- -
- 100%
- +
– Не годится она для жизни!..
– Почему это? – спросил Леха.
– Потому, – добавил Федорович, – Что она из категории людей «на одного смотрю, а всех жалко!». К тому же из армии ждать она тебя не будет, раз поняла, что с мужиками надо делать.
– Для жизни надо что-то попроще, – сказал Сергей.
– Ну да… Навроде твоей Татьяны! – ответил Алексей.
– Я не призываю к крайностям… Но Лена точно не вариант.
– При ее красоте, – сказал Федорович, – она тебя и недели ждать не будет.
– А если бы она была «крокодил»? Что, ждала бы? – спросил Алексей.
– Дело не в этом. Если хочешь жить спокойно и счастливо, выбирай ту, которая тянется за тобой, а не ту, за которой ты бегаешь…
– С красивой бабой боятся связываться те, у которых слабость по мужской линии.
– Ду-у-у-урак… На веку как на до-о-о-лгой ниве… Будь у тебя хоть железный, а уйдешь из дома, и что она?.. Будет мечтами о тебе утешаться? – сказал сосед.
– Давай так… – решил брат. – Отслужишь в армии благополучно, и если она дождется тебя, на следующий день по возвращении сыграем свадьбу… А если нет, то, значит, нет!
После того как состоялся неприятный разговор с братом и соседом, он сказал Лене: «Отслужу и женюсь. Если дождешься… На проводы приедешь?»
– Мама сказала, идти на проводы – дурная примета, – ответила Лена.
– Сдается мне, Федорович, пустой это разговор, – сказал Сергей, встретившись с соседом после Лехиного отъезда.
– Ты прав. Если бы молодость знала, если бы старость могла. Вот взять хотя бы меня, я ведь первый раз женился потому, что мне казалось, лучшей девки на свете не бывает. Моя первая жена, Люба, красавица была. Кожа нежная, как у ребенка, – вспомнил Федорович и улыбнулся. – Зубы как жемчуг, стройная, статная, ну просто принцесса. А Валюха (нынешняя жена) всю жизнь за мной бегала, вся в веснушках, глянуть не на что. Конечно, я выбрал Любу, а когда подсел, Люба моя «хвост подняла», только ее и видели. А Валюха всю жизнь со мной.
– Федорович, а почему ты говоришь про Любу «была», она умерла, что ли?
– Для меня да, а вообще она жива-живехонька. В Губкине живет, замужем, детей двое у них.
«Значит, не умерла, раз он о ней все знает, заливает сосед, – подумал Сергей, – такие в сердце навсегда остаются», – а вслух произнес:
– Значит, брата мы не переубедили?
– Конечно, нет, каждый сам свою жизнь проживает и сам себе шишки набивает. Это вранье, что чужой опыт всех чему-то учит. Кого-то учит, но в основном каждый попадает в неприятности, от которых его предостерегали. В жизни всегда есть события, о которых любой человек помнит до самой смерти. А есть моменты, о которых нечего вспомнить. Ни хорошего, ни плохого. От таких моментов в жизни остаются только пятна, даже без очертаний. У твоего брата первая любовь, о ней он, конечно, будет помнить.
– Значит, разговор с ним напрасный? Все зря?
– Ничего не зря, на то мы и старшие, чтобы пацана беречь от неприятностей. По возможности, конечно. Я тебе так скажу, Сергей, зря в жизни ничего не бывает. Все, что происходит и что говорится, все не зря.
Провожали Алексея в армию несколько приятелей, брат Сергей с женой Татьяной, тетка Наталья, дед с бабкой и сосед Федорович с женой. Все желали удачи, вернуться живым и здоровым. Федорович выпил рюмку, остатки водки вылил на ладонь, погладил этой ладонью Леху по лысой, свежеостриженной голове, сказал:
– Помни, чему тебя старшаки учили. А теперь на всю жизнь запомни то, что я тебе сейчас скажу… Стакан винный, х… длинный и картежная игра не доводят до добра. Запомни эти слова как «отче наш»…
– Что такое отче наш? – спросил Леха.
– Мудак ты, Леха… Идешь служить и не знаешь, что такое «отче наш». – Валя, дай ему молитву в дорогу! – обращаясь к жене, сказал Федорович.
Валентина протянула сложенную черную полоску, на которой золотым теснением были написаны три молитвы. «Отче наш», «Богородичная» и Псалом 90‐й, известный в народе как живая помощь. Он машинально сунул молитву в карман. Прибыв к военкомату, обняв всех провожающих по очереди, зашел в автобус.
Еще находясь в учебке, он от друзей получил известие, что Лена, его первая любовь, вышла замуж. Прошло меньше двух месяцев после расставания… «Как же были правы старшаки, хорошо, что я не женился на ней. На одного смотрю, а всех жалко», – вспомнил он слова соседа.
– Все в руках Божьих! – произнес он непонятно почему возникшие слова.
К тому времени он выучил две молитвы из трех данных ему в дорогу. Ему, не избалованному разносолами на гражданке, армейская еда вполне нравилась, в отличие от некоторых ребят, служивших с ним. Начинал служить в Средней Азии, а закончил в Ростовской области. Там он сблизился с тремя земляками: Витька, Сашка и Олег. С ними вместе и увольнялись. Вернувшись из армии, захотел встретиться с первой любовью Еленой. Поехал в Воронеж, через знакомых нашел ее…
Выяснилось, что она уже успела дважды выйти замуж и разойтись. В данный момент находилась в очередном поиске. От первого брака у нее был сын, которого она оставила у своих родителей, чтобы не мешал делать карьеру, как заявила она Алексею. Этой встречей Алексей был разочарован. От той девушки, которую он знал, не осталось и следа. Перед ним была циничная, наглая, развращенная до предела шлюха. Куда девалась та, которую он знал? Что за странные метаморфозы произошли? Переспав с ней, он уехал к себе домой, четко понимая, что видеться с ней он больше не хочет.
Вернувшись от Елены, ударился в гульбу и пьянку, никому ничего не объясняя. Особенной слабостью для него были женщины. Брат Сергей неоднократно предупреждал о том, что беспорядочные связи ни к чему хорошему не приводят, часто говаривал: «В кого ты только такой уродился?..»
Только по большому счастью, к великой радости брата, он познакомился со Светланой, и Сергей был рад, что брат попал в надежные руки. Они стали жить вместе, вскоре у них родилась дочка Анечка. Сергей со всей семьей переехал в выделенную благоустроенную квартиру. Постепенно жизнь стала налаживаться. Алексей работал помощником машиниста тепловоза, жена Светлана – медсестрой в городской больнице.
Вскоре произошло то, что происходит в стране с завидным постоянством. Как говорил сосед Федорович: «Не понос, так золотуха…» Если не война, то революция. Не революция, так перестройка, реформа, смена политического вектора. Словом, происходит то, что обогащает богатых и делает более бесправными и нищими обычных людей. Деньги, которые население доверило государству, накрылись медным тазом. Сколько народу попало в эту государственную подлянку. Не миновала эта история и семью Артемовых. Те деньги, что Светлана разместила на сберкнижке, вырвав их из семейного бюджета, пропали… От недостатка денег впервые высказала мужу свою обиду: «Что ты за мужик?.. Деньги заработать не можешь!..»
Алексей рассчитался с работы и подался к армейским друзьям, в надежде на приличный заработок. Они служили вместе, вместе возвращались домой, поэтому у него были основания надеяться на них. Все его друзья держались особняком и продолжали работать вместе. Чем они занимались, никто точно не знал, слухи ходили разные. Устроили его в кафе «Пеликан», приглядывать за порядком и жарить для клиентов шашлык.
– С баблом не обидим!.. – сказал сослуживец Сашка, на которого было оформлено кафе.
Все его друзья были при деньгах, не женатые. Таскали к себе городских шалашовок, на свои попойки, в пятничную баню. Пригласили и Леху. Витька, еще один сослуживиц, шепнул в бане на ухо: «Леха, беги ты от нас подальше, иначе попадешь с нами в непонятное».
Эти слова напрягли его. Увидев в раздевалке стволы под одеждой, он о многом догадался. Его армейские друзья трясли комерсов, забирая у них честно и нечестно заработанные деньги. В баню привезли девок.
– Выбирай любую! – сказал Олег, еще один сослуживец.
Леха подошел к понравившейся девчонке, но она заявила:
– Я с Сашкой, я всегда с ним!
Он отошел в сторону, а Олег, поняв, в чем дело, сказал:
– Если в сердце дверь закрыта, надо в печень постучать…
– Ничего не надо, ответил Леха.
– Ну, дело твое, – согласился Олег.
Через месяц работы в кафе Алексей спросил обещанную зарплату.
