Когда заканчивается лето
- -
- 100%
- +
Песчаная дорога привела нас к небольшой стоянке прямо перед началом дюн. Уже отсюда доносились гул голосов, хохот и низкое гудение колонок. Оранжевые отблески костра плясали вдали, словно зов, как мираж. В воздухе чувствовался дым, соль и лимонад, вперемешку с чем-то крепким и сладким.
— Ну что, начинаем, — прошептала Хлоя, подтягивая топ чуть выше.
Я сглотнула, чувствуя, как адреналин приятно покалывает в животе. Было какое-то наивное волнение.
Кэмерон, достал с багажника какие-то коробки и, взглянув на нас, кивнул:
— Я оставлю вас здесь. Если что — пишите.
Вокруг мелькали знакомые лица. Мы поздоровались с несколькими ребятами из старой школьной жизни — кто-то обнял Хлою, кто-то кивнул мне, мимо пробежала знакомая компания, смеясь и уничтожая нас взглядами.
— Фу, как некультурно! Можно было и привет сказать, сучки, — прохрипела Хлоя, скосив глаза и показывая язык.
Костёр уже давно горел, рядом плясала толпа — кто-то держал в руках пластиковые стаканчики с коктейлями, кто-то снимал видео на телефон. Смех, разговоры, музыка — всё смешивалось в идеальную летнюю какофонию.
— А вот и твои интрижки на лето — Джо и Эван, — весело сказала Хлоя, взяв меня за руку. — Пойдем, нужно поздороваться.
Подруга потянула меня дальше в сторону компании, где уже начиналась настоящая тусовка.
Парни стояли рядом, словно две неподвижные скульптуры, окружённые живой толпой. Джозеф был одет в лёгкую льняную рубашку с короткими рукавами, расстёгнутую на пару пуговиц, и светлые шорты, которые подчёркивали его загорелую, рельефную фигуру. Его волосы были слегка растрёпаны от ветра, а уверенная, почти дерзкая улыбка и глубокий взгляд притягивали внимание как магнит.
Рядом с ним стоял Эван — в чёрных шортах и белой рубашке с закатанными до локтя рукавами.
Вокруг парней теснилась группа девушек — кокетливые взгляды, тихие смешки и едва заметные прикосновения, которые говорили о их популярности и харизме.
Джозеф, заметив нас, чуть приподнял бровь и улыбнулся, его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем это было нужно.
— Вот и красавицы, что скрасят наш вечер, — поздоровался он с хитринкой в голосе.
— Мы уже начали было думать, что вы не придете и оставите нас без хорошей компании.
— Это еще почему? — без зазора спросила Хлоя.
— Ну… — Эван сделал короткую паузу, улыбаясь. — Вы не отвечали на звонки и опоздали на час.
— Ой, перестань. — Хлоя захихикала, отводя взгляд в сторону. — Девушкам свойственно опаздывать.
Джозеф только пожал плечами и усмехнулся в ответ, а Эван покачал головой, терпеливо принимая этот вечный женский аргумент.
— Хотите выпить? — спросил Эван, протягивая нам по холодной бутылке пива, капельки воды блестели на её поверхности в свете костра.
— Ты еще спрашиваешь? — весело ответила Хлоя, сразу же захватив бутылку и сделав длинный глоток
Я немного улыбнулась, принимая бутылку от Эвана. Сначала сомневалась, но запах хмеля и легкая прохлада сразу же расслабили меня.
— Ну что, — сказала я, поднимая бутылку, — за этот вечер.
— За лето, которое мы запомним, — добавила Хлоя.
Бутылки встретились с легким звоном, и первый глоток обжег горло приятной хмельной горчинкой. Алкоголь расслаблял мгновенно, выжигая остатки застарелой тревоги.
Нас почти сразу утянуло в толпу — сознание даже не зафиксировало, чьи именно пальцы увлекли за собой. Музыка била по перепонкам, оранжевые искры от гигантского костра взлетали к звездам, а безумный ритм заставлял двигаться в такт, напрочь отсекая реальность. Смех, хаос, прыжки на раскаленном песке. Алкоголь шел на удивление легко. В пальцах уже покачивалось второе стеклянное горлышко, а Хлою, вооруженную, кажется, уже третьей порцией, давно затянуло в плотный круг парней. Подруга без тени смущения растворилась в танце, то прижимаясь к какому-то загорелому незнакомцу, то со смехом уворачиваясь от его объятий.
Чья-то ладонь бесцеремонно перехватила меня, возвращая в самую гущу человеческого водоворота.
Приходилось вовсю подпевать трекам, даже не зная слов. Мы обнимались с первыми встречными, хохотали до слез и роняли посуду в песок — взамен тут же кто-то протягивал новую. Огромный мир сжался до размеров этого пляжа, этих смазанных лиц, податливого берега под босыми ногами и бескрайнего черного неба над головой. Прошлое испарилось, будущее потеряло всякий смысл.
Осталось только осязаемое сейчас. Только каникулы на побережье.
— Обожаю эту песню! — Хлоя оглушительно завопила прямо на ухо, мертвой хваткой цепляясь за мое запястье. — Если пропустим, я себе не прощу!
Из динамиков лавиной обрушились знакомые биты «Fight Back With Love Tonight».
Мы закрутились в безумном вихре, крепко держась друг за друга. И пускай картинка перед глазами уже ощутимо плыла, внутри крепло потрясающее чувство абсолютной правильности происходящего. Именно так и обязано выглядеть настоящее, сбивающее с ног лето. С мокрым от конденсата стеклом в ладонях. С сорванным от криков горлом. С дикими танцами, в которых ты теряешь не только координацию, но и все свои застарелые заботы.
Время близилось к полуночи, когда мы с Джозефом наконец выгребли из безумной толпы поближе к воде. Парень открыто рассматривал меня, удерживая в руке бутылку.
— А ты неплохо двигаешься, Лея. Для девчонки, которая час назад уверяла, что вообще не умеет танцевать.
— Это все алкоголь, — я усмехнулась, откидывая назад мокрые от брызг волосы. — Завтра я снова превращусь в зануду.
— В зануду? Не верю
— Вот и зря. Я ужасная интроверка, не то что ты. Вон сколько фанаток собрал.
Джозеф хмыкнул, и на его губах появилась привычная дерзкая ухмылка. Он прекрасно знал, как на него смотрят девчонки.
—Если честно, весь этот фан-клуб мне сегодня вообще не сдался.
— Да ладно? И кто же удостоился чести общаться с великим Джозефом? — я шутливо прищурилась.
— Ты, — он шагнул на полшага ближе, перекрывая плечом свет от костра, но в его глазах больше не было издевки. — Прости, если звучит слишком прямо, но я весь вечер только за тобой и наблюдаю.
Я отпила из бутылки. Холодный напиток продолжал слегка освежать. Джозеф всё не отрывал от меня взгляд, в его глазах читалась смесь интереса и вызова.
— И прямо-таки только за мной? — пришлось слегка приподнять бровь, принимая этот вызов. — Смелое заявление, Джо.
Парень усмехнулся, и его губы тронула та самая дерзкая, привычная ухмылка.
— Я серьезен. На все сто.
— Тогда, — я сделала короткий шаг вперед, сокращая расстояние между нами и заставляя себя не думать о последствиях, — докажи.
Джозеф не заставил себя просить дважды. Он медленно приблизился, перехватывая инициативу, и его губы накрыли мои. В этом первом касании не было робкой нежности — только уверенный, обжигающий напор, смешанный со сладким привкусом алкоголя и соленым ночным воздухом.
Его ладони уверенно легли на мои бедра, притягивая ближе, и пришлось полностью отдаться этому моменту, увязая в чужих объятиях. Сердце бешено колотилось в груди, заглушая грохот далекого костра. Каждое тактильное ощущение, его тяжелое дыхание и прохладный песок под босыми ногами кричали о том, что прямо сейчас эта пляжная иллюзия — мое единственное спасение от мыслей, которые так отчаянно хотелось заглушить.
Внезапно по рецепторам ударила легкая боль — в спешке удалось прикусить собственную губу. Распахнув глаза, в нескольких метрах от нас с Джо удалось разглядеть Кэмерона. Он стоял в полном одиночестве, укрывшись в тени деревьев и глубоко погрузившись в собственные мысли.
Я отпрянула, немного смутившись и отпуская Джозефа, который с удивлённым выражением смотрел на меня.
— Все в порядке? — Спросил он.
— Прости. Задумалась.
Парень попытался снова наклониться ближе, но пришлось поспешно отстраниться, отчаянно пытаясь вернуть контроль над ситуацией.Сделав шаг назад и разрывая дистанцию, пришлось выдать первую попавшуюся отмазку:
— Мне нужно отойти в уборную.
Джозеф на секунду замер, в его взгляде проскользнуло легкое недоумение, но настаивать он не стал.
— Конечно, — мягко ответил он, разжимая пальцы.
Я повернулась и поспешила прочь, чувствуя, как сердце бьётся всё быстрее — смесь смущения и волнения переполняла меня.
Мысль о том, что Кэмерон мог все видеть, никак не выходила из головы. Я уходила все дальше вглубь пляжа, борясь с бешено колотившимся сердцем и не зная, как поступить.
Ради спасения от этих мыслей я огляделась по сторонам и в паре метров от себя заметила Хлою. Все страхи на секунду отступили, уступая место искреннему удивлению. Подруга времени зря не теряла: она вовсю зажигала в самом центре танцующей толпы с каким-то высоким местным парнем. Хлоя двигалась невероятно уверенно, обвив руками его шею и открыто флиртуя.
Она что-то весело кричала парню прямо в ухо, запрокидывая голову от хохота, а тот завороженно держал ее за талию, не сводя с нее восхищенного взгляда.
— Вот тебе и первая летняя интрижка, — негромко усмехнулась я, чувствуя, как паника наконец уходит.
Отойдя немного в сторону, я заметила Кэмерона. Он стоял у самой воды и смотрел на океан. Вокруг него словно образовалась невидимая стена, парень явно пытался разобраться со своими мыслями.
Я глубоко вдохнула и подошла ближе. Остановилась в паре шагов, не зная, что сказать. Молчать было неловко, но начинать разговор первой казалось еще глупее.
— Привет.
— Привет, — ответил Кэмерон, не поворачивая головы.
— Не помешала?
— Нет.
Пауза затягивалась. Я уже собиралась развернуться и уйти, но Кэмерон вдруг полез в карман джинсов и вытащил помятую пачку.
— Будешь? — спросил он, повернувшись ко мне и слегка вскинув бровь.
Я замялась. Курить раньше не пробовала. Не то чтобы я была правильной девчонкой, просто никогда не тянуло.
— Давай, — тихо сказала я, лишь бы продлить эту минуту.
Он кивнул, достал сигарету и аккуратно вложил мне между пальцев. Его кожа на секунду коснулась моей, оставив приятное тепло. Затем он зажал вторую губами и щелкнул зажигалкой. Огонек на миг осветил его лицо, и в этот момент Кэмерон показался мне совсем чужим. Он поднес пламя к моей сигарете и посмотрел мне прямо в глаза.
От первой же затяжки я сильно закашлялась. Пришлось согнуться, прижимая ладонь ко рту, пока в горле невыносимо першило.
— Гадость какая, — прохрипела я, возвращая ему сигарету. — Зачем ты вообще это куришь?
Кэмерон усмехнулся, забрал ее и выдохнул дым в сторону прибоя.
Я стояла рядом, утирая слезы, и смотрела на его профиль. Он снова затянулся и тихо добавил, не поворачивая головы:
— От прежней Леи вообще ничего не осталось, да?
В груди сразу стало тесно. Он сказал это просто так, обычным будничным тоном, но внутри всё равно всё перевернулось.
— А ты рассчитывал, что я навсегда останусь мелкой приставучей девчонкой, которая таскается за тобой хвостом? — я попыталась съязвить, но голос дрогнул.
Кэмерон повернулся и посмотрел на меня в упор.
— Хотелось бы, — спокойно ответил он.
Сказать на это было абсолютно нечего. Нас просто накрыло этой внезапной тишиной.
— Ты тоже изменился.
— В жизни нет ничего постоянного, Лея. Даже во мне.
Кэм швырнул сигарету под ноги, зло затушил ее носком кроссовка и посмотрел на меня в упор, чуть склонив голову. На долю секунды в его глазах промелькнуло отчаяние — он явно собирался сказать что-то важное, но в последний момент сцепил челюсти.
Пауза между нами стала удушливой. Морской ветер доносил тяжелый запах гари и чьи-то пьяные выкрики со стороны тусовки, но этот пляжный шум казался бесконечно далеким. Все детское, привычное и безопасное рухнуло прямо сейчас. Мы перешагнули черту.
Кэмерон сделал шаг вперед. Не вплотную, но его тепло обдало кожу сильнее, чем жар костра.
— Вернись к костру, Лея, — его шлепот прозвучал непривычно хрипло и натянуто. — Пока не поздно.
Он резко развернулся и быстро пошел прочь, мгновенно растворяясь в ночной темноте.
А я так и осталась стоять у воды в полном одиночестве. С горлом, сорванным от несказанных слов, и сердцем, в котором впервые за эти каникулы жгло сильнее, чем от ледяного пива, чужого флирта или поцелуя.
Глава 5
Лея
Без фильтров
Пробуждение вышло отвратительным. Я резко открыла глаза, судорожно хватая ртом воздух, а в горле стоял сплошной сухой ком. Первое, что накатило в ту же секунду — тупая, давящая боль. Она засела где-то за глазами и при каждом движении пульсировала в висках тяжелыми ударами, отдаваясь в зубы и шею. Тело мелко дрожало. Попытка зажмуриться обратно не спасла, под веками все равно плыли темные круги, а сквозь щель в занавеске в комнату пробивался агрессивный утренний свет. Он бил прямо в лицо, заставляя голову раскалываться еще сильнее. Мир вокруг неприятно плыл и кружился, все казалось чересчур громким и раздражающим.
Кое-как, превозмогая тошноту, удалось повернуть голову вбок. На соседней кровати Хлои одеяло лежало скомканным, подушка промялась, но самой подруги след простыл.
— Ну конечно. Кто-то явно пережил эту ночь легче, — прохрипела я в пустую комнату, даже не стараясь спрятать зависть.
Попытка подняться на локтях обернулась катастрофой. Комната резко накренилась вбок, и глухой стон сорвался с губ. Голова раскалывалась от тяжелой, пульсирующей боли. Пришлось замереть и дышать через раз, чтобы сдержать подступающую к горлу тошноту.
Вчерашняя одежда превратилась в пытку. Шорты безжалостно врезались в талию, майка перекрутилась, а несвежая ткань неприятно липла к коже. Все вокруг раздражало. Довершал картину въевшийся в волосы и подушку стойкий, удушливый запах костровой гари и морской соли.
Как я вообще оказалась здесь? Приползла сама? Привели? Кто?
Почему провалы в памяти пугают больше, чем сами события?
Спальню продолжало медленно и противно вести в сторону. Любой шорох отзывался резью в ушах. Далекий собачий лай казался взрывом, а гул мотора за окном просто бесил. Из приоткрытого крана за стеной мерно капала вода, и этот звук методично добивал остатки моего терпения. Начало дня вышло максимально паршивым. Ноги плохо слушались, и до ванной пришлось добираться, буквально цепляясь за стены.
Я толкнула дверь и навалилась плечом на косяк, чтобы не потерять равновесие. Внутри стоял стойкий запах мятной пасты и влажной ткани.
Возле раковины пришлось замереть. Потеки черной туши под глазами превратили меня в панду, а на голове красовался жуткий, спутанный ком. Я коснулась пальцами лица — кожа горела. Вчерашний алкоголь и ночные пляски у костра обошлись мне слишком дорого.
Тщетные попытки вспомнить вчерашний вечер привели лишь к тому, что перед глазами побежал странный, путающийся поток из воспоминаний и чужих лиц. В сознании перемешались чьи-то громкие выкрики, податливый берег под ногами и тесные объятия из танцующей толпы, пока фокус окончательно не нависнул над Джозефом. Я до сих пор отчетливо помнила его близость, теплое дыхание на губах и то, как его руки прижимали меня к себе, однако стоило попытаться вспомнить финал, как уверенность исчезала. Было невозможно разобрать, целовались мы на самом деле или я просто придумала этот момент, соткав его из обрывков собственного сна. Как бы я ни щурилась, стараясь собрать все воедино, память отказывалась сотрудничать, растворяя прошлый вечер в запахе алкоголя и дыма.
— Боже, я больше никогда в жизни не буду столько пить, — негромко пробормотала я вслух, прекрасно понимая, насколько фальшиво это прозвучало даже для меня самой.
Но в следующую секунду весь этот сумбур в голове резко прекратился, уступая место одной-единственной, самой четкой картине.
Я увидела Кэмерона.
Его неподвижный силуэт на фоне темного, шумящего океана, этот тихий, чуть хрипловатый голос, который всегда пробивал мою защиту, и сигаретный огонек между пальцами. От этого воспоминания по коже пробежала ледяная дрожь, заставив поспешно отвернуться от зеркала, потому что выдерживать собственное бледное отражение больше не хватало сил.
Я резко повернула кран, позволяя морозной воде хлынуть в ладони. Она обжигала пальцы, возвращая к реальности, но в мыслях по-прежнему царил полный беспорядок. Пришлось умываться, смывая вместе с остатками вчерашней косметики и эту глупое, безнадежное чувство, которое снова проснулось внутри и заполонило все сознание.
Вернувшись в комнату, первым делом я взяла в руки телефон. Зарядки на нем почти не оказалось, но пролистнуть сторис хватит. Пока весь мир на побережье уже давно проснулся и пережевывал вчерашнее веселье, я только-только пришла в себя.
Я открыла Instagram и сразу наткнулась на видео со вчерашнего костра. Из динамика смартфона по ушам ударили пляжные крики и громкая, рваная музыка, под которую толпа дружно орала припев, вообще не попадая в ноты. На первых кадрах мелькнул Эван, который по привычке строил из себя рок-звезду, исполняя что-то на гитаре. Следом в объектив попала Хлоя — с бутылкой в руке она отплясывала так уверенно и горячо, будто снималась в каком-то клипе. Джозеф на этих кадрах просто стоял рядом, делая вид, что танцует, но на самом деле смотрел только на меня. А затем камера на секунду выхватила саму меня на фоне огня. Я держала в пальцах алкоголь, весело смеялась и выглядела абсолютно счастливой. Вот только я совершенно этого не помнила.
И тут прямо внизу экрана всплыло новое сообщение.
Джозеф: Доброе утро:) Вчера ты была огонь. Увидимся сегодня?
Экран смартфона высветил текст, заставив меня замереть на месте. Никакой глупой улыбки, вздохов или желания поскорее набрать ответ. В голове крутился лишь один вопрос: когда именно удалось сохранить его номер в контактах?
Пальцы просто зависли над клавиатурой, то ли от глухого удивления, то ли от нарастающего раздражения. Было непонятно, почему от этого короткого сообщения внутри все так неприятно сжалось. Джозеф ведь не написал ничего плохого, даже наоборот — вышло лестно и вполне естественно для парня после бурной пляжной тусовки. Но внутренний голос наотрез отказывался принимать такую прямолинейность.
«Ты была огонь».
А сейчас я — что?
Пепел?
Оставив сообщение прочитанным, я вдруг услышала доносившуюся снизу громкую музыку. Неужели Хлоя чувствует себя настолько хорошо?
Пришлось медленно спуститься по лестнице, ощущая, как каждый шаг отдается в висках острым, пульсирующим гулом. На кухне приятно пахло цитрусовой свежестью и выпечкой. Открытое настежь окно впускало в дом прохладный воздух, а где-то на улице вовсю щебетали птицы. Окружающая обстановка казалась идеальным началом каникул, но для меня это была сплошная пытка.
Уэст уже вовсю хозяйничала у плиты. На ней был свободный белый халат, влажные растрепанные пряди прилипли к ключицам, а на лице блуждала довольная, сытая улыбка. Она тихо напевала под нос, ловко отправляя противень в духовку.
— А вот и ты! — воскликнула она, заметив мое появление. — Доброе утро. Как голова? Завтракать будешь? — ее тон оставался непринужденным, будто вчерашняя пьянка являлась для нее самой обычной историей.
Я открыла рот, собираясь ответить, но Хлоя все решила самостоятельно.
— Можешь ничего не говорить, по глазам вижу, что будешь.
— Убавь, пожалуйста, звук, у меня сейчас череп расколется, — тихо взмолилась я, прижимая ладони к вискам.
— Ой, конечно, извини, — спохватилась она и обернулась к колонке. — Алекса, замолчи.
Виртуальный ассистент мгновенно поставил трек на паузу, и на кухне наконец воцарилась блаженная тишина.
— А где…
— Родители? — подхватила Хлоя, — Я позвонила папе, оказывается, они и не приезжали. Мама захотела заночевать у Линды. Помнишь ее? Та мамина подруга, которая…
— Я помню, Хлоя.
— А, ну, тогда садись.
Хлоя уже накрывала на стол: ставила кружки чая с лимоном, доставала из печи разогретые круассаны с вишней. Тонкий запах сладкой выпечки сразу же заполнил кухню, заставляя желудок бурчать в ответ.
— Бон аппетит, сестричка! — произнесла она и села напротив.
— Спасибо.
Я взяла в руки кружку с теплым чаем, сделала глоток и попыталась собраться с мыслями.
— Хочешь, расскажу, что было вчера? — вдруг спросила Хлоя, внимательно разглядывая мое помятое лицо.
Я тяжело вздохнула и уставилась на свою кружку, от которой поднимался тонкий шлейф пара, оставляя в воздухе легкую травяную терпкость.
— Если честно, я вообще половину вечера не помню.
— Еще бы, ты вчера напилась в стельку, — Хлоя заговорщически понизила голос. — Это вообще на тебя не похоже.
С этим спорить не приходилось.
— Короче, слушай, — подруга замахала руками от избытка эмоций и выдала все на одном дыхании. — После того как мы разошлись, ты осталась с Джо, а я ушла с Максом…
— Хлоя, пожалуйста, говори помедленнее и потише, у меня сейчас череп треснет, — взмолилась я, зажмурившись и прижимая ладони к вискам от ее звонкого темпа. — Каким еще Максом? Кто это вообще такой?
— Ладно, извини, — она послушно сбавила обороты и виновато улыбнулась. — Так вот, когда мы с ним ушли в сторону выхода с пляжа… Он такой высокий, симпатичный. Ты бы сразу поняла, что он вообще не из нашей компании.
— О, ну да, теперь все стало гораздо понятнее, — проворчала я, аккуратно делая глоток.
— Ну прости, я просто не знаю, как тебе объяснить, — Хлоя шутливо закатила глаза, подвигая ко мне тарелку. — Потом сама его увидишь, я вас познакомлю.
Она сделала небольшую паузу, пытаясь подобрать правильные слова.
— В общем, мы с ним так весело провели время. Макс вообще от меня не отходил — танцевал, смеялся, рассказывал какие-то дикие истории. А потом, ну потом, я поняла…
— Что стесняться некого и можно вовсю тереться об его штаны прямо на глазах у толпы? — резко перебила я, морщась от того, как сильно собственная реплика отозвалась в висках.
— Эй, как грубо, — тихо рассмеялась подруга, совсем не обижаясь. — Но да, что-то в этом роде. Он не такой, как все вокруг, вообще без заморочек.
— Ладно, что насчет меня? — я осторожно потерла пальцами лоб, стараясь не делать резких движений. — Я с кем-то целовалась или это был просто дурацкий сон?
— Целовалась? Это еще мягко сказано, Лея. Ты там вытворяла вещи и похлеще моих.
Пришлось тяжело вздохнуть, пытаясь представить ту себя, которую сейчас помнила только Хлоя.
— Сначала вы с Джо целовались у костра, — заговорщически прошептала подруга, явно сжалившись над моей головой. — Он без конца хватал тебя за задницу, а ты убирала его ладони. Ну и зануда, ты.
Я нахмурилась, балансируя на грани между шоком и диким замешательством.
— Хлоя, — тихо и медленно произнесла я, — я и так ничего толком не помню. А ты хочешь, чтобы я переспала с едва знакомым парнем и даже не зафиксировала это в памяти?
Подруга лишь беззаботно пожала плечами, выражая лицом абсолютную поддержку.
— А вдруг тебе бы не понравилось, тогда ты бы сожалела. А так…
— Уэст.
— Ладно, прости, — Хлоя хихикнула, опускаясь в кресло. — Ты там была в центре внимания. Некоторые даже спрашивали у меня кто эта девчонка у костра.
— Какой ужас, — выдохнула я, — больше ни за что не буду столько пить.
— Ты так уже говорила, — с улыбкой напомнила Хлоя, — но, похоже, это не было тебе уроком, а просто паузой.
Я промолчала, переваривая услышанное, но один вопрос по-прежнему не давал покоя.
— А как мы вообще оказались дома? Только не говори, что…
— Кэмерон привез, — перебила подруга, выуживая из шкафчика чистый стакан. — Мы к полуночи уже были в таком состоянии, что нас пришлось буквально грузить в салон.
— Позорище, — я уткнулась лицом в ладони, чувствуя, как щеки снова заливает краской. — Твой брат, должно быть, просто в восторге.
— Он, кстати, ни слова не сказал. Настоящее золото, а не брат, — фыркнула подруга и картинно закатила глаза. Она легким движением скинула домашний халат, оставаясь в лаконичном белье цвета пудры. — Ладно, план такой. Я иду на задний двор ловить загар. Ты со мной?
Я молча смотрела на Уэст, искренне поражаясь ее беззаботности. В реальности этой девчонки явно не существовало похмельного синдрома, чувства стыда или паники. Ни грамма сожаления. Только залитая солнцем веранда и абсолютная уверенность в собственной неотразимости.
— Нет, хочу сходить на пробежку, вдруг полегчает, — ответила я, стараясь не глядеть ей в глаза.
— Пробежку? — Хлоя приподнялась на локте, глядя на меня так, будто я только что сказала, что собираюсь в космос. — Серьезно?
Я кивнула. Не хотелось ничего объяснять.
— Ну ладно, мазохистка. Только не сдохни где-нибудь по дороге.
Я торопливо переоделась в свободные спортивные штаны и короткий топ, стремясь как можно скорее покинуть этот дом. На улице уже вовсю припекало, безоблачное небо слепило глаза, а утренний воздух казался непривычно прозрачным. Натянув наушники, пришлось сразу врубить на максимум первый попавшийся плейлист, в тайной надежде, что тяжелые басы сумеют заглушить не только непрекращающийся гул в висках, но и навязчивые мысли о Кэмероне.