Снег

– Фас, Боб! Фас. Сожри эту суку.

Юки рубанула питбота по голове. Движение, как в пинг-понге – дёрганое, но чёткое. Шапочка черепа отлетела в сторону. Оптические датчикизахвата цели отправились в металлолом, но зубастая пасть всё ещё выполняла заявленные функции. Боб вцепился в руку с блейдером, сжал запястье клыкастым железным капканом. Повис.

Ронин махнул собакой, ударив ею о раму окна. Холли показалась в дверном проёме, вынося вперёд двустволку. Ю отшагнула, волоча пса за собой, и всем телом впечаталась в шкаф. Громыхнула дробь: стена рядом с окошком загорелась рыжим, как ржавчина, пламенем. Напалм. Шарики свинца. Соль. Холли промахнулась на один шаг, скрылась за стеной, начала перезаряжать. «Переломила» ствол, механично заправляя казённик.

Юки снова ударила пса наотмашь об оконную раму. Давящая боль заглатывала, двадцать килограмм металла тянули вниз. Револьвер отправил электрический пучок в коридор – это даст пару секунд, прежде чем Холли пойдёт на второй заход. Скошенная голова Боба дёргалась из стороны в сторону, разламывая кости. Юки ударяла раз за разом, и псина отцепилась вместе с мясом и обрывками рукава, полетев на козырёк. По черепице заскребли когти. Стена тлела, гравируясь чёрным узором. На периферии реальности грянул гром. Револьвер нацелился на вход.

Выстрел.

– Ну вот и всё, – цинично произнесла Холли Деф. – Нет у тебя больше рук.

Кольт выбило вместе с куском полугловелетта. Юки, корчась от боли, сидела под планкой подоконника. Начинался дождь. Несколько дробин покусали бок, язычки пламени вспыхивали на оборванной форме. Мясо подъедал напалм. У неё ещё оставались ноги. Нужно было встать.

– Считай, дело в шляпе, – бахвалилась Холли. – Какая же я молодчинка.

Дуло ткнулось в ямку на шее, огненный выстрел забурился в тело. Перед смертью детали невероятно отчётливы – казнь будит сознание как страшный аттракцион, гул толпы ярче стука вошедшего в плаху топора, слово – долгожданный свадебный штамп. В последнюю секунду сознание уловило ауру непонимания и растерянности.

«Арисака», – услышала Юки перед блаженным падением в темноту, а затем Холли финальным дублетом добавила:

– Твою мать.

Шлюзовая камера разлетелась вдребезги. Ленивый солнечный прибой по щиколотки заливал спальню. Юки стояла, направив револьвер на вход.

«Что с тобой?» – поинтересовался Джей.

– Кошмар приснился, – ответила Юки, не отводя пистолета. – Холли меня прикончила. Я облажалась.

«Это всё из-за переживаний – последние события тебя изрядно вымотали. Обычное дело».

– Тут что-то иное… Меня накрыло, как в узле. Сенсей меня ко многому готовил, даже к безумию, так что пара дней в авральном режиме на мою психику особо не повлияют. Но всё-таки… Ощущение такое, будто против меня играют потусторонние силы.

«Судя по всему, твоё самообладание расшатал инсайдер».

– Вряд ли дело в «А2». Мне кажется, эти видения вообще не связаны ни с чем и ни с кем. Они принадлежат только мне и будто проигрывают для меня наихудшие варианты развития событий. Словно я переживаю ошибки, которые могли бы произойти, но по неведомой причине обошли меня стороной: умираю где-то в ином месте, чтоб жить здесь. Если есть вопрос, значит, где-то должен лежать ответ. Как же меня бесит недостаток информации.

Кольт отправился в кобуру. Холодный фронт подобрался к её временному пристанищу – Юки чувствовала его спиной. Будет дождь – первый летний ливень размером с маленький шторм. Самое лучшее погодное явление.

Всё было на месте: игрушки, стратокастер, винтовка, носки в виде знака зодиака… Стоп.

