У меня на вас совершенно нет времени

Куда это она так вырядилась? Что-то здесь было не так.

Его просто распирало любопытство, а в голову снова стали закрадываться мысли, которые он в последнее время упорно гнал от себя. Слишком уж невероятными и безрадостными они были.

Сев обратно в машину, он вырулил на улицу и медленно поехал следом за своей таинственной подругой. Она шла долго, квартал аристократов закончился, и пошли дома попроще. Дойдя до трамвайной остановки, Олеся запрыгнула в подъехавший трамвай и скрылась в набитом людьми вагоне. Уже не прячась, Макс прибавил газу и пристроился сбоку от трамвая.

Девушка вышла только на конечной, в промышленной зоне на самой окраине города. Там, куда она направилась, машины почти не ездили, дороги были разбитыми и петляли, как заяц. Воронцов бросил автомобиль в одном из тупиков, и продолжил преследование пешком.

Олеся шла, постоянно оглядываясь, и то и дело останавливаясь. Ее лицо было скрыто черной маской, которую она успела на себя надеть. Если бы он не следил за ней с самого начала, то может и не признал бы.

Тут парень увидел, как девушка снова поворачивает голову в его сторону, и быстро нырнул обратно за угол, откуда только что вывернул. Сердце выскакивало из груди, но не от страха, а от осознания того, что он сейчас делал. Макс не узнавал сам себя. Что он творит? Почему не подошел и не спросил ее напрямую? К чему эти шпионские игры?

Он настолько увлекся слежкой за Олесей, что даже не обратил внимания, куда именно она идет. И только сейчас понял, что привела она его на тот самый завод. Тот, чье название он упоминал в своем рассказе тогда, когда они вместе дожидались скорой.

Неужели его подозрения оказались правдивы? Макс не мог понять, что сейчас чувствует. Но, страх за Олесю точно был.

Где-то здесь, на давно закрытом заводе химических реагентов должна была находиться подпольная лаборатория по производству «Черной пыли». Отсюда наркотики партиями разбирались по крупным дилерам в их городе, и в паре соседних, а оттуда «черная» зараза растекалась чуть ли не по всей стране.

Он слышал от отца, что завод негласно не раз прочесывали и его доверенные люди, и другие заинтересованные, но так и не смогли ничего найти. Да и вся эта история была слишком мутной. Откуда вообще отец достал об этом сведения, он не знал. Понимал только, что официально никто ничего расследовать не станет, уж слишком высоко сидят те, кто покрывает всю эту мерзость. И вот, прямо сейчас, его подруга безрассудно лезла прямо в логово наркоторговцев. Вот же глупая девчонка!

Подойдя вплотную к бетонному забору, ограждающему территорию предприятия, она подошла к сложенным прямо у ограды штабелям прогнившего от времени деревянного бруса, и застыла, будто решая, что дальше делать. Макс дернулся было за ней, чтобы остановить, но мир вокруг мигнул, и ему даже пришлось протереть глаза, чтобы хоть что-то разглядеть во внезапно помутневшем вокруг пейзаже. А когда он снова посмотрел на то место, Олеси там уже не было.

Выругавшись с досады, он бросился к штабелю, ловко взлетел на самый верх и, в один миг перемахнув на ту сторону, мягко приземлился на землю. Несмотря на показную неуклюжесть, постоянные тренировки по специальной программе сделали из него довольно таки неплохого бойца с прекрасной физической формой.

Сразу после прыжка уйдя перекатом за ближайшее укрытие в виде кучи какого-то хлама, он осторожно выглянул и осмотрелся. Фасад заводского корпуса зиял пустыми оконными проемами, пугая скопившейся внутри тьмой. А вот его подруги и след простыл. Наверное, Олеся добежала до здания и зашла внутрь, только Макс не мог взять в толк, когда она бы успела это сделать. Ведь он пошел за ней следом практически сразу.

Перебежками он добрался до проходной, дверей у которой, как таковых, не было. Одна створка, проржавевшая насквозь, была сорвана и валялась в стороне, а вторая повисла на одной петле, поскрипывая на ветру. Так никого и не заметив, он пробрался через вертушку посреди маленькой комнатушки проходной, и вышел в огромный цех. Опять мигнуло, и зрение снова потеряло резкость.

Да что ж это такое? Какая-то магия что ли?

Проморгавшись, Макс услышал вдалеке чьи-то неразборчивые голоса и, на всякий случай, достал свой пистолет, который предусмотрительно забрал из машины. Пробравшись через лабиринт из оборудования и стеллажей, он вышел на открытое пространство, и ему снова показалось, что у него что-то не так со зрением. Его маленькая хрупкая девочка стояла, приставив пушку к голове мужчины, внешний вид которого просто кричал о его принадлежности к криминальному миру.

Макс отшатнулся назад и скрылся за одним из стеллажей, боясь спугнуть бандитов, решив дождаться, чем это все закончится. Он в любой момент был готов применить оружие, но судя по всему, Олеся и сама неплохо справлялась.

