Цена распада

Глава 4

Мне было неловко оставаться с Дорианом один на один, но это все равно произошло каким-то чудесным образом. Арчи встал гораздо раньше меня, и Конс потащила его с собой вместе с Максвеллом прогуляться в супермаркет, чтобы явно начать угрожать ему кастрацией, если он посмеет меня обидеть. Другого от нее можно и не ожидать.

Дориан долго не заговаривал со мной, и мы делали вид, что не находимся одни на кухне. Я молча ела кашу, надеясь, что он не начнет какой-либо неловкий разговор, но моим желаниям не суждено было сбыться.

– Когда я был в Синклите, они только собирались начать разрабатывать план по открытию постоянного разрыва в границе, – проговорил вдруг он, сужая свои черные глаза и смотря на меня с особой внимательностью. – Они все еще надеются, что что-то подобное откроется само, без их вмешательства.

Что-то подобное? Какой-то огромный разрыв?

– Ага. Так? – Я сделала глоток кофе и посмотрела на него в ответ. – Говори уже, что хочешь сказать. Не ходи вокруг да около.

– Ясно, что они хотят тебя использовать, вопрос только в том, как именно, – задумчиво произнес Дориан. – Честно говоря, мне бы не было это интересно, если бы ты не была сестрой моей жены.

– Ты можешь перейти к сути, Дориан? Разговор ни о чем, – фыркнула я, начиная уже раздражаться. Было в этом человеке что-то такое, что заставляло кипеть мою кровь.

– Я связался вчера кое с кем, и мне сообщили, что, вероятно, тебя считают тем, кто мог бы поглотить магию купола после их ритуала с жертвоприношениями представителей различных сил. Не одного купола, а всех трех, если бы все прошло успешно, – поведал мне мужчина. – Для постановки купола нужна магия гораздо большего количества людей, но для того, чтобы его пробить, а потом и убрать… точно не уверен. Учитывая то, что именно благодаря тебе был поставлен купол в Сабрии, они считают тебя самым лучшим и действенным вариантом. Но это лишь верхушка айсберга, у них никогда не бывает так просто.

– Откуда им известно, что он был поставлен благодаря мне?

А главное, зачем им убирать все купола? Неужели они так сильно хотят войны? Хотят хаоса?

– Они не знают, но предполагают. Возможно, они знали раньше вас о том, что белая бездна является ключевым фактором в постановке, – поправил меня Дориан. – Плюс постановка купола на юге наделала шуму даже здесь, а мы с тобой сейчас находимся в человеческом мире, где процент магов настолько жалок, что даже стыдно об этом говорить.

– И что мне делать?

– Становиться только сильнее. И как можно быстрее. Не позволять себе оказываться в таких ситуациях, как в тот раз, когда тебя похитили, – он весело усмехнулся, словно я была отличным развлечением, и раздражение разлилось по всему моему телу.

– И как же мне становиться сильнее, умник? Я и так делаю все возможное, – язвительно поинтересовалась я.

– Ты знаешь как. Может, ты уже догадалась, если ты достаточно умна.

– Перестань говорить чертовыми загадками, – прошипела я, вскакивая со стула.

– Вы с Арчи одинаково нетерпеливы, – самодовольная ухмылка расползлась по его лицу. – В основе твоей силы лежит поглощение. Сама пустота. Каждый раз, когда ты ставишь себя на грань возможностей, испытывая себя; каждый раз, когда ты почти теряешь себя, ты становишься сильнее.

Я сдавленно сглотнула. Эти слова не являлись каким-то откровением для меня. Они озвучивали то, что я уже и так знала на уровне костей, но отчаянно пыталась игнорировать.

Для меня это стало более-менее очевидным, когда после постановки купола и боя с Райдером я заимствовала силу у Арчи и с легкостью управляла ей, хотя предыдущие разы были абсолютно иными. Несложно было построить логическую цепочку и прийти к какому-то выводу. Я почти потеряла себя, и защитный купол мог быть поставлен ценой моей жизни. Однако после этого моя сила стала более податливой и гораздо более мощной, чем раньше, – я чувствовала это.

– Вопрос в том, чтобы ты научилась самостоятельно регулировать поток. Не ждать, пока жизнь швырнет тебя на край твоих возможностей, чтобы твоя способность становилась только сильнее и могущественнее. Надо подводить себя к этому краю самой. Контролируемо, осознанно. И каждый раз возвращаться с чуть большей емкостью, с чуть лучшим контролем.

– И как это, черт возьми, должно работать? «Подводить себя к краю»? Это же…

Второй раз я не смогу вернуться…

– … единственный способ не упасть в него случайно, когда будет уже поздно, – он тяжело вздохнул. – О таком мечтают почти все маги, а ты даже не понимаешь, с чем имеешь дело. Они уходят в «пустоту» или продают душу, чтобы заполучить силу, подобную твоей. Она настолько многогранна, настолько могущественна, что о ней можно слагать легенды, понимаешь? Ты – именно тот пример, когда не уход в «пустоту» делает тебя невероятно сильной, а когда возвращение из нее становится вехой в твоем развитии. Это абсолютно противоречит той структуре, которую мы знаем. Другие могут восстанавливаться годами после такого.

– Хочешь сказать, что я должна проходить этот идиотский круг каждый раз? Подводить себя к краю, чувствовать огромную яму в груди, страдать от слабости и…

– И выходить только сильнее, чем прежде. Да. Чтобы оставаться человеком и становиться могущественнее… Да, именно так, – Дориан медленно кивнул. – Белая бездна любит пустоту, питается ей. Это не просто часть тебя – она как отдельно живущий организм, как и любая другая сила. Просто механизм работы твоей немного отличается ото всех остальных. У тебя есть что-то, что помогает тебе быстро восстанавливаться? Я не говорю про травы, которые ты пьешь.

– Арчи, – сразу же ответила я, даже не задумываясь.

– Значит, держись рядом с ним, несмотря ни на что, – Дориан хмыкнул. – Я дам тебе кое-что, чтобы ты училась. Осколки артефактов, кристаллы с запертой дикой магией. Нестабильные, но не смертельные. Будешь тренироваться. Справишься?

– Я справлюсь.

Я медленно кивнула, но ни одно из его утверждений никак не укладывалось в моей голове. Моя голова бессильно упала на руки, упирающиеся в столешницу, и я просто… просто почувствовала себя как никогда уставшей.

Похоже, уход в «пустоту» сделал бы меня невероятно сильной, но мы нашли способ стать таковой и без этого. Без потери человека внутри меня.

– Когда-то я тоже думал, что справлюсь. А потом однажды проснулся в луже чужой крови и не мог вспомнить, чьей. Проверим, повезет ли тебе больше.

Я открыла рот и тут же захлопнула его, не зная, что на это вообще ответить.

– Почему? – Поняв, что после моего вопроса он молчит, я осознала, что не договорила вторую часть предложения. – Почему ты ушел от них?

– В конечном итоге, это просто стадо баранов, которые никогда не смогут достигнуть своей цели, имея даже все ресурсы мира. И они абсолютно непоследовательны, неорганизованны и глупы. Вскоре ты это поймешь сама.

Глупы они или нет, они убили мою подругу.

– Дай угадаю: они не слушали твои «гениальные» идеи?

– И за это поплатились.

***

Арчи дал мне спокойно провести еще несколько часов с сестрой и племянником, прежде чем мы переместились назад в Сабрию. Я надеялась, что мы сможем побыть там некоторое время, но Джейс сообщил, что утром пришла записка с просьбой вернуться в академию как можно скорее. Это не должно было меня удивлять или расстраивать, но в итоге произошло и то, и другое. Единственное, что меня по-настоящему успокаивало, – так это то, что в скором времени я окажусь в Сабрии, чтобы потренироваться с теми вещами, что мне отдал Дориан. Делать это в академии не представлялось возможным в данное время.

Когда мы оказались в Инициуме, нас сразу вызвали в кабинет гребаной Клары Гриндейл, и я совсем не знала, чего ожидать. Я думала, что у нас снова разгорится спор, но когда мы зашли, все мои органы, кажется, моментально отказали. Теперь мне точно не просто казалось, что жизнь наносила мне удар за ударом.

Так как первым, кого я заметила, был Кестер Беллами, а затем уже Фергус Ардентис. Я никогда не видела отца Райдера, но поняла, что это он, лишь по его светлым волосам и идентичной сыну мимике.

По нашей связи стало доноситься глухое раздражение, которое испытывал Арчи, завидев дядю. Парень не подал виду, но я чувствовала, как сильно он не хотел с ним встречаться. Я лишь надеялась, что это был не очередной обман.

– Добрый день, – Фергус указал нам на кресла, находящиеся напротив них, и мы с Арчи сели.

Я не хотела смотреть на Кестера. Не хотела видеть человека, который своими действиями погубил моего отца и который хотел убить меня, чтобы забрать мою силу. Не хотелось видеть того, кто мучил своего племянника, когда тот был маленьким ребенком, потерявшим родителей. Мне казалось, что если я посмотрю, то через секунду кинусь через стол, чтобы задушить его голыми руками.

Арчи надел свою любимую бесстрастную маску, кричащую о том, что ему абсолютно наплевать на происходящее, а я… я лишь сжала зубы и старалась держать себя в руках.

Я почти проигнорировала приветствие старейшины, но вовремя опомнилась и едва заметно кивнула.

– Мы наслышаны о том, что случилось в карьере, и хотели узнать подробности из первых уст, – известил нас Ардентис, складывая пальцы домиком.

Если они появились здесь, это говорило о том, что ситуация полностью выходила из-под контроля. Беспрепятственные похищения магов в академии, их последующие убийства – все это было следствием того, что те меры, которые принимались, были жалки и недостаточны.

Арчи четко и по делу описал, что произошло, утаивая от них историю с моим «выбором», но, похоже, им было интересно послушать все это именно от меня.

– Мисс Прескотт, – впервые подал голос Кестер, заставляя меня поднять на него взгляд. Его глаза были такими же голубыми, как у Арчи, но бездонными, пустыми, как два озера мерзлой воды на безжизненной планете. Жуткими и отвратительными. – Вы не участвовали в битве с черными магами? Это потому, что ваша сила недостаточно развита или по какой-то другой причине?

По нашей печати от Арчи рванула волна такой чистой, концентрированной ненависти, что у меня на секунду перехватило дыхание. Он напрягся, словно перед прыжком, и я знала, что не стоит говорить ничего лишнего. Целительница не знала про то, что я ушла в «пустоту». Никто не знал. Она просто, как обычно, сварила мне отвар, а я сказала, что это из-за частых занятий и боев. Ничего лишнего.

– А первокурсница должна участвовать в битве с черными магами? – Каждое слово давалось с трудом, но теперь, когда я набралась смелости посмотреть в глаза убийце своего отца, я не могла больше отвести от него взгляд. Мама говорила держаться от него подальше и не связываться с ним? К черту его. – Что-то мне не припомнится курс в академии по борьбе с ними. Что я, по-вашему, должна была делать?

Я говорила одно, но думала совсем иначе.

– Мне повезло, что мой наставник оказался рядом, – продолжила я. – И что он достаточно силен, чтобы справиться с теми, кто напал на его подопечную.

– О, я не сомневаюсь в Арчи, – Кестер не сводил с меня глаз. Он слегка наклонил свою голову, осматривая каждый кусочек моего лица и тела, словно искал брешь в моей напускной броне. – Но вы… могли бы вы сделать больше, чтобы не погибла та бедная девочка и тот парень?

– Ее зовут Дафни, а его – Питер, – ногти инстинктивно впились в ладони, внутри меня заклокотала злость. – Значит, вы сомневаетесь во мне и в моих способностях? А может, вам стоит сомневаться в своих, если вы не можете обеспечить безопасность в единственной академии в Физисе?

Фергус, сохранявший до этого безучастный вид, едва заметно приподнял бровь. Мои слова звучали как прямой, дерзкий вызов, граничащий с безумием. Так, вероятно, казалось со стороны. Но на самом деле это была просто защитная реакция и попытка не потерять рассудок.

Мои нервы действительно оголились до предела. Хотя встреча с семьей Конни и с ней самой притупила мою тревожность и убавила самобичевание, стоило нам оказаться в академии, все вернулось на круги своя. Я понимала, что ступаю на опасную дорожку, но не могла позволить Кестеру взять верх в борьбе со мной, чего бы мне это ни стоило.

– Интересная интерпретация вещей, – Кестер усмехнулся, а его глаза блеснули азартом.

Все, что нужно было знать о власти в Физисе, олицетворял собой этот человек.

– Да, интересная, – я натянула милую улыбку, но предполагала, что она выглядит немного сумасшедшей. – Просто на будущее: прежде чем спрашивать, могла ли я сделать больше для Дафни и Питера, может, спросите сначала себя, что вы сделали или не сделали для того, чтобы их смерть вообще стала возможной?

Кестер, кажется, не ожидал такого напора, а еще больше он не ожидал того, что я не испугаюсь и не дам заднюю. Всю жизнь я была в тени и старалась не высовываться, но этот человек вытаскивал из меня все самое черное, самое неприятное и самое безумное, что во мне только существовало и о чем я даже не подозревала. Я должна была его бояться, но единственное, что я чувствовала по отношению к нему, – это ненависть и презрение.

– Мисс Прескотт, мы постараемся сделать все, чтобы вы снова почувствовали себя в академии безопасно. И мы очень сожалеем о вашей потере, – вступил Фергус, желая разрядить обстановку. Его я тоже представляла когда-то совсем иначе, и теперь мне было странно видеть его в качестве противовеса Кестеру Беллами. – Давайте мы выйдем и поговорим с вами наедине.

Мой взгляд тут же метнулся к Арчи, и он медленно кивнул мне. Я направилась вслед за мужчиной. Меня отпускало, злость утихала с каждой секундой отдаления от человека, что называл себя когда-то другом моего отца.

Мы остановились неподалеку от кабинета, в котором только что были, и Арчи не спешил выходить. Я предполагала, что им многое нужно было обсудить, и собиралась подслушать их разговор, как только Ардентис оставит меня.

– Нужно большое мужество, чтобы разговаривать таким образом с членом правительства, – аккуратно произнес Фергус, с неподдельным интересом осматривая меня. – Но вы правы. Мы сделали далеко не все, что было в наших силах. Именно поэтому мы будем принимать новые меры.

Я сузила глаза, рассматривая точную копию Райдера, если бы он был взрослым. Райдер обожал его, всегда пытался угодить ему и стать в его глазах хоть кем-то видимым, в то время как его отец не обращал на него никакого должного внимания и растил из него не сына, а свою замену. У Райдера я не чувствовала второй силы, но в правительство он определенно попадет.

– Мисс Прескотт, я хочу пригласить вас на прием, который мы проведем в Аэтерии завтра вечером, – вдруг проговорил мужчина, заставляя меня напрячься. – Если вам будет спокойнее, ваш наставник тоже должен будет там присутствовать.

– По какой причине я удостоилась такой чести, мистер Ардентис?

– Не буду скрывать, нам нужны союзники с такой силой, как у вас, – он вежливо улыбнулся. – Мы не хотим, чтобы вы злились и отдалялись от нас из-за наших ошибок.

Как будто я когда-то была с ними вообще близка.

Весь мой гнев схлынул, и я резко выдохнула, пытаясь прийти в себя. Нужно было взять себя в руки и сделать то, что от меня требуется. Арчи не раз говорил, что когда о моей силе узнают, ее захотят использовать. Сейчас ко мне лишь присматриваются, но мне уже необходимо быть начеку. Если бы не все те события… возможно, я бы подготовилась к этому лучше.

– Хорошо. Спасибо за ваше приглашение, я буду рада прийти, – проговорила я, выпрямляя спину. Ложь с легкостью слетала с моего языка. – И простите меня за всплеск эмоций. Дафни была моей подругой, и я не очень хорошо переживаю ее смерть.

– Я понимаю, – Фергус, кажется, остался удовлетворен моим ответом. – Я пришлю вам официальное приглашение и буду ждать вас завтра.

– Спасибо. И спасибо за понимание, – пробормотала я, и мужчина кивнул, улыбаясь.

Мы попрощались, и я осталась стоять в коридоре на том же месте, пока не удостоверилась, что он точно ушел. Осмотревшись по сторонам, я на цыпочках проследовала к кабинету, откуда недавно вышла.

Оттуда доносились приглушенные мужские голоса, но это не помешало мне услышать отрывки.

– Твоей задачей было привести ее ко мне, – каждое слово Кестера сочилось ядом и недовольством. – Я долго думал, почему ты не отвечаешь мне. Почему ты не приходишь ни на один прием, на который я тебя приглашаю. А потом оказывается вот что. Ты спишь с этой шлюхой.

– Закрой свой гребаный рот, Кестер, – прорычал Арчи. – Ты ничего не знаешь.

– Мне хватило одного твоего взгляда в ее сторону, чтобы понять это. И эта печать? Я бы выжег себе кожу, но ты не сделал даже этого, чтобы избавиться от позорного клейма, – Кестер усмехнулся. – Ты меня разочаровал, Арчибальд.

– Ты не говоришь прямо, но все, что я слышу во всем этом разговоре, – это просто одна сплошная ничем не подкрепленная угроза. Ты не получишь ее силу, ты не получишь ее, как бы этого ни хотел. Ты не будешь ее трогать. Я надеюсь, ты сейчас ясно меня слышишь, – говорил Арчи таким тоном, что у меня у самой по коже невольно пошли мурашки. – Ты успокоишься, иначе каждый член старейшин, каждый член правительства, каждый солдат армии узнает, как ты пробирался на вершину, Кестер. И я знаю, кто тебе помогал во всем этом. И он пойдет ко дну вместе с тобой, если ее не оставят в покое. Перед сменой кабинета правительства это будет как нельзя кстати.