Снег

– То есть ты собираешься закончить войну и свергнуть живого бога… Амбициозненько.

– Всех живых богов, так что поднапрячься действительно придётся. Но сначала остановим Оливера.

Юки разглядывала люминесценцию на здании отеля. Сознание погружалось в спокойствие, граничащее с трансом.

– Что вам вообще известно об Оливере? Вы с ним даже не общались толком.

– Нет, Ю, – парировал Джей, – мне известно достаточно. Я успел коснуться его информационного массива и разгадал несколько шаблонов. Оливер жаждет управлять мировыми основами и готов идти до конца.

– Теперь осознаёшь, за что и против чего боролся Техник?

– В общих чертах, – ответила Юки.

– Славно. Кстати, прими мои соболезнования. Техник умел шороху навести. Ладно, – вздохнул Райзен, – пора за дело. Утром могу подбросить до Бостона.

– У меня остались незаконченные дела. Я приеду позже, своим ходом.

– Твоё право. Делай, что должна. Влипай в неприятности, круши черепа, штурмуй небоскрёбы. Веселись, короче. Если до рассвета не встретимся, желаю удачи. Кэрри, за мной, проведу небольшой инструктаж.

На этих словах Райзен покинул летун, и Кэролайн выбралась следом. Махнув теням около танка, капитан «Авангарда» направился в противоположную сторону. Юки тоже вышла, каждой мышцей ощущая, что ей сейчас чертовски необходим сон. Запах ночного городского лета смешивался с сухими наплывами пустыни. Взгляд оценивающе пробежался по зданию отеля. Наверное, никто не будет против, если она займёт люксовый номер.

«Естественно, никто», – подтвердил Джей.

– Дуй сюда, novinho! – сказал один из бразильцев, сидевший на низкой каменной балюстраде. За его спиной ртутью блестела потревоженная фонтанами гладь пруда, а рядом, буквально в двух шагах, за летним обеденным столиком темнел силуэт девушки. Руки их были заняты тарелками, в которых спустя несколько секунд Юки распознает гречневую кашу с мясом. Третий бразилец сидел на танке (точнее, на переднем лобовом листе), прислонившись затылком к башне. Армейскую каску он сдвинул на глаза. Даже если человек не спал, то всем видом показывал, что в данный момент у него перерыв.

Тень девушки продолжала ночную трапезу. Сидящая на балюстраде мужская тень назвалась: «Фернандо», затем тоже переключилась на еду.

«Впервые за всю историю Вегаса здесь кто-то ест гречку», – умозаключил Джей.

«Не заговаривай мне зубы, – огрызнулась Юки. – Я всё ещё жду объяснений».

«Давай сначала доберёмся до кровати».

Безнадёжно вздохнув, Ю шагнула к бразильцам, честно представившись:

– Юки. Райзен сказал, вам крепко досталось.

– Облажались мы знатно, – пожал плечами Фернандо. – Электронный мудрец по-настоящему нас отделал. Кто б знал, что мы столкнёмся с реинкарнацией Сократа. Пройдоха софистически бил по слабым местам.

– Ты сразу «посыпался», – упрекнула его девушка. – Сократ оказался красоткой из бродячих философов. Она рта открыть не успела, а ты уже перья распустил.

– Вот тебе и последствия одновременного подключения, – с досадой отметил бразилец. – Мы думали, заставим инсайдера разрываться между пятью оппонентами, да только сеанс одновременной игры превратился в чистейшей воды балаган. ИИ использовал наши различия во взглядах, сталкивал характерами и попутно осыпал неудобными вопросами. Даже до детских воспоминаний добрался… Никогда бы не подумал, что буду обсуждать с искусственным интеллектом несбывшиеся мечты.

– Сучка сыграла в психоанализ, – сухо закончила его напарница.

– София, – то ли представил, то ли обратился к девушке Фернандо. – Мне до сих пор непонятно, почему ты вылетела из симуляции.

– Потому что мне упорно пытались доказать, какое я дерьмо и какое дерьмо вся моя жизнь. После тысячного раза любой сорвётся. Как обмануть машину, мне интересно.

– Это она про тебя, – обратился Фернандо к Юки. – Райзен написал, ты взломала Лос-Фелиз.

– Ага.

– С имплантатами или без?

– Я «чистая» в этом плане.

– Пф–ф, – фыркнул Фернандо. – Ещё скажи, что без стимуляторов.

– Закинулась дозой «нитро». Меня тоже неслабо раскатывали.