– Джей, что изменилось?

«Атмосферное давление…»

– Нет, я про комнату.

«Ничего».

Как же, ничего.

– Какого Койпера? – спросила Ю у Вселенной, упирая винтовку в плечо. – Назови модель оружия.

«Type 38. «Арисака».

– И это, по-твоему, нормально?

«Абсолютно».

– Да ты издеваешься! Перед сном здесь стояла «Ли-Энфилд».

«Уверена?»

– На все сто. Что за шутки, Джей?

«Да, я просмотрел архивные записи. Действительно, имела место какая-то метаморфоза. В ближайшее время постараюсь найти ответ».

Естественно, сборнику алгоритмов плевать, что английский ствол превратился в японский. По коже поползли мурашки, и всё тело, до мочек ушей, напряглось. Холли озвучила именно это, когда отправляла её к небесному хору. «Арисака». Ю попыталась выстроить логическую цепочку, но снова споткнулась о недостаток данных. Ружьё прицелилось в окно. Тот же коллиматорный прицел и тактильный интерфейс на ложе. Выстрел. Гильза не вылетела. Пять патронов на месте.

«Ты привлечёшь внимание», – занудно пробухтел Джей.

– У меня бесконечная обойма. Мне теперь даже армия нипочём.

Сказано было без особого веселья. Когда одно оружие мимикрирует под другое, начинаешь либо сходить с ума, либо искать объяснение. Если Ю выберется из Лос-Анджелеса, то прямиком отправится к Райзену, потому что хороший учёный всегда добирается до первоисточника.

Гром прокатился хриплым рыком, возвещая о собственном пришествии. Скоро он будет всюду, от горизонта до горизонта, и без спроса заберётся в самый глухой чулан.

– Пожалуй, самое время принять ванну, – тихонько вздохнула Ю. – Врубай бойлер и фильтры. Я заслужила полчаса в горячей воде.

Окружные ранчо затушёвывала темнота. Юки прошла в ванную, разделась, приняла душ. Намылилась, овеяв себя нотками груши, мандарина и чёрной смородины. Тщательно смыла суточную грязь. Уже чистенькой легла в прозрачную, как роса, воду и подумала, что в ванне достаточно места для кого-нибудь ещё. Беззаботно уставилась в потолок.

– В моём возрасте нужно веселиться с друзьями, а я сражаюсь против мегакорпорации.

«Это круче, – заметила отложенная в сторону перчатка. – В конце концов, переходный возраст требует сильных впечатлений».

– Сейчас от них сплошная головная боль. Проще найти себе парня… Или девушку. Можно даже гарем девушек. Хочу, как в манге.

«Парня только одного?»

– Можно несколько, лишь бы предохранялись. С девушками проще – их можно побольше.

«Стандартная позиция прогрессивной женщины из двадцать второго века».

– И самая правильная, как мне кажется. Нельзя строить отношения просто чтоб отдать дань уважения консервативным традициям, а заводить детей, чтоб показать окружающим твою «нормальность» – вообще абсурдно. Ребёнок должен знать, что у него будет будущее, что он не станет курьером или кассиром в ресторане быстрого питания. Качество против количества. Побеждает ведь всегда первое, верно?

«В большинстве случаев, – согласился Джей. – Ты против детей?»

– Вовсе нет. Для начала я просто хочу влюбиться, а дальше – как пойдёт. Если найду идеального парня – стану ямато-надэсико, а если девушку – то буду просто получать удовольствие.

«Не представляю тебя в роли ямато-надэсико».

– Это всего лишь шутка. Я просто хочу развиваться, расти вместе с любимым человеком и иметь какую-то общую цель.

«Взвешенно мыслишь. Многие старались жить по этим принципам и были вполне счастливы».

– Ага. Жаль, что эта травоядная позиция не помогла человечеству остановить Армагеддон. Я вот думаю, Коллапс устроил тот, у кого попросту атрофировалось чувство любви.

