- -
- 100%
- +
— Всё идёт по плану? — тихо осведомилась Кира.
— Ещё как, — подтвердил Кеплер. — Вопрос только — по чьему.
Кира слегка улыбнулась. И у него вдруг стало легче на душе.
Внезапно открылась дверь. Китаец в костюме вошёл и что-то сказал солдатам. Те поспешно протиснулись наружу через другую дверь. Как только она снова закрылась, китаец подошёл к Кеплеру и протянул ему беспроводной телефон. Он был громоздким, явно китайского производства. Дисплей показывал, что линия уже открыта. Кеплер благодарно кивнул китайцу. Тот после этого отошёл в противоположный угол, к стойке с бесплатными информационными буклетами.
— Люгер, — сказал Кеплер в телефон.
— Добрый день, мистер Лгун, — холодно и без малейшего намёка на дружелюбие поприветствовал его Сюэнг. — Чего вы хотите?
— Я не лгал вам, Сюэнг, — спокойно ответил Кеплер. — Тогда я действительно не был в МОБ. Я вернулся туда только позже, потому что меня пришлось эвакуировать из Австралии. — Он ненадолго умолк. — И, Сюэнг, вы уверяли, что служите в Министерстве государственной безопасности, хотя на самом деле работаете на военную разведку.
— И как вы до этого додумались?
— Вы владеете военным стилем кун-фу и имеете свободный доступ на военные базы. — Кеплер сделал паузу. — Так что давайте оставим эти дурацкие обвинения и лучше перейдём к делу?
— К какому именно? — заинтересовался Сюэнг.
— Мне нужна ваша защита, — открыто ответил Кеплер.
— Да, я слышал, что вы попали в серьёзные неприятности, — сухо прокомментировал Сюэнг.
— Всё ещё хуже. Всю верхушку МОБ убили, а теперь охотятся за мной и моей женой. У нас нет прикрытия.
— И?
— Я должен позаботиться о том, чтобы никто не трогал близких нам людей, и чтобы мы с Кирой не провели остаток жизни в бегах. Для этого мне нужно выяснить, кто хочет нас убить, и почему, — ответил Кеплер. — А для этого мне нужно иметь возможность свободно передвигаться.
— И что я с этого получу? — осведомился Сюэнг. — Кроме чрезвычайно благородного чувства, что помог человеку в беде?
— Когда вы перехватили меня после посещения монастыря, вы назвали меня коллегой, — напомнил ему Кеплер.
— Но вы не захотели работать на нас, — парировал Сюэнг.
— Поэтому я готов заплатить пятьсот тысяч долларов США за два хороших чистых паспорта, — предложил Кеплер.
— Мало, — сразу ответил китаец. — До свидания.
— Подождите! — сказал Кеплер. — Пожалуйста, подождите!
— Что ещё? — раздражённо спросил Сюэнг.
— Хотя бы быстро доставьте нас в ЮАР — за эти полмиллиона.
— Мистер Люгер, КНР совсем не нуждается в половине миллиона долларов, — пренебрежительно отклонил Сюэнг и эту просьбу.
— Это я начинаю понимать, — раздражённо буркнул Кеплер. — А ведь я спас вам жизнь.
— Возможно, — поправил его Сюэнг. — Люгер, вы беглый преступник, я не могу вам помочь.
— Но Китаю всё ещё нужен хром, — заявил Кеплер.
— Что вы имеете в виду? — спросил Сюэнг уже без прежнего пренебрежения.
Кеплер перевёл дыхание.
— Сюэнг, я не могу обещать, что получится, но обещаю, что сделаю всё, чтобы Китай смог очень выгодно купить хромовый рудник в Конго или взять его в аренду на девяносто девять лет.
— Да ну? — произнёс Сюэнг хоть и насмешливо, но вдруг уже с искренним интересом. — И как вы, в вашем положении, собираетесь это устроить?
— Я попрошу Зуму поступить именно так, — объяснил Кеплер.
