Шахматная, или Королевская, игра

Возражение ограничительному обычаю

То, что солдаты на стороне короля не должны иметь такого преимущества, пытаются доказать тем, что превращение мужчины в женщину противно природе. Франциск Тидикей, доктор философии и медицины, подробно доказывает это в приложении к своему описанию микрокосма, на страницах 637 и 638. При этом он допускает обратное и на страницах 634, 635, 636, 638 и 639 приводит примеры из Разеса, Галена, Плиния, Эмпедокла Агригентского, Лициния Муциана, Авсония Бурдигальского, Вольтеррана, Иоганна Лангия, Иоганна Виера, Ливия, Гиппократа, Амато Лузитано и Баптисты Кампофульгозо: будто женщины действительно превращались и могут превращаться в мужчин по естественным причинам.

Однако вернёмся к нашей игре. Хорошие игроки и в старину, и ныне относили это правило без различия ко всем солдатам — как короля, так и королевы, даже если первоначальная королева ещё находится на доске. Различные примеры этого встретятся в следующих книгах.

Ведь смысл не в том, будто солдат становится супругой короля: при первоначальном построении ему дана лишь одна супруга. Смысл в том, что он должен чтить храбрых солдат не меньше, чем собственную королеву.

В старину солдат, превращённый в королеву, сперва должен был прыгнуть на третье поле, а затем ходил через углы полей на соседнее поле.

Превращение по полю и нападение пешек

Некоторые допускают также следующее — как утверждает Артур Саул, это принято и в Англии: когда солдат достигает поля ладьи, всадника или стрелка на стороне неприятеля, ему за добрую службу дают ход соответствующей фигуры и используют его согласно её свойствам; при необходимости из него можно сделать и королеву.

Способ их ударов и взятий понятен из предыдущего изложения. Они могут брать главные и простые фигуры, которые встречают впереди на ближайшей линии и поле наискось, справа или слева. Стоящие же рядом с ними или позади них на соседних линиях и полях они должны, с известной оговоркой, оставлять на месте. Об этом уже было сказано выше и подробнее будет сказано ниже.

Свои удары они наносят следующим образом. Солдат королевской ладьи бьёт на третье поле королевского всадника; солдат королевского всадника — на третьи поля королевской ладьи и стрелка; солдат королевского стрелка — на третьи поля королевского всадника и самого короля; собственный солдат короля — на третьи поля его стрелка и королевы. Собственный солдат королевы бьёт на третьи поля короля и её стрелка; солдат её стрелка — на третьи поля королевы и её всадника; солдат её всадника — на третьи поля её стрелка и ладьи; солдат её ладьи — на третье поле её всадника.

Они вправе объявлять шах и королю: ведь в открытом сражении всякий порой получает возможность ранить и повредить как малому, так и великому неприятелю. Нередко они ставят ему мат, если он не может ни отступить, ни велеть своим фигурам устранить их, ни взять их сам. Закрыться от них другой фигурой невозможно, поскольку между ними нет поля, куда можно было бы поставить фигуру или солдата.

Пешечное прикрытие

Что касается их свойств и достоинств, солдат, стоящих перед королём и королевой, считают наилучшими для начала стычки с неприятелем. Они поставлены и как бруствер против его нападений, чтобы преградить ему вход и проход и не позволять свободно разгуливать по всему полю, как случилось бы иначе. Им также можно безопасно и легко прийти на помощь. Если же их берут, следует по возможности поставить на их место других.

После них хорошими считают солдат перед стрелками. Они способны срывать замыслы неприятеля, открывать дорогу своим фигурам, приводить неприятеля в некоторое замешательство и удерживать его от свободных стычек и помощи своим, которую он мог бы оказать без этих препятствий.

Кроме того, они ближе к королю и королеве и служат стражами как им, так и обоим их солдатам. Когда они порой, а то и весьма часто, должны заступать на их место, они достаточно пригодны для защиты и прикрытия короля. Они также могут перекрывать путь неприятельским стрелкам, пытающимся помешать переводу короля в безопасное место.

Поэтому их, и особенно солдата королевского стрелка, обычно можно давать по требованию в качестве форы. Итальянцы недаром называют его electam pedonam — избранной пешкой; смотри Акция, вопрос 6, № 12. Когда эта пешка отсутствует, король оказывается в большой опасности быть окончательно разбитым и уничтоженным.

Прикрытие флангов и крайние пешки

Точно так же этот солдат должен один отражать с той стороны шахи неприятельской королевы и фигур, пытающихся причинить королю вред, и помощь ему оказывает лишь солдат королевского всадника. Наконец, если он потерян, на этой стороне поля уже невозможно вновь составить ряд солдат для сохранения игры, что приносит большой ущерб.

Хотя короля можно перевести на другую сторону поля, в расположение королевы и на поле её стрелка, где имеется больше солдат ему в помощь, для этого потребуется больше ходов, чем при переводе его на свой фланг, куда ему остаётся лишь одно поле. Поэтому, если ведущий его игрок встретится с противником, умеющим извлекать пользу из ходов, впустую сделанных другим, король вскоре окажется под ударом.

Солдат же стрелка королевы имеет больше поддержки. Даже если он допускает ошибку, её стрелок и всадник, а также сама королева всё же могут его защищать и прикрывать. Поэтому следует по возможности заботиться, чтобы эти четыре солдата впереди всегда выступали из середины войска бок о бок, как бы единым рядом, и таким образом содержались под надзором.

Солдаты всадников и ладей также имеют свои достоинства: они образуют подобие вала или защиты вокруг короля, когда он прыжком либо другим ходом переходит со своего поля в их сторону.

Однако солдат ладей называют половинными солдатами, поскольку они бьют лишь на линию всадника, пока остаются на названной линии ладьи. Ведь, беря другие фигуры, солдаты могут переходить на соседние линии то справа, то слева. В этом видят нрав робких людей, которые из страха лишиться жизни обычно становятся там, где менее всего опасно. Но если они наберутся мужества и возьмут неприятельскую фигуру на линии всадника, то затем смогут, подобно остальным, бить в обе стороны.

Об этих восьми простых фигурах древние имели следующие примечательные мысли и приписывали им различные занятия. Мы также хотим выписать их из упомянутых переводов и присоединить к сказанному.

Земля и обязанности земледельца

«Венды на шахматной доске означают простых людей и работников. Ладьи же — наместники князя, и им надлежит о них заботиться. Поэтому первая пешка стоит перед ладьёй справа от короля и изображается как земледелец: в правой руке у него должна быть мотыга, в левой — прут, которым гонят скот в поле, а за поясом — серп или нож для обрезки виноградных лоз, деревьев и удаления колючек.

Необходимо, чтобы человек возделывал землю: она наша первая мать, из которой мы первоначально были созданы в человеческом образе. Земля даёт нам и последнее пристанище, когда нас в ней хоронят. Потому справедливо, чтобы между началом и концом она давала нам пропитание за наш труд. Поэтому земледелец прежде всего должен признавать Бога и служить Ему, дающему ему и нам всё временное, необходимое для жизни, и благодарить Его за милость десятиной. Это справедливо, чтобы Он хранил для нас остальные девять частей от непогоды и врагов.

Во-вторых, земледелец должен быть послушен, усердно и внимательно беречь имущество своего господина и хорошо о нём заботиться. К сожалению, многие носят имя слуги, получают одежду и пищу слуги, но не имеют подобающих ему нравов и не стараются перенять эти нравы, ибо не стремятся к мудрости.

В-третьих, он должен любить жизнь, но не бояться смерти. Глуп тот, кому жизнь так опостылела, что он бежит навстречу смерти. Мудрый человек не должен бежать к смерти, а лишь спокойно к ней идти. В-четвёртых, он должен усердно трудиться, но соблюдать праздники, установленные христианством, и без крайней нужды их не нарушать.

Земледельцу по праву принадлежат три занятия. Первое — поднимать и переворачивать землю; потому в правой руке он должен держать лемех или мотыгу, которыми разрезают почву. Он должен также разводить скот и потому держать в левой руке прут или розгу, чтобы выгонять скот в поле. Ему надлежит быть пастырем не только в том смысле, чтобы водить и выгонять скот, но и заботиться о нём добродетельно и верно, отдавая Богу лучшее. Наконец, он должен ухаживать за деревьями, очищать их от лишних и бесплодных побегов и возделывать виноградники; потому за поясом у него нож для обрезки.

Ремесло и верность

Вторая пешка на шахматной доске означает тех, кто работает молотами, топорами и плотницкими орудиями. Её ставят перед рыцарем справа от короля, ибо рыцарь нуждается в мастере для изготовления ножей, мечей, шпор, сёдел и всяких других вещей. Изображать её следует в виде кузнеца: в правой руке у него молот, в левой — топор, а за поясом — напильник.

Обозначенные ею ремесленники должны быть правдивы и верны, ибо им вверяют великие ценности: золото, серебро и драгоценные камни — как золотых дел мастерам и чеканщикам, — городские стены, башни, подвалы, покои, замки и многие другие вещи, полезные и нужные человеческому роду. От них в той или иной мере зависят все: короли, князья, господа и графы, рыцари и служилые люди, горожане и крестьяне. Поэтому всем нужны верные люди.

Кто утратил верность, тому уже нечего терять. Он едва смеет непринуждённо говорить с кем-либо, ибо никто ни в чём не может ему верить. Верность — самое святое сокровище сердца: никакая нужда не должна принудить его к обману, никакое богатство или страдание — отнять это сокровище. И великое безрассудство — тотчас поверить тому, кто однажды тебя обманул.

Ремесленники приносят миру благо и великую пользу. Всё, что растёт и возникает из земли, предназначено человеку и ради него произрастает так, чтобы одно помогало другому. Поэтому и мы должны следовать природе, прежде всего усердно заботясь об общем благе. Первое семя справедливости — содействовать общему благу. Ведь есть пословица: беда касается и тебя, когда горит стена соседа.

Против зависти и подозрительности

Во-вторых, этим ремесленникам надлежит иметь мудрость и правдивость, чтобы один не завидовал другому и не подозревал его в том, чего нет. Бог создал мир так, что он нуждается в двух вещах — святости и мудрости, и одна не может быть без другой. Сам себя обманывает тот, кто говорит, что духовен и свят без мудрости, или что мудр, не будучи свят.

Мудрому человеку подобает не делать ничего неверного и не быть лицемерным. Его поступки должны быть обдуманными и неторопливыми, дружелюбными и честными; в нём не должно быть ни зависти, ни ненависти, ни подозрительности. Ибо кто завидует другому, тот мал; кто никому не завидует, тот велик. Завистник, говоря об удаче соседа, твердит: у того посевы красивее, свинья жирнее, коровы полезнее.

Не должны они быть и подозрительными. Подозрительный полагает всякого столь же неверным, как он сам, и считает всякого глупцом, если сам безрассуден.

Кормчие, мастера и писцы

Им надлежит также обладать неустрашимой стойкостью, особенно корабельщикам, чтобы в опасности не падать духом и не пугаться. Ведь если страшатся те, кто должен управлять кораблём, то пугаются и гребцы: они откладывают вёсла и перестают грести, пока корабль не пойдёт ко дну. Так бывает и с боязливыми князьями: окружённые врагами, они вселяют страх в добрых рыцарей и потому теряют победу.

Третья пешка на шахматной доске должна стоять перед старейшиной, находящимся справа от короля. Старейшина изображает судью; поскольку между описанными выше людьми часто возникают споры, перед ним должна стоять пешка в образе человека с ножницами в правой руке, широким ножом в левой, письменным прибором на поясе и пером за правым ухом.

Ножницы означают портных, сукновалов, ткачей и всех, кто имеет дело с льняной или шерстяной тканью, будь то стригали или ткачи, кто обрабатывает её трудом или торгует ею. Нож означает мясников, кожевников, сапожников, перчаточников, скорняков и многие другие ремёсла. Письменный прибор означает писцов, а перо за ухом — их постоянную готовность явиться по вызову судьи и записать то, что он велит: приговор, грамоту или иной нужный в то время документ.

Названные выше мастера обрабатывают кожи или снятый с них волос. Всем этим ремесленникам необходимы три качества. Первое — честность в работе, противостоящая всякому обману и несправедливости. Второе — правдивость в словах: они не должны никого обманывать речами или обещать то, чего не намерены делать. Третье — истина во всех делах и справедливость. Им подобают правильные и честные нравы без проступков, верность без коварства и фальши, дружелюбие, любовь без ненависти и усердная работа без промедления.

Верность документам и согласие в городе

Прежде всего, городские писцы, если они хороши, весьма полезны городу и общине; если же нет, то нет ничего хуже. Они должны особенно остерегаться изменять или искажать грамоты, и от них не должно исходить ничего, что вредит ближнему. Им надлежит ежедневно читать и знать городские законы и права, хранить в памяти постановления города и, насколько от них зависит, не допускать установлений, противных Богу или справедливости.

Они должны также указывать судьям и советникам на всё, в чём те неправы, ибо ни дело, ни закон, направленные против Бога или добрых нравов, не могут быть правыми. Но в городах находится немало таких людей, которые не заботятся об общем благе: они добиваются лишь собственной выгоды вместе с собравшимися вокруг них сторонниками, скрепляют свои союзы клятвами и тем порождают распри. От этого города умаляются, угнетаются и в конце концов разоряются.

Поэтому им следует советовать всем людям и побуждать их к тому, чтобы в городах возникало и сохранялось согласие. Между гражданами, желающими благополучия своему городу, должна быть цельная и постоянная дружба: единство доброй воли к другу ради дела, которое надлежит ставить выше всего остального.

Нет ничего столь благого и полезного, столь сообразного природе и в счастье, и в невзгодах, как дружба. Её сила столь велика, что она связывает общество всего человеческого рода — двух людей или многих, среди которых ей находится место. Нет на свете ничего приятнее, чем иметь друга, с которым можно говорить, как с самим собой. Едва ли счастлив человек, не имеющий друга, которому мог бы доверить свои тайны.

Дружба, целомудрие и правдивость

Надобно заметить, что иная дружба основана на выгоде и имуществе: когда исчезают выгода и имущество, исчезает и дружба. Пока есть богатство, есть и множество друзей; когда его нет, человек остаётся один. Поэтому друг, ищущий собственной пользы, а не пользы своего друга, скорее купец, чем друг: его дружба простирается лишь до тех пор, пока есть выгода.

Так любят пашни, коней, дома, скот и прочее имущество. Любовь же к людям бывает искренней либо пустой, и искренность распознаётся в несчастье: если друг остаётся верен, это знак цельной и чистой дружбы. То, что делают тогда, служит доказательством дружеского постоянства; поступки же в пору благополучия могут быть лестным притворством. Другая дружба основана на честном благе и обращена к добродетельному другу.

Второе качество, которым должны обладать ремесленники, — целомудрие: они не должны предлагать или требовать от работающих у них того, что противно их чести. Ни к одной женщине, имеющей с ними дело, не должны они обращаться с предложением или требованием, противным её чести.

Третье — правдивость, чтобы сердце и намерение соответствовали словам и делам. Ибо правдивость есть добродетель: обладающий ею может говорить без страха и действовать со свободным духом.

Весы, мера и кошель

Четвёртая пешка на шахматной доске должна стоять перед королём и иметь следующий вид. В правой руке у неё весы и гиря, обозначающие менял и заимодавцев; в левой — локтевая мера, обозначающая купцов, торговцев сукном, сукноделов и подобных им людей. На поясе — большой кошель или сумка с золотом, означающие сборщиков и распорядителей господских денег.

Все они должны избегать алчности. Алчность есть безмерная любовь к обладанию, приобретению или удержанию имущества сверх необходимого. Этот порок вреден всем, а особенно тем, кто должен стоять во главе общины, — господам и их должностным людям. Он распространяется и господствует среди людей весьма широко.

Глупо человеку брать столько припасов на короткий путь: ведь ему отпущена недолгая жизнь, а он так много думает и заботится о богатстве. Скупой человек дурен для самого себя, а бедный скупец хуже всех, ибо всегда находит повод жаловаться. Алчность часто становится причиной грехопадения; она разрушает также верность, благочестие и другие добродетели.

Во-вторых, им надлежит остерегаться множества долгов. Бедность не порок и не злодеяние, но быть обязанным заплатить и не платить — позор. Беден ты или богат — не занимай: если богат, не нуждаешься в этом; если беден, помни, что едва сможешь вернуть.

Благодарность и врачебное знание

Всякий, кто охотно принимает дары, должен охотно и дарить, стараясь превзойти своих дарителей добром и добродетелью. Если справедливо отвечать добром на добро и даром на дар, то тем более следует платить то, что должен. В-третьих, эти мастера должны быть верны и надёжны.

Пятая пешка на шахматной доске должна стоять перед королевой. Изображать её следует сидящей на учительском кресле, с книгой в правой руке и коробочкой с лекарственными составами в левой; за поясом должен быть хирургический инструмент. Книга означает всех учёных врачей и наставников свободных искусств.

Настоящий врач должен уметь правильно и хорошо говорить по-латыни — это грамматика; знать заключения логики, изящную, красивую и серьёзную речь риторики, точки и фигуры геометрии, числа арифметики, сочетания музыки, а в астрономии — ход звёзд и семи планет. Всё это и многое другое ему нужно хорошо понимать, чтобы знать, когда давать и принимать снадобья или пускать кровь.

Коробочка означает аптекарей, изготовителей мазей и всё, что к этому относится. Хирургический инструмент означает лекарей, лечащих раны, и перевязчиков ран. Всем им надлежит уметь исцелять больных по учению языческих наставников — Галена, Ориена, Гиппократа и Авиценны. Жизнь больного находится в руках врача; если тот не владеет своим искусством во всей полноте, он скорее убийца, чем врач.

Искусство врача и причины болезни

Поэтому, когда к больному приходят многие врачи, им не следует вести тонкие диспуты и выискивать посторонние спорные вопросы, стремясь внешними речами показаться искуснее, вместо того чтобы заботиться, как исцелить больного: это нужнее всего. Пока они спорят и пререкаются над больным, он может умереть прежде, чем будет разрешён их вопрос.

Правоведам следует поступать иначе: они рассматривают не то, что находится внутри человека, а то, что относится к внешним поступкам. Поэтому им не подобает торопиться с приговором.

Врачи должны с уверенностью искать то, что полезно больному. Если рана колотая и узкая, перевязывать её следует соответственно; если же она нанесена ударом и длинная, перевязывать её надо иначе. Врач должен также знать, откуда возникла болезнь. Если от холода — ей соответствует тёплое лекарство, если от жара — холодное; либо же она происходит от печали, испуга или радости.

Часто бывает, что заболевший от печали выздоравливает скорее, чем заболевший от чрезмерной радости: таких нередко находили мёртвыми, либо члены их поражались недугом и становились непригодны к действию.

Забота о теле и духе больного

Надобно знать и помнить, что радость есть расширение духа при постижении подобающего и приятного. Мудрый человек никогда не лишён радости, которая исходит из силы совести и рождается из упражнения. Эта радость нигде не подавляется и не разрушается, ибо проистекает из внутренней силы и черпает её не в том, что дала удача. Любовь и радость могут причинить то же, что удар молнии с небес или грома.

Во-вторых, им надлежит быть целомудренными телом, сдержанными в обращении и нравах, говорить почтительно и стройно и утешать больных надеждой на скорое выздоровление. Потому их ставят на шахматной доске перед королевой: женщины подвержены многим болезням и тяжёлым недугам. Поэтому во всём своём поведении перед всеми людьми они должны проявлять благопристойность и честность.

Третье требование относится к аптекарям среди названных людей: они должны с великим усердием готовить всё необходимое для лечения, согласно слову и искусству врачей, не заменять один корень другим, не подделывать снадобья и не выдавать старые и гнилые корни за свежие. Не должны они давать ядовитые вещества неучёным лекарям и простым людям и тем становиться причиной чьей-либо смерти или навлекать её.

В-четвёртых, хирурги должны быть сострадательны к названным людям и не проявлять чрезмерного рвения или поспешности, разрезая либо прижигая раны и язвы, чтобы не утратить своего имени и не называться мясниками вместо целителей ран.

Все врачи должны стараться поступать обдуманно и прежде всего оздоровлять дух больного, помогая страданию души прежде страдания тела, чтобы больных не охватывали беспорядочные страх, надежда, печаль или радость.

Гостеприимство и сохранность гостя

Шестая пешка должна изображать человека, который протягивает правую руку и манит людей к себе в дом. В левой руке у него белый хлеб, а на нём стаканчик вина; за поясом — ключ. Это означает трактирщика, содержателя питейного заведения или постоялого двора. У него должно находиться всё необходимое, и всё принесённое в его дом должно быть в сохранности. Пешка должна стоять слева от короля, перед старейшиной, ибо старейшина означает судью, а в таких домах часто возникают споры, которые судье надлежит разрешать.

Эти люди должны остерегаться излишества в еде и питье, подавая приходящим к ним пример умеренности. Многие погибают от невоздержанности: из неё возникают ссоры, убийства и всякое зло. Человек должен есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть. Природа довольствуется малым, но привычка и желание прибавляют многое.

Им надлежит обращаться с приезжими гостями приветливо и доброжелательно, с любезным обхождением и весёлым лицом. Это далеко распространяет добрую славу хозяина и придаёт ему уважение, когда о нём говорят в стране.

Всякий добросовестный хозяин должен предупреждать гостей, как и кого им следует остерегаться в пути, провожать их и указывать дорогу от своего постоялого двора, верно оберегать их жизнь и имущество. Отданное ему на хранение он должен беречь так же усердно, как собственное, и возвратить целиком, без повреждений. Войдя в приют, чужестранец делает его своим жилищем; потому его имущество, честь и он сам должны быть у тебя в такой же безопасности, как дома.

Хозяин должен также оберегать гостя от своей прислуги, чтобы та не вредила его коню, обделяя кормом. Из-за этого гости не могут пройти положенный дневной путь; их настигают разбойники, от которых они не могут ни ускакать, ни уйти, и они нередко лишаются жизни и имущества. Причиной тому бывает неверный, дурной слуга.