«Обезумевшие асексуалы?» – расчётливо-глупо отшутился Джей.

– Шанс приличный. Их в сорок пятом миллионов сорок насчитывалось. – Юки захотелось отвлечься на статистику. – Сколько сейчас однополых пар?

«Точных цифр нет. Плюс-минус полпроцента от всей популяции».

– А тех, кто сменил пол?

«Меньше одной сотой. Людям сейчас не до манипуляций с половыми органами. Им бы поесть досыта».

– Ещё бы, – кивнула Юки. – Так какой у нас план?

Над ванной зависла трёхмерная карта.

«Кластер, скорее всего, находится в пентхаусе – это видно по сферическому нимбу деформаций. Так что дело за малым. – Джей подсветил маршрут. – Объедешь Санта-Клариту с севера. Оставишь байк у Кагел-Муантэйн – и пешком на юго-восток. Много холмов, которые послужат отличным прикрытием. Как только подберёшься достаточно близко, я начну взлом дредноута, а если кластер начнёт чудить – вызову сбой в системе. Штурмовать обелиск пойдёшь по моей команде. Если всё пройдёт гладко, «Вертикаль» даже не поймёт, что мы заходили в гости».

– А если ты облажаешься, то меня сотрут в порошок ураганным огнём. Как, кстати, поступим, если потеряем дредноут? Ну вот залезу я на пятисотый этаж, может даже инсайдера заставлю капитулировать и модуль заберу. У тебя есть запасной план отступления?

«Можно использовать возможности кластера. К примеру, подать «Вертикали» команду, что ситуация под контролем, а диверсант обезврежен. На крайний случай использую ионизацию, чтобы немного остудить их пыл. Вариантов для импровизации у нас будет уйма».

– О'кей. А если на входе стоит рота вооружённых головорезов?

«Тогда обстреляю караул из пулемётов или отработаю из гаубиц. Будь уверена, чтобы доставить тебя к инсайдеру, я использую все доступные возможности».

Юки, запрокинув голову, расплылась в кровожадной улыбке.

– План надёжный, как швейцарские часы. Дожидаемся ночи?

«Нет, Ю. Судя по величине тучи, атмосферному давлению и температуре, землю накроет туман».

– Это приятнее, чем самум.

«И не менее эффективно».

– Значит, два километра вверх… Плохое у меня предчувствие.

«Будь готова ко всему. На худой конец, пойдешь пешком».

– Я беспокоюсь не за подъём… Ладно. Постараемся сделать всё чисто. И чтоб на этот раз без светомузыки.

«Хаос в узле сыграл нам на руку».

– Ничего подобного. Слишком много лишних жертв. С чего ты вообще решил стимулировать их центры агрессии?

«Произвёл расчёт и выбрал наиболее рациональный вариант. Мне не хватало оперативной памяти, чтоб успокоить всех людей разом, зато я мог вызывать отдельные вспышки гнева. Это помогло отвлечь от тебя бо́льшую часть «Персонала».

– В этот раз постарайся минимизировать урон.

«Попытаюсь, но моя основная задача – сохранить твою жизнь».

– Какой ты заботливый, – глубже опускаясь в ванну, произнесла девушка. Тонкие ключицы исчезли под водой. Пальчики скользнули ниже пупка. Закрыв глаза, Ю отдалась на волю самых грязных мыслишек.

– Джей, – томный голос прозвучал словно издалека, – «режим тишины».

j-J не ответил. Время, как удары сердца, побежало чуток быстрее.

Над горизонтом перекипала грозовая туча. Резануло свежим наэлектризованным воздухом, единым фронтом подступала исполинская тень. Юки, стоя на крыльце, наслаждалась начинающимся ненастьем. Картинка уходящего дня зыбилась в сплошной пелене дождя.

– Надолго?

«Минут сорок. Ещё через полчаса туман. Похоже, мы действуем точно по плану Томпсона».

«О котором тебе наверняка что-то известно», – недоверчивым рефреном отдалось в голове.