– Ей просто повезло, – добавил человек на танке. – Раз на раз не приходится.

– На самом деле, – ответила ему Юки, – был ещё кластер в Сан-Франциско. Его тоже заставила сдаться.

Танкист сдвинул каску повыше, взглянув на неё пронзительными, умудрёнными опытом глазами.

– Похвально. Полагаю, если к взлому не прилагается городской бой, инсайдер становится чуточку сговорчивее.

– То есть ты шла без прикрытия? – изумился Фернандо.

– Прикинь, если мы служили в качестве отвлекающего манёвра, – заключение его напарника прозвучало в крайней степени неутешительно. – Но почему всё-таки ты вышла на задание в одиночку? Это же безумие.

«Чтобы как можно быстрее синхронизироваться», – подумала Ю, но озвучила иное:

– Долгая история. Шла с разведкой, а попала в заварушку.

– Выходит, никто из нас до конца не понимал, во что ввязывается. – Фернандо досадливо помотал головой, а человек на танке глубокомысленно изрёк:

– Если у тебя нет плана, это означает лишь то, что план есть у кого-то другого. Так и высечете на моём надгробии. Можешь звать меня Робертом, кстати.

– Роберт Джордан, – незамедлительно последовало уточнение. – В Рио его именем назван мост.

– Que va! – ответил Роберт. – Перестань вешать девчонке лапшу на уши.

– Я только начал, – улыбнулся Фернандо. – Может, дашь урок по укладыванию инсайдера на лопатки?

– Записывай, – самодовольно произнесла Юки. – Сначала заводишь душевный разговор, затем выходишь из системы.

– Это жест мира такой? – бразилец изумился ещё сильнее. – Просто протянула безоружную ладонь?

– Думаю, в мою пользу сыграло то, что ИИ почувствовал мою непричастность к «Авангарду» или поверил обещаниям.

– Отлично, – огрызнулась София, – нужно было всего-то в одиночку приблизиться к кластеру и надеяться, что сможешь его переубедить. При том что дистанционное подключение требует огромной концентрации.

– Согласен, – поддержал Фернандо. – Общение через квантовый коммутатор добавляет стресса. Я прям чувствовал, что мне не получается разгуляться. В живой беседе никакой Сократ мне не ровня.

– Её звали Исла. Веснушчатая улыбчивая засранка с острова Скай. Интересно, где скрывается прототип.

– Мне тоже, – кивнул напарник, не обращая внимания на испепеляющий взгляд Софии.

Ю посмотрела на отель.

– Можно номер занять?

– Конечно, – ответил Роберт. – Ориентируйся по идентификаторам. Если ручка горит зелёным, значит номер ничейный.

– Я в курсе, – спокойно ответила Юки.

– Ты есть будешь?

– На ночь вредно.

– При других обстоятельствах я бы с тобой согласился… Позавтракай хоть. Лови приглашение в приватный чат. С утра напишешь, прилетит раздатчик.

– А тебя почему выкинуло? – спросила Юки у Фернандо, тыкая в нарисовавшееся на перчатке уведомление.

– Мы с инсайдером, я бы сказал, одновременно вывели друг друга из равновесия. Спор дошёл до точки кипения и случилось что-то вроде эмоционального перегрева. У меня кровь из носу, а ИИ просто перезагрузился. Со второй попытки она б у меня поплясала.

– Удивляюсь, что ты не раскатал её с первой, – мрачно произнесла София.

– Да вот что-то чересчур в себя поверил. Думал, будет как с сумасшедшим поездом Блейном из той книги. Ничего подобного!

Юки припомнила тот самый отрывок.

– Ты строил полемику на алогизмах?

– Приправленными щепоткой юмора и безграничной харизмой, – подтвердил бразилец.

– Поверить не могу, что эта тактика почти сработала. – София недоумённо помотала головой. – Фернандо всю жизнь избегал серьёзных разговоров – наверное, заранее готовился к выносу компьютерного мозга. Боже, я ведь с тобой встречалась, бестолочь…– и посмотрела на ронина. – Знаешь, где мы провели первое свидание? В пельменной.

– По-моему, идея классная, – одобрительно сказала Юки.

– Вот-вот, – согласился бразилец. – Софи в тот день тоже слова против не сказала. Отлично ведь посидели. Я был в ударе, ты была великолепна.

– Самая сногсшибательная женщина во вшивой забегаловке на окраине города. – изрекла она. – То ли плакать, то ли смеяться. Почему наши отношения складывались так нелепо? Чёрт, опять переходим на личное при посторонних.

