Там, где Тьма встречает Рассвет
- -
- 100%
- +
— Может, попробуем на другую копну? Вот ту, подальше, — предложила девушка, указывая пальцем на дальний стог — пониже, чем первый: можно попытаться взобраться.
— Ладно, — согласилась Клэр и услышала смешок за спиной. — Тебе весело, я посмотрю?
— Еще как, — подмигнул Джейк, вновь вскочив на ноги.
«И почему я еще не удалила его из друзей? Обязательно это сделаю, как вернусь домой»,— подумала она. Пускай веселится. Шуты для того и нужны.
Клэр хмыкнула и направилась к другому стогу. Рут уже пыталась забраться, но снова не получалось.
— Кажется, нам и правда нужна стремянка, — горько усмехнулась она. Клэр окинула взглядом копну и деловито произнесла:
— Это мы еще посмотрим.
Прыгая на сено и скатываясь кубарем вниз, соскальзывая и падая, она снова и снова пробовала зацепиться за что-то и забраться наверх. Рут подталкивала ее, как умела, но это не сильно помогало. Наконец, каким-то чудом Клэр смогла уцепиться за веревку, плотно стягивающую копну, и подтянуться. Вершина была покорена. Следом она затащила Рут, протянув ей руку.
Клэр стояла на вершине стога — вся красная, с перепутанными волосами, из которых торчали соломинки, но счастливая. Удалось. Она победила.
— Я уж было подумал, что чуда не случится, — услышала она голос неподалеку. Джейк незаметно перебрался поближе — на соседний, более высокий скирд.
— Ты меня преследуешь? — удивилась она и вскинула бровь. Ко лбу, как некстати, прилип волос. Она попыталась его сдуть — безуспешно, раз за разом — и ощущала себя при этом крайне нелепо.
— Тебя? Мы едва знакомы, — фыркнул Джейк. — Здесь просто лучше обзор.
— Ну конечно.
«Мы не общались почти два года. С тех пор, как прекратил оставлять свои глупые комментарии. Почему опять цепляется?»
Клэр хотела было демонстративно отвернуться, но закат, как назло, был именно на той стороне, где красовался Джейк.
— Клэр, да не обращай ты на него внимания, — тихо шепнула Рут, легонько ткнув ее пальцем в плечо. — Он просто дурачится.
— Ты права. Что-то я слишком бурно реагирую. «Никогда не корми тролля», — согласилась Клэр и сложила руки на груди.
— Да он хороший, на самом деле, — зачем-то попыталась оправдать его Рут. — Мы учимся вместе, на одном курсе. Помнишь же его? Джейк Уолш.
— Да что-то припоминаю, — неоднозначно протянула она. Кажется, Рут не знает, что Джейк доставал ее после их первой встречи. Неужели и правда забыла рассказать? Значит, к лучшему. Меньше информации — меньше расспросов.
Джейк на удивление молчал. Прислушивался, о чем они шепчутся, но не мог разобрать ни слова. Наконец, девушки развернулись в его сторону и заняли удобное положение для любования закатом. Джейк сверлил Клэр взглядом, но она больше не реагировала. Ни единого контакта. Пусть смотрит сколько душе угодно.
Вскоре на небе разлился малиновый пунш. С каждой минутой он становился все ярче и красивее, и Клэр не удержалась — сделала несколько фотографий. А вскоре солнце скрылось за деревьями, и постепенно стало смеркаться. На небе появились первые звезды, а вместе с ними на землю опустился холод.
— Надо было одеваться теплее, — буркнула Клэр подруге, растирая ладони между собой. — Подмерзла.
— Да, что-то сегодня прохладнее, чем обычно, — согласилась Рут, зарываясь в свитер. — Давай завтра тогда? Придем сразу вечером, после захода солнца.
— Угу. Все, пошли. Мечтаю о горячем чае, — протянула рыжеволосая и поднялась на ноги, готовясь слезать.