– Самому надо крутиться! – сказал Сашка, сунул ему в руки несколько сотенных бумажек и уехал…
Так Алексей понял цену словам «помогать друг другу», что давали, возвращаясь домой из Ростова.
После демобилизации, подвыпив, завязались они с гражданскими. Могло бы все закончиться плохо, но Алексей достал гранату, сказал убедительным голосом: «Кто дернется, здесь и останется!» Все разошлись, не раздражая друг друга. Хотя граната была учебной, впечатление произвела. Вот тогда все и пообещали помогать друг другу. Все это вспомнилось Алексею.
– Ну что же, – сказал он, – значит, нам вместе тесновато.
Ушел из кафе и больше с Сашкой и Олегом не виделся. Через два дня приехал Витька.
– Ты правильно сделал, что ушел. Можешь попасть с нами в такие бигуди, что хрен выпутаешься. У тебя жена и дочь, зачем тебе лишний геморрой? На меня можешь рассчитывать по-любому.
Поболтали еще немного, вспомнили службу и расстались по-хорошему.
Устроился Алексей водителем в ПМК. Но вскоре ушел по причине задержки зарплаты. Устроился грузчиком на завод, затем механиком на элеватор, слесарем в водоканал, слесарем в ЖКХ. Все в поисках денег. Устроился вахтовиком на Север, но богатым так и не стал. На вопрос «как дела?» он неизменно отвечал «как сажа бела», а на вопрос «как делишки?» – «как рублишки, я за ними, а они от меня».
Совершив рабочий марафон в погоне за деньгами, он вернулся на тепловоз помощником. Его машинист Григорьевич сказал: «Грешник ты, видать, вот и идет у тебя все сикось-накось».
После возвращения с «северов» он узнал, что его сослуживцы Саня и Олег погибли в ДТП по пьянке. Остался только Виктор. Алексей связался с ним, посидели в кафе, выпили, помянули друзей. Виктор сказал:
– Я знаю, они виноваты перед тобой. Но ты не обижайся.
– Я все забыл. Кто старое помянет, тому глаз вон.
– Ты обращайся Леха, если что.
И они расстались. Случай обратиться вскоре представился. В гости зашел брат Сергей, у него был свой магаз по продаже разного турецкого барахла. Пообщавшись, уходя, брат сказал:
– Занял одному человеку деньги… Теперь забрать не могу. Не хочет отдавать. Расписки нет, свидетелей нет, что делать, ума не приложу…
– Он местный? – спросил Алексей.
– Нет, из Белгорода.
– Адрес знаешь?
– Да, знаю.
Назвав адрес и имя должника, брат ушел. Алексей понял, это была ненавязчивая просьба о помощи. Он позвонил единственному оставшемуся в живых, армейскому другу Виктору. Поделившись соображениями, приятели захватили Витькин ствол, две бейсбольные биты и Лехину легендарную гранату. По дороге Виктор инструктировал приятеля.
– Ты в этом деле человек новый, а мы с покойным Сашкой и Олегом всяких повидали. Наглецов надо наказывать сразу, они добрых слов не понимают. Сначала надо гасить, а затем объяснять им, в какую жопу они попали. Затем объяснять, как из этой жопы выбраться с наименьшими потерями. Тем более я этого кренделя знаю хорошо, твой Сергей не первый.
Должника нашли быстро, но надо было забрать деньги. «Дома у него жена и дочка, надо цеплять его на улице. Машина у него крутая, если не отдаст деньги, заберем за долги», – сказал Виктор.
На третий день должник подъехал к дому поздно вечером. Едва он вышел из машины, тут же получил битой по правой руке и правой ноге. Дальше разговор был жестким.
– Если отдашь деньги сейчас, останешься живым и теплым. Если нет, будешь инвалидом. Машину мы заберем за долги. Номера перебьем, продадим абрекам на Кавказ, – сказал Виктор.
Хозяин машины оказался человеком не упрямым. Поднялись в квартиру со стволом в боку, забрали долг и деньги за хлопоты. На прощанье Виктор сказал:
– Если не хочешь, чтобы граната оказалась у тебя в штанах, забудь обо всем.
На следующий день приятели сидели на кухне у Сергея дома, в хорошем настроении и с чувством выполненного долга.
– Я знал, что однажды ты выручишь меня, брат!.. – сказал Сергей, похлопав его по плечу.
