- -
- 100%
- +
Андрей стоял у окна недалеко от ее парты, спиной ко всем, созерцая качающиеся почти у самого носа молодые листики и медленно вдыхая свежий аромат. Занесло его сюда случайно: произведя променад по коридору для восстановления засиженной пятой точки, направлялся к своему месту и не удержался не высунуться в открытое окно, завидев такую красоту. На ее случайную фразу, обращенную к себе, не надеялся, полностью погрузившись в природу.
Костя, устало потерев глаза, захлопнул надоевшую до колик книгу и, решив сменить умственную деятельность на физическую, встал, и вышел в проход между рядами с целью заменить Сидора, оставившего наконец-то коридор.
В этот же момент навстречу ему вырулил Петров, что-то только что пытливо выспрашивавший у училки в лаборантской; удовлетворив студенческую жажду познания, он, задумчиво перебирая в голове ответы, двинулся в противоположном ивановскому направлении.
И как так вышло, что именно сейчас Сидорову надоело таращиться на растительность, и он сделал шаг назад, разворачиваясь уже на ходу. Чуть не столкнувшись с Петровым, автоматически без слов отсемафорил бывшему инвалиду: проходи. Сергей, так же молча кивнул – спасибо – и двинулся вперед. Андрей, выждав метр, пошел следом. Было закономерно, что все трое встретились в узком проходе; но самым интересным было то, что встреча состоялась как раз у Ее парты. Иванов, недолго думая, посторонился, пропуская обоих назад; протискивая нехилую тушку в узкое пространство между столом и Костей, Петров случайно зацепил рукой лежавшие на самом углу книги девушки, не замедлившие упасть на пол. Занятая своими делами Алена, так и не увидевшая рулежки в пробке, повернулась на звук упавших предметов. Не утруждаясь выяснением, кто виноват, она начала нагибаться за ними. Но кто бы знал, что трое бывших друзей окажутся настолько джентльменами, что без всяких раздумий сделают то же самое?! Не обращая внимания один на другого, они резко нагнулись…
Судя по единому звуку, столкнулись все четверо одновременно, разнобоев не было. Глухой гул быстро испарился из ушей, унося с собой старую жизнь. Немного морщась, они разогнулись, потирая пострадавшие места и с интересом разглядывая друг друга. И вдруг Алена не выдержала и засмеялась, найдя ситуацию немного комичной. Вслед за ней заулыбались и ребята.
- Как ты в целом? – решился осведомиться у девушки Андрей, - не больно? Сегодня полегче, чем в прошлый раз!
- Да, опыт все же набивается, - кивнула она, - вы сами-то как?
Она по очереди оглядела троицу. Петров, слегка улыбнувшись, пожал плечами.
- Нашу лобовую броню так просто не пробить, - ответствовал Костя, - только гнется, но не ломается!
Алена снова рассмеялась. Ответы ей понравились, ребята явно с юмором на одной ноге. Тут-то закаленный в общении с противоположным полом Иванов и решил ковать, пока горячо.
- Так! – решительно сказал он; двое других молодых людей изумленно посмотрели на него, - оставайтесь на своих местах, я сейчас все подниму!
- Давай-ка лучше я! – тут же протараторил Сидоров, начав делать намек на движение, но фраза девушки остановила его.
- Не беспокойтесь, ребят, я сама справлюсь! – сказала она и уже начала нагибаться, как вдруг почувствовала на плече знакомую по предыдущей встрече руку.
- Нет, подожди, - твердо удержал Костя, - я.
Он нагнулся и поднял раскиданные по полу знания. Вручив хозяйке, слегка по-гусарски кивнул.
- Спасибо…
- Костя, - ненавязчиво заканчивая мысль, представился счастливчик.
- Спасибо, Костя. Меня зовут Алена.
- Да мы вроде бы в курсе, - наконец-то выдавил слова Петров; чувствовалось очень хорошо, как недавнюю улыбку за секунду поменяла густая туча. Девушке стало не по себе от такой перемены: что-то только что произошло, нечто очень нехорошее, и она ощущала это всей кожей. Но что именно?! Снова тревожно забилось сердце.
- Вот как? – растерянно произнесла она, опуская глаза.
- Все знают, - ляпнул с каким-то ожесточением Андрей, отворачивая перекошенное лицо к своим умиротворяющим листочкам.
- Одна сегодня сидишь? – не снижая напора, продолжал Иванов, - а Вера где?
- Вроде в институте какие-то переговоры, с родителями уехала с утра. Не знаю точно, - девушка, не понимая направленности разговора, не успевала ничего сообразить и от этого терялась еще больше; она не сводила взгляда с мрачневшего с каждой секундой Сергея, и краем глаза видела, что Сидоров еле сдерживается. Бурное течение несло в непонятном направлении…
- Не будешь против, если я следующий час с тобой посижу? – окончательно огорошил Костя, кивнув пустовавший рядом с ней стул.
Отпираться было поздно; успела лишь подумать, что пресловутая цунами наконец-то догнала. Покоя теперь ожидать не приходилось.
- Конечно, - не совсем уверенно пожала она плечами, лихорадочно пытаясь понять, что здесь хорошо, а что плохо. Но ответ не замедлил дать о себе знать тотчас – Андрей, внезапно отвернувшись, вышел в коридор. Костя, исподлобья проводив его взглядом, пошел за своими вещами для передислокации. Уловив резкость, Алена по очереди оглядела спины уходящих. Внезапно почувствовав что-то, медленно подняла глаза на Сергея. И, соответственно собственным фантазиям, явственно прочитала: только что произошло непоправимое, и твоя вина не требует доказательств. Так нельзя было делать ни в коем случае! На мир теперь даже надежды нет. Девушка автоматически пыталась защититься извиняющимся видом – она поняла ошибку только сейчас. Происходящее было совершенно непонятно и недоступно, да и вины-то никакой не было; однако, очень хотелось сказать «прости», настолько у гиганта был горестный вид… Раздался звонок. Сергей, едва покачав головой, молча повернулся и поковылял к себе. Алена, несколько секунд потерянно посмотрев вслед, со вздохом села лицом к доске. Занятие началось, Костя уже устроился рядом, аккуратно разложив книги и тетради, Андрей еще где-то разгуливал, а в ее голове билась одна и та же мысль, вытеснившая все на свете: «Что происходит?!!!».
- Можешь не обращать на меня внимания, - спустя некоторое время тихо сказал Костя, - мешать не буду. Так, пару – тройку вопросов для себя освещу. Договорились?
- Хорошо, - недоуменно пожала плечами такому началу девушка.
Сидоров вернулся к середине урока; стиснув зубы и глядя в пустоту, промелькнул мимо сидящей впереди парочки, сверлившей его лицо каждый по-своему. Костя – немного набычившись, по-прежнему исподлобья; девушка, внутренне выражая что-то вроде сочувствия этому непонятному припадку ярости, неким образом связанному с ней, пыталась поймать взгляд и как-то дать понять свою невиновность. Но злобная тучка не обратила на них никакого внимания, через несколько секунд тяжело и нервно скрипнув стулом сзади. Только после этого Иванов, помедлив еще немного, начал пристрелку.
- Можно приступать?
- К чему?
- К осветительным работам. Я о нашей договоренности. Интересно о тебе узнать побольше.
«Что же раньше молчали, когда все спрашивали?» - подумала она, но сказать вслух не решилась; ситуация была настолько необычна и непонятна, что лишние слова могли испортить остатки. Она неопределенно пожала плечами – давай, узнавай.
- Ты любишь… Готовить? – девушка чуть было не прыснула; начало было весьма многообещающим. Вопрос обещал быть совсем не таким.
- Люблю.
Легкими ненавязчивыми расспросами коварный казанова добился главного – контакт был установлен. Даже удалось ввернуть несколько удачных шуток, новенькая посмеялась от души. После поверхностного общения с другими одноклассниками сейчас Алена поняла, что, благодаря паре неожиданных столкновений, вышла на совершенно другую орбиту. Судя по первому прорвавшемуся к ней представителю, компания друзей обещала быть весьма впечатляющей. Понемногу привыкнув к нему, девушка полностью погрузилась в беседу, благо материал занятия был знаком, и стоять у доски ей не светило. Помня, однако, о недовольстве двоих оставшихся сзади, старалась не давать им лишнего повода для глупых фантазий. Чувствуя старание соседки соблюдать нейтралитет, Костя не напирал. Пытаясь обезоружить ее внимание, болтал о всякой чепухе, больше вытягивая на откровенности – о книгах, о танцах, фильмах и сценах из них, о Питере… А Алена все ждала и ждала: вот-вот мелькнет хоть что-нибудь, проливающее свет на происходящее.
- Как тебе у нас в городе? Никто не обижает?
- Хорошо, спасибо. Кроме внезапного нападения в парке в первый день, всё было мирно.
- Да ты что?! – неспешно поднял брови Иванов, сочувственно покачивая головой, - и кто же эти вероломы? Может, их поймать?
- Представь, бежали. До сих пор не появлялись, хоть я и пыталась их найти. Прячутся почему-то. То ли обижаются, то ли думают, что натворили чего.
- А что, не натворили?
- Да нет, вроде бы никто не пострадал, - Алена не выдержала и улыбнулась в парту.
- Если хочешь, можно этих идиотов вместе сегодня поискать,- в его голосе скользнул намек на то, что это двуслойная шутка с налетом серьезности.
- Знаешь, мне иногда кажется, что они за спиной, - заговорщицки прошептала она, - и прячутся там. Мы пойдем в парк, а их уже там не будет! Они неуловимы, пока сами не захотят быть пойманными.
- Я знаю, как этих чертей прижать! - сложив кисть полутрубкой, пробубнил Иванов в ее сторону, соблюдая шпионские правила переговоров и глядя в сторону. - Есть кое-какой сыр, на который они клюнут обязательно!
- Ну?! – сквозь смех едва выдавила она.
- Давай руку… - вдруг едва заметно сбив дыхание, прошептал он, - покажу.
Не поняв подвоха, девушка, увлекшись шпионскими играми и легким разговором, нарушила собственное же правило нейтралитета и протянула Косте открытую ладонь, ожидая приманки. Но попалась сама… Мягко взяв ее кисть, он положил сверху вторую руку. Алена замерла. Сердце подскочило.
- Где же сыр? – прошептала она.
- А ты и есть сыр, Аленушка. А я первый из тех негодяев, кто на него попался. Посмотри на меня, пожалуйста. Мне нужно твои глаза увидеть!
Весь нейтралитет катился в тартарары, пути назад уже не было. Оставалось лишь вообще выбросить всю эту историю из головы, либо идти до конца. Оба пути предполагали дослушать. Пришлось сделать над собой усилие и выполнить просьбу. От былой веселости на его лице не осталось и тени; теперь происходящее было очень серьезно.
- Говоришь, пострадавших не было… Это не так. С секунды твоего появления изменилось очень много. Подожди, не говори ничего. Сам не понимаю, зачем это говорю и делаю столько непонятных вещей, - вопреки обычной политике общения с девушками на этот раз Иванов действительно путался в мыслях и косноязычил безбожно; удачными ответами до мышеловки она показала, что простые комбинации не пройдут, а после неожиданного поворота он совсем потерял контроль, перейдя сразу к финальной части, - знаю, что если не скажу всего, то меня надо будет искать где-нибудь в психушке. Когда увидел тебя впервые, как током шарахнуло. А потом чем дальше в лес, тем больше дров и головешек. Вроде бы успокоился было, и тут снова ты! И все с новой силой. Ни покоя, ни сна, никакой жизни. Кругом ты, куда ни пойду, чем ни займусь. Ты - весь мир. Я так больше не могу… Поэтому и решил тебе сказать.
Девушка ошарашено замерла; сглотнув спазм, прошептала:
- Что?.. О чем?..
Костя, не открывая мышеловки, свободной рукой быстро распахнул ее тетрадь на чистых листах и крупными буквами написал ее же ручкой « Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ».
У-у-у-ух! Костя был выжат, как лимон. Зато теперь Алену посетило состояние, в котором теряется всякая женская выдержка, какой бы ни была. Свободной рукой зачем-то взяв карандашик, она тут же его выронила. Слова никак не лезли, до того новенькая была взволнована и растеряна. Многое вставало на отведенные места, но почему-то совсем не становилось легче – теперь далекий смерч завертелся непосредственно вокруг. Она почти не знала этого человека, все произошло слишком стремительно для спокойного обдумывания. Секунды, такие драгоценные сейчас, тянулись минутами впустую, спокойствие никак не хотело возвращаться; несколько мгновений безответности в столь важный момент означали очень многое.
- Понятно, - потерянно вздохнув, Костя ссутулился, медленно выпуская ее руку, - весьма красноречиво. Лучше ты не могла ничего сказать.
- Костя… - едва шевеля губами, попыталась ответить хоть что-то девушка, но Иванов понял и это.
- Не надо, не говори ничего. Похоже, что ничего определенного сказать не можешь, а остальное неважно, поверь. Наверное, я слишком рано все выложил. Прости, терпение закончилось. Такого со мной не было никогда, чтобы с первого взгляда и настолько! И, что примечательно, чем больше с тобой общаюсь, тем глубже увязаю…
Звонок прозвенел, словно петухи на заре – вовремя для спасения от наваждения и растерянности. Еще несколько секунд помедлив в надежде поймать хоть слово или вздох в свою сторону, он встал и направился к выходу, сгребя книжки в охапку. Алена осталась неподвижной, тупо глядя невидящими глазами на карандашик, лежащий на парте. Потом, почувствовав, что комната опустела, собрала вещи и на ватных ногах побрела в следующий кабинет. Не обращая ни на кого внимания, опустилась на стул и автоматически разложила все то же на углу стола. Костиных вещей рядом не было. Проплавав в абсолютной прострации остаток перерыва, вздрогнула от звонка на урок – сейчас он вернется, а я даже не придумала хоть какой-нибудь ответ! Оставлять без внимания такие откровения было бы полным свинством. Алена начала лихорадочно соображать; сидеть рядом молча было бы невозможно, столь напряженная и длительная пауза стала бы слишком изощренной каторгой. Мыслей не было, голова оставалась пустой – говорить о чем-то постороннем нет никакой возможности, но разговаривать об этом не поворачивается язык. Даже не нужно прислушиваться к себе внимательнее – Костю она не любит. Но как ему сказать после таких потрясающих любые устои эмоций?!
Немного успокоившись, нашла в себе силы поднять голову. Занятие началось, а он никак не появлялся. В груди похолодело от внезапной догадки… Затаив дыхание, Алена быстро обернулась: ни того, ни другого сзади не было. И тут впервые в жизни она по-взрослому испугалась – Костя за какие-то полчаса стал значительно ближе. И сейчас с ним может случиться что-то очень нехорошее. Снова промелькнула мысль: ах, если бы это развивалось не так стремительно! Все было бы под контролем. И сейчас бы она не вздрагивала от мысли, что с ними может что-то случиться из-за нее. Глупо как. Она решительно встала и сказала:
- Разрешите выйти!
Присутствующие с интересом оторвались от дел и делишек. Многим показалось, что у новенькой голосок чего-то дрогнул. Сидение с Ивановым бесследно не прошло, так же как и тихое вгрызание в парты Петрова и Сидорова. Странно все это; такой взволнованной еще никто Алену не видел. Через секунду кто-то хихикнул в плечо соседу, кто-то поправил очки и уткнулся в книгу, кто-то сглотнул слезу, а кто-то сказал:
- Конечно, Ален. И позовите, пожалуйста, опаздывающих.
Кивнув, девушка стремительно выскочила за дверь. Прижавшись спиной к стене пустого коридора, мучительно пыталась сообразить, в какую сторону они могли податься. Решив наугад проверить третий этаж, почти бегом бросилась туда. Не обнаружив никого, сообразила, что искать, скорее всего, необходимо на улице. Считая ступени, мгновенно слетела вниз по боковой лестнице и еще через пару секунд очутилась у центрального выхода.
- Чего ж я так за ними ношусь? – тихо удивилась себе, тут же найдя вполне объясняющий глупое поведение ответ: натворят чего с Костей, не зря же так косились. Отдышавшись, как можно спокойнее вышла на улицу – там тоже никого не оказалось. Прислушавшись, в отдаленном гуле машин и щебетании птиц голосов так и не услышала. Для очистки совести решив обойти вокруг школы, спустилась с крыльца. Пройдя вдоль здания, свернула направо, потом еще…
Они стояли в дальнем углу двора, у турников, лицом к лицу. Предметом обсуждения явно служила не погода, слегка подпортившаяся в дождливую сторону по сравнению с утром. То и дело рядом с ребятами сталкивались встречные ветерки, рождавшие бурунчики из пыли и прошлогодних изорванных листьев, успевших подсохнуть на весеннем солнце. Судя по напряжению в позах и жестах, друзья говорили друг дугу не вполне изысканные и обдуманные комплименты. Девушка, на мгновенье замерев, тут же поняла, что не мешать уже поздно – она замечена.
- Черт тебя побери, Ивано, только о себе думаешь!! Вообще обо всем забыл, едва ее увидел! Сразу же, как собачка, с хвостиком наперевес лизаться кинулся!!! – вполголоса, но с бешеным напором плохо скрываемой ярости и негодования цедил сквозь зубы Андрей.
- И про что же я забыл, когда кинулся, как собака?! – раздраженно, с трудом выслушивая неприятные слова (впрочем, такое развитие ситуации он и предполагал), выдавил Иванов; привалившись плечом к турнику, он злыми глазами продолжал рассматривать металлические завитушки школьного забора.
- Чего ты огрызаешься, словно мозги за той партой оставил?! Речь не только о нас с Серегой – мы же на берегу все обсудили, Вано!!!
- Костя, у друзей так не принято, - мрачно скрестив руки на груди, тяжело добавил Петров, - ты просто наплевал на нас. Смачно так, цинично…
- Другого определения в голову не приходит?! – от режущей правды Иванов готов был заткнуть уши покрепче, думая только об одном: скорее бы уже высказали все до дна.
- Как-то нет! - Сергей, хоть и был в печали не меньше Сидорова, но вел себя немного корректней и спокойней.
- Офонареть можно! Тебя в цирк пора сдавать! – не выдержал Андрей непробиваемости виновника, - да ты хоть что-нибудь слышишь?!!! Ладно, мы с Петро не девушки, не облезем от твоих похождений…
- Какое вам вообще дело до моих похождений?!! – Иванов, наконец, не выдержал и перестал созерцать забор, заодно повысив тон.
- Ничего себе! – тоже слегка взорвался Сергей, слегка хлопнув тяжелой рукой по турнику; тот негромко загудел, - большое дело! Мне плевать, что ты с нами делаешь, но…
- А что я с вами делаю?!! Что?!
- Да ты дашь сказать человеку?! – оборвал оппонента разъяренный Сидоров, - помолчи-ка! Пока ты ей там ручным обогревателем работал, Ольга чуть в слезах не утонула!!
- Кому это «ей»?! – оскорбился Иванов.
- Ей, Костя, Ей, - парировал уже взбешенный Петров, - хватит всем головы морочить! Отвечай за сделанное, хотя бы перед нами!
Костя ожесточенно выдохнул, стремительно теряя последние остатки терпения. Потом резко взмахнул сжатыми кулаками:
- А мне плевать! Слышите?! Пле – вать!! Даже знать не хочу!
- Я те мозг вправлю! – ринулся на него с кулаками Андрей; Костя двинулся в контратаку.
- Назад!!! – осадил обоих Сергей, мощным рывком разбросав их за шиворот в разные стороны, словно шкодливых заигравшихся котят, - да вы что, совсем из ума выжили?! Болваны, соображаете, что делаете?!!
Он от души добавил пару крепких уличных выражений, очень четко определявших степень разумности драчунов. Несколько остывшие, они насуплено замолчали, глядя в разные стороны. Не выдержав, Костя через минуту первым нарушил молчание:
- Боже мой, да поймите вы, наконец!
Оппоненты молча повернули головы в надежде услышать то самое, столь ожидаемое – правду. До проронившей пару-тройку слезинок Ольги дела было, честно говоря, мало; Иванов первым нарушил непонятую границу, нагло и вероломно, и теперь должен был выдать аргумент, достойный такого поступка.
- Примите без доказательств, черт возьми, что такое со мной первый раз происходит! Первый раз ничего не понимаю, несет против воли, я сейчас могу что угодно сделать!! А знаете почему? – Костя почти кричал. - Да просто я ее дико люблю! Понятно теперь? Люблю!!!
- И тебе, конечно же, плевать на все!!! – в том же тоне полуорал Сидор, - вокруг пустота! И в твоей суперзанятой голове не хватает места для мааааленькой такой мыслишки, что друзья чувствуют никак не меньше твоего, а может быть и больше!
Иванов набрал полную грудь воздуха для достойного ответа, но остудила негромкая фраза Сергея:
- Тихо, прекратили! Она идет.
После еле заметной паузы девушка начала приближаться. Со стороны было заметно, что в момент ее появления страсти у турников кипели подобно адским котлам; но как только двинулась к ним, разговоры мгновенно прекратились. Взглядом встретил только Сергей; слегка кивнув, он спросил:
- Потерялась?
- Потеряла кое-что, - не задумываясь, ответила Алена. - Ребят, что-то случилось?
Сидор, все еще находясь во взвинченном состоянии, уже готов был выпалить в ответ свои комментарии о происходящем; но, наткнувшись на стеклянный взгляд Петрова, просверливший насквозь, внутренне согласился – надо сдержаться. Аленка-то действительно не виновата ни в чем. Они молчали, словно рыбы, набравшие в рот воды. Не получив ответа на вопрос, но явственно прочувствовав его, девушка немного замялась.
- Там урок уже начался… Вас зовут.
- Сейчас придем, - нейтрально кивнул Петров. - Спасибо, Алена.
- Не за что, - попыталась улыбнуться она, но знак дружелюбия получился несколько натянутым и не к месту; чтобы как-то понять происходящее, девушка решилась на шаг, который здесь себе не позволяла, - простите, мы как-то так невнятно познакомились… Теперь даже по именам вас знаю, но проще разговаривать, когда пожмешь руку… Вы не против?
- Ничуть, - Сергей, не меняя мины, протянул свою лопату, утопив в ней худые пальцы новенькой, - Сергей Петров, как ни смешно.
- Алена, - кивнула девушка, представляясь официально.
- Я Андрей, - протараторил Сидор, предотвращая рукопожатие, - а этого ты за руку уже держала.
Костя фыркнул на подобную резкость.
- Очень приятно, - Алена, пытаясь держаться увереннее, тем не менее, проглотила комок в горле; ей только что еще раз, почти открытым текстом, напомнили о неизвестной заочной вине, - рада с вами троими познакомиться!
Они молчали, потупив взгляды; Костя вновь вперился в забор.
- Теперь я знакома со всем классом, - преодолевая холод, еще раз непроизвольно постаралась склеить разговор девушка. В ответ снова молчание… В другой раз глазом бы не моргнула – пошла бы своей дорогой, не задумываясь особо о таком дурном приеме. Но не сейчас. Надо было уходить, это точно. Но не могла оторваться от них; они притягивали чем-то, очень хотелось хоть как-нибудь помочь, склеить отношения. Но никаких шагов навстречу не было.
- Я скажу, что вы помогаете столы разгружать, - кое-как выйдя из тупиковой ситуации, девушка повернулась к обратному пути, - будете минут через пять. Приходите скорее.
- Не волнуйся, - кивнул Костя, пытаясь показать, что все будет тихо и мирно; основной накал страстей уже прошел.
Алена медленно побрела в обратный путь… Проводив ее глазами до угла, ребята вздохнули.
- Что же дальше? – оглядел друзей Сергей. Андрей молчал, не сводя взора с тропинки, по которой только что прошли ее туфли. Костя отрешенно отозвался:
- Нет, парни, простите. В любви каждый сам за себя.
Не дожидаясь ответа, он побрел вслед ушедшей, не пытаясь ее догнать. Сидоров, промолчав до исчезновения новоявленного конкурента, пробормотал под нос:
- Какой же я кретин! Не смог промолчать. Прости, Серго…
Опустив голову, Андрей побрел в класс другим путем, давая время впередиидущим не сталкиваться с ним. Сергей остался один… Это был полный развал. Крах такой железной дружбы, которого он боялся с момента первой встречи в парке. Все произошло так стремительно и неотвратимо, что он не смог даже попытаться что-то сделать. А может, и сам не сильно хотел. Но рвать отношения все равно считал глупым и ненужным, тем более в такой грубой форме.
- Нет, ребята, так нельзя, - прошептал он всем вслед, - поймите!
- 4 –
Отказавшись в вежливой форме от провожаний другого одноклассника, Алена по пути домой наконец-то смогла погрузиться с головой в воспоминания и анализ полученной сегодня информации. Волна прошла, все переломав и сокрушив, заодно унеся с собой душевное спокойствие. Конец занятий прошел в сумбурном помрачении. Спорщики пришли почти сразу после ее ухода; оставшееся время Костя был нем. Молчала и она. Как только раздался звонок, он, попрощавшись, тут же исчез. Алена не могла сдвинуться с места; проходя мимо, Андрей молча кивнул. Затем Сергей пожелал «всего доброго»… Делая вид долгих сборов, девушка дала солидную фору для отрыва, хотя и была абсолютно уверена – они разойдутся очень быстро, не общаясь и не устраивая ей неожиданных встреч. Прогулка по парку и маленькая бутылочка кефира помогли восстановить баланс. Постепенно освобождаясь от эмоций, она смогла многое из произошедшего расставить по полкам и объяснить, прежде всего, для себя. Нынешнее затишье между взрывами обещало продолжение завтра; не желая повторения неприятных ощущений бытия непроизвольной щепкой прибоя, Алена решила хоть в общих чертах продумать свое поведение, но тут и там натыкалась на вопросы, на которые не была в состоянии ответить. Поэтому черты получались уж слишком общие. Никак не постигалась главная тайна – отчего такие преданные друзья так жестко отреагировали на Костино увлечение ей? Словно тот нарушил некий обет безбрачия тайного ордена воинствующих рыцарей… Глупости, что-то другое. Ладно, это можно оставить пока. Тем более что вариантов больше нет. Фактом остается одно – если не отрубить сразу, то покоя не будет при любом раскладе. А рубить-то как раз и не хочется! Почему-то… Когда она произнесет то, что Иванов понял безо всяких слов, а именно «я не люблю тебя, Костя», все равно вулкан продолжит извергаться совсем рядом. Но, как бы то ни было, сказать это надо; она никогда не врала, и обманывать человека, не прячущего за душой ничего, даже из огромной жалости и симпатии к нему, считала совершенно неприемлемым.