Трое других похожих типов, стояли неподалеку, злобно косясь на незнакомку, но сделать ничего не решались. Во второй руке девушки тоже был пистолет, и он недвусмысленно смотрел в их сторону.

– Я жду. Имя и путь в лабораторию, – с несвойственной ей сталью в голосе произнесла она. – Скажешь, и я всех вас отпущу. Даю вам честное слово.

– Не знаю, что ты за штучка, но ты не с теми связалась, детка, – нервно произнес бандит, обливаясь холодным потом. – Кроме нас тут еще полно охраны, тебе просто повезло, что они сейчас все тусуются на второй проходной. Даже если я тебе все расскажу, ты не успеешь ничего сделать. За тобой придут и просто грохнут. Как и меня, если я проболтаюсь.

– Ты слишком болтлив для смертника. На твоем месте я все же рискнула бы. Выбор то у тебя невелик – сдохнуть сейчас от моей руки, или же потом, как ты говоришь. Только вот, потом у тебя будет шанс этого избежать.

Олеся еще сильней вдавила ствол ему в голову. Один из подручных главаря дернулся к тому на выручку, но просвистевшая в воздухе пуля, выбившая искры в бетоне прямо перед его ногами, заставила его резко передумать.

– Хорошо! – выкрикнул мужчина. – Я все скажу! Галицкий! Я знаю только это имя. Это он крышует лабораторию, и поставками занимаются тоже его люди.

Макс похолодел. Ему было знакома эта фамилия. Если только речь не об однофамильце. Этот аристократ был весьма влиятельным и очень богатым. А еще вроде, он водил дружбу с Меньшиковыми. Связываться с таким означало навлечь на себя гнев сразу нескольких родов. Во что же ты вляпалась, девочка?

– Молодец, – похлопала Олеся свободной рукой, однако, с учетом пистолета в ней жест вышел угрожающим. – Теперь говори, где эта чертова лаборатория?

– В соседнем здании, там склад всякой химии. Нужно пройти в конец склада, там за пожарным щитом будет рычаг, открывающий потайной ход, ведущий в лабораторию.

– Удобно устроились, что скажешь, – усмехнулась девушка.

Получив ответы, она заметно расслабилась, даже руки с оружием опустила. Чем не замедлил воспользоваться главарь. Он тут же развернулся к ней и ударом локтя выбил пистолет из одной руки, а потом сделал подсечку, и Олеся полетела на пол. Второй пистолет она так и не выпустила из рук, и поэтому уголовник сразу кинулся на нее, не дожидаясь, пока она сообразит им воспользоваться.

Плюнув на скрытность и вообще на все, Макс поднял свое оружие, собираясь броситься на выручку, но кто-то снова «выключил свет». А когда он снова смог видеть, Олеся опять исчезла, а местные охранники лежали на полу рядком, перемотанные медной проволокой с ног до головы.

Воронцов обалдело уставился на матеряшихся и извивающихся бандитов, безуспешно пытающихся выбраться из пут. Его догадки о том, что Олеся может быть той самой Тринити, совершенно меркли на фоне того, что он только что понял. Без сомнений, Олеся была магом времени.

Возможно, его выводы были поспешными. Но, парень очень хорошо помнил рассказы своей покойной матери о двоюродном дедушке со стороны отца. По словам матери он вот также внезапно появлялся и исчезал, и родственники постоянно жаловались, что от его магии просто спасу нет. Дед любил пошутить: вещи и предметы мебели частенько оказывались после его розыгрышей совершенно в других местах, а иногда эта участь постигала и его родных, отчего у некоторых из них выработалась стойкая нервная дрожь и заикание, но поймать, и проучить шутника было практически невозможно.

Вот только, во время «охоты на ведьм», когда так называемых хрономагов решили истребить, он тоже не избежал подобной участи. Даже такой могущественный дар не помог деду Макса, противники нашли способ противостоять самому времени.

К счастью, его дар не передался никому из его потомков. У матери Макса, как и у него самого, были небольшие способности к ментальной магии. Отец же владел магией льда. У остальных немногочисленных родственников магический дар тоже не представлял из себя ничего особенного.

Значит, то мерцание, после которого он будто ослеп, было из-за этой, ставшей запретной, магии. Что ж, отец был бы неприятно удивлен подобным известием. Олеся ему понравилась, и он был искренне рад за сына, что у него появилась такая подруга.

Только вот Максим не собирался ничего ему рассказывать. Сейчас, как никогда в жизни, он был уверен в том, чью сторону ему принять.

***

Отряхнув перчатки от вездесущей известковой пыли, я чихнула.

«Вот же засада! Не хватало еще спугнуть местных обитателей».

В этот раз свое проникновение на вражескую территорию я решила осуществлять по всем канонам. Отыскала в одном магазинчике черную тканевую маску, и надела ее на эту вылазку. Хватит полагаться на удачу и свой волшебный талант, от случайности он все равно меня не убережет. Тем более, пару раз магия меня уже подвела.

К тому же, мне придется побыть некоторое время в обычном режиме. Так как точной информации о местонахождении лаборатории у меня не было, то, возможно, придется добывать ее у тех, кто охраняет территорию от незваных посетителей.

– Кто там? А ну выходи! – услышала я мужской голос, и поняла, что источник нужной мне информации сам нашел меня.

Не видя больше смысла прятаться, я осторожно выглянула из-за своего укрытия, боясь получить шальную пулю. Видок сейчас у меня был еще тот, и охраняли они отнюдь не мешки с удобрениями, а потому вполне могли начать стрелять без предупреждения.

– А ты еще кто такая? – выпучил на меня глаза субъект бандитской наружности.

Рядом с ним стояла пара его подручных, с такими же уголовными физиономиями.

Небритая морда и угрожающий взгляд главаря, подкрепленный направленным в мою сторону оружием вызвали у меня растерянность. Не привыкла я общаться с подобными личностями, и не знала, чего от них ожидать. Появился страх, что магия может не сработать, и я останусь один на один с разозленными моим вторжением бандитами.

– Я курьер, – на ходу придумала я, незаметно опуская руку в карман, и пытаясь собраться с духом.

Хорошо хоть, пистолет додумалась положить в задний карман, и его не видно, иначе бы меня давно нашпиговали свинцом.

Используя свой читерский дар, я оборвала этот опасный разговор, подошла к бандиту и с раздражением, вызванным минутной слабостью, вырвала оружие у него из рук. Приставив свой пистолет к виску бандита, второй ствол я наставила на его подельников, и снова запустила время.

– Дернешься, и снесу твою гнилую башку к чертовой матери! – достаточно громко, чтобы услышали все находящиеся здесь, произнесла я, напустив в голос побольше уверенности.

Мужчина, конечно же, дернулся, но скорее от неожиданности, и тут же замер в испуге, скосив на меня глаза.

– Какого..? Как ты там оказалась?

– Фокус-покус, блин. Ну что, поговорим? Меня зовут Тринити, советую запомнить это имя. Будете знать, что говорить боссу в свое оправдание. Собственно, это я и хочу от вас узнать. Мне нужно его имя. А, еще было бы неплохо, если бы вы открыли мне, где прячется ваша чертова лаборатория, а то нет никакого желания ее искать.

Узнав все, ну или почти все, что я хотела, я снова задействовала магию, и связала бандитов найденной тут же проволокой, целая катушка которой скромно стояла возле стены рядом со мной. Покончив с этим, я выбралась наружу через огромное окно, в котором так же, как и везде, отсутствовало стекло. Идти обратным путем, через все эти нагромождения было совершено неохота. Тем более, что лаборатория, если верить словам этого бандита, располагалась как раз в соседнем здании небольшой хозпостройки.

Добравшись до потайной двери, ведущей в лабораторию, я спустилась по длинной извилистой лестнице, уходящей вниз, и попала в подвал. Узкий коридор закончился просторным помещением с рядами столов, на которых громоздились различные колбы и пробирки, а рядом со столами стояли странные аппараты, напомнившие мне самогонные. В воздухе повис смрад: вентиляция, похоже, не справлялась и на людях, что находились здесь, были надеты специальные маски.

Почти сразу я начала задыхаться, голова закружилась, и зазвенело в ушах. По-быстрому сделав пару фоток, я почти побежала обратно, и как только выбралась на свежий воздух, у меня начался приступ кашля. Надеюсь, я не слишком надышалась, и ко мне не придут вскоре глюки. С трудом придя в себя, я медленно побрела в сторону ограды, высматривая, как мне перебраться через забор. Подкатив стоящий неподалеку мусорный контейнер, я неуклюже перелезла на ту сторону и кулем свалилась на землю. А когда отдышалась, то вновь запустила время и поспешила на остановку, на ходу срывая опостылевшую маску.

В этот раз, всю собранную в кучу информацию я решила отправить только на адрес тайной канцелярии. В прошлый раз сведения дошли тому, кому нужно, без каких либо осечек. А значит, можно считать, что среди подчиненных Воронцова нет засланных казачков. Хорошо бы, конечно, знать личную почту Воронцова, но не спрашивать же в лоб об этом у его сына. У него, наверняка, и так после взрыва в поместье Молчунова возникло множество вопросов.

Общаясь с теми уголовниками, я тайком включила запись на спрятанном в кармане телефоне, подумав, что даже такая, незаконно полученная улика пригодится следователям. Конечно же, свой голос и все лишнее, что властям знать не следовало, я обрезала. Но, и имеющегося вполне хватало им на приговор. К письму с именами и подробной инструкцией о том, как попасть в лабораторию, прилагались сделанные мной фотки. Будем надеяться, сыщики и в этот раз проявят сноровку, и успеют до того, как преступники спохватятся и уничтожат все улики.