Последнее желание

— Господин, к вам парень с докладом, ‒ склонив колено, сказал стражник.

— Впусти, ‒ небрежно махнул он рукой.

— Слушаюсь, Повелитель, ‒ ещё раз поклонившись, сказал стражник и вышел.

В шатёр тут же зашёл парень. Его взгляд с трусливым любопытством метнулся по сторонам. Он скользнул по дубовому столу с бумагами, по узору ковра на полу и остановился на резной спинке кресла. Когда-то такие взгляды, пытавшиеся ухватиться за что-то, чтобы потом похваляться перед друзьями, наслаждали Грама, затем просто забавляли, а теперь были до нелепости скучными. Может быть, он просто пресытился, или дело было во времени. В целом, после смерти жизнь для него постепенно теряла краски, радости и вкусы. Он скучал по чувству восторга, подобному тому, когда впервые, обогнав друзей, забрался на гору Больт, что была рядом с их школой. Когда с отцом спускался по реке Костап. Трепет от первого поцелуя и касания к женскому телу. Раньше. Раньше всё было иначе. Сейчас ему всё больше мирская жизнь казалась нелепой, глупой и не стоящей внимания. Только голод к знаниям всё рос, набирал силы и обретал единственное важное значение. Вот только Грам никогда не был книжным червём и не хотел себе такой участи. Не для этого он улизнул от смерти, чтобы забыть о жизни.

— Повелитель, всего сущего, ‒ упав на колени и склонившись к земле, так и не осмелившись ступить на ковер, сказал парень. ‒ Рыцари прибыли на поле.

— Девчонка среди них?

— Нет, господин.

— Свободен.

Практически на четвереньках парень удалился из шатра. За креслом, оставшись незамеченной для докладчика, сидела молодая привлекательная девушка в шикарном жёлтом платье с откровенным вырезом. Поправив свои каштановые волосы, она, приподняв грудь, вышла из своеобразного укрытия.

— Повелитель, вы переживаете? ‒ положив руку ему на плечо, спросила она.

— Всё идёт немного не по моему плану, ‒ обняв её за бёдра, притянул он её к себе.

— Я уверена, что отклонения несущественные и на результат не повлияют, ‒ улыбаясь, прошептала она, кокетливо перебирая пальцами его бороду. Она знала, как ему угодить.

— Это если Дек привезёт её.

— Не переживайте, он вас не подведёт, ‒ заверила она и поцеловала его.

В такие моменты Грам больше всего ненавидел состояние своего тела. Отсутствие губ мешало ему ответить так, как хотелось, поэтому он лизнул губы девушки своим ещё не полностью сгнившим языком. Она почти полностью скрыла отвращение, а Грам в очередной раз сделал вид, что ничего не замечает. Раньше он злился, даже парочку девиц убил в приступе гнева, особенно когда стал немощным в постели. Время не собиралось щадить тело, и этот удар, как любой мужчина, Грам переживал с трудом. У него было много любовниц или просто подруг, что не дотянули до этого статуса, но она была определённо лучшая из всех. Глаза Грама блеснули проблеском желания. Сегодня всё изменится, и он неделю не выпустит её из кровати. А может, и не только её. Да, сегодня его страданиям придёт конец ‒ он слишком долго этого ждал и планировал.

***

Просидев максимально возможное время, Дек начал будить Эрин.

— Просыпайся. Нам пора, мы больше не можем тянуть, ‒ нежно поглаживая её по щеке, сказал Дек.

— Ммм, ‒ промычав, она попыталась зарыться лицом в подушку, но Дек не дал ей спрятаться, как котёнку. ‒ Я хочу спать.

— Вставай, милая, ‒ сказал Дек и, округлив глаза, замер. Он даже к Лиз не сразу начал обращаться ласкательно. А тут слово само вырвалось, будто птица из клетки.

Однако это сработало лучшим образом. Открыв глаза, Эрин посмотрела на него и спросила:

— Что случилось?

— Нам пора. Как ты себя чувствуешь?

