Сломай меня дважды

Глава 9. Ревность наизнанку

Понедельник начался с суматохи. На этой неделе нашу организацию ждал масштабный внешний аудит. Это была проверка, от которой зависело всё: финансирование компании, годовые премии сотрудников и, главное, кресло самого Станислава Александровича.

Все были на взводе. Обычно сдержанный, сейчас он был максимально строг, раздражителен и требователен ко всей юридической службе. Любая ошибка сотрудников теперь превращалась в прямой удар по его репутации и должности руководителя. Именно поэтому он загрузил меня самой сложной и нудной работой, требуя от меня стопроцентной отдачи.

На моём столе росла стопка документов, которые нужно было внести в базу до обеда. Но хуже всего было то, что я совершенно не могла сосредоточиться.

Мой взгляд то и дело падал на лежащий рядом телефон, который разрывался от сообщений Ильи.

Илья изменился. Словно в ту ночь, вместе с той проклятой фотографией, я добровольно отдала ему пульт управления своей жизнью. От его недавней мягкости и деликатности не осталось и следа. С самого утра он заваливал меня короткими, требовательными сообщениями, которые больше походили на допрос: «Ты проснулась?», «Почему зашла в сеть и не ответила сразу?», «С кем ты сейчас?»

Когда телефон в очередной раз настойчиво завибрировал, заставив меня вздрогнуть, я не выдержала. Оглянувшись на дверь кабинета, я взяла его в руки и открыла переписку.

Илья: Ты за компьютером? Почему так долго не отвечала на прошлое сообщение? Прошло семь минут.

У меня внутри всё сжалось. Пальцы быстро застучали по стеклу экрана, печатая нервный ответ.

Юлия: Илья, прекрати пожалуйста. Я на работе. У нас утренняя сверка, впереди аудит, начальник рвет и мечет. Я физически не могу держать телефон в руках каждую секунду. Потерпи до вечера, и я буду твоя.

Илья: Начальник? Твой Станислав Александрович? Тот самый «греческий бог», о котором ты так восторженно щебетала своей подружке в кафе? Он сейчас рядом с тобой?

Я похолодела. Экран телефона показался мне ледяным, а воздух в кабинете вдруг стал слишком густым. Откуда... откуда он знает? Откуда ему известны эти слова?

В голове завертелся безумный вихрь. Неужели я сама писала ему об этом в порыве какого-то пьяного откровения в пятницу? Голова раскалывалась, я судорожно пыталась вспомнить мельчайшие детали наших полуночных разговоров, но паника безжалостно стирала воспоминания. Мы точно не обсуждали Станислава Александровича. И то глупое прозвище я произнесла только один раз — вслух, глядя в глаза Ане, в полупустой кофейне напротив офиса.

Сердце заколотилось где-то в самом горле. Мне показалось, что из каждого темного угла кабинета на меня смотрят невидимые глаза.

Юлия: Он просто мой босс. Он требует выполнения моих должностных обязанностей и ничего большего. Прекрати, пожалуйста, ты меня пугаешь. Я напишу позже.

Я отложила телефон в сторону и обхватила голову руками. Что, чёрт возьми, происходит? Возникло чувство дежавю и тошнота подступила к горлу.

В этот момент дверь кабинета распахнулась и в нее вошел Станислав Александрович. Высокий, подтянутый, в идеально отглаженной темно-синей рубашке с засученными рукавами. Его лицо выражало крайнюю степень сосредоточенности и жестокости.

— Юлия, — его глубокий, строгий голос заставил меня подпрыгнуть на стуле. — Аудиторы в первую очередь затребуют соглашения с нашими ключевыми контрагентами за последний год. Мне нужна полная правовая экспертиза этой папки. Проверьте все дополнительные соглашения и акты. Сделайте это приоритетом. Чтобы завтра утром заключения были у меня на столе.

— Да, Станислав Александрович. Конечно, я сейчас же займусь, — я постаралась, чтобы мой голос не дрожал, но вышло глухо.

Он коротко кивнул и, развернувшись, направился обратно к себе. Едва дверь за ним закрылась, мой телефон снова ожил в руке.

Мне пришлось задержаться после работы. В огромной папке, которую оставил босс, не хватало многих важных документов. Я потратила не один час на их поиск в архиве и восстановление нужных бумаг.

На мой телефон не переставали приходить сообщения от Ильи, что под конец дня начало меня жутко раздражать и пугать. В моей голове то и дело проскакивали панические мысли: «Господи, почему я не могу спокойно поработать? Ему там что, совсем нечем заняться? На первый взгляд он был адекватным, чутким... Его как будто подменили». На смену лёгкой влюбленности быстро приходил липкий, лишающий воли страх.

Я наконец сделала глубокий вдох, пересилила себя и взяла телефон в руки. От Ильи висело 10 пропущенных сообщений за последний час. Я прокрутила ленту вверх:

Илья: Ты где?

Илья: Аууу.

Илья: Чем занимаешься?

Илья: Как прошел день?

Илья: Как себя вёл твой босс-красавчик?

Илья: Как ты считаешь, ты ему симпатична?

Илья: Когда ты будешь дома?

Илья: Почему не отвечаешь уже час?

Илья: Юля, мне это не нравится.

Илья: Ответь мне.

Каждое слово так сильно било по натянутым нервам, что у меня мелко затряслись пальцы.

Юлия: Я задержалась на работе, Станислав Александрович попросил срочно проверить договоры к аудиту, освобожусь позже. Не пиши мне, я занята.

Ответ прилетел так быстро, словно он караулил меня.

Илья: Твой босс-красавчик задержал тебя одну в офисе? Юль, не держи меня за дурака. Ты крутишь перед ним хвостом. Мне это не нравится.

Я открыла рот, чтобы набрать гневный ответ, но телефон снова завибрировал. Илья прислал огромное текстовое полотно, от которого у меня потемнело в глазах.

Илья: Короче, так. Раз ты не умеешь вести себя нормально, мы поменяем правила. Теперь ты скидываешь мне отчеты. Каждые полчаса. Вышла из дома — геолокацию. Села обедать — фото тарелки. Твой босс зашел в кабинет — сразу пишешь мне и записываешься голосовое с вашим разговором.

Меня затрясло. Это был бред. Безумие. Настоящий, чистый психоз. Перед глазами на миг вспыхнуло лицо Кирилла из прошлого — ровно с такими же требованиями, от которых я бежала, роняя тапки. Неужели я снова наступила на те же грабли?!

Юлия: Ты с ума сошел? Я не буду этого делать! Как ты себе это представляешь? Это полный бред! Ты обезумел!

Я задыхалась от ярости и унижения, но следующее сообщение Ильи заставило мое сердце полностью остановиться.

Илья: Бред? Ну ладно. Как думаешь, Станиславу понравится твоя сексуальная фотография? У меня есть рабочий адрес твоей конторы. Если через 5 минут я не получу геопозицию того, где ты находишься и фото того, что ты делаешь, твой идеальный босс-красавчик увидит, какая его новая сотрудница развратная на самом деле. Посмотрим, как долго ты после этого проработаешь юристом. С такой репутацией тебя даже секретарем никуда не возьмут. Выбор за тобой.

Телефон выпал из моих ослабевших рук и с глухим стуком покатился по деревянному столу.

В кабинете словно разом выкачали весь кислород. Стены начали давить на меня, сужаясь до размеров гроба. Он не шутил. Он знал адрес моей новой работы. Он знал про Станислава Александровича. И у него было моё фото. Моё глупое, обнаженное тело, которое я так опрометчиво отправила незнакомцу, доверившись его притворной уязвимости. Ловушка, которую он так изящно выстраивал целую неделю, захлопнулась с глухим, безжалостным щелчком.

Я сидела на рабочем месте, чувствуя, как у меня буквально подкашиваются ноги, хотя я даже не вставала со стула. Горло сдавило мертвой хваткой. Слезы невольно текли из глаз, обжигая щеки и застилая экран телефона. В голове набатом звучало только одно: «Боже, во что я вляпалась? Что мне делать? Кому мне рассказать?». Рассказать Ане? Но мне было до ужаса стыдно признаться, что она оказалась права. Рассказать боссу? Это значило своими руками уничтожить карьеру.

Времени на полноценную панику не было — впереди ждал колоссальный объем работы перед аудитом. Настоящий, изнуряющий ад.

Весь оставшийся день я то и дело, давясь слезами, скидывала Илье унизительные отчеты: «Я на рабочем месте», «Я вышла в туалет», «Я снова за столом», «Я вышла попить воды». К текстовым ответам он требовал прикреплять живую геолокацию или свежую фотографию моих рук на фоне документов. Каждый раз, когда я нажимала кнопку отправки, мне казалось, что я добровольно затягиваю петлю на собственной шее.

Одно из моих сообщений задержалось на четыре минуты из-за того, что мне нужно было зайти к Станиславу Александровичу в кабинет и задать вопросы по контрагентам. За эти четыре минуты Илья завалил меня шестью сообщениями с текстом: «Ты где?», «Я открываю почту твоего босса», «Не играй со мной, Юля».

В девятнадцать часов офис наконец опустел. Я уходила последней.

Прохладный вечерний воздух дул мне в лицо, когда я вышла на крыльцо. Город шумел в своем привычном, равнодушном ритме: мимо проносились машины, смеялись прохожие, спешащие к своим семьям. Мир вокруг оставался прежним, а я чувствовала себя абсолютно потерянной, разбитой и грязной.

Я достала телефон и тупо уставилась на экран блокировки. Раньше, всего пару дней назад, переписка с Ильей была моей отдушиной, моим безопасным местом, где меня «понимали».

Теперь я даже не хотела брать в руки этот злосчастный телефон.

Самое ужасное — я не знала, кто он. Где он живет, как выглядит на самом деле, почему он это делает. У него было моё самое интимное фото, которое могло в один клик уничтожить мою карьеру юриста, едва я успела её начать. С такой репутацией меня бы не взяли даже перебирать бумажки.

Я поняла это отчетливо и ясно, как никогда в жизни: я больше не контролирую себя. Моё тело, моё время, мои мысли — всё это теперь принадлежало безликому монстру с сайта знакомств.

Какая же я наивная дура. Чем я думала? Мне не стоило подаваться на его манипуляции...

Я спрятала телефон поглубже в сумку и побрела к метро, судорожно оглядываясь на каждого прохожего. Мне чудилось, что за мной следят.

Второй раунд его игры прошел безупречно, и теперь он был готов повысить ставки.

Глава 10. Сюрприз

Я не спала всю ночь. Тревожные мысли заполнили всю мою голову. Я думала, что мне делать дальше, что будет, если Илья отправит то самое фото моему руководителю. Мне было совестно, что Аня меня предупреждала, а я доверилась совершенно постороннему человеку, за что теперь расплачиваюсь.

Моя жизнь в руках незнакомца. Только сейчас я начала осознавать весь кошмар ситуации — я не знаю о нём ровным счетом ничего, а он знает обо мне многое.

От Ильи не было ни слова весь оставшийся вечер. Последнее, что он написал — сухая, ледяная строчка: «Я спать. Мне надо подумать, смогу ли я вообще доверять девушке, которая так легко отправляет подобные фото парню, которого даже не видела вживую».

Весь следующий день был похож на ад. Я просматривала документы, но строчки в глазах расплывались, я совершенно не могла сосредоточиться на работе. Мысли хаотично метались по кругу: «А вдруг он прямо сейчас отправляет это Станиславу Александровичу? Или Ане? Вдруг он выложит это в сеть? Зачем, зачем я это сделала?!»

Каждый шаг в коридоре заставлял меня вздрагивать. Каждый раз, когда открывалась дверь в кабинет, мне казалось, что сейчас войдет Станислав Александрович, посмотрит на меня с брезгливостью и швырнет на стол распечатку того самого снимка.

— Юлька, пойдём на обед? — спросила Аня, взяв меня на плечо. От неожиданности я вздрогнула.

— Анют, у меня очень много работы, дедлайны горят, сходи сегодня без меня, — торопливо ответила я, зная, что если останусь с Аней наедине, она быстро меня раскусит.

— Хорошо, — ответила Аня и пошла к выходу, но возле двери развернулась и спросила. — У тебя всё нормально, помимо завала на работе? Ты какая-то дерганая сегодня. Из-за Кирилла переживаешь? Юлька, забей на него, он остался в прошлом.

— Я не переживаю на счёт него, — ответила я.

Я выдавила фальшивую улыбку, от которой свело челюсти. Если бы Аня только знала, что дело уже давно не в Кирилле, а в моем «идеальном» архитекторе Илье.

После обеда меня вызвал в кабинет Станислав Александрович. Моё сердце ушло куда-то в пятки.

Я шла по коридору на ногах, которые меня не слушались, и мысленно готовилась к самому худшему, придумывая оправдания.

Шеф сидел в кресле, изучая подготовленные мною вчерашние документы по контрагентам.

— Юлия, присядьте, — спокойно, но строго произнес Станислав Александрович, не поднимая глаз от бумаг.

Я опустилась на стул, едва дыша.

— Скажите, пожалуйста, — он наконец поднял на меня взгляд своих проницательных темных глаз, — Вы проверяли пункт 4.2 в этом договоре? Здесь указана неверная процентная ставка по неустойке. Ошибка в одной цифре, но для нашего клиента это потеря полумиллиона рублей.

Я замерла. Ошибка в цифрах. Просто юридическая ошибка, а не фото. В груди на секунду разлилось облегчение, но тут же сменилось жгучим стыдом. Профессиональный юрист не имеет права на такие глупые ляпы.

— Простите, пожалуйста, Станислав Александрович... — тихо выдавила я, глядя в пол. — Я... я переделаю прямо сейчас. Вчера было много работы и я, видимо, пропустила этот момент.

— Вы сами на себя не похожи, Юлия. Первые дни отработали блестяще, а со вчерашнего дня летаете в облаках. Если у вас что-то случилось и вам нужна помощь — скажите, — Станислав Александрович внимательно посмотрел на меня. Его взгляд смягчился, в нём появилось человеческое участие, а не только холодный профессионализм.

От его искреннего тона мне захотелось разрыдаться и рассказать всё. Но страх сковал горло. Как мне признаться этому мужчине в том, какую глупость я совершила?

— Всё хорошо, правда. Просто личные обстоятельства, это не важно, — быстро проговорила я, забирая папку. — Я исправлю договор через десять минут.

Выйдя из кабинета, я прислонилась спиной к прохладной стене коридора и громко выдохнула.

На часах было 16:00. Через несколько часов будут сутки, как Илья прочитал моё последнее сообщение и пропал.

Когда я исправляла договор, в кабинет вошел молодой парень в фирменной кепке службы доставки, держа в руках огромный, невероятно красивый букет нежно-розовых пионов — моих любимых цветов.

— Юлия? — спросил курьер, уставившись на меня. — Это вам. Распишитесь, пожалуйста.

Я не верила своим глазам. Внутри цветов лежала маленькая открытка. На ней от руки (точнее, печатными буквами, чтобы скрыть почерк) было написано: «Самой прекрасной девушке на свете. Прости меня».

Я улыбнулась. В этот момент дверь кабинета снова открылась, и на пороге появился Станислав Александрович с какими-то документами. Он остановился, заметив огромный букет на моем столе, который занимал почти всё свободное пространство. Шеф на секунду замер. Его взгляд скользнул по цветам. На его лице не отразилось никаких эмоций, но в глазах мелькнуло что-то странное — то ли удивление, то ли легкий укол досады и ревности.

— Вижу, ваше настроение улучшилось, — ровным тоном произнес Станислав Александрович, подходя к моему столу. — Надеюсь, это не помешает работе. Держите претензию, завтра обсудим.

— Спасибо, Станислав Александрович. Возьмите, пожалуйста, договор, я всё исправила, — уверенно ответила я, глядя ему прямо в глаза, и протянула договор. Страх немного отступил.

Станислав Александрович коротко кивнул и вышел.

Я разблокировала телефон. От Ильи всё также не было ни слова. В голове пронеслась мысль: «Может, написать ему и поблагодарить за цветы?» Но я передумала. Гордость остановила меня.

Рабочий день наконец-то подошел к концу. Я взяла телефон и вызвала такси до дома. Вчерашний кошмар казался нелепым недоразумением. Ну, приревновал мужчина, ну, сорвало у него крышу от любви ко мне. С кем не бывает? А то, что он прислал именно пионы... Это казалось мне каким-то космическим знаком. Я ведь даже не успела сказать Илье, что это мои любимые цветы, а он сам так волшебно угадал!

Дома я переоделась в домашний костюм, заварила чай и устроилась на диване с телефоном в руках.

Экран мигнул. Сердце радостно подпрыгнуло — пришло сообщение от Ильи.

Илья: «Юль, прости меня пожалуйста. Я со вчерашнего вечера сам не свой, места себе не нахожу. Я вчера пришел уставший, на объекте жуткий аврал, у меня просто сдали нервы. Извини за грубость, это была дикая, животная ревность. Я как представил, что ты там, на своей новой работе, среди других мужиков... Мне сорвало башню от мысли, что кто-то еще может на тебя посмотреть. Я никогда, слышишь, никогда и никому не покажу это фото. Я удалил его. Клянусь тебе. Кстати, ты уже дома? Скинь мне геолокацию, хочу знать, что с тобой всё в порядке».

Привычным, уже автоматическим движением я открыла диалог и нажала кнопку «Отправить текущую геопозицию».

Буквально через секунду после отправки геопозиции телефон в руке завибрировал.

На экране высветился входящий звонок в Telegram от Кирилла.

Внутри у меня всё странно ёкнуло. Зачем он звонит? Опять начнет свои манипуляции? После нежных извинений Ильи разговаривать с бывшим парнем хотелось меньше всего. Я вздохнула и нажала «принять»:

— Да, Кирилл. Я занята, говори быстро.

— Привет, Юляш, — со смешком произнес Кирилл. — Ну как тебе букетик? Доехали мои пионы? Не помялись в такси?

Мир вокруг меня в одно мгновение разлетелся на куски.

Я замерла, не в силах вздохнуть, уставившись на огромный розовый букет.

Пионы... прислал Кирилл?! Но как же Илья?

— Я не верю, что эти цветы от тебя. Может, ты просто за мной следишь, — тихо произнесла я. — Отправь мне чек об оплате цветов.

— Юлька, ну не смеши меня. Ты действительно думаешь, что какому-то левому парню нужна девчонка с кучей проблем? Это я прислал тебе цветы в офис. Я ведь помню, как ты их любишь. Посмотри правде в глаза: кроме меня, ты никому в этой жизни не нужна. Ладно, я под твоими окнами стою. Открывай, поговорим, — Кирилл в трубке громко, издевательски рассмеялся.

Я сбросила звонок, тяжело дыша. Сердце бешено колотилось в горле. Я посмотрела на пионы, которые теперь казались мне ядовитыми.

Меня трясло от волны дикой, неконтролируемой ярости, смешанной с паникой. Кирилл снова пытался вломиться в мою жизнь. Снова пытался внушить мне, что я ничтожество, никому не нужная, кроме него.

Я тихо подошла к окну, немного отодвинув занавеску, я взглянула вниз. У подъезда, прямо под тусклым светом фонаря, стояла его машина. Сам Кирилл прислонился спиной к капоту, держа в руке светящийся экран телефона. Он ждал.

В этот момент телефон в моей руке снова бешено зажужжал. Кирилл звонил опять.