— И почему юарский президент, скажите на милость, должен последовать предложению агента-отступника МОБ? — захотел узнать Сюэнг.
— Потому что я оказал Джейкобу Зуме точно такую же услугу, как и вам, Сюэнг, — отчётливо ответил Кеплер. — Я его не убил, хотя имел такую возможность и он этого совершенно точно заслуживал. — Молчание Сюэнга, возможно, говорило о том, что послание дошло. Или китаец просто просчитывал варианты. — Не прошло и года с тех пор, как вы попросили меня именно об этом, — медленно прощупывал почву Кеплер. — Может быть, это была всего лишь провокация или отвлекающий манёвр, я ведь не знаю, предпринимал ли Грэди когда-нибудь что-то в этом направлении. — Он сделал короткую паузу. — Но одно несомненно: вы вернулись домой без рудника, вы провалили операцию. И всё же вас не только не казнили, но даже повысили. Это, наверное, свидетельствует о том, что вы ценный специалист. Но и о том, что вам нужно реабилитироваться и всё-таки организовать рудник. Причём в течение двух лет, верно? — предположил он. — Я ведь узнал, что один юарский концерн в следующем году хочет начать добычу. — Он ненадолго умолк. — Значит, сейчас середина срока, и половина вашего испытательного срока уже прошла.
Кеплер замолчал и услышал, как Сюэнг тихо перевёл дыхание.
— Как именно вы собираетесь это устроить? — затем мрачно поинтересовался он.
— Это моё дело, — ответил Кеплер. — Позаботьтесь обо мне, и я снова спасу вам шею. В который раз.
— Люгер, я вам не вполне доверяю, — недовольно, но открыто пояснил Сюэнг.
— Иначе вы были бы совершенно не на своём месте, — ответил Кеплер. — Скажу совсем прямо: мне ваша помощь нужна так же срочно, как вам моя. Я должен иметь возможность защитить жену, семью и друзей, которые у меня, как ни странно, ещё есть. — Он сделал короткую паузу. — И в знак моей честности: тогда я сдал вас Грэди, Сюэнг. После этого он вычислил вашего шпиона в МОБ и через него подбрасывал вам дезинформацию. Теперь директор мёртв, так что неважно, что вы это знаете, разве что как доказательство моей искренности. — Он сделал паузу. — Но я надеюсь, вы не будете злиться на этого парня. У него не было выбора.
— Это была женщина, а не мужчина, — проворчал Сюэнг. Потом он вдруг весело рассмеялся. — Знаете что, Люгер? Вы до тошноты честный лжец, и вы мне почти нравитесь. — Он снова рассмеялся. — Дама обратилась к нам с точно такой же историей едва ли не сразу после того, как взорвалась машина Грэди. Давление, под которым ваш милейший директор её держал, было огромным. Она во всём призналась и в качестве компенсации передала нам самые разные сведения. — Он снова стал совершенно серьёзен. — Итак, Люгер, как получилось, что вы нервируете наше посольство в Кении, хотя вообще-то числитесь пропавшим без вести в Судане?
Кеплер весело почесал лоб, теперь он дышал свободнее.
— Вы ведь не ждёте на это серьёзного ответа, Сюэнг, правда?
— Не-а, — сказал китаец. — Не думаю, что он мне понравился бы. — Он замолчал на секунду. — Хорошо, Люгер, я вам помогу. Но, — его тон стал режуще резким, — я ожидаю, что за это дело с рудником вы возьмётесь так же бескомпромиссно, как тогда в Конго.
— Сюэнг, я сделаю всё, чтобы выполнить это обещание, — ответил Кеплер не менее резко, чем китаец. — А информацию, которая попутно всплывёт в этом деле, вы можете использовать как хотите. Но, Сюэнг, речь идёт только о руднике: услуга за услугу, ничего больше. Я не буду выполнять никаких заданий ни для Гоцзя Аньцюань Бу, ни для Чжун Чань Эр Бу. Я не перебегаю к Китаю, это только сделка.