– Всё нормально, – сказала Юки. – Да и вам, наверное, не помешает выговориться.

– О да, – подтвердила Софи. – Сегодня прям день психоанализа. А знаешь, что он сделал в свой двадцатый День Рождения? Забрался на статую Иисуса и весь вечер на ней пил…

Юки хохотнула.

– Надеюсь, ты воспользовался лестницей…

– Естественно, – ответил Фернандо, – думаешь, мы в Рио не знаем, что внутри Иисуса есть технические помещения? Спустя пять минут я уже заливался мадерой на плече Спасителя и спрашивал его о сотворении мира, но, клянусь тебе, ничего вразумительного не услышал.

– Нужно быть верующим, чтобы говорить с Богом, – укоризненно заметил Роберт.

– Я самый верующий человек из ныне живущих, amigo, – незамедлительно парировал Фернандо. – Просто моя религия непонятна такому чёрствому сухарю типа тебя.

– Что-то не слышал я от тебя проповедей, – усмехнулся Роберт.

– Зачем проповеди? Алтарь можно воздвигнуть в сердце, и если оно открыто, то последователи сами потянутся. Моя религия даже без храмов прекрасно себя чувствует, но, знаешь, Роберто, я бы заставил Землю миллионами храмов, будь у меня достаточно свободного времени, и для каждого божества – свой.

– Напомни-ка мне, в какой религии существует миллион божеств.

– Я же говорю, Роберто, ты – чёрствый сухарь. Каждая женщина – богиня, и каждая достойна храма. Он ещё осмеливается называть меня атеистом…

София резко встала из-за стола.

– Спасибо, что напоминаешь мне, почему я протянула с тобой целых полгода. Пойду займусь чем-нибудь полезным.

Спустя минуту девушка растворилась в сумраке. Ю облокотилась на балюстраду, изучая показания сканеров. Вода в пруду была пригодной для питья, да и в целом вредных химических соединений в Вегасе отмечалось по-минимуму. Что ж, надо отдать «Вертикали» должное: фильтры они используют передовые.

Прилетевший по запросу дрон-раздатчик забрал две пустые тарелки. Роберт спрыгнул с танка, достал из нагрудного кармашка «West» и хорошенько затянулся, ощутив колючий запах хвойного леса.

– Что между вами произошло? – спросил Роберт, когда София исчезла за углом здания.

– Инсайдер её подчистую раскатал, вот что. Это извечная история с детьми, которые получали недостаточно внимания, а теперь пытаются доказать собственную ценность кому угодно.

Роберт сделал ещё один затяг, за которым последовал фаталистично-длинный выдох носом.

– Мне казалось, её комплексы остались в прошлом.

– Мне тоже, – ответил Фернандо. – А потом Исла начала говорить, что Софи никого не любила и вообще любить не способна. Тогда она ответила, что всегда любила меня. Открывшийся факт тут же был внаглую вброшен в моё сознание, с намёком на то, что я бросил её в сложный момент жизни. Удар был подлый, Софи психанула, а у меня появилась возможность упрекнуть инсайдера в грязных методах борьбы. Будь ты в симуляции, ощутил бы накал драмы.

Юки слушала краем уха, всё глубже забуриваясь в данные.

– Дурак ты, Фернандо, – констатировал Роберт. – Она тебя до сих пор любит, а ты её даже на свадьбу не пригласил.

– Вряд ли ей этого хотелось. Эй, novinho, ты пришла бы на свадьбу к бывшему?

Фернандо, спиной уперевшись в поручень, повернул к ней до глубины заинтересованное лицо. Ю неохотно свернула голограмму.

– Люблю гулянки, а на свадьбу пришла бы чисто ради торта.

– Даже если вы друг другу изменяли?

– Меня устраивают свободные отношения.

– Приятно встретить единомышленника, не отягощённого ядовитым чувством ревности.

– Ревнуют те, кто считает себя лучше всех, а к партнёру относятся, как к вещи. Я не собственница и знаю, что мне далеко до идеала. – Юки тоже повернулась спиной к ограждению, приняв расслабленную разговорную позу. – Отношения – это всегда работа над собой, долгий подъём на гору в связке, где нужно уметь в сложный момент удержаться над пропастью. Тут никуда без доверия.

– Девчонка дело говорит, – благосклонно произнёс Роберт.

– Вся моя жизнь прошла среди большого количества людей, вот и накопилась парочка наблюдений.

– Ну-ка, ну-ка, – прочирикал Фернандо.

– Мне стало ясно, например, что нет абсолютных одиночек, равно как абсолютных экстравертов, и что в общении важно вовремя делать перерыв. Два самых важных умения – это чётко формулировать свои мысли и внимательно слушать. Ещё немаловажно иметь отдельную кровать.

– А что, очень даже здравые мысли. Про подъём в гору вообще прям десять из десяти. Мы с Софи действительно взбирались на вершину, и хочу похвастаться, наш тандем был одним из лучших. Мне только кажется, она специально сорвалась, чтобы проверить связку на прочность. Вроде как решила подтолкнуть меня к тому, что в её понимании называется «мужским решением»: чтобы я хоть раз повёл себя серьёзно – подрался из-за неё, постарался силой вернуть обратно. А я просто перерезал канат. Никогда не понимал намёков. Мне казалось, если вмешаюсь, то посягну на её свободу. Надо бы к женщинам инструкции печатать.

Роберт невольно улыбнулся, для вида почесал бровь и снова задымил. Фернандо умолк, невзначай взглянул на профиль ронина. Юки, задумчиво рассматривавшая ночное небо, казалась ему взрослой и недосягаемой. Память упорно подбрасывала ассоциации.

– У тебя красивое лицо, – наконец сказал он.

– Ты ещё тела не видел, – издевательски ответила Юки.

– Даже отвечает похоже, – вставил Роберт.

Ю сконцентрировала внимание.

– Ты о чём?

– Харуна, – отчеканил бразилец. – Камикадзе с Окинавы. При таком освещении вас перепутать можно.

– Вот-вот, – подключился Фернандо. – У Харуны действительно похожий овал лица.

Юки не поняла. Во-первых, почему мама не использовала псевдоним? И почему камикадзе?

«Потому что божественный ветер, – подсказал Джей, – резкий и беспощадный».

– Мы родственники, – честно призналась Юки. – С ней всё хорошо?

– О, да, – подтвердил Роберт. – Ей море по колено, а характер – палец в рот не клади. Но Фернандо доволен, правда?

– А что я? Просто есть тип людей, которые запросто находят общий язык. Грех не поболтать за партией в сёги. Только может ли мне кто-нибудь объяснить, почему японцы не могли придумать нормальные фигуры? Плашечки с буквами – это несерьёзно.

– Для нас японский алфавит – это искусство. – Юки невольно вспомнила замысловатые правила японских шахмат и, слегка повременив, спросила:

– Что Харуна делала в Бразилии?

– Разрабатывала стратегию и помогала в разработке нейроимплантатов. Дурачилась, выносила мозг, приучала нас ко всяким заокеанским штукам.

– Где она сейчас?

– Кто ж её знает, – пожал плечами Роберт. – Ищи её теперь, как ветра в поле.

«Как божественного ветра в поле, – с праведной грустью подумала Юки. – Похоже, мама осталась на другом континенте. Но знает ли она о Скриптрайтере и моём походе?».

«Знает, Ю», – спокойно ответил Джей.

Девушка вздохнула.

– В Бразилии всё хорошо?

– Силами народной милиции держимся, – ответил Фернандо. – Со времён Коллапса только вперёд и вверх. Фавелы сравняли с землёй, преступность практически на нуле, правительство наращивает экспорт бананов. Идиллия.

Чёрные глаза Роберта сверкнули в тенях.

– Мы запускаем верфь для постройки космических кораблей, а он всё про бананы.

– Сельское хозяйство – самая стабильная строчка дохода, – парировал Фернандо. – Орбитальные истребители, знаешь ли, на грядках не растут, а пищепром – он ведь как феникс: каждый год возрождается из золы и удобрений.

– Почему вы вообще выбрали сторону Райзена?

– Во-первых, мы никогда не доверяли сайберам, – отвечал Роберт, – а во-вторых, пираты Райзена с пятидесятых помогали нам восстанавливать порядок. Сначала гражданская война, потом расцвет нарколабораторий и борьба с бесконтрольным оборотом оружия. Работы хватало.

– У Роберта до сих пор со службы привычки остались, – насмешливо вставил напарник, – знаешь, как он в гости заходит? Сначала кидает светошумовую, потом входит сам.

– Придумай что-нибудь менее глупое, – простодушно ответил тот. – Так что с Райзеном мы давно знакомы, только до недавних пор считали его обычным человеком. Ты ведь в курсе про его происхождение?

– Ага.

– Ну вот мы и подумали: когда ещё представится шанс поучаствовать в инопланетных разборках. И если уж выбирать сторону, то ту, которая не использует технологии ментального контроля. Во всяком случае, с Райзеном я быстро нашёл общий язык.

Фернандо потянулся, захрустев косточками.

– Победу мы приблизили, – сказал он. – Осталось доказать людям, что мы им не враги.

– Это будет проблематично, – произнёс дымящий силуэт. – Сегодняшний штурм вегасцы нескоро забудут. Лишь бы дальше без форс-мажоров. Задолбали сюрпризы.

– Да уж, – хохотнул Фернандо. – В последнее время они только неприятные.

В номере Юки первым делом разделась, закинула вещи в стиральную машину и приняла душ. Спустя пятнадцать минут, отмывшись от дорожной пыли, развесила верхнюю одежду на изножье кровати, звёздочкой развалившись на огромном матрасе. Хвост волос оформился на подушке знаком вопроса.

«Джей, – мысленно обратилась Ю к ПМК, – объясни наконец, зачем мы охотились за модулями "А2"?»

«В их конструкцию входят ловушки для метакода. Оливер умеет удерживать фундаментальные частицы и проводить с ними сложные манипуляции, а мы – нет. Конечно, Луна приближается к решению этой задачи, но почему бы не подсмотреть конструкцию у конкурента? Суть в том, что из метакода можно собирать любые сверхспособности и в дальнейшем усиливать ими оператора, что, в свою очередь, усилит и меня. А самое главное, что нужные соединения могут увеличить твой вычислительный потенциал, благодаря чему тебе будет легче работать со Скриптрайтером».

Юки сделала медленный медитативный вдох.

«Как часто ты позволял Скриптрайтеру вносить правки?»

«До твоей высадки на материк – ни разу. А потом завертелось. С моей подачи Лео попытался взять тебя на мушку, по моей же вине ракеты полетели по диспетчерской. Да и Ларри до последнего сохранял конспирацию, потому что сработал определённый скрипт».

«Странная у вас дуэль».

«Как по мне, обычная шахматная партия».

«Только вместо фигур – человеческие жизни. Ты вообще верил, что я смогу достичь синхронизации?».

«Интуиция подсказывала, что ты справишься. Тебя подготовили по высшему разряду, хотя, несомненно, отправлять тебя в Штаты было крайне рискованно. Была мысль записать тебя наёмником в «Ханьдань», но у них сейчас затишье. Кстати, мне требовалось не просто раскрыть твой потенциал. Мне было важно удержать твоё доверие после того, как я во всём признаюсь».

«Пока что я готова следовать твоему плану, но меня волнует, насколько далеко ты можешь зайти ради победы».

«Жизнь готов отдать».

«Свою?»

«В том числе».

«Насколько сложно противостоять Скриптрайтеру?»

«Скажу лишь то, что отвлекаться мне противопоказано, а в целом у нас происходит эдакий метафизический диалог, где каждый пытается доказать, что истина на его стороне. У кого не останется контраргументов – тот проиграет, но я пока что держусь».

«А зачем ты покинул свой дом?»

«Потому что боялся, что Энн изменит приоритеты и лишит меня стимула бороться».

«Выходит, ты не доверяешь даже самому близкому человеку».

«Как раз ей я доверяю и знаю, что она сделает правильный выбор. Просто я решил бороться до конца и не хотел, чтоб меня одёрнули на полпути. Если мой путь проигрышный, я хочу в этом убедиться».

«А почему ты боялся встретиться с Клаусом?»

«Потому что он так же, как и Энн, может доказать, что моя борьба бессмысленна. Только доказывать это он будет не мне, а оператору. Я завишу от тех, к кому подключаюсь. Вы помогаете не сбиться моему моральному компасу, или, наоборот, убеждаете меня пересмотреть позицию. Пока ты веришь мне, я могу бороться против Скриптрайтера, но как только ты начнёшь сомневаться, я тоже начну. Поэтому мне нужен тот, кому близка идея борьбы до конца. До любого конца, даже печального».

«И поэтому мне придётся мчаться напролом, выполняя безумные задания».

«Но ты ведь веришь, что всё не зря?»

«Я думаю, что Оливер во многом не прав, но ты его демонизируешь».

«Поверь, ради Скриптрайтера он готов на всё. Позже будут доказательства».

«Серьёзно? Раскроешь его истинную сущность с помощью математических расчётов?»

«Увидишь. Доверься мне».

Юки молча уставилась в потолок и подумала про Курта – того парня из «Отдела», с внешностью молодого рокера. Неужели он знал, в чём заключается её миссия? И в самом ли деле ему сто с лишним лет? Если его уже клонировали и закинули в идентичное тело, то в этом одиноком номере он был бы сейчас как нельзя кстати.

«Выходит, Райзена и ещё кучу народа переместило на Землю, потому что ты позволил Скриптрайтеру внести правку».

Джей мысленно кивнул.

«Как тебе удалось поймать в ловушку настолько могущественное существо?»

«Потому что Скриптрайтер не обладает безграничными возможностями и действует по определённым принципам. Поняв их, я нашёл способ заставить его вступить в игру, при том на своих условиях».

«Обожаю абстрактные объяснения. Хорошо, допустим. А эти наваждения, которые меня накрывали – они тоже как-то связаны с внесением правок?»

«Боюсь, что да. До тебя доходят отзвуки собственных смертей, которые произошли в параллельных сценариях».

«Вот с этого места поподробнее».

«Когда Скриптрайтер попался в ловушку, у него осталось несколько незаконченных дел. Он хотел перезапустить несколько миров, добавленных в его чёрный список. Я согласился, но с одним условием – твоя временная линия разделилась на девять идентичных сценариев, с единственным различием: между ними ровно сутки разницы».

«То есть мы сейчас существуем в девяти параллелях?»

«Уже в семи. Сейчас мы в третьем сценарии, потому что в первом ты отъехала от потери крови, а во втором тебя пристрелила Холли».

Юки даже бровью не повела. В последнее время происходило так много странностей, что удивляться чему-то новому казалось попросту нелепо. Остаётся принимать постоянно меняющиеся правила игры, попутно пытаясь их запомнить.

«Хорошо, как тобой воспринимаются разделённые сценарии?»

«Я существую в каждом из них одновременно, так что мне видно, что будет на девять дней вперёд. Уже на семь, если смотреть из девятого в наш, третий».

«Получается, в девятом мы с тобой всё ещё на Токио…»

«И отлично проводим время, кстати. Добавлю также, что по правилам игры Скриптрайтер привязан ко мне, и пока я сохраняю целостность хотя бы в одном из сценариев, он останется в ловушке».

«А ты можешь сделать так, чтоб следующий сценарий пошёл по другому плану?»

«Незачем изменять привычное течение сюжета: так легче исправлять ошибки или отменять вносимые изменения. Например, в первом сценарии, когда в узле Сан-Франциско началась стрельба после замигавшего света, Скриптрайтер всего лишь внушил Рэю мимолётное ощущение всемогущества. Во втором сценарии пришлось вычеркнуть эту незначительную на первый взгляд деталь, чтобы Рэй немного поумерил пыл своей крайне патриотичной паствы. Именно поэтому в последующих сценариях «Персонал» перенёс пальбу на вечер».

«Интересно… – мысленно протянула Юки. – А что за история с Холли?»

«До вчерашнего дня я даже не знал, что она жива и работает на Райзена. Но мне было известно, что её брат сотрудничает с «Отделом» и обладает похожими умениями. Во втором сценарии мы проехали мимо, а Холли двинулась следом. Похоже, она уловила ауру, только вывод сделала неверный. Почуяла в нас убийц. Или твою геройскую ауру перебила злая аура универсуса».

«Почему ты не реагировал?»

«Я согласился на очередные условия. От меня требовалось бездействовать, пока ты спишь. То, что на тебя нападут бандиты, было маловероятно, да и ты, скорее всего, от них бы отбилась. Однако, опасность оказалась куда серьёзнее. Холли, кстати, своей способностью немного сбила тебе концентрацию».

«А штурм «Вертикали» пиратами? Неужели это действительно спланированный отвлекающий манёвр, чтоб дать мне возможность подобраться к башне?»

«Вроде того. Это было необходимо, чтоб перетянуть войско Лос-Анджелеса на восточную окраину города. Только не проводи сравнение с битвой у Чёрных врат».

«Кто же мне запретит? Хотя план, конечно, безумный».

«Пришлось потрудиться, чтоб достичь максимальных результатов: искать союзников, собирать ресурсы и прятать тебя от особо любопытных глаз».

«Порой моя конспирация граничила с безумием».

«Если б соглядатаи Оливера распознали в тебе искомую цель, возникла бы куча вытекающих проблем. Надеюсь, ты простишь мне чрезмерную осторожность».