— Ужасно.

— У тебя что-то болит?

— Всё… и ничего.

— Это как?

— Не знаю, ‒ ответила она и рассмеялась.

— Эрин, посмотри на меня, ‒ обхватив её лицо, Дек заставил посмотреть на себя. ‒ Чёрт, ты пьяная.

— Я?! Нет, что ты, я уже давно не пью, ‒ запротестовала она и, отбросив одеяло, едва села.

— Кстати, ты не одета, ‒ невольно посмотрев на неё и тут же отведя взгляд, сказал Дек.

— Да?! ‒ посмотрев на себя, Эрин нахмурилась, будто не чувствуя этого. ‒ А где моя одежда?

— Вот, ‒ положил он рядом с ней аккуратно сложенные вещи. ‒ Поторопись, мы опаздываем.

— Ага, ‒ взяв из стопки штаны, кивнула Эрин и, замерев, посмотрела на него. ‒ А куда нам нужно?

— Эрин, ты издеваешься?

— Нет.

— Святая Троица, помоги, ‒ встав со стула, Дек отвернулся. ‒ Одевайся.

Пожав плечами, Эрин вернулась к штанам, но они почему-то никак не хотели надеваться. То нога за что-то зацепится, то попадёт не в ту штанину. Решив сделать перерыв ‒ к тому же в горле пересохло ‒ Эрин взяла флягу возле кровати. Услышав затишье, Дек мельком оглянулся, ожидая увидеть её одетой, но вместо этого его глаза полезли на лоб.

— Что ты делаешь?! ‒ бросившись к ней и выхватив флягу, крикнул Дек.

— Что ты кричишь? Я просто пить хочу. Тебе воды, что ли, жалко?

— Это не вода, а настойка!

— Да? Не заметила? А дай попробовать? ‒ протянув руку, сказала Эрин.

— Ты сказала, что не пьёшь!

— Не пью. Максимум кружку не крепкого пива. И то очень редко… если только обстоятельства…

— А раньше ты пила больше?

— Угу.

— А почему перестала?

— Люмин попросил. Он говорит, что я не умею пить.

— А почему он так решил?

— Я быстро пьянею, и если уж опьянею, то не могу остановиться и пью, пока не вырублюсь. А происходит это очень редко, потому что всегда влезаю в драку и немного трезвею. Потом опять пью, опять драка… Дай водички, ‒ снова потянулась она к фляге.

— И угораздило же меня дать тебе наливки, ‒ отведя руку с флягой подальше, сказал Дек.

— Не будь жадиной.

— Ой, влип я. Ой, влип.

Дек боялся даже представить, сколько времени ушло на то, чтобы одеть Эрин. Так как её попытки идти были ужасны и кончались падением через каждые несколько метров, он вынес её на улицу на руках. Эрин выпила не так много и, казалось бы, не должна была быть в таком состоянии, но тут на ложилось то, что она была выбита из сил, плюс практически не ела уже сутки. Да и маковое молочко тоже не осталось в стороне.

— Митчелл, ты давно носил воду в бочку у сарая? ‒ заметив мальчишку, спросил Дек.

— Сегодня рано утром.

— Отлично, ‒ обрадовался он и, опустив Эрин у бочки, открыл крышку. ‒ Лучше, конечно, похолоднее, но и эта сойдёт.

Словив, когда Эрин чуть не упала, Дек опустил её голову в воду. По мере того как она сопротивлялась, он позволял вынырнуть для вдоха и снова погружал. Немного протрезвев, Эрин согнула ногу и ударила Дека в пах ‒ на этот раз сильнее.