— Так быстро? — усмехнулся Джейк, заметив движение.
— Солнце уже село, — отмахнулась Клэр.
— Хотя да, чего я ожидал, — высокомерно бросил он и отвернулся к небу.
«И зачем я опять ему отвечаю?» Чего он ожидал, Клэр и правда не понимала. И потому даже не стала отвечать. Да и что сказать? Признаться, что не продумала очевидные погодные условия и замерзла? Ну уж нет, она не доставит ему такого удовольствия.
Клэр несколько неуклюже спрыгнула со стога, но, к счастью, Джейк не видел ее позора.
— Пока, Джейк, — спустившись на землю, Рут помахала рукой товарищу.
— Пока, Рут, увидимся в колледже, — дружелюбно попрощался он, сделав при этом вид, что Клэр не существует.
«Наконец-то отстал»,— с облегчением подумала она, но напоследок бросила короткий взгляд. Юноша лежал наверху, запрокинув руки под голову. — «Ну хоть завтра ты мне не помешаешь. Любуйся сегодня сколько душе угодно».
Так прошла их первая встреча после двухлетнего перерыва. И Клэр искренне надеялась, что она окажется последней.
***Однако Рут уже было не остановить. Она с большим энтузиазмом в мельчайших подробностях рассказала о нем Клэр, даже не спрашивая, интересно ли ей об этом слушать. Да так, что девушке показалось, будто он развернул целую рекламную компанию о себе и разместил заказ среди общих знакомых, за который с радостью взялась мисс Рут Браун.
Вопреки ожиданиям, встреча с Джейком не стала последней. Они снова случайно встретились, но уже в общей компании, когда гуляли на улице в один из выходных дней. И в этот раз Джейк не проронил ни слова, словно его подменили. Шел неподалеку, общался с кем угодно, только не с Клэр, будто она невидимый призрак. А после прогулки вдруг написал в соцсети — предложил выпить кофе. Клэр ответила отказом, полагая, что теперь он поймет — это точно конец. Но Джейк не остановился и с тех пор стал регулярно писать: звал на прогулку при каждом удобном случае, комментировал новые фотографии, реагировал на истории в профиле. И даже пробовал дарить подарки, которые передавал через Рут. Но Клэр упорно отказывалась их принимать. «Что ему нужно? Я его совершенно не понимаю», — злилась Клэр, когда читала очередное сообщение от Джейка.
«Я купил эту шоколадку специально для тебя. Лимитированная коллекция из Швейцарии», — писал он ей и искренне недоумевал, когда она отказывалась. — «Я просто хочу узнать тебя получше. А ты не ценишь мои попытки».
К огромному ее облегчению, в последнее время мобильный интернет в доме ловил через раз, то неожиданно появляясь, то вновь пропадая: дом находился у самого леса, вдалеке от города. Оптоволоконный бабушка проводить категорически отказывалась. Пожилой женщине, незнакомой с современными технологиями и социальными сетями, было достаточно звонков и спутникового телевидения. С чистой совестью Клэр использовала этот предлог как весомую причину ее долгих ответов. Но всегда отвечала.
Ей определенно нравилась внешность напористого Джейка: в ней было что-то притягательное, дикое, но развивать отношения не имело смысла. Еще немного — и она вернется в Дублин, убеждала себя она. Да, они общались в онлайне, но этого было достаточно. Идти с ним на свидание было бы слишком рискованно. Он хотел ее узнать? Что же мешало делать это в сообщениях? Но Джейку нужны были личные встречи: переписки он считал пустой тратой времени.
Клэр пыталась объяснить свою позицию, но Джейк не отступал, словно не желая принять очевидное, — и чем настойчивее был, тем сильнее раздражал. Она не могла найти подходящих слов, чтобы юноша, наконец, принял отказ и прекратил ее доставать. И потому надеялась, что вскоре он сдастся сам. Устанет и замолчит. Но он всегда находил ее слабые точки и провоцировал на ответ, и Клэр с трудом удавалось сопротивляться. К счастью, они больше не пересекались вживую: Вселенная, должно быть, услышала ее просьбу и откликнулась.
А внутри уже боролись два голоса — полностью противоположных, ведя бесконечный спор в голове. Один требовал держаться подальше от Джейка: если он узнает ее настоящую — непременно сбежит в ужасе. Как сбежал Шон. Да и что Джейк вообще мог в ней найти? Рыжая опасная ведьма с совершенно заурядной внешностью и такой же непримечательной фигурой. Если она действительно ему понравилась, то он, должно быть, не сильно разбирается в девушках. Но все это больше походило на некую игру. Может, он просто над ней смеется? Неважно. В любом случае, она не даст ему шанса. А даже если вдруг сойдет с ума и согласится, то все равно не сможет построить новые отношения. Не теперь.
А другой голос — тихий, но настойчивый, мягко дарил надежду. Клэр всем сердцем желала встретить настоящую любовь. Довериться, поделиться страхами без риска осуждения, просто почувствовать поддержку и тепло. Вера в любовь была на грамм сильнее страха.
«Что ж, если уж и случится так, что я встречусь сегодня с Джейком, то должна выглядеть прилично. Это не для него, это для моей самооценки»,— убедила себя Клэр. Единственный способ почувствовать себя уверенно — создать образ красивой девушки, чтобы хотя бы со стороны быть похожей на ту, кем мечтала быть с детства: сильной, независимой, роскошной. И это ей всегда удавалось. Окружающие не понимали, что она не такая уж крутая, какой пытается казаться.
Клэр выглянула в окно: небесное полотно разливалось ярко-голубыми красками, без туч и облаков, и казалось, что на улице довольно тепло. Недолго думая, девушка решила ехать в шерстяном светло-коричневом свитере, а под низ надела белую хлопковую рубашку. Ее любимый кэжуал стиль. Образ дополнили черные кожаные шорты с теплыми колготками в тот же тон. Дом бабушки стоял в отдалении, и до центра города добираться пешком довольно долго. Такси же вызвать было почти невозможно, а если и удавалось — ожидание могло составлять более получаса. Единственный вариант, которым Клэр часто пользовалась и так сильно любила, — велосипед. В разы быстрее и всегда под рукой, а она и так опаздывала. Клэр наскоро обмотала шею тонким кашемировым шарфом, сунула ноги в черные ботинки и выскочила за дверь.
В старом покосившемся сарайчике девушка достала свой любимый старый велосипед. Зеленая низкая рама, местами уже с отколотой краской и покрытая ржавчиной, серебряная небольшая корзинка на переднем колесе — удобно брать с собой сумку и воду, рассохшееся от старости кожаное седло, которое собственными руками когда-то изготовил ее дедушка. О нем осталось немного воспоминаний: он умер, когда Клэр едва исполнилось четыре года. Она знает о нем по рассказам бабушки и мамы, по старым черно-белым фотографиям в рамках, по своим детским снимкам, где он держал ее на руках. Помнит по запаху кожи и древесины, сухим грубым рукам и длинным щекотливым усам. Дедушка был мастером на все руки, и сам построил и дом, и этот уже покосившийся от времени сарай. Клэр с улыбкой вспомнила, как однажды он посадил ее за этот велосипед: трехлетка даже до руля не дотягивалась, но уже считала себя очень большой девочкой и мечтала однажды научиться на нем ездить. Клэр провела рукой по седлу, стряхнув осевшую за время пыль, а затем аккуратно выкатила велосипед из сарая.