Алексея распирало от радости за себя и за то, что выручил старшего брата. Витька пытался шутить, глотая рюмку за рюмкой, в конце концов надравшись до одурения, он запел частушку:
«Пум пирламбер пупия,Синяя з…Понарыли б… ям,Хоть не езди по б…м».– Тише! – сказал Сергей. – Испугаете соседей.
По прошествии месяца Виктор угорел в автомобиле. Менты сказали, что заснул поддатый в работающем автомобиле в гараже. Нашли его утром. Сказал сосед по гаражу. Так судьба в очередной раз ударила Леху, забрав преданного друга. Как известно, дорогой скорби приходим мы к Богу. Когда возникают жизненные проблемы, большинство людей обращается к Богу за помощью, даже те, кто до определенного момента ни о чем его не просил. В тяжелый момент жизни или в определенных жизненных обстоятельствах каждый человек рано или поздно обращается к Богу. Не стал исключением и Алексей. Обращаясь к Богу, он просил помощи в жизненных делах, просил простить ему грехи, шептал себе под нос что-то невнятное, стыдясь своих мыслей. Понял, что все это неправильно, отбросив ложный стыд, обратился к батюшке Никону. Приехал к нему не в церковь, а домой по совету жены Светланы. Батюшка Никон оказался человеком с понятием. Выслушав Алексея, вручил ему брошюру, в которой рассказывалось в подробностях, как готовиться к исповеди, к причастию, как прийти к покаянию. Там же был перечень грехов человеческих.
Алексей серьезно подошел к делу. Постился вместе с женой, прочитал перечень грехов и с удивлением обнаружил, что является носителем всех человеческих пороков. Почти все грехи были присущи и ему. Поинтересовался у жены, сколько у нее грехов. Светлана жестко ответила:
– Ты не батюшка, чтобы я тебе в грехах исповедовалась!
Он по-новому посмотрел на свою жену. Казалось, что он знает о ней все, а иногда казалось, что и вовсе он ничего о ней не знает. Вот и теперь она удивила его своим ответом. Хотя чему удивляться, столько всего произошло за последнее время.
После посещения отца Никона, после исповеди, он почувствовал облегчение, будто тяжкий камень упал с плеч долой. Жизнь показалась намного прекрасней, появился прилив сил. Это событие отец Никон объяснил фразой:
– Это Господня благодать коснулась тебя. С этой минуты старайся жить в согласии с Господом.
С этого момента любые вопросы, любые события своей и чужой жизни он мог объяснить Божьим промыслом, как позитивные, так и негативные события теперь объяснялись гораздо проще. Ибо сказано в писании: «Ни один волос не упадет с головы человека без Божьего дозволения».
Отец Никон предложил съездить в Задонский монастырь.
– Я вас познакомлю с одним монахом. Его зовут отец Лаврентий. Это удивительный человек.
До знакомства с отцом Лаврентием Алексей считал, что монахи – люди закрытые и недоступные, ограничивающие себя во всем. Сидя за столом с отцом Лаврентием, слушая его прекрасные стихи, Алексей понял, что он мало знает об этих людях. Отец Лаврентий оказался образованнейшим, умнейшим и добрейшим человеком. Вспомнились его стихи. («За святую Русь помолюсь, чтобы божью нить пробудить…»)
С тех пор Алексей со Светланой старались чаще бывать в Задонском монастыре и всегда встречались с отцом Лаврентием.
Во время очередного посещения отец Лаврентий показал могилы монахов на монастырском кладбище. Перед самым отъездом домой он проводил Алексея со Светланой к могиле генерала Муравьева Николая Николаевича. Могила находилась с восточной стороны Владимирского собора, возле ограды. Ограда огибала серое гранитное надгробье, на котором была надпись: «Николай Николаевич Муравьев начал военное поприще отечественной войной 1812 года, кончил под Кар-сом в 1856 году». Все втроем постояли какое-то время молча, отдавая дань уважения прославленному боевому генералу. Затем попрощались с отцом Лаврентием у монастырских ворот и отправились домой на Белгородчину. Возвращаясь домой, Алексей думал о том, что Россия на протяжении всей своей истории воевала практически беспрерывно. Какой бы временной отрезок ни взять, везде будет война, если не война, значит, бунты, восстания, революции.
«А я в силу своей исторической безграмотности помню только несколько дат из истории своей страны, – подумал Алексей. – Это 1612 год, когда польские интервенты и национал-предатели тиранили наш народ. Это 1812 год, когда Наполеон, вторгшийся в нашу страну, разграбил и разорил европейскую часть страны, разграбил Москву и сжег ее. Затем на ум пришла Первая мировая война четырнадцатого года и революция семнадцатого года. Великая Отечественная война 41–45 годов, унесшая двадцать семь миллионов жизней и принесшая неисчислимые страдания народу. Но ведь между 1612 и 1945 годами было огромное количество событий. А много ли людей о них знает? А ведь была история страны и до 1612 года, и после 1945 года. Практически ни один конфликт в мире не обходился без нас».
Алексей поймал себя на мысли, что, произнеся слова «без нас», он чувствовал себя сопричастным ко всем событиям, хотя в них не участвовал. Он был частью России и ее гражданином, а значит, и частью всего, что происходило и будет происходить в стране. Правильно ли это, Алексей не знал. Но он знал, что если признать себя частью страны, значит, и историю страны надо признавать полностью. Не только победы, но и поражения, и унижения страны, и репрессии, и все-все, что происходило. А почему? Да потому, что все предки жили здесь в России, а не на Луне испокон веков, и они участвовали во всех событиях так или иначе.
«Вообще-то, – подумал он, – чтобы в этом разобраться, нужно всерьез изучать историю, а не только в рамках школьной программы. Я берусь судить наших бывших руководителей, опираясь на прочитанную газетную статью. А при ближайшем рассмотрении автора статьи понимаешь, что все его слова – это личная обида за что-то или за кого-то. Либо политический заказ на очернение и фальсификацию истории. Грамотенки у меня маловато. Техникум да попытка учебы в институте в виде трех лет заочного обучения. Надо самому образовываться. Отец Лаврентий сказал: почаще обращайтесь к Богу, тогда на многие вопросы найдете ответы. Он еще говорил, что всякая власть от Бога. Значит, и наш алкаш со своей бандой тоже от Бога, как наказание нам, только непонятно, за что. Опять я подумал «наш алкаш», значит, я признаю его как часть страны и истории и себя в ней тоже. Может, это сейчас мне непонятно, ладно, поживем – увидим. Войны, революции, перестройка… Чем провинилась Россия перед Богом?
Ну, допустим, тем, что рушили храмы, но ведь и до этого народ жил, мягко говоря, не очень. Иначе откуда эти бунты, восстания, народные войны, не говоря о мелких помещичьих разборках. Слава Богу, что всех победили. Надеюсь, и дальше всех победим. Вот генерал Муравьев, столько воевал, а я о нем узнал от отца Лаврентия. А сколько я еще не знаю. Времени прошло почти полтора столетия, могила сохранилась, народная память сохранила всех выдающихся людей и великих полководцев.
Жаль только, что обычных людей, солдат, коих сотни тысяч легли на полях сражений, не сохранила. И здесь я не прав. Народные былины, песни, предания о чудо-богатырях – это тоже память.
И только Великая Отечественная война наиболее полно сохранила в памяти всех сынов и дочерей, воевавших на полях сражений. Есть о чем подумать, дорога домой не близкая. И все же хорошо, что мы познакомились с этим монахом. После общения с ним лучше думается. И не только о хлебе насущном, а обо всем и обо всех. Генерал Яков Петрович Кульнев говорил: «Люблю Россию! Хороша она, матушка, еще и тем, что у нас в каком-нибудь углу да обязательно дерутся». Хорошо бы получше знать своих героев и свою историю, есть о чем подумать, путь не близкий».
После этих встреч хотелось кричать всему миру:
– Люди! Живите правильно! Покайтесь!
Монахи, в отличие от простых мирян, умеют радоваться каждому Божьему дню и благодарить за это Господа. Мы забываем сказать: «Благодарю тебя, Господи, за прожитый день.
«Зачем кого-то осуждать? – говорил себе Алексей. – Ведь я до недавнего времени думал, что Господь – это добрый Дедушка Мороз. Делает только хорошее для людей и раздает подарки».
После знакомства с отцом Лаврентием Алексей понял, что Господь делает не хорошее, а душеполезное, часто через наказание людей. Ведь где человек – там грех, во всех его проявлениях. Чтобы уберечь все греховное людство от полной погибели на протяжении всей человеческой истории, были потопы и пожары, извержения вулканов, землетрясения, были моровые болезни, уничтожение отдельных городов, голод и войны. Человек как вид сохранился, сохранив в себе не только пороки и все человеческое, но и все божественное. Забота о близких, защита своей семьи, ответственность за тех, кого приручили, и самое главное из всего – защитить свою семью любой ценой. Все в жизни Алексея, стало на свои места. Только позабыл он о том, что жить в миру совсем не одно и то же, что жить в монастыре. Забыл он и про врага рода человеческого, который каждый день и каждый час искушает людей. Искушений много, а человек не Бог, он слаб и подвержен влиянию греховного. Мысли о хлебе насущном не дают покоя ни днем ни ночью любому человеку, ответственному за свою семью.
Месяц май, все цветет. В природе расцвет, по ночам соловьи заливаются. Дурманящий запах цветущих деревьев. Живи да радуйся. Только у каждого работяги семья, ее надо обеспечить всем необходимым. Это обстоятельство заставило мужиков в смене умыкнуть дизтопливо, чтобы подзаработать. В ночи слышны шарканье шагов, кряхтение и приглушенный разговор, почти шепот. После того как процесс по изъятию и переносу дизтоплива из тепловоза закончился, мокрый от пота Лехин коллега Семеныч, который был гораздо старше всех, вытирая пот со лба, сказал:
– Слава Богу… Не попались ни ментам, ни охране.
Леха неожиданно для себя изрек:
– Странные вы люди. Верите в Бога и благодарите, что помог украсть.
Сказал и сам себе удивился, ведь он тоже был с ними.
Первым подскочил к нему Кислов, он также был старше Алексея, и спросил:
– У тебя с головой все в порядке?
Вторым подошел Рындин:
– Ты что? Головой ударился?
Семеныч сказал:
– Тихо! Пошли в бытовку, там все обсудим.
В бытовке он достал из шкафа сало, хлеб и литр самогона. Присели, выпили по полстакана, закусили, затем закурили, и Семеныч не торопясь завел разговор.
– Ты, Алексей, недавно сказал: «Веруете и воруете». А разве ты не просил Бога о помощи, чтобы из армии живым вернуться? Сам говорил, что Федорович лично молитву тебе в руки вложил.
– Это было другое, – сказал Леха.
– А мы что, по-твоему, у друзей солярку умыкнули? Или это нам друзья зарплату назначили в семь тысяч, которой хватает, чтобы семья с голоду не подохла, чтоб мы ногами дрыгали и пахали на них, пока мы им нужны. Ни я, ни Кислов, ни Рындин не установили этот порядок. Либо мы принимаем его и выживаем как можем, либо надо отправляться в монастырь или на тот свет. Есть еще один вариант… Уехать из страны. Только за границей мы нужны, как собаке пятая нога. Ведь ни один из нас не является носителем секретов, крупным ученым, великим писателем, медицинским светилом и богатым человеком. Поэтому наша судьба – жить там, где мы родились и где могилы наших предков. Но лично я и при наличии всего перечисленного Россию не променяю ни на одну страну мира.
Выпили еще по полстакана, закусили, покурили.
– Ты давно таким праведником стал? – спросил Кислов. Леха промолчал. – Молчишь?.. Вот и не строй из себя бессеребренника, – сказал Семеныч. Я понимаю, что такое хорошо, а что такое плохо. Мне тоже бывает стыдно. Мне особенно плохо и стыдно, когда дети голодные дома плачут, а на остальной стыд мне плевать. Те суки, что наверху сидят, не мучаются раздумьями, как мы выживаем всей семьей на семь тысяч.
– Да разве я возражаю? – сказал Алексей. – Просто хотел сказать, что когда грешишь, Бога трогать не надо.
– Давай, Алексей, о Боге после поговорим, – сказал Семеныч. – У меня сейчас думки очень приземленные. А о высоких материях думать некогда. Мне вкалывать надо, семью кормить, внуков поднимать, учить, лечить, одевать, обувать. У тебя одна Светка с Анькой, а у меня двое детей, внуки и теща лежачая. Давайте, мужики, замахнем еще по сто грамм, и пошли по домам. А ты, – обратился к Лехе, – захочешь поговорить, приходи ко мне, посидим, поговорим.
– Знаешь поговорку? – спросил Кислов. – Бог-то Бог, да и сам не будь плох.
Семеныч добавил:
– На Бога надейся, а сам не плошай.
Рындин подытожил:
– Береженого Бог бережет, а не береженого конвой стережет.
Леха искренне рассмеялся и сказал:
– Я вижу, здесь собрались истинные знатоки слова божьего. Ладно, простите меня, мужики, я, видно, не то ляпнул. Ведь забота о близких очень много значит.