Селфиметрика. Путеводитель по системному мышлению о себе

Глава 1. Что такое система?

Существуют разные определения слова «система», в которых, в зависимости от контекста, добавляются различные свойства. Мы будем использовать следующее определение.

Система – это совокупность элементов или подсистем, находящихся во взаимодействии друг с другом и со средой.

В действительности из такого определения можно вывести разные классификации, так как слова «взаимодействие», «среда», «совокупность», в зависимости от рассматриваемых условий, могут иметь разные интерпретации. Системы могут различаться по отношению к среде. Обладать целью. Изменять цель в процессе своего существования. Под совокупностью подразумеваются свойства целого, при этом части не обладают такими свойствами, но имеют целевую сплоченность, так как в противном случае эта сущность будет представлять не систему, а нагромождение.

Таким образом, системы бывают: абстрактные и материальные, сложные и простые, статические и динамические, вероятностные и детерминированные, дискретные и непрерывные, закрытые и открытые и другие.

Воспользуемся принципом достаточности и рассмотрим составные части, из которых образуются системы, и некоторые из возникающих свойств.

Системы могут состоять из огромного количества элементов. В зависимости от рассматриваемого масштаба они разбиваются на подсистемы или еще более мелкие компоненты.

Можно увидеть это на примере человеческого организма. Наше тело состоит из разных систем: кровеносной, нервной, дыхательной, пищеварительной, выделительной и других. Связаны ли они между собой? Да. Они взаимодействуют друг с другом. Каждая из этих систем состоит, в свою очередь, из других подсистем – органов нашего тела. Все органы взаимодействуют друг с другом и взаимозависимы.

Если опускаться на более мелкие уровни и рассматривать связи в масштабе клеток, или молекул, или атомов, то проследить их становится все труднее и труднее. Что заставляет атомы формироваться и удерживаться в молекулах, клетки – в органах и так далее?

Это связано с тем, что на каждом из этапов перехода – от клеток к органам, от органов к подсистемам организма и в конце к системе «человек» – возникают дополнительные свойства. Такие свойства называются эмерджентными. Части одной системы по отдельности не аддитивны, то есть не представляют свойств целого при простом сложении ее элементов. Система не может функционировать, если в ней нарушается целостность, или баланс, потому что целостность подразумевает объединение и сплочение вокруг цели и смысла. Если пропадает целевая функция, то даже само слово «система» теряет смысл. Если нет цели, то вместо слова «система» следует использовать слово «нагромождение».

Ни одна из частей системы по отдельности не обладает свойствами целого. Возникающие дополнительные связи и взаимодействия между элементами формируют структуру. Только поняв, как связаны между собой части системы, разобравшись в их организации и взаимодействии, можно научиться управлять ею.

Дополнительной сложностью при рассмотрении структуры является поведение системы при переходе от статики к динамике. Взаимодействия и процессы, протекающие в системах, не подразумевают статичного состояния. То есть понять, как функционирует система, можно только с использованием некоторых допущений и абстрактного мышления.

В детстве мальчики играют с машинками. Такое свойство машинки, как «ехать», – это дополнительно возникающая способность благодаря наличию четырех колес и объединяющих их деталей. Дети стремятся разобрать машинку на части, чтобы понять, как ей удается ездить. Но если отваливается даже одно колесо, то свойство передвигаться пропадает, так как нарушается целостность.

Взрослые дети используют взрослые машинки для перемещения. Такие машинки имеют более сложную структуру и большее количество подсистем: топливную, систему передач, систему торможения, систему управления и так далее. Каждая из этих подсистем состоит, в свою очередь, из более мелких элементов. Но все вместе они представляют собой механизм, способный перемещать водителя за счет наличия у целостной структуры эмерджентных свойств.

Выявление закономерностей и определение структуры является ключевой задачей в системных подходах к решению разных проблем. И было бы неправильным ее не осветить, поскольку она демонстрирует применимость теории систем на бытовом, социальном, познавательном и на многих других уровнях.

Все, что нас окружает, имеет сходства и подобия. Все едино. Но едино – не значит идентично. Подобность, или изоморфизм, заключается в единстве структуры.

На математическом языке изоморфизм – это подобие, заключающееся в соответствии с отношением один к одному между совокупностями элементов из разных классов. То есть системы на первый взгляд могут быть разными, но на уровне структуры и организации самоподобными, или, другими словами, изоморфными.

Одним из основных принципов в геологии является метод актуализма. Когда геолог видит перед собой геологические структуры на поверхности, он может использовать метод актуализма и утверждать, что аналогичные строения можно обнаруживать и в прошлом. То есть изучение скрытых под землей геологических образований можно проводить, исследуя то, что доступно на поверхности. Подобие в структурах геологических систем образуется из-за схожести геологических процессов, действовавших как в прошлом, так и в настоящем. Метод актуализма не накладывает ограничений на схожесть процессов, действующих не только во временных, но и в разных пространственных координатах. Потому что аналогичные процессы действуют не только во времени, но и в пространстве. Поэтому изучение структур на одном участке через определение процессов может быть перенесено и применено в другой области. Геологические образования при этом могут различаться по форме или по размерам, но на уровне геологических процессов будут сохраняться подобия.

Более того, в окружающем мире можно наблюдать объекты, которые имеют свойство геометрической регулярности или независимости от масштаба. Такие объекты называются фракталами. Термин происходит от латинского слова fractus, что означает «ломаный, разбитый». Если рассматривать эти объекты в различных масштабах, можно обнаружить повторяющиеся фундаментальные элементы. Эти закономерности определяют дробную, или фрактальную, размерность структуры.

Береговые линии, или побережья, которые уже упоминались ранее, – это одни из классических фракталов. Многие объекты в природе обладают такими же свойствами: деревья, листья, горы, облака, молнии, речные дельты. В каждом из них система совпадает с частью себя самой. Иными словами, целое имеет ту же форму или структуру, что и одна или более частей.

С появлением возможностей визуализации фракталы используются, например, в графическом дизайне при создании компьютерных игр или фильмов. За сложностью форм, как правило, скрываются несложные математические операции.

Хотя наблюдение за фракталами приносит эстетическое удовольствие, попробуем вернуться к признакам масштабируемости в том, что создает система «человек». Этот принцип заключается в аналогичности. Он тоже не новый и известен давно: все создается по образу и подобию своему. Создание – это процесс взаимодействия. Поэтому важным является вопрос: как происходит взаимодействие между миром материальным и миром идей?

С одной стороны, все, что создано человеком в материальном мире, изначально возникало в виде образов в голове мыслителя. Сначала – образы и описания, а затем – воплощение. Дома, железная дорога, автомобили, телефоны первоначально появились в виде образов и прототипов в голове изобретателей. С другой стороны, образы возникли благодаря наблюдениям за явлениями и процессами в природе или в жизни. Таким образом, наши представления и материальное воплощение в некотором роде подобны.

По такому же принципу человек, являясь одновременно и системой, и частью системы, создает семью и детей, бизнес, общество, государство. При этом у таких систем нет запрета на появление дополнительно возникающих свойств. Они появляются сами по себе в обществе или бизнесе, так как происходит взаимодействие между их частями. Если в организации есть независимые друг от друга отделы, между которыми не происходит взаимодействие, то нет и организации.

Когда я размышляю о масштабируемости, функциональных соответствиях и взаимодействиях в системах, у меня часто возникает ощущение неприменимости этих знаний к себе. Появляется вопрос: а зачем это надо?

В четырнадцать лет я прочитал книжку, которая называлась «Курс выживания для подростков». Большое впечатление на меня произвела фраза «Ты не единственный, у кого есть проблемы»[4].

В тот момент я не мог поверить, что у кого-то могут быть проблемы, похожие на мои, ведь моя уникальность неповторима. Точнее, твоя уникальность в целом неповторима, но твои переживания в частности не уникальны.

Конечно, только по мере взросления приходит понимание, что проблемы примерно одинаковы. Так вот, наблюдение за системами и их функциональными соответствиями и взаимодействиями между частями или со средой позволяет решать проблемы, в том числе в психологической плоскости.

К примеру, психолог К. Г. Юнг видел подобие в физической и психологической системах в человеческом организме. Он отмечал: «Как живое тело с присущими ему особыми качествами является системой приспосабливающихся к условиям внешней среды функций, так и душа должна обнаруживать подобные же органы или функциональные системы, соответствующие закономерным физическим событиям. Под этим я подразумеваю не функцию восприятия, связанную с органами чувств, а скорее особого рода психические явления, параллельные физическим закономерностям»[5].

Всегда удивляет и одновременно подтверждает тезис о том, что все взаимосвязано, то, как ученые могут выдвигать некие предположения, которые впоследствии подтверждаются экспериментально.

В 2014 году Нобелевскую премию по физиологии и медицине получили исследователи Джон О’Киф и супруги Мозер за открытие очень интересных участков мозга. Началось все с вживления электродов в мозг крыс и регистрации сигналов. Когда ученые позволили животным свободно перемещаться по клетке, выяснилось, что некоторые нейроны ведут себя очень любопытно. Группы нейронов активизировались только в тот момент, когда крыса находилась в определенном месте своей клетки, и это не было связано с органами чувств. Эти нейроны были названы клетками места, а в совокупности такие клетки могли создавать полную карту окружающего пространства в голове животного.

Далее последовали еще более удивительные открытия. Были обнаружены клетки координатной сетки и клетки направления, которые позволяют мозгу определять направление и расстояние, а не только свое положение в пространстве, – в общем, полноценная нейронная система позиционирования мозга.

С точки зрения структурной похожести представление карты в голове не отличается от реальной карты местности.

Есть еще по крайней мере два последовавших за этим открытия, которые было бы уместно привести.

У крыс координатная сетка была двумерная. При исследовании мозга летучих мышей было обнаружено, что поля клеток координатной сетки у них представляют собой уже трехмерные области пространства. Каким-то образом системы адаптируются под выполнение необходимых функций в зависимости от среды.

И еще одно. У вновь родившихся крысят, которые впервые отправляются на прогулку, уже есть клетки места и клетки направления, а клетки координатной сетки появляются немного позднее. Это говорит о том, что они рождаются уже с основными функциями пространственного восприятия, то есть с некоторой памятью в системе, а опыт в навигации появляется несколько позднее и основывается на этой встроенной памяти. Из этого следует, что у систем может быть встроенная и приобретенная память.

Взаимодействие между частями системы является сложным. Во-первых, элементов в системе может быть бесконечно много. Во-вторых, мы можем не знать, как связаны и в какой степени взаимодействуют разные элементы внутри системы.

На протяжении жизни можно столкнуться с разными людьми, оказаться в разных ситуациях и извлечь разные уроки. Количество элементов и связей будет огромным, но хотя бы поддающимся оценке в теории. Такая сложность детализации, или структурная