Резкий порыв ветра ударил в грудь, на мгновение лишив возможности дышать. Погода в Ирландии всегда довольно переменчива: от теплых осенних дней, напоминающих августовские вечера, до пробирающего до костей ледяного ветра, — и могла легко измениться всего за пару часов. Вуд-Хилл — небольшой, малоприметный на карте городок на юге Ирландии. Последний населенный пункт перед широкой лесной полосой, состоящей из немалого разнообразия деревьев, за которыми скрываются невысокие прекрасные горы. А прямо за ними — Кельтское море, переходящее в бескрайний океан. В сильный шторм или дождь можно даже почувствовать запах соленой воды, приносимый бушующими ветрами.
Поэтому подобрать подходящий гардероб на весь день бывало сложно, и Клэр до сих пор так и не привыкла к осенней погоде на этом краю мира. Поправив на шее сбившийсяшарф, девушка наконец села на велосипед, вдохнула полной грудью воздух, пропитанный запахом листьев и мха, и уехала на встречу.
Ветер снова тронул верхушки деревьев, и где-то далеко, в полях, громко и тревожно закричали вороны.
Глава вторая: Тыквенное поле
Клэр мчалась вдоль желтых деревьев, опустевших полей, осаждаемых стаями грачей и ворон, мимо небольшого озера рядом с подлеском — с опавшими красными листьями клена на водной глади. В воздухе витал запах тлеющих костров, разжигаемых соседями на своих участках. Незаметно для себя она замедлилась, любуясь почти дикой, застывшей в осеннем сне природой. Вдыхала успокаивающий запах кострового дыма, листьев и дорожной пыли и пыталась научиться просто быть в моменте. Мир словно замер, позволяя насладиться тишиной и спокойствием.
Она почти доехала до развилки, ведущей в город, как вдруг подул сильный порыв ветра. С полей подорвалась стая грачей, испуганно мечась в разные стороны: должно быть, испугались шума велосипеда или завываний непогоды. С каким-то неестественным, зловещим криком они полетели прямо на Клэр. Девушка не успела увернуться, и несколько из них врезались прямо в нее, цепляясь острыми когтями за волосы, взлохмачивая и путая их. Широкими черными крыльями скользнули по лицу и шее, испачкали одежду грязью, принесенной на длинных лапах. Клэр испуганно закричала, прикрыв голову руками, потеряла управление и свалилась с велосипеда прямиком на пыльную дорогу.
— Да что же такое! — в сердцах воскликнула она, спешно поднимаясь на ноги. Быстро осмотрев открытые участки тела на наличие порезов и убедившись в их отсутствии, она с облегчением выдохнула и принялась поправлять прическу. В спутанных прядях застряли перья, выпавшие у несчастных птиц при столкновении. Правда, Клэр вовсе не считала этих дикарей несчастными: ей невероятно повезло, что они не поранили и не выклевали глаза. Грачи и вороны могут быть очень опасными и даже злопамятными, но она не припоминала, где и как она могла их раньше обидеть. И оставалось лишь надеяться, чтобы они теперь не внесли ее в свой черный список.
Отряхнувшись от грязи и листьев, она осмотрелась. Велосипед, небрежно валявшийся на земле, кажется, был в порядке, а вот ее внешний вид оставлял желать лучшего. Всклоченные волосы, грязные рукава свитера, покрытые теперь затяжками, и напрочь испорченные колготки — пыльные и порванные на коленях.
А впереди на дороге бесновалась стая, недовольно каркая и щелкая клювами. Они угрожающе размахивали широкими крыльями, прыгали с места на место и зловеще кричали, пытаясь заставить чужака развернуться. Ветер кружил листья, создавая из них и песка пылевой вихрь, а совсем недавно чистое небо начало заливаться глубокой синевой. Надвигались тяжелые тучи, готовые превратиться в настоящую ливневую бурю.
«Откуда хоть тучи? Только что ведь было солнце»,— удивленно подумала Клэр и вновь переключила внимание на птиц.
— Ладно, успокойтесь! — дрожащим голосом крикнула она. Одна птица — пустяк, но когда на тебя нападает стая, это становится опасным. Привычная дорога в город была отрезана: агрессивные птицы оккупировали всю ширину дороги и край поля. Клэр сильно спешила: стрелки часов уже приближались к половине второго, а встреча была назначена ровно на час.
Неподалеку виднелась развилка: старая объездная — разбитая, грунтовая, вся в ямах и ухабах, и гораздо длиннее. Клэр никогда не ездила там, и лишь примерно представляла, где следует повернуть, чтобы выехать прямиком к кафе. Но небо все стремительнее затягивало черными тучами, а ветер, перемешанный с песком, дул с такой силой, что Клэр пришлось прикрыть глаза ладонью. Выбора не оставалось: придется ехать по объездной. Птиц, на удивление, там было меньше, и если быстро объехать их по краю дороги с правой стороны, то удастся проскочить вперед. Клэр оттолкнулась ногой от земли и тронулась с места. Птицы возмущенно защелкали клювами, взмывая вверх, но девушка, зажмурившись, сумела проскочить. Недовольные грачи кричали врагу вслед свои птичьи ругательства, но он стремительно умчался вдаль.
Дорога оказалась не такой уж плохой, как показалось сначала: лишь кочки да ухабы, для велосипеда — ерунда. Клэр мчалась вдоль полей, опустевших после сбора урожая. Ветер гнал ее вперед, посвистывая в ушах и играя развевающимся шарфом. Вскоре дорога опять раздваивалась, разделенная невысоким узким подлеском, чтобы где-то вдали вновь сомкнуться в одну линию. Повернув направо, вдоль полей, Клэр увидела огромное поле, не похожее на остальные: в легкой туманно-сизой дымке повсюду лежали тыквы — крупные и маленькие, ярко-оранжевые, красновато-желтые, коричнево-зеленые с мягкими светлыми крапинками.
«Кто-то еще не собрал урожай? Такие красивые... как с открытки»,— подумала Клэр, улыбнувшись. Тыквы были ее маленькой слабостью — теплым символом осени и особенного уюта бабушкиного дома, где всегда пахло корицей и сухими яблоками. Проехав еще немного, она услышала звонок телефона.
— Черт, это Рут… Она меня убьет, — обреченно вздохнула Клэр и ответила на звонок.
— Клэр, дорогая, прости! Я знаю, ты меня ждешь, я правда-правда спешу, честно! Но, боюсь, все-таки сильно опоздаю: никак не могла позвонить раньше, — затараторила Рут, явно расстроенная и запыхавшаяся. — Ты прикинь, в мой единственный выходной опять загрузили работой по дому! Пока сходила в курятник, пока коровам сена дала — и не заметила, как уже обед. Сейчас голова лопнет… Прости... — тихо прошелестела подруга. Она не любила опаздывать, но обстоятельства зачастую вынуждали пересматривать планы.
— Мы с тобой отлично синхронизировались, — облегченно выдохнула Клэр. — Я сама еще на полпути, возникли обстоятельства. Тогда не буду сильно спешить.
— Ты чудо! Спасибо! Я мигом, — радостно защебетала Рут и положила трубку.
Мисс Рут Браун родилась и выросла в этом городке, где вся ее жизнь будто вращалась вокруг фермы семьи. Большой семейный бизнес требовал постоянной помощи, и сейчас, когда брат с женой уехали в отпуск, вся нагрузка легла на ее плечи. Но Рут не жаловалась. Она не собиралась покидать родные края: поступила в местный колледж на ветеринара и в следующем году планировала защищать диплом. Казалось, все в ее жизни было делом привычным и одновременно удивительно важным — заботой о животных, трудом на ферме и собственными маленькими, но значимыми шагами ко взрослой жизни.
Клэр убрала телефон в аккуратно уложенную в корзину сумочку и уже собиралась ехать дальше, как тыквенное поле вновь притянуло ее взгляд. В душе возник творческий порыв: захотелось сделать несколько атмосферных фотографий, чтобы после поделиться ими в соцсети с какой-нибудь красивой цитатой из любимой книги. Клэр вновь достала телефон, оставила велосипед на обочине и подошла поближе.
Покосившийся, местами сломанный забор с торчащими деревянными зубьями и покрытый толстым слоем мха выглядел довольно тоскливо. Но за ним, всего в нескольких метрах, соблазнительно проглядывали яркие тыквы, переплетенные сухими, толстыми плетями. Земля казалась сырой и влажной, будто недавно прошел дождь, хотя осадков не было уже целую неделю. Целая поляна — из мха, сухой ботвы и ярких, насыщенных тыкв, словно художник уронил на них палитру, — манила к себе, завораживая живописной красотой. Поле окутывал легкий туман: мягкая сизая дымка стелилась между тыквами и землей, сглаживая контуры забора и плетей. В этом странном тумане каждый цвет казался чуть более насыщенным, слишком красивым для реальности, а воздух — прохладным и тихим.
Девушка осторожно осмотрелась: вокруг никого, только ветер изредка подвывал, напоминая о надвигающейся туче. Может, рискнуть? Жалко уйти просто так, не сорвав на память хотя бы пару самых красивых тыкв.
«Я только немножко возьму, самых маленьких»,— подумала Клэр, успокаивая сопротивляющийся внутренний голос, и аккуратно пробралась через забор вглубь поля. Ряды тыкв тянулись один к одному. Удивительно, что о них до сих пор никто не позаботился — плоды выглядели как на выставке. Сделав несколько атмосферных фотографий, Клэр наклонилась за одной из тыкв — упругой и плотной, с яркой оранжевой кожурой и сладким, манящим ароматом. Судя по всему, это был не обычный сорт фермерских тыкв — возможно, редкий декоративный, хотя некоторые плоды выглядели довольно крупными.
Клэр покрутила тыкву в руках, любуясь ее неестественно идеальной формой. Внезапный резкий порыв ветра пробрал до костей, заползая под свитер, и она вздрогнула. В груди неожиданно появилось странное чувство тревоги, будто кто-то наблюдает за ней. Сторож? Запаниковав, девушка резко подняла голову и нервно огляделась. Кроме нее поблизости не было ни души, все оставалось по-прежнему спокойно: поле, тыквы да пыльная дорога. Но медленно, словно тонкими невидимыми нитями, тревога уже окутывала тело, стягивая каждый мускул, а с головы до пят расползался липкий страх, наполняя каждый вдох мелкой дрожью. Клэр поспешила сорвать еще несколько тыкв и поскорее убраться оттуда.
На мгновение, сравнимое со взмахом ресниц, ей показалось, что некто стоит в паре метров от нее, как призрачная тень, промелькнувшая в воздухе. Силуэт в черном длинном пальто и высоких кожаных сапогах. Клэр резко выпрямилась, готовая к возможной встрече с незнакомцем, но проскользнувший на краю взгляда образ исчез так же внезапно, как и появился.
— Кто здесь? — едва сдерживая дрожь в голосе, прокричала она и судорожно осмотрелась.
В ответ лишь заунывно просвистел ветер, словно насмехаясь над ее страхом, и трепал рыжие волосы легкими короткими порывами. Запахло сыростью — дождь приближался. Вдалеке он уже ударил большой белой стеной, а тучи стремительно неслись вперед, сливаясь с горизонтом.
Клэр схватила собранные тыквы в охапку и спешно направилась к дороге. Но едва она сделала несколько шагов, как сильный порыв ветра вдруг ударил ей в спину, чуть не сбив с ног. От неожиданности она потеряла равновесие, и тыквы рассыпались по земле.
— Вот черт! — громко выругалась девушка, раздосадовано всплеснув руками.
И тот же момент ветер неожиданно стих: даже деревья, растущие вдали, перестали качаться. Клэр замерла, прислушиваясь к звенящей тишине, и не сразу заметила, что ее рыжие волосы торчат в разные стороны, будто подвязанные на невидимые нити. В груди разлилось странное чувство: каждой клеточкой она ощущала чье-то незримое присутствие за спиной. Во рту сильно пересохло, а горло свело судорогой от разгорающегося страха. Позади кто-то находился, она была почти уверена. Слишком сильно ощущалось его холодное громкое дыхание, осязаемое затылком головы и сползающее ближе к шее. Тонкий шарф, защищающий от ветра, плавно соскользнул на землю, и по коже пробежала легкая щекотка. Чьи-то незримые ледяные пальцы коснулись ее или это ветер задувает за шиворот?
От страха Клэр не могла пошевелиться. Мурашки пробегали по телу, и тело бросало то в жар, то в холод. Дыхание сделалось рваным, тревожным. А на душе вдруг стало невыносимо больно, словно грудь пронзила стрела, сотканная из глухой печали, острого отчаяния и бесконечного одиночества. Странное ощущение, будто и не ее вовсе. На глазах навернулись слезы, и Клэр, набравшись храбрости, резко обернулась, сжимая руки в кулаки — готовая драться, если придется. Но позади, к огромному удивлению, никого не было.
— Покажись! — хрипло прокричала она в пустоту.
— Фи-у-у… — Ответом была лишь тишина, разряженная слабыми свистящими порывами ветра, перекатывающего вдали сухие листья.
— Клэр, возьми себя в руки. Это воображение, — тихо проговорила она дрожащим голосом и глубоко вздохнула, пытаясь вернуть контроль над собственным телом. Когда страх немного отступил, она спешно собрала тыквы в охапку, совершенно позабыв об упавшем на землю шарфе.
Перед уходом снова с опаской осмотрелась и быстрым шагом поспешила к брошенному на дороге велосипеду, крепко прижимая оранжево-красные плоды к груди. Еще немного — и она уедет отсюда и больше никогда не вернется. Но дойдя почти до края, Клэр отчетливо ощутила, как чья-то ледяная рука прикоснулась к плечу. Не справившись со страхом, она коротко вскрикнула.
Это прикосновение было абсолютно реальным: каждым сантиметром кожи, даже через свитер, она ощущала холод и давление, которое ни с чем не спутать. «Прекрати себя пугать! Призраков не существует, иначе бы дух Тэсс давно за тобой пришел»,— отчаянно пронеслось в голове. Нужно было покончить уже с этим глупым страхом. Клэр прерывисто, но глубоко набрала воздух в легкие и уже хотела было обернуться, чтобы доказать себе — это иллюзия из ее страхов и тревог, как вдруг вновь почувствовала дыхание на шее. Тихий голос, сравнимый с шелестом листьев, едва слышно произнес, обдавая ухо обжигающе-ледяным выдохом:
— Воровка.
Клэр дернулась и подалась вперед, готовая рухнуть вместе с тыквами на сырую землю. Но падения не случилось. Что-то незримое подхватило ее — и она замерла, повиснув в воздухе, как тряпичная кукла. Тыквы снова рассыпались, а она все болталась в этой странной невесомости — мгновение, другое... А потом та же неведомая сила мягко, но властно вернула ее тело в вертикаль.
Девушка в ужасе обернулась — никого. Она растерянно крутила головой, надеясь уловить хоть какое-то движение, хотя бы призрачную тень, но ответом ей был внезапно разразившийся ливень, хлестнувший по земле крупными каплями, — такой же холодный и чужой, как прикосновение неизвестности.
Искушать судьбу — и собственные нервы — Клэр больше не решалась. Спешно подобрав рассыпанные в разные стороны тыквы, она сорвалась с места и бросилась прочь. Ботинки вязли в мокрой земле, в одно мгновение превратившейся в противную липкую грязь. Под ногами то и дело мешались тыквы, словно нарочно пытались скрутить ее ноги своими жесткими плетями. Но Клэр была полна решимости выбраться с этого проклятого поля.