Крик боли, вырвавшийся из его груди, был настолько неожиданным и пронзительным, что Эрин сама вздрогнула. Земля задрожала. Он отшатнулся, схватившись за пах. Эрин, тяжело дыша, вынырнула. Кашель сотряс её тело, воздух обжигал лёгкие. Ледяная вода стекала с волос струйками за шиворот, заставляя ежиться. Всего в нескольких метрах от них стоял Юрден. Расправив крылья, шумно дыша, он не сводил взгляд с Эрин. Она знала такой взгляд, не раз видела его у людей, даже у себя. В глазах грифона горела ненависть и жажда убийства. Если бы Дек не успел остановить его, то Эрин уже была бы разорвана на части. Она посмотрела на Дека, который, прихрамывая, отступил чуть дальше от неё, его лицо исказилось от боли. Впервые за долгое время она почувствовала странную смесь торжества и жалости. Эрин никогда ещё не жалела тех, кто удостаивался от неё такого удара.

Думать над причинами таких чувств у Эрин не было времени и желания. Облегчение, которое подарила вода, проходило. Силы покидали её, как песок сквозь пальцы. Голова кружилась, а тело казалось свинцовым.

— Мать твою, ‒ встав на колени, покраснев, прошептал он.

— Твою, ‒ оперевшись о бочку, убирая волосы с лица, поправила Эрин.

— Что же ты делаешь?! Я же ещё детей хочу.

— А ты что делаешь?! Я дышать хочу больше, чем ты детей!

— Ты пьяная!

— Нет, я не… Хотя, наверное, да, ‒ задумавшись, вынужденно согласилась она. ‒ Только не помню, как пила.

— Нам нужно ехать, ‒ едва встав, сказал Дек и, держа руку на паху, пошёл к грифону.

— А ты сможешь? ‒ спросила Эрин, приподняв бровь.

— Это ты во всём виновата! ‒ присел он у Юрдена.

— Нашёл крайнюю? ‒ стараясь идти ровно, спросила она.

— Какого чёрта ты села на Юрдена?! ‒ встав, прокричал Дек, которому от гнева полегчало.

— Я… просто хотела посидеть.

— Не ври! Ты что думала, что он как безмозглая лошадь отвезёт тебя куда тебе хочется?!

— Нет! Но почему нельзя отнести меня на поле без тебя?! Если мы туда всё равно едем?!

— Зачем тебе резко понадобилось на поле?! Не могла немного подождать?!

— Не могла! Потому что ты привезёшь меня не на поле, а к своему чёртовому Повелителю!

— Проявляй уважение!

— Да загребётся он!

Не выдержав, Дек схватил её за горло и прижал к стене сарая. Эрин попыталась сопротивляться, но глаза Дека вспыхнули белым. Верёвка в его руке ожила и, словно змея, обвила её руки привязав их к талии. Лицо Эрин покраснело. В глазах парня была тьма, желавшая ей смерти. Но она смело встречала взглядом его тёмную сторону. Он не увидит в её глазах страха, не прочитает в них мольбы о пощаде. От гнева у Дека перехватило дыхание. Отпустив её, он отшатнулся, словно от удара. Эрин упала на колени, кашляя. Он смотрел на неё, и в его глазах, ещё недавно пылавших гневом, теперь читалось недоумение, смешанное с чем-то ещё, что он сам не мог до конца осознать.

— Знаешь, я ошибался в тебе. Я думал, что ты умная девушка, но ты полная дура!

— А ты… умный? ‒ скривившись, спросила она.

— Ты чуть не погубила себя! И ради чего?! Ради кучки людей, которые тебя ненавидят и презирают!

— Ты ничего не знаешь!

— Они оскорбляли тебя! Надели сатурус, цепи, а ты всё равно бежишь к ним! Это поведение самого глупого человека, которого я встречал! Неужели ты веришь ему?! Неужели достаточно пару раз тебя обнять и поцеловать, чтобы ты начала вредить себе?!

— Долго же ты следил за нами. Достаточно умная шестёрка, чтобы не приближаться близко.

— Эрин, ты полная дура!

— А ты идиот!

— Всё! С меня хватит! ‒ сказал Дек и, взяв ещё одну верёвку, начал подходить к ней.

— Нет, не хватит! ‒ Эрин медленно поднялась на ноги, опираясь на стену сарая. Горло болело после его хватки. Верёвка всё ещё сковывала её движения, но она уже не казалась такой непреодолимой преградой.