Взявшись за поручень, Юки по-кошачьи выгибала спину. За полноценным сном всегда следовала полноценная разминка. Она вытягивалась и скручивала корпус, чувствуя напряжение, за которым таилась лёгкость. Тело готовилось действовать отточенно-безупречно, так что сейчас ронин проверял состояние каждой его составляющей.

Спустя стандартный комплекс упражнений, Юки, перевалившись через резную балюстраду, оглядела небоскрёб. Дредноут висел неподвижно в полукилометре от него, словно ожидающее клиента такси. Подбираться к башне придётся осторожно – в округе наверняка летают «жучки», а на дорогах точно снуют мотострелковые разъезды. Один неверный шаг – и весь план коту под хвост.

Шорох дождя потонул в громовом накате. Ю вдохнула озон полной грудью и потянула сцепленные руки вверх. Косточки приятно заныли.

Полилось с неистовой силой, ослепительно сверкнули шрамы молний, низкие деревья клонились, дрожа всем своим естеством. А спустя час действительно начал восходить туман и, точно души некогда живших здесь людей, стал занимать веранды и крыльца. Холмы затерялись в густом мареве. Юки села на байк и двинулась к цели, с помощью визуальных фильтров информера заглядывая сквозь непролазную призрачную пелену.

От двухполосной дороги отходил спуск на велотрассу. Ю остановилась на обочине. Башня вырастала точно из улёгшихся на плоскость эклиптики облаков. Весь мир раскручивался вокруг оси, пытаясь удержать равновесие. Солнце спешило к закату. Юки любила ночь и с нетерпением ждала, когда продолжительность дня снова пойдёт на убыль.

Байк остался на велосипедной стоянке. Холмы впереди вздымались бушующим морем, заснятым на «Полароид» в момент девятого вала. На карте горели сигнатуры патрулей и мельтешили микроскопические летающие роботы. Юки, прикинув маршрут, двинулась в путь. Визуализатор переключился в режим «солнечно».

Из-под подошвы вылетала почва. Разросшаяся овсяница заполнила холмы, как противоударная посылочная набивка. Призрачно-белая мгла казалась толщей ледника, способного расплющить ввинтившийся в него коготь буровой установки. Кое-где приходилось взбираться бегом, но в основном Ю держала темп быстрой ходьбы. Дыхание ровное, как ритм сердца. Пейзаж невероятен, как тысячелетия назад. Враньё: пейзаж стал гораздо круче.

Джей использовал «хазм». Подключение прошло по-тихому, и теперь Юки, скрытая склонами, ожидала завершения первой фазы плана в вольном варианте «низкого старта».

«Минут за семь управлюсь», – проинформировал j-J.

– Что по вооружению?

Загорелась номенклатура – различные разновидности пулемётов, ракет и гаубиц… Особняком выделялась плазменная пушка, способная разнести крупный городской квартал. Юки оценила мощь, ощутив приятную пульсацию в самых чувствительных местах. Загорелись мочки ушей. Затвердели соски. Пальчики налились кровью. Она, блаженно закрыв глаза, принялась считать до десяти.

Внедрение проходило в штатном режиме. Несколько вирусов зацепились за строчки кода, шифры разматывались, как клубки ниток. Система обретала простоту линии, превращалась в понятную последовательность, невольно отдаваясь на милость Джея. Юки сконцентрировалась, готовясь рвануть вперёд сумеречной тенью. «Пусть это будет идеальная кража», – молитвенно, всё ещё стоя на одном колене, думала она.

Всё-таки слишком хорошо это звучало, чтобы быть правдой.

На плотное тело тумана легли баллистические швы. Юки определила траекторию: стреляли со стороны кампуса, расположенного несколькими километрами севернее. Естественно, её не могли видеть за складками холмов, но пули летели чётко в её сторону, высоко над головой. Это примерно то же самое, как в разгар бури влупить из «джаггера» по диспетчерской башне. Словно праведную, меченосную руку паладина направлял Господь Бог. Два маловероятных совпадения или чудо? Или это одно и то же? Без разницы. Через секунду начнётся импровизация, и только её результат имел сейчас значение.

