлая, как по ту сторону, а высокая, жёсткая, с металлическим отливом.

- Пришла в себя? — голос Лиры прозвучал рядом.

Элора кивнула, не в силах говорить. Люцидор лежал неподалёку, его бока тяжело вздымались. Рогар сидел на камне, потирая больную ногу, и смотрел на неё с выражением, которое она не могла прочитать. Ворон стоял у края обрыва, вглядываясь в долину внизу.

- Долго я спала? — спросила Элора.

- Несколько часов, — ответил Ворон, не оборачиваясь. — Тяжелый переход. Для некоторых он оказывается последним. Ты справилась.

Она поднялась, чувствуя, как ноги дрожат. Земля под сапогами была твёрдой, каменистой, но между камней пробивалась та же жёсткая, металлическая трава. Элора наклонилась, провела пальцами по листьям. Они были холодными, гладкими, как лезвия.

- Что это? — спросила она.

- Кроволист, — ответил Ворон. — Растёт только здесь. На той стороне не приживается. Лекари его ценят — раны заживляет лучше любого бальзама. Но и ядовит, если не знать меры. Как многое здесь.

Он обернулся, и Элора словно впервые увидела его лицо. Оно было жёстким, изрезанным морщинами, но не старым. Глаза — тёмные, глубокие — смотрели на неё с тем выражением, которое она уже начала узнавать: усталая мудрость человека, который видел слишком много, чтобы удивляться чему-то ещё.

- Ты говорил, что магия перетекает на ту сторону, — сказала Элора, подходя к краю обрыва. — Что это значит?

Ворон указал рукой на запад, туда, где за грядами скал угадывалась Стена. Невидимая отсюда, но ощутимая каждой клеткой.

- Стена выкачивает магию из этого мира. Она уходит, и земля медленно умирает. Не так быстро, чтобы заметить эти изменения за один день, но... — он замолчал, и в его голосе прозвучала горечь. — Мои предки говорили, что когда-то здесь росли леса. Высокие, густые, с деревьями в три обхвата. Теперь только трава и камни.

- А дальше? — спросила Элора. — Чем дальше от Стены, возможно, там всё… лучше?

- Чем дальше, тем хуже, — ответил Ворон. — Земля становится сухой, трескается. Воды почти нет. Люди живут там, где ещё можно что-то вырастить. Или умирают. Или уходят на войну.

Он помолчал, потом вытащил из-за пазухи свёрток — потрёпанную, засаленную карту на тонкой коже.

- Это вам. Здесь отмечены безопасные тропы, места, где можно укрыться, и места, куда лучше не соваться. Дальше я не пойду.

- Почему? — спросил Рогар, поднимаясь.

- Потому что моя работа — провести вас через Стену. Дальше вы сами. Я нужен здесь. У меня свои счёты, — он посмотрел на Элору, и в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на сочувствие. — Тот, кого вы ищете, мог пойти к «Вратам». Это место отмечено на карте. Но будьте осторожны. Там, где заканчиваются безопасные тропы, начинаются земли радикалов. Они не любят чужаков. И не задают вопросов.

Он развернулся и пошёл обратно к Стене, не оглядываясь. Элора смотрела ему вслед, пока его фигура не растаяла в лиловом мареве. Потом развернула карту.

- Что будем делать? — спросила Лира.

- Сначала найдём укрытие, — ответила Элора. — Ворон сказал, что днём лучше не летать. Отсидимся в пещере, а с сумерками выдвинемся.

- Куда? — спросил Рогар. — У тебя есть план?

Она покачала головой.

- Пока нет. Но он появится.

Пещера нашлась неподалёку — глубокая расселина в скале, достаточно просторная, чтобы уместиться всем троим с мантикорами. Люцидор и Аура, измотанные переходом, сразу же улеглись, положив головы друг на друга.

- Вы как? — спросила Элора, опускаясь на камень.

- Нормально, — ответила Лира, растирая затёкшие плечи. — Аура немного устала, но в целом держится.

- Нога болит, — признался Рогар, потирая колено. — Но не критично. Летать могу.

Они замолчали. Тишина в пещере была плотной, давящей. Где-то далеко, за стенами, слышался ветер, и в его завывании было что-то древнее, почти живое.

- Рогар прав, — сказала Лира, нарушая молчание. — У нас нет плана. Мы даже не знаем, куда идти.

- Кейден за Стеной, — твёрдо сказала Элора. — Я чувствую это.

- А что, если нет? — осторожно спросил Рогар. — Что, если его забрали свои? Держат в застенках Протектората как предателя? Тогда мы летим не туда.

Элора сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Она знала, что он прав. У неё не было доказательств. Только интуиция. Только та странная, эфемерная связь, которая возникла между ними в Академии и которая теперь, казалось, стала ещё сильнее.

- Я знаю, — сказала она. — Но я также знаю, что если мы не проверим этот путь, то никогда не простим себе. Кейден пошёл на переговоры со скальдами. Он доверял им. Если он жив, он там. Я верю в это.

Рогар смотрел на неё долго, очень долго. Потом кивнул.

- Ладно. Верим. Но нужен план. Мы не можем просто лететь наугад.

- У нас есть карта, — сказала Элора, разворачивая кожу. — «Врата» — вот здесь, — она указала на точку в глубине земель скальдов. — Если мы будем лететь ночами, через три-четыре перехода мы будем там.

- А если нас заметят? — спросила Лира.

- Будем уходить, — ответила Элора. — И прятаться. Другого выхода нет.