— Лучше молчи, ‒ посоветовал он.

— Боишься услышать правду, что ты слепо служишь монстру?! ‒ прокричала Эрин, прежде чем он засунул ей в рот верёвку и завязал её на затылке.

— Повелитель не монстр, а спаситель! И если бы у тебя была капля разума, ты бы это поняла!

Посадив её на грифона, Дек, полный злости, отправился в путь. Юрден чувствовал его настроение, что отражалось в резкости поворотов и взмахов крыльев. Облетев поле стороной, он сел достаточно далеко от лагеря, на маленькой лужайке. Эрин осталась в седле, пока он шёл впереди Юрдена. Её кожу покалывало будто ледяными иглами. Она не видела дыма или других признаков лагеря. Однако благодаря обонянию оборотня чувствовала запах звериной крови, вонь отхожего места, слышала гул голосов. Юрден недовольно прижал уши, ему тоже не нравилось это место. В том, как он переставлял лапы, чувствовалась скованность, тихий протест.

Эрин взглянула на Дека. Он шёл спокойно, но спина всё же была напряжена. Его сердце тревожно стучало. Однако совсем по другой причине. В отличие от неё и Юрдена, Дек не ощущал, как с приближением пика затмения меняется природа. Воздух сгущался от магии. Земля волнами источала скрытую древнюю силу. Эрин передернула плечами, но сбросить не видимый давящий пласт магии не могла. Когда она попросила Беназир рассказать про затмение, та сказала, что магия исчезает на время затмения из нашего мира. Почему это происходит? Куда магия девается, никто не знал.

Как уже бывало много раз в её жизни, Эрин промолчала, зная, что это не так. Магия не исчезала из мира, она напротив, заполняла собой всё без остатка. Она больше не пряталась в людях или предметах, будто мышь в норе. Она расправляла свои объятия для всего сущего. Эрин не любила первые часы затмения. Магия в воздухе пьянила её, будто крепкое вино. Дек, казалось, этого не чувствовал или просто не подавал виду. Ей так хотелось спросить его, почему все врут про исчезновение магии? Ладно, те, кто не мог управлять магией, могли ошибаться, но зачем мастериям это скрывать? Что от этого изменится?

Лагерь развернулся перед ними внезапно, будто вынырнул из густого тумана. От этого Эрин опешила. На вскидку в лагере было с дюжину палаток. Их плотная серая ткань будто крылья похлопала на ветру. В воздухе витал аромат трав, незнакомых и пряных, смешивающийся с запахом костров, горевших без дыма. В самом центре лагеря, на небольшом возвышении, стоял шатёр, больше других. Его стены были украшены замысловатыми узорами, которые, оживали под взглядом, сплетаясь в причудливые, гипнотические орнаменты. Эрин замутило, и она отвела взгляд. Между палатками бесшумно скользили люди. Никто на них даже не обратил внимания. Эрин глубоко вдохнула, пытаясь успокоить сердце.

Задержавшись на мгновение, Дек продолжил путь. Они успели пройти мимо лишь двух палаток, как дорогу преградили трое стражников.

— Расступитесь! Я привёз девушку, которую хочет видеть Повелитель.

— Повелитель занят, ‒ ответил верзила с квадратной челюстью и кивнул на Эрин. ‒ Мы её заберём.

Эрин напряглась и, прежде чем смогла себя остановить, посмотрела на Дека. Схватив её за куртку, один из стражников грубо стащил её с грифона. Она едва не встретилась лицом с землёй, но второй стражник успел ухватить её под руку. На такую грубость даже Юрден заворчал.

— Аккуратней! ‒ крикнул Дек.

— Не указывай нам!

— Милый, как я соскучилась! ‒ крикнула девушка.

Услышав её голос, Дек в миг изменился в лице. Эрин заметила, как вспыхнули его глаза любовным жаром. Как только девушка подошла, он, заключив её в объятия, поцеловал. На столь страстную встречу влюблённых главный стражник ухмыльнулся и первым пошёл к шатру.

Эрин же не могла отвести взгляд от парочки. Ещё подъезжая к лагерю, она чувствовала присутствие Грама. Это её не удивляло, но от вони, исходящей от девушки, которую целовал Дек, её начало тошнить. Она видела туманные следы чёрной магии на жёлтом платье и ещё более чёткие на теле. Видя влюблённый взгляд Дека, ей стало безумно жалко его.

— Красивое платье, ‒ нежно проведя рукой по волосам, сказал Дек.

— Повелитель подарил. Тебе нравится?

— Очень.

Эрин дёрнули за руку и повели в сторону шатра. Она подобралась, расправила плечи. Что-то изменить она уже не могла, но могла не доставлять Граму радости, лицезреть её страх. По дороге она высматривала всё, что могла, но толку от этого было мало. Теперь люди бросали на неё любопытные взгляды. Однако никто не злорадствовал, не подходил. Взгляд Эрин зацепился за нож, оставленный кем-то в полене. Сейчас бы спровоцировать небольшую потасовку, чтобы невзначай оказаться рядом, но не с собой ж ей драться.

К удивлению Эрин, конвойные не повели её сразу к Граму. Они подвели её к дереву, что будто нарочно росло в отдалении от всего, что могло хоть как-то помочь. Главный стражник толкнул её в спину ближе к дереву и снял верёвку что висела у него на поясе.

— Садись.

Повернувшись к нему лицом, Эрин не спешила выполнять указания. Ей связали руки, засунули в рот кляп, но это не значит, что она будет покорной. Как раз на оборот.

— Я сказал, сядь! ‒ громче потребовал стражник.

Его возглас привлёк больше внимания. Дек уже шёл к ним, но девушка остановила его за руку. Эрин в упор смотрела в глаза стражника. Она открыто бросала ему вызов. Послышались приглушенные смешки. Грам доверил её конвой не простым служивым, от этого её поведение подрывало их репутацию. Эрин прекрасно осознавала своё положение и к чему приведут её действия, но другого выхода не видела. Стражник, сжав верёвку, шагнул к ней. Он толкнул её в грудь, отчего она отступила, больно ударившись спиной о ствол дерева. Недавно срощенные рёбра, будто предупреждая, запульсировали.

— Кому сказал, села! ‒ зло процедил он сквозь зубы.

Эрин на пол шага отошла от дерева, встав вплотную к стражнику. Она ощущала жар его дыхания на своём лице. Его глаза напоминали залитые кровью глаза быка. С лёгких её толчков он уверенно приближался к грани. Он оттолкнул её, одновременно ловко подсекая ногу. Если бы они стояли чуть дальше, его манёвр сработал бы, а так Эрин ударилась плечом о ствол, что помогло устоять. Она выпрямилась и, снова встретившись взглядом со стражником, дёрнула бровью. Прежде чем он сделал шаг, Эрин по глазам видела, как лопнуло его терпение. Она покрепче сжала зубами верёвку.

Одним шагом оказавшись рядом, он со всей силы зарядил ей кулаком в челюсть. В глазах на миг потемнело. В челюсти что-то устрашающе хрустнуло. За тем уже вспыхнула пульсирующая боль. Что ж, к её невезению, бить верзила умел. Эрин пришлось приложить не мало сил, чтобы выстоять. После секундной передышки она снова посмотрела в глаза стражника. С верёвкой во рту это было не удобно и больно, но она всё же улыбнулась.

Как Эрин и планировала, гнев окончательно затуманил разум стражнику. Схватив её за грудки одной рукой, он начал наносить серии ударов. Сквозь гул в ушах она слышала, как закричал Дек. Но сейчас это было не важно. Эрин была близка к тому, чтобы потерять сознание. Силой воли она упорно противостояла приближающейся тьме. Дек умно связал её руки, что и вынуждало заставить стражника подойти так близко. Непослушные пальцы скользнули по рукоятке ножа на поясе стражника. Она почти его вытащила, когда вместо очередного удара раздался крик боли.

Эрин не сразу поняла, что произошло. Когда помутнение в глазах прошло, стражник, корчась от боли, прижимал к груди сломанную руку. Вид страдальца заслонила широкая грудь в дорогом чёрном камзоле. Эрин подняла глаза и встретилась взглядом с Грамом. Он всякими ухищрениями, будто масла или травы, пытался скрыть вонь разгающейся плоти. Но Эрин чувствовала её даже в его дыхании. Его глаза горели красным светом. Однако, стоя так близко, было видно, что даже они были покрыты белёсой плёнкой покойника. Спустя столько лет перед ней стоял убийца её семьи. И, как на зло, Эрин не могла даже плюнуть ему в лицо.

Она стиснула зубы, чувствуя, как в груди поднимается волна ярости, а вслед за ней ‒ магия. Годы, проведённые в нужде, страхе и одиночестве, теперь слились в один могучий поток, направленный на этого упыря. Он стоял перед ней, такой же, каким она его помнила ‒ высокий, сильный, с презрением в глазах, которое он всегда скрывал за маской добродетели. Только время смыло эту маску, обнажив истинную, отвратительную сущность.

Красный блеск в глазах Грама усилился, словно питаясь её беспомощностью. Он сделал медленный шаг вперёд, и Эрин ощутила, как её тело напряглось от предвкушения. Она бы отдала всё, чтобы вырваться из пут, чтобы схватить нож или хоть камень и наброситься на него. Но она была связана. Тугие верёвки впивались в запястья, мешая даже простым движениям. Так она стояла, пленённая, перед своим палачом, и битву, которую Эрин жаждала, оставалось вести только взглядом.

Однако Эрин не сломалась и не собиралась сдаваться. Она научилась ждать, научилась быть терпеливой. И сейчас, когда возможность наконец представилась, она выждет, вытерпит и дождётся своего час. Эрин смотрела на него, запоминая каждую черту, каждый изгиб его уродливой рожи. Она готовилась.

Протянув руку, Грам коснулся её подбородка, по которому стекала кровь. Эрин не отшатнулась, не дёрнулась, стойко выдерживая его прикосновение. В её глазах плескалась чистая первозданная ярость вперемешку с ненавистью. Он осторожно, даже с нежностью, стёр кровь, стараясь не зацепить разбитую губу. Это уже не имело значения ‒ дни Эрин сочтены, но он не хотел, чтобы её раны воспалились из-за контакта с его мёртвой плотью. Её кровь была тёплой, даже горячей. В груди кольнула боль и давно забытая тоска. Она так была похожа на мать. Только глаза, глаза Эрин унаследовала от своего никчёмного папаши.

Хмыкнув своим мыслям, Грам убрал руку. Эрин ненавидела его всей душой. Ему вдруг стало любопытно: понимала ли она, насколько они похожи? Он разузнал о её жизни многое. Сложнее всего было держать её в поле зрения. Его люди то находили её, то теряли. Так же, как и он, Эрин была упряма, своевольна, смела и дерзкая. И так же, как и он, она всегда шла до конца. Даже если для этого нужно было оставить за собой горы трупов. Что ж, в ней была частичка Грейс, этого не отнять. Быть может, если бы Дек не опоздал, он смог бы узнать ответ на этот вопрос, а так время поджимало. Глаза Грама на долю мгновения вспыхнули чуть сильнее. Верёвка взметнулась с земли и, больно сдавив рёбра, привязала Эрин к дереву.

Так и не сказав ни слова, Грам пошёл прочь. Эрин проводила его взглядом, пока ей не накинули на голову мешок из плотной ткани. Слух подсказывал, что её окружили, обнажив мечи. Никто из них не говорил, не издевался и даже словом не обмолвился, что ей уготовил Грам. И всё это было скверно, скверно, скверно. Дек же, на которого у неё была слабая надежда, куда-то запропастился. Благо, только что от страха полёта она протрезвела.

***

Напряжение не отпускало. Рыцари постоянно оглядывались, всматривались в лес, и абсолютный покой тревожил ещё больше. Они ждали, сами не зная, чего: то ли конный отряд с подтверждением, что они ехали до них, то ли что россказни окажутся правдивы, и земля вот-вот разверзнется пламенем ада, выпрыгнут черти, и ведьмы слетятся на шабаш, чтобы попировать их душами. Время шло, но к горю первого и к счастью второго не происходило. Затмение было практически в самом разгаре, когда из леса выбежал мужчина.

— У нас гости, ‒ сказал Эдгар.

— Приготовьтесь, ‒ сказал Крис, нервно постукивая по рукоятке меча.

— Но он один, ‒ сказал Николас.

— Надеюсь, что это так.

Приблизившись, мужчина перестал бежать и спокойно подошёл к рыцарям. При нём не было оружия, одет был в самую обычную одежду. Это смутило: если бы он приехал один, то ни за что не оставил бы лошадь в таком лесу. В случае, если бы лошадь пала по пути, поклажу он бы нёс сам. Тогда возникает резонный вопрос: почему скрываются другие? И сколько их?

Мужчина остановился в нескольких шагах от них, его дыхание было ровным, без следов паники или спешки. Нахождение на проклятом поле, ещё и в затмение, его совсем не волновало. Ни на рубахе, ни на лбу не было следов пота, что свидетельствовало о том, что он действительно торопился к ним.

— Приветствую вас! ‒ подняв руку в знак мира, сказал он.

— И мы вас! ‒ кивнул Крис.

— Вы посланники короля Экгриса?

— А кто спрашивает?

— Мне поручено забрать медальон.

— Медальон? ‒ посмотрев позади него, переспросил Крис. На первый взгляд всё было нормально, но стоило присмотреться, как трава шевелилась от ветра как-то не так, как чуть дальше в стороне. Порой пробегали едва заметные волны, будто от миража.

— У нас мало времени. Так что отдайте его и отправляйтесь к своим семьям. Вы же наверняка соскучились по ним не меньше моего.

— Крис, он знает нас и что мы везли, ‒ прошептал Эдгар. ‒ Мне кажется, это тот, кто нужен.

— Ты знаешь, кто мы? ‒ не глядя на Эдгара, спросил он.

— В смысле?

— Тебе говорили, кто именно повезёт… медальон?

— Шестеро лучших рыцарей под руководством капитана Криса Вентера. Только, видимо, один погиб за правое дело. Или я ошибся?

— Нет, всё верно, ‒ подтвердил Крис и засунул руку в карман куртки. Мужчина с липким, колким взглядом проследил за его движением. ‒ Только… нам приказали отвести шкатулку, а не медальон.

— Довольно! ‒ появившись из ниоткуда в окружении пятнадцати человек, сказал мужчина в балахоне и с посохом. Он был высок и худощав, лицо скрывал капюшон.

Встрепенувшись, рыцари обнажили мечи. Крис же сохранял спокойствие, даже бровью не повёл, будто откуда-то знал, что так будет. Граму это пришлось по душе. Этот парень нравился ему хотя бы потому, что своими руками он поспособствовал гибели ненавистной ему племянницы.

— Ты не дурак.

— К счастью, нет, ‒ согласился он. ‒ Простите, не знаю, как к вам обращаться: Повелитель или господин Грам?

— Ты знаешь, кто я? ‒ скинув капюшон, спросил он.

— Не принимайте близко к сердцу, но лучше бы вы его не снимали.

— Ты смел, ‒ искренне похвалил он. Редко, очень редко с ним осмеливались так говорить, особенно зная, кто он, и это вызывало уважение. Крис говорил вежливо и нормальным тоном, однако будто сквозняк от его речей ‒ так и веяло неприязнью. ‒ Я дам тебе выбор. Отдай медальон и останься в живых, или я заберу его с твоего трупа.