«Бегом, пока «Вертикаль» не очухалась».

– Почему они вообще стреляют? – только и успела спросить Ю, рванув вперёд.

Войско Лос-Анджелеса заработало промасленными шестерёнками. Далёкие выстрелы разбудили радиоэфир. Стрелявшие говорили про «движение в тумане», про «перестраховку» и «предчувствие». Нет, никто из «Вертикали» не видел даже силуэта ронина, просто одному из них взбрело в голову, что опасность невидимо пробирается по холмам.

Ствол плазменной пушки начал выворачиваться на станке, наводясь на призрачную цель. Юки резко остановилась, прицениваясь к орудию: дредноут наудачу выбирал, куда бы всадить заряд. Она заставила себя тронуться с места с новой силой, минимум на серебряную медаль мирового первенства по бегу. Дредноут выстрелил, когда девушка уже не смотрела. Бестелесный электронвольтный сгусток вдребезги разворотил вершину холма. Каменистые брызги полетели во все стороны. Дрожь отдалась в почве.

Спустя наносекунду произошло соединение: инсайдер вошёл в неё, заполонил как антитела кровоток, лишив возможности ответить. Психоцифровой образ всплыл в разуме невероятным по реализму фильмом. Юки не помнила, успела ли она остановиться или свалилась в траву, – её просто поставили перед фактом. К счастью, это был не Нанкин.

Первый уровень патетики. Старт.

– Нигде нет спасенья от войск «Авангарда», – посетовал голос, красивый, как песня.

Увидела Юки воинственный образ, воссозданный словно руками фантаста. Купальник высокий? Одежда для боя? Из ткани чудесной она состояла по типу кевлара в зернистом узоре, и вставки металла в изгибах ажурных прекрасно ложились на стройное тело. Пупок оголённый в бесстыжем разрезе сразить мог быстрее меча или пули – вся Linea Alba одеждой не скрыта на грязную радость очей извращённых. Её сапоги, до колена почти что, сплошным серебром опоясали ноги, чулки из всё той же немыслимой ткани до бёдер упругих её доставали. В перчатках тактических сильные руки, под крепкой защитой манжетов высоких. Лишь плечи нагие подставлены Солнцу, и взор устремлён был в небесные дали.

Блокировал Джей передачу не сразу.

Пауза.

Юки поняла, что проспала несколько шагов и со всего маху рухнула в траву.

«Прости, Ю, – поспешил извиниться Джей. – Поздно среагировал».

– Как инсайдер узнал моё местоположение?

«Потом разберёмся. Дредноут почти наш».

Почти – это слишком расплывчато. Юки посмотрела наверх, мгновенно поняв, что пушка копит второй заряд. Если канонирам передали её координаты, то очень скоро она разделит судьбу Техника.

Бег продолжился с новой силой – в таком темпе до башни она доберётся за пару минут.

Выстрел.

Ю почувствовала тепловую волну, услышала страшный грохот, удержала равновесие. Она до сих пор не осознавала масштаб. Совсем недалеко, за холмами, лежал город, в котором взлетали вертушки и заводилась броня, и тысячи вооружённых воинов, разбитых на небольшие отряды, выступали ускоренным маршем. Они чётко осознавали, что следом за новым Джимми Пейджем обязательно явится старое воинство «Авангарда».

«Готово», – произнёс j-J, немедленно приступая к импровизации.

Дредноут дал крен, заваливаясь в сторону небоскрёба – уже по одному этому манёвру людям на борту стало понятно, что они в чужой власти, однако вернуть главенство шансы у них были ничтожные: люди банально не могли добраться до пульта управления, кувыркаясь в нестабильном пространстве. Дистанционный доступ Джей заблаговременно заблокировал.