— Это только сделка, — подтвердил Сюэнг. — Потому что я уже не уверен, хотим ли мы вообще вас заполучить. — Его тон стал заметно спокойнее. — И, Люгер, путунхуа у вас хоть и неплохой, но звук «п» с придыханием у вас часто получается просто ужасно. Потренируйте, пожалуйста.
— Хорошо, Сюэнг, спасибо.
— Пожалуйста. Мне здесь надо кое-что закончить, но послезавтра я прилечу в Найроби и вывезу вас в ЮАР. — Тон Сюэнга снова изменился. — И раз уж теперь мы дружественные деловые партнёры, оставим «нинь», в современном китайском обращение на «вы» почти устарело. — Он помолчал секунду. — Значит, я буду называть тебя Джо. А ты меня — Хао.
— Договорились, — с усмешкой ответил Кеплер.
В Китае было всего лишь немного больше семисот фамилий, «Сюэнг» был просто ничего не значащим набором звуков, похожим на ханьский китайский, этнический путунхуа. А слово «хао» в этом языке было не именем собственным, а лишь обозначением псевдонима, не имевшим отношения к настоящей фамилии. Но переход на «ты», по крайней мере, означал что-то вроде протянутой не во вражде руки.
— Мисс Грэди говорит на путунхуа? — деловито спросил Сюэнг.
— Бывшая мисс Грэди, — поправил Кеплер. — Нет, не говорит.
— Жаль. Тогда до встречи через несколько дней, — сказал Сюэнг.
Он внезапно отключился. Кеплер выключил телефон и некоторое время смотрел на него. Позиция, в которую он теперь себя загнал, была не лучшей из возможных. Она была единственно возможной. Он перевёл дыхание, выпрямился и посмотрел на Киру. Она спокойно смотрела в ответ.
— Путь в ЮАР открыт, — тихо сказал Кеплер.
— Хорошо, — мрачно ответила его жена.
Глава 11
Кеплера и Киру отвели в пустую комнату, где не было ничего, кроме узкой кровати, маленькой тумбочки с лампой и телефонной розетки. В Кении это было для них, пожалуй, самое безопасное место.
Вскоре Кеплеру и Кире вернули их вещи. Мужчина, принёсший чехол с винтовкой и рюкзак, спросил, что Кеплер и Кира хотят поесть. Им было всё равно. Когда мужчина ушёл, они проверили свои вещи. Ничего не пропало, только пистолеты были разряжены. Китаец вернулся с двумя порциями жареной утки с рисом. За едой Кеплер тихо посмеивался над собой. Он жил в Китае, владел путунхуа — во всяком случае, более-менее — и в юности не только изучал боевое искусство этой страны, но и кое-что узнал от своего мастера и о её культуре. Опыт Киры с Китаем, напротив, ограничивался посещением китайских ресторанов на африканской земле. И всё равно с палочками она управлялась лучше.
После еды Кеплер и Кира легли в кровать. Они крепко держались друг за друга, пока их растерянность сгущалась, как темнота за окном. Но они были друг у друга. И когда-то уснули.
*****
Утро наступило внезапно, словно солнце выпрыгнуло из-за расположенного неподалёку экватора. Вскоре после этого в дверь настойчиво постучали. Кеплер открыл. Это был вчерашний китаец, в руках он держал поднос с завтраком. Он передал его Кеплеру, сказал, что через час они с Кирой должны быть готовы к отъезду, и снова ушёл.
Кеплер и Кира поели, потом она достала из рюкзака чистое бельё и пошла в ванную. Кеплер начал растягиваться. Вдруг он услышал глухой удар и сдавленный вскрик Киры. Он бросился к ванной, бросился на дверь и вместе с ней влетел в маленькое помещение. Он снова оказался на ногах так быстро, как позволяли возможности его тела.
Кира сидела, прислонившись к стене, с болезненно-злой гримасой и обеими руками держалась за правую лодыжку. Вода из душевой лейки струилась на неё и текла по лицу. Она посмотрела на Кеплера и, несмотря на стиснутые зубы, попыталась ему улыбнуться.
— Я пережила Судан без единой царапины, — прохрипела она, — и поскользнулась в душе. — Её лицо исказилось от злости на саму себя. — Вот и тупая корова я, да, Джо?
Кеплер сел рядом с ней. Он обнял её левой рукой за плечи. Правой он взял Киру за подбородок и повернул её лицо к себе, чтобы она смотрела на него. Кира попыталась отвести глаза, но он сжал пальцы, пока она снова не посмотрела на него. Однако едва он ослабил хватку, Кира опять отвела взгляд. Кеплер встряхнул её.
— Ты даже глупая корова, — прорычал он, когда она снова посмотрела на него. — Ты не виновата, что они мертвы. Отпусти, Кира, ты в этом не виновата.
Она часто заморгала, потом согнулась. Кеплер отпустил её подбородок, прижал её к себе и погладил по волосам. Кира дрожала, пытаясь и дальше подавить давно сдерживаемый плач. Но потом вцепилась в Кеплера, и её душевная боль вырвалась из неё беспомощным стоном. И она заплакала в бесконечной скорби по отцу и друзьям.
Кеплер держал её, пока она не выплакала своё горе. Она отстранилась от него, и когда он посмотрел ей в глаза, они снова были спокойными, как раньше, а глубоко в них горел неуступчивый огонь холодной решимости. Кира провела обеими руками по лицу и перевела дыхание.
— Я снова в порядке, Джо, можешь отпустить меня.
Кеплер кивнул и потянулся к её лодыжке. Когда он до неё дотронулся, Кира скривилась от боли, но сразу попыталась встать. Кеплер помог ей подняться и вытер её. Он помог ей одеться, потом поддержал её по пути обратно в комнату. Там Кира села на кровать, подтянула рюкзак и достала перевязочный пакет. Она быстро забинтовала вывихнутую лодыжку, закусила нижнюю губу и натянула ботинок.
*****
Едва назначенный час истёк, как в дверь снова постучали. Кеплер подошёл и открыл её. Там стоял Сюэнг в сопровождении двух коренастых мускулистых мужчин. Кеплер открыл дверь шире. В следующее мгновение он получил страшный удар в живот, выбивший воздух из лёгких и буквально сложивший его пополам. Прежде чем он успел хоть как-то отреагировать, к его голове приставили пистолет. Один из двух мужчин толчком развернул его и прижал к стене.
— Ни звука, — прошептал другой, который держал пистолет у его головы.
Первый тем временем рванул его руки назад и стянул их за спиной кабельными стяжками. Потом вытащил пистолет и пошёл вперёд. Второй зажал Кеплеру рот и втолкнул его за первым в комнату. Сюэнг вошёл следом и закрыл дверь. Кира вскочила, но замерла, глядя на направленный на неё пистолет. Потом растерянно и зло посмотрела на Кеплера. Сюэнг вытащил пистолет Тип-64 и направил ей в голову.
— Ты ведь не пытаешься снова меня провести, Джо? — осведомился он.
— Нет, Хао, — ответил Кеплер. — Пожалуйста, опусти оружие.
— Сейчас. — Сюэнг посмотрел на Киру, и она спокойно выдержала его взгляд. — Я тебя сейчас как следует отымею, — пообещал он ей на путунхуа.
Кеплер взял себя в руки и не двинулся с места. Теперь он понимал, что здесь происходит: Сюэнг должен был убедиться. Кира по-прежнему спокойно смотрела на него. Сюэнг испытующе посмотрел на неё и назвал шлюхой. Кира не отреагировала.
— Гань ни ба, — медленно и отчётливо произнёс Сюэнг.
Уже было достаточно ясно, что Кира не понимает путунхуа; ещё раз проверять это, говоря ей, чтобы она трахнула своего отца, было лишним. Прежде чем Кеплер непроизвольно вывернулся из хватки китайца у себя за спиной, Сюэнг примирительно поднял свободную руку.
— На кону слишком многое, Джо. — Тип-64 он не опустил, но смотрел на Кеплера. — Итак, по всей форме: прости меня. — Его тон снова стал жёстким. — Расскажи мне всю историю с самого начала. На путунхуа.
Кеплер перевёл дыхание и начал говорить. Когда он закончил излагать события, ухмылялись и Сюэнг, и его подручные.
— Джо, я же сказал тебе тренировать придыхание, — сказал Сюэнг. — Кроме того, ты дважды употребил неправильный тон и один раз неправильное счётное слово.
— Ты хочешь меня застрелить за то, что я путаю счётные слова?
— Нет, сначала я послушаю версию твоей жены, — спокойно ответил Сюэнг. — Пока отвернись, пожалуйста.
Кеплер послушно опустил взгляд.
— Сейчас ты расскажешь мне точно, что с вами произошло, — потребовал Сюэнг от Киры.
Она сразу выполнила указание. Ещё пока она рассказывала, как они с Кеплером добрались до Найроби, Сюэнг убрал свой Тип-64. Его люди сделали то же самое. Потом кабельную стяжку разрезали.
— Что он мне сказал? — спросила Кира на африкаанс, пока Кеплер растирал запястья, восстанавливая кровообращение.
— Он тебя оскорбил, — ответил он.
— Обычно? — заострённо спросила Кира. — Шлюхой? И всё?
— Да, — солгал Кеплер, чтобы не поставить под угрозу то, чего они добились у Сюэнга.
Кира посмотрела на Сюэнга, который открыто смотрел на неё, потом молниеносно размахнулась и дала ему звонкую пощёчину. Кожа китайца покраснела.
— Тебе теперь легче? — неожиданно тоже на африкаанс осведомился Сюэнг. — Можем продолжать?
— Очень прошу, — невозмутимо ответила Кира.
Жестом, похожим на торжественный, Сюэнг протянул ей правую руку. После того как Кира её пожала, Сюэнг повторил этот жест с Кеплером.
— Добро пожаловать в Китайскую Народную Республику, товарищи, — сказал он. — Он посмотрел на Кеплера и с ошеломлённым весельем покачал головой. — До сих пор не верю, что только что сказал это тебе. Но на данный момент так и есть. — Он коротко повёл головой, и двое его спутников вышли из комнаты. Сюэнг подождал, пока дверь снова закроется. — Кого ты разозлил в последнее время, Джо? — осведомился он.
— Только суданцев и англичан, насколько я знаю, — ответил Кеплер.
— Ну тогда сложи два и два, — предложил Сюэнг.
— Почему-то получается ровно пять, — после некоторого раздумья сказал Кеплер. — У моих действий были причины, ни те, ни другие не решились бы на такую месть, ЮАР полностью уничтожила бы их на международном уровне. А разыскивают меня только для проформы.
Кира громко хлопнула в ладони.
— Вы двое можете в моём присутствии говорить по-английски или на африкаанс?
Кеплер извинился, потом пересказал разговор с Сюэнгом.
— Об этом бесполезно гадать, — подвела итог Кира. — План был в том, чтобы отправиться в ЮАР и всё выяснить. Хватит трепаться впустую.
— Хорошо, мисс Грэди, — начал Сюэнг.
— Миссис Люгер, — холодно и подчёркнуто поправила Кира.
— Не то чтобы я тебе сейчас очень завидовал, Джо, — позволил себе заметить Сюэнг, правда, на путунхуа. — Потом он откашлялся. — Мы снабдим вас нашими паспортами, вы китайские граждане европейского происхождения, работающие на Министерство иностранных дел, — продолжил он по-английски. — В Китае сейчас уже несколько тысяч натурализованных выходцев с Запада. Некоторые — разоблачённые шпионы, которые теперь официально работают на Народную Республику. Об этом, конечно, молчат, но это и так достаточно известно. — Сюэнг посмотрел на Киру. — Это объясняет, почему ты не знаешь путунхуа. — Он перевёл взгляд на Кеплера. — А поскольку ты говоришь по-китайски, и чтобы это не слишком бросалось в глаза, ты потомок немцев из колонии в Цзяочжоу, оставшихся в Китае. Ты убедил Киру шпионить на Народную Республику.
— Это всё не слишком похоже на правду, Хао? — спросила Кира.
— Так и должно быть, — жалобно ответил Сюэнг. — Потому что, моя дорогая, тебе не поверят ни как домохозяйке, ни как инженеру, верно?
— Ладно, ты прав, — признала Кира.
— Большое спасибо.
Сюэнг снова посмотрел на Кеплера.
— Но с тобой у нас проблема: за тобой охотится полмира.
— И?
— У тебя странная биометрия, — сообщил ему Сюэнг. — Нос у тебя совершенно обычный, но он доминирует во внешности, как установил наш компьютер. Если его немного изменить, ты выпадешь из грубых параметров поиска. При полной проверке тебя, конечно, идентифицируют, но она длится намного дольше.
— И при этом установят, что мой паспорт поддельный, — предположил Кеплер.
— Логично, — подтвердил Сюэнг. — Потому что если вы попадётесь, то получили вы их не от нас, а как-то раздобыли сами, — недвусмысленно добавил он. — Но эти паспорта действительно хорошие, так что тебя и не узнают. Во всяком случае, машины. Теоретически.
— Сколько длится такая коррекция носа? — осведомился Кеплер.
— Его надо только совсем немного сместить. Лучше всего вправо.
Сюэнг злорадно оскалился. Кеплер кивнул, потом немного повернул голову. В следующее мгновение Сюэнг жёстким ударом сломал ему нос.
— Ох, господи. — Он блаженно оскалился. — Как давно я хотел это сделать.
Кира сдавленно зарычала. Кеплер пошевелил носом. Тот ощущался странно разболтанным. Он посмотрел на Сюэнга.
— Теперь меня не арестуют сразу в первом аэропорту, да? — спросил он. — Его наверняка надо зафиксировать, чтобы он сросся криво?
— Правильно. Разве не больно? — как-то обиженно спросил Сюэнг.
— Больно, — поспешил сказать Кеплер. — В каком-то смысле.
— Ты, однако, умеешь испортить человеку всю радость, — пожаловался Сюэнг. — Он достал пластырь, потом лист бумаги из левого внутреннего кармана пиджака. Он протянул Кеплеру пластырь, развернул лист и посмотрел в него. Кеплер тем временем разорвал упаковку. — Смотри на меня, — приказал Сюэнг. — Кеплер поднял и повернул голову. Сюэнг посмотрел сначала на него, потом на бумагу. — На волосок дальше вправо, — приказал он. — Кеплер надавил на кончик носа. — Я сказал: на волосок, — проворчал после этого Сюэнг. — Значит, обратно. На два миллиметра.
После этой коррекции он удовлетворённо кивнул. Кеплер протянул пластырь Кире.
— Сделай ты, — попросил он. — А то я опять слишком сильно сдвину, и этот эстет здесь снова рассердится.
Пальцы Киры ощущались на его лице как лёгкое дуновение.
— Через два дня отёк должен сойти, тогда пластырь можно будет снять, — сказал Сюэнг и поднялся. — Тогда мы закончим твой паспорт и после этого доставим вас в ЮАР. — Он вдруг лукаво улыбнулся. — Ночью будьте осторожны, чтобы нос не съехал.
Когда он вышел, Кира посмотрела ему вслед не зло, но с упрёком.
— Это правда было необходимо, Джо? — спросила она затем.
— Если это может обмануть машины, вреда не будет, — ответил Кеплер. — А уродство бросается в глаза, приковывает внимание, и запоминают лишь его. — Он улыбнулся. — Ты ведь любишь меня и таким?
— Да. — Его жена не улыбалась, только смотрела на него. — Навсегда, Джо.
Глава 12
За окнами самолёта раскинулось африканское небо. В сущности, оно выглядело так же, как везде в мире, — и всё-таки иначе. Эта бесконечная синяя ширь не отпускала Кеплера с тех пор, как много лет назад он ступил на горячий асфальт международного аэропорта Хартума.
Под самолётом промчалось облако, и это резко напомнило Кеплеру, что он движется со скоростью почти девятьсот километров в час. И что рядом с ним сидит Кира, поджав ноги, и что её голова лежит у него на плече. Она спала, доверчиво держа его за руку.
Сюэнг мог быть спецназовцем, генералом военной разведки, политиком, торговым атташе и ещё кем угодно, но спал он, как маленький мальчик: свернувшись калачиком, поджав ноги, на левом боку, на широком диване по правому борту, обе руки под щекой. Лоб у него был слегка нахмурен, но губы снова и снова трогала слабая, мирная улыбка.
Кеплер посмотрел наружу. Несколько лет назад он точно так же смотрел в Киншасе из окна другого самолёта. Тогда он летел, чтобы сорвать план китайца, который сейчас спал неподалёку от него. В конечном счёте он спас этого человека. А теперь Сюэнг помогал ему. Потому что другие мужчины, которые тогда были рядом с Кеплером, уже не жили.
Мысль о Буди и Смите прервала стюардесса, осторожно потрясшая Сюэнга за плечо. Он открыл глаза, и женщина что-то прошептала ему на ухо. Потом она ушла. Сюэнг сел, зевнул, потёр глаза, потянулся, затем встал. Несколько мгновений он рассматривал Киру. Его взгляд был ещё слегка сонным и немного удивлённым.
— Когда видишь её такой, почти не верится, что она одна из нас, — прошептал он. — Я слышал о ней такое… — Он осёкся. — Готовьтесь, Джо, мы скоро начинаем заход на посадку в Йоханнесбурге.
Кеплер кивнул, и Сюэнг ушёл. Некоторое время Кеплер ещё сидел неподвижно и смотрел в лицо своей жены. Потом, когда самолёт опустил нос, он мягко потряс Киру за плечо.
Они молча держались за руки, пока Бомбардье Глобал Экспресс XRS разворачивался на чёрную ленту полосы ноль-три правая / два-один левая.
*****
Роскошный бизнес-джет китайских ВВС и паспорта с отметками о том, что их владельцы работают в посольстве в ЮАР, очевидно, означали, что рудник был очень важен для Китая. То, что Кеплера и Киру сопровождал генерал разведслужбы, было, пожалуй, признаком того, что китайцы им не особенно доверяли.
О. Р. Тамбо выполнял ещё и функцию аэропорта при резиденции правительства, потому что у Претории собственного аэропорта не было. После руления Бомбардье направили на отдельную площадку, где стоял Виккерс VC10 с британскими опознавательными знаками. XRS остановился рядом с ним, оба двигателя Роллс-Ройс отключили, и они затихли с умирающим свистом.
Рюкзак и чехол с винтовкой прошли контроль как дипломатический багаж в больших жёстких чемоданах, не привлекавших внимания. Зато сами Кеплер и Кира внимание привлекали. Но лишь настолько, насколько предсказал Сюэнг. Юарский таможенник с довольно заметным любопытством, но профессионально присмотрелся особенно к Кире; для него, пожалуй, было внове видеть человека, который явно был двойным агентом.
С Кирой Сюэнг особенно не старался: по паспорту её звали Кира Чэнь. Это не было необычным, даже многие китайцы теперь носили западные имена, а фамилия была китайской. С Кеплером Сюэнг, однако, проявил чувство юмора: он значился как Цзяньбяо — кинжал. Это был китайский перевод английского значения его настоящего имени, и именно «цзяньбяо» он тогда, после поездки в Китай, оставил в туалете в Йоханнесбурге как привет, когда снял подсунутые ему жучки.
Таможенник довольно быстро проверил паспорта, поставил в них штампы и, снова нейтрально улыбаясь, произнёс приветствие.
*****
Один из одетых в чёрное китайцев, стