Горизонт. 312

— От линии.

— Какой линии?

— Электрической.

Алексей поднял глаза к проводам над улицей.

— Значит, здесь настоящая сеть.

— А вчера лампу не видел?

— Видел. Но одна лампа – ещё не сеть.

— Ты странный.

— Мне уже говорили.

Они пошли дальше.

На перекрёстке дорогу перегородила телега.

Лошадь упрямо не хотела двигаться.

Мужчина тянул поводья.

Женщина сзади толкала колесо.

Алексей остановился.

— Лошади у вас обычные.

Егор посмотрел на него.

— А какие должны быть?

— После дождя, который падает вверх, я уже ничему не удивлюсь.

— Лошади обычные.

— Рад за лошадей.

В этот момент животное повернуло голову и попыталось укусить хозяина.

— Почти обычные, — добавил Егор.

Алексей улыбнулся.

Это был первый момент после появления в будущем, когда окружающий мир показался ему просто человеческим.

Без Сдвигов.

Без невозможных голосов.

Без трёх столетий между ним и всем, что он знал.

Обычная упрямая лошадь.

Обычный злой хозяин.

Обычная женщина, которая ругала обоих.

И это странным образом успокаивало.

Рынок занимал широкую площадь между несколькими зданиями.

Алексей понял, что вчера видел только его край.

Сейчас торговля шла вовсю.

Деревянные прилавки.

Навесы.

Тележки.

Ящики.

Люди.

Много людей.

Продавали всё.

Овощи.

Мясо.

Рыбу.

Муку.

Мёд.

Одежду.

Обувь.

Инструменты.

Патроны.

Старые детали.

Стеклянные банки.

Книги.

Провод.

Куски пластика.

Батарейки.

Алексей остановился возле одного прилавка.

На ткани лежали вещи его времени.

USB-кабель.

Дверная ручка.

Разобранный пульт от телевизора.

Пластиковая игрушка.

Наручные часы.

Компьютерная мышь.

Рядом – ржавая ступица.

— Это зачем продают?

Торговец услышал.

— Что именно?

Алексей показал на мышь.

— Это.

Мужчина лет пятидесяти взял её.

— Хороший пластик.

— И всё?

— А ещё провод.

Он перевернул мышь.

Провод был аккуратно срезан.

Алексей закрыл глаза.

— Конечно.

— Нужна?

— Нет.

— Две марки.

— Две чего?

Егор достал из кармана небольшой металлический жетон.

Положил на ладонь.

Круглый.

Размером чуть больше современной монеты.

На одной стороне выбито:

2

На другой – стилизованная башня.

— Марки.

— Деньги?

— Да.

Алексей взял жетон.

Тяжёлый.

— Кто чеканит?

— Союз.

— Какой Союз?

— Городов.

— И много этих городов?

— Несколько.

— Сколько?

Егор подумал.

— Смотря кого считать городом.

— Начинается.

Он вернул монету.

— У меня таких нет.

— У тебя есть бумага.

— Которую здесь никто не принимает.

— Можно попробовать продать как старьё.

— Деньги как старьё.

— Бумага старая?

— Для меня – нет.

— Для них – да.

— Боюсь, моя экономика закончилась.

Торговец слушал разговор с интересом.

— Бумага Старых?

Алексей посмотрел на Егора.

Тот едва заметно покачал головой.

Не показывать.

— Нет.

— Жаль.

Они пошли дальше.

— Почему нельзя?

— Что?

— Показать деньги.

— Можно.

— Но ты только что сказал глазами «не надо».

— Потому что через пять минут весь рынок будет знать, что у Егора появился человек с чистой бумагой Старых.

— И?

— Через десять минут придёт Савелий.

Имя Алексей запомнил.

— Кто это?

— Потом.

Алексей остановился.

— Нет.

Егор улыбнулся.

— Что «нет»?

— Мы договаривались избавиться от этого слова.

— Я ничего не обещал.

— Кто такой Савелий?

Егор пожал плечами.

— Торговец.

— И всё?

— Нет.

— Что ещё?

— Вот поэтому потом.

Алексей прищурился.

— Ты получаешь удовольствие.

— Начинаю.

Они двинулись дальше.

Возле пекарни пахло так, что Алексей забыл про все вопросы.

— Мне сюда.

— Ты даже не знаешь, что продают.

— Хлеб.

— Откуда знаешь?

— Егор.

— Что?

— Если человечество через триста лет изменит запах свежего хлеба, я окончательно потеряю веру в него.

За прилавком стояла пожилая женщина.

Перед ней лежали небольшие круглые лепёшки.

Егор положил один жетон.

— Две.

Женщина дала им хлеб.

Алексей откусил.

Горячий.

Плотный.

Слегка кислый.

Лучшее, что он ел за последние триста двенадцать лет.

Он сказал это вслух.

Женщина посмотрела на него.

— Чего?

— Очень вкусно.

— А.

Она улыбнулась.

Егор покачал головой.

— Ты когда-нибудь перестанешь так говорить?

— Как?

— Про триста лет.

Алексей задумался.

— Наверное.

— Когда?

— Лет через двести.

Егор фыркнул.

Они отошли от прилавка.

Алексей ел хлеб.

— Мне нужно заработать ваши марки.

— Уже?

— А ты собираешься кормить меня?

— Нет.

— Значит, уже.

— Глеб решит.

— Глеб решит, где я сплю. Что ем, хотелось бы решать самому.

Егор посмотрел на него с одобрением.

— Это правильно.

— Работа есть?

— Всегда.

— Какая?

— Какая умеешь.

— Я уже говорил.

— Ремонт.

— Лучше.

— Тогда ты попал куда надо.

— Что ломается?

Егор посмотрел вокруг.

— Всё.

— Вот это уже знакомый мир.

На дальнем краю рынка возник шум.

Кто-то закричал:

— Эй! Стой!

Между людьми проскочил подросток.

Худой.

В слишком большой куртке.

В руке что-то блеснуло.

За ним бежал торговец.

— Тим!

Подросток увернулся от корзины, перепрыгнул через ящик и едва не врезался в Алексея.

Остановился буквально в последний момент.

— Осторожно!

— Это я должен сказать.

Парень посмотрел на него.

И замер.

Не на лицо.

На куртку.

Потом на ботинки.

Потом на Алексея целиком.

— Ты тот самый.

— Прекрасно.

— Которого Егор из Запретного привёл.

— Новость уже разошлась?

— Конечно.

Егор схватил подростка за воротник.

— Что украл?

— Ничего.

— Покажи руку.

— Нашёл.

— Тим.

Подросток нехотя разжал ладонь.

Там лежала маленькая металлическая деталь.

Подшипник.

Современный закрытый подшипник.

Совершенно ржавый снаружи, но вполне узнаваемый.

Подбежавший торговец остановился.

— Вор!

— Я его вчера показывал!

— Показывал не значит купил!

— Я хотел проверить номер!

— Руками?

Егор вырвал подшипник у Тима и отдал торговцу.

— Сколько?

— Три марки.

— Он не стоит трёх.

— Для него стоит.

— Не твоё дело.

— Тогда вызывай стражу.

Торговец посмотрел на Егора.

Потом на Тима.

— Пусть приходит без денег – больше ничего не дам.

Он ушёл.

Тим поправил воротник.

— Можно было мягче.

— Можно было не воровать.

— Я не воровал.

— Конечно.

Подросток снова уставился на Алексея.

— Правда из Запретного?

— Тим.

— Что?

— Отстань от человека.

— Я только спросил.

— Ты никогда только не спрашиваешь.

Лет шестнадцать.

Может, семнадцать.

Тёмные волосы.

Худое лицо.

Глаза, в которых любопытство явно побеждало осторожность.

— Правда, — сказал Алексей.

Егор устало вздохнул.

— Вот зачем?

Тим просиял.

— Ты был внутри?

— Был.

— Где?

— На работе.

Подросток открыл рот.

Закрыл.

— Чего?

— Долгая история.

— Я никуда не спешу.

— А я спешу, — сказал Егор.

Тим пошёл рядом.

— Там есть машины?

— Есть.

— Какие?

— Сломанные.

— Старые?

— Теперь уже да.

— Ты умеешь их чинить?

— Некоторые.

— Двигатели?

— Да.

— Электрику?

— Смотря какую.

— Радио?

— Иногда.

— Генераторы?

— Да.

— Автоматы?

— Какие автоматы?

— Управление.

Алексей покосился на Егора.

— Ты ему уже рассказал?

— Ничего.

Тим ответил сам:

— Все говорят, что ты инженер Старых.

Алексей остановился.

— Кто все?

— Ну...

Подросток посмотрел вокруг.

— Все.

Егор прикрыл глаза.

— Прошло одно утро.

— Нормальная скорость распространения информации, — сказал Алексей.

Тим продолжал:

— Это правда, что у вас машины сами ездили?

— Не совсем.

— Правда, что были дома по сто этажей?

— Были и выше.

Тим остановился.

— Врёшь.

— Где-то я это уже слышал.

— И я всё ещё не уверен, — сказал тот.

— А правда, что люди летали?

— На самолётах.

— Все?

— Почти каждый мог купить билет.

Тим уже смотрел на него как на живую энциклопедию.

— А еду?

— Что еду?

— Правда, что вам её приносили домой?

Алексей рассмеялся.

— Правда.

— Бесплатно?

— Нет.

— Тогда зачем?

— Чтобы не идти самому.

Тим задумался.

— Вы платили человеку, чтобы он принёс вам еду, потому что вам было лень сходить за ней?

— Примерно.

Подросток посмотрел на Егора.

— Они были богатыми.

Алексей перестал улыбаться.

Фраза прозвучала просто.

Без зависти.

Как факт.

Он посмотрел на рынок.

На женщину, которая аккуратно делила мясо на маленькие куски.

На мужчину, пересчитывающего патроны.

На ребёнка с деревянной игрушкой.

На старую солнечную панель, которую здесь ремонтировали до последней дорожки.

Богатыми.

Наверное, Тим был прав.

Только Алексей никогда так об этом не думал.

— Не все, — сказал он.

— Но еду приносили.

— Иногда.

Тим кивнул.

Для него спор был закончен.

— Значит, богатые.

Егор усмехнулся.

— Не спорь. Бесполезно.

— Уже понял.

— А пластик выбрасывали?

— Иногда.

— Рабочий?

— Да.

Подросток остановился.

— Зачем?

Алексей не нашёл ответа сразу.

— Потому что новый стоил дёшево.

— И железо?

— Иногда.

— И провода?

— Да.

Тим смотрел так, будто Алексей рассказывал о варварском племени.

— Вы были ненормальные.

— Возможно.

Егор рассмеялся.

— Наконец-то кто-то ему сказал.

Тим не отстал.

Он сопровождал их по всему рынку.

Рассказывал больше, чем Егор.

Причём ответы давал сразу.

Алексей быстро понял, что подросток – идеальный проводник по новому миру.

— Это что?

— Кузня Ромы.

— А там?

— Чтецы.

— Кто?

— Чтецы.

— Что делают?

— Старые бумаги разбирают. Книги. Схемы. Иногда диски, если есть на чём читать.

Алексей остановился.

— У вас работают компьютеры?

— Есть несколько.

— Где?

Тим улыбнулся.

— У Савелия.

Егор застонал.

— Даже ты.

— Что?

— Кто такой Савелий?

— Хороший человек, — сказал Тим.

Егор сразу:

— Нет.

— Богатый человек.

— Это ближе.

— У него много Старого.

— Потому что он половину Искателей держит за долги.

Тим пожал плечами.

— Но Старого много.

— Искатели – кто?

На этот раз Егор ответил:

— Те, кто ходит в руины.

— За вещами?

— За всем полезным.

Тим ткнул себя в грудь.

— Я Собиратель.

Егор посмотрел на него.

— Ты вор с рюкзаком.

— Завидуешь.

— Очень.

Алексей улыбнулся.

— Разница между Искателем и Собирателем?

Тим тут же стал серьёзнее.

— Искатели ходят далеко. В Зоны. В большие руины. У них оружие, проводники, карты.

— А Собиратели?

— Мы ближе. Там, где уже проверено.

Егор добавил:

— И куда им запретили ходить, когда никто не видит.

— Иногда.

— Всегда.

— Не всегда.

— И сколько тебе?

— Семнадцать.

— Родители знают?

Тим перестал улыбаться.

Совсем немного.

— Нет родителей.

Алексей понял сразу.

— Извини.

— Давно.

Тим пожал плечами.

Будто речь шла о погоде.

Но взгляд на секунду ушёл в сторону.

Алексей не стал продолжать.

Они вышли к центральной площади.

Здесь было просторнее.

На одном конце стояло здание Глеба.

На другом – высокая металлическая конструкция.

Алексей поднял голову.

Старая опора.

Возможно, когда-то часть железнодорожной инфраструктуры.

Сейчас наверху была площадка.

Антенны.

Несколько проводов.

И лампа.

Большая.

Закрытая металлическим кожухом.

— Это что?

Тим ответил первым:

— Маяк.

— Для кого?

— Для своих.

Егор пояснил:

— Когда экспедиции возвращаются ночью, видно Рубеж.

— Она работает?

— Да.

— Всю ночь?

Тим с гордостью кивнул.

— Всю.

— Зачем тратить электричество на одну лампу всю ночь?

Оба уставились на него.

Тим первым спросил:

— Тратить?

Алексей понял, что сказал что-то не то.

— Ну... электричество же не бесплатное.

— Конечно.

— Генератор работает?

— Ночью гидро, если воды хватает.

— А если нет?

— Тогда дизель.

— И вы всё равно держите лампу?

Егор кивнул.

— Всегда.

Тим сказал:

— Это Рубеж.

Будто объяснил всё.

Алексей снова посмотрел наверх.

Днём лампа не горела.

Обычный металлический фонарь.

Но почему-то он уже представлял его ночью.

Один свет над стенами.

В мире, где за воротами начинались лес, руины и Сдвиги.

Для него электрический свет всегда был фоном.

В квартире.

На улице.

В магазине.

На парковке.

В подъезде.

Он никогда не думал, сколько нужно людей, топлива, проводов, станций и механизмов, чтобы ночью просто нажать выключатель.

А здесь один фонарь был поводом для гордости.

— У нас раньше ночью весь город светился, — тихо сказал он.

Тим посмотрел на него.

— Весь?

— Почти.

— Даже когда никто не ходил?

Алексей кивнул.

Тим нахмурился.

— Зачем?

Алексей хотел ответить.

И не смог.

Егор заметил.

— Хороший вопрос.

— Да.

Алексей продолжал смотреть на башню.

— Хороший.

К обеду он уже начал уставать от внимания.

Новости действительно распространялись быстро.

Люди не подходили толпой.

Но смотрели.

Кто-то здоровался.

Кто-то шептался.

Один старик остановил Егора и открыто спросил:

— Это он?

— Кто?

— Из Запретного.

— Нет, новый пекарь.

Старик посмотрел на Алексея.

— На пекаря не похож.

— Вот поэтому хлеб и плохой.

— Иди ты.

Он ушёл.

— Неплохо.

— Учусь у тебя.

Тим шёл рядом и жевал яблоко.

Откуда оно появилось, Алексей не заметил.

— Ты его купил?

— Да.

— Чем?

Тим показал маленькую монету.

— У тебя деньги есть?

— Конечно.

Егор посмотрел на него.

Тим убрал монету.

— Иногда.

Алексей рассмеялся.

— Мне определённо нравится этот парень.

— Не поощряй его.

— Поздно.

Они подошли к небольшому зданию.

Над входом висела выцветшая металлическая табличка.

Когда-то там было написано что-то другое.

Теперь поверх краской вывели:

МАСТЕРСКИЕ

Изнутри доносился стук двигателя.

Алексей остановился.

Звук был неправильным.

Он прислушался.

Егор заметил.

— Что?

— Ничего.

Тук.

Тук.

Пауза.

Тук.

Неровные обороты.

— Нет.

Егор улыбнулся.

— Ты же сказал, сегодня ничего не чинишь.

— Я и не собираюсь.

Двигатель кашлянул.

Чихнул.

Заглох.

Из мастерской раздалось:

— Да мать твою!

Алексей закрыл глаза.

Егор уже смеялся.

— Не собираешься?

— Не собираюсь.

Тим посмотрел на него.

Потом на дверь.

— Там главный водяной резерв.

Алексей открыл глаза.

— Что?

— Насос.

— Тот самый?

Егор кивнул.

— Который «автоматика чудит».

Из мастерской снова донеслась ругань.

Алексей всё-таки пошёл дальше.

Сделал пять шагов.

Остановился.

Егор молчал.

Тим тоже.

Алексей повернулся.

Оба смотрели на него.

— Даже не начинайте.

— Мы ничего не говорим, — сказал Егор.

— Именно.

Он снова пошёл.

Двигатель внутри мастерской попытались запустить.

Стартер крутил.

Долго.

Слишком долго.

Алексей замедлил шаг.

Двигатель схватил.

Поработал секунды три.

Снова заглох.

— Топливо есть, — пробормотал Алексей.

Егор сделал вид, что не услышал.

— Компрессия тоже хотя бы какая-то.

Тим смотрел на него с огромным интересом.

— Что?

— Ничего.

— Вот и молчи.

Они прошли ещё десять метров.

За спиной снова заработал стартер.

Алексей остановился.

— Они аккумулятор посадят.

Егор пожал плечами.

— Не наше дело.

— Конечно.

— Идём.

— Идём.

Стартер продолжал крутить.

Алексей развернулся.

— Пять минут.

Егор улыбнулся.

— Конечно.

— Только посмотрю.

— Разумеется.

— Ничего чинить не буду.

Тим уже бежал к мастерской.

— Я позову мастера!

— Он всегда такой?

— Хуже.

— Прекрасно.

Егор кивнул на дверь.

— Добро пожаловать в Рубеж, инженер.

И пошёл за Тимом.