Заработали крупнокалиберные пулемёты. Яркие росчерки разрисовали сумерки. Ранения будут страшные: такой калибр без исключений разрывает человека, как тряпичную куклу. Спасение было даже не в броне, но в электродинамических полях, которые, благодаря ресурсам «Вертикали», присутствовали практически на всех машинах. Джей, однако, не собирался действовать одними пулемётами… Десятки ракет оторвались от брюха дредноута, потянувшись к городу щупальцами громадного спрута. Орудие в третий раз засветилось молниями, нагнетая заряд.

– Джей… – только и сказала Юки, перейдя на шаг.

«Я буду предельно аккуратен», – заверил J-note, наводя пушку на окраину города.

Возможно, быть неаккуратным оставалось единственно верным выходом. Армия с танками и вертушками – это не тот случай, когда стоит думать о чистоте. Если на тебя идёт орда, ты просто аннигилируешь местность. До площадки, на которой стоял «Лос-Фелиз», оставалось двести метров. Плазма в дуле ствола-конденсатора испускала протуберанцы. Яркая вспышка облизнула вечернее небо. Плазмоид сверчком прыгнул к городу и заревом короновал холмы.

«Это увеличит наши шансы, – констатировал Джей. – Только что я вынес добрую половину зениток».

Ноги ступили на ровную площадку перед небоскрёбом. «Зелёная» стена Лос-Фелиз плавно перетекала на покрывало паркового козырька. Ажурную крышу, описывающую несильный изгиб, держала череда колонн. Деревянные дорожки пересекали цветущие сады. Подсветка в основании поребриков мягко играла на декоративной растительности.

Юки бежала параллельно парковой зоне. После пересечённой местности к стеклокерамической брусчатке эспланады пришлось несколько шагов привыкать. Человек в тепловизоре брёл в тумане точно в её сторону, но заметил слишком поздно. Ронин подскочил, описал в воздухе полный оборот и наискось рубанул катаной. Линия: скуловая кость – верхний ряд зубов – щека. Быстро, как щелчок пальцев.

«Слишком энергозатратно», – только и произнёс j-J.

Второй силуэт выплыл из-за угла, и в очередной раз Юки удалось среагировать быстрее. Револьвер вспыхнул молнией, энергетический пучок впился в нерасторопное тело. После единичной судороги человек, будто обморочный, упал. Ю завернула за угол. Перед входом извивались линии деревянных лавчонок, какие-то абстрактно-гротескные каменные скульптуры и фигуры с зеркальными поверхностями, искажающие в себе любого проходящего мимо. Юки заметила краем глаза своё отражение: вытянутая, как выползающий из озера водяной дух. На входе её встретил боец из «кобр», крепкой комплекции молодого Брюса Ли. Лишь в момент удара она заметила памятный шеврон на плече. Китаец машинально укрылся автоматом, как посохом бо. Тщетно: «Оригами» без труда развалил его от мозолистого тела до солнечного сплетения.

Наконец, ронин оказался внутри. Стены фойе переливаются чешуей хамелеона – материал навроде транспласта, только более крупный, зернистый и долговечный. Узор мог быть любым, в том числе объёмным и движущимся, но сейчас стены транслировали сотканную из нюансов цветовую палитру. Двадцать четыре лифта разбросаны по окружности, и чтоб оббежать их все, хорошему бегуну потребуется минимум полминуты. Двери – авиационный титан с вкраплениями тонких люминесцирующих нитей. Такой вид искусства можно назвать «геометрией невесомости». Юки вошла в кабину.

– Смотри, чтоб дредноут уцелел.

«Само собой. Я использую небоскрёб в качестве укрытия».

– Хоффмана засёк?

«Медитирует в соседней от кластера комнате».

– Феноменальное умение абстрагироваться от происходящего. Как обстоят дела с инсайдером?

«Обмениваемся аргументами. Я разгадал несколько базовых установок и ищу, чем парировать. Как только оступаюсь, спор начинается заново. Меня уже подташнивать начинает в этой смысловой петле».

– Стандартная реакция на интоксикацию.

«Пожалуй», – благосклонно произнёс Джей.

Лифт стремительно поднимался. Два километра пролетели за двадцать секунд: жилые этажи, парковки для дэшей, помещения с камерами хранения для доставки, уровни, оборудованные инерционными демпферами (проще – амортизаторами массы), минимизирующими раскачку при сильном ветре. Юки слышала, что началась суматоха, что Джей позакрывал квартиры, и многие выламывали двери, пытаясь выйти наружу. Если ей удастся благополучно уйти – это уже будет победой.

Апартаменты Хоффмана занимали весь этаж. Единственная дверь, в серебряном контуре подсветки, открылась по движению руки. Её встретил модернистский нео-лофт: в решётку потолочных балок вписаны люстры-прожектора на штангах, кирпичная стенная кладка чередуется со сланцем и чёрным деревом; несколько панно из высушенных жуков и бабочек, диваны, лишённые плавных изгибов, z-образный кофейный столик, сложенная из деревянных поддонов функциональная поверхность невнятного предназначения, обесцвеченный фотохимией комод, светильник с трапецевидным абажуром на низкой тумбочке, стеллаж абстрактной несимметричной формы с множеством полок, на которых барахлилась всякая всячина: книги, фигурка Гаруды, двадцатигранный «дайс», вечный двигатель из подвешенных металлических шариков, механический цветок венериной мухоловки… Ещё множество мелочей, вроде белого ковра, о которых Юки забудет спустя секунду.

За лентой киберглассовых окон пулями отплёвывался качающийся дредноут. Пушка нагнетала заряд: Юки чувствовала зуд воздуха, колебание звука на барабанных перепонках. Сумеречное небо плавно перетекало в ночь.

Кластер обнаружился у дальней стены. Рядом любезно ожидало эргономичное кресло. Ю уселась, слопала «нитро» и ощутила, что и без того богатая на события жизнь обретает новые горизонты. Перчатка легла на «точку», и ронин вошёл без команды. Она пересмотрела настройки, решив не тратить время на несколько лишних слов. Джей отошёл в сторонку, полностью предоставив Юки дискуссионную трибуну.

Потоки цветные заполнили небо, как дикие змеи безумных окрасов, с Полярным сияньем, что Землю балует, течение их побороться могло бы. Их свет ниспадал, как от крыльев жар-птицы, катясь по долине, меж гор невысоких, где в выси, в молчании очень недобром, смотрела та женщина статная зорко. Там бой шёл далёкий в сплетении красок: схлестнулись два флота межзвёздных империй, и ждать оставалось его результата в надежде слепой, что отступит противник. Её пистолеты на форме держались внизу живота на магнитных крепленьях, а смуглая кожа, едва без морщинок, в лучах разноцветных почти не менялась. Как будто ребёнок Америки Южной, что против картелей сражаться готова, стояла она без какого-то страха, с едва уловимой, пожалуй, печалью. С ней рядом машина – броня на колёсах – и блок пулемётный с сиденьем на крыше. А в месте, которым долина кончалась, пейзажем далёким поблескивал город: рассыпанной крошкой камней-флюоритов, мозаикой казался в спектральном сияньи; спиральные башни горят в переливах, прямые, как стелы, иль круглые формой, меняются стили кварталов неспешно, дорожки прокинуты между домами. Стоят поезда, не летают машины. Ждёт город, страшась, окончания боя, и Юки его изучает в деталях, и главный вопрос у неё возникает: какого он Койпера выгнут так сильно? Взлетал этот город, вначале равнинный, в земную волну, уходящую к небу, на градусов более чем девяносто, как в фильме «Inception» довольно забавном. Как будто дома оседлали цунами, смеясь гравитации в наглую морду. Метафора это? Иль образ безумный, что ронина вызван собой озадачить? Тогда незнакомка слова проронила тем голосом самым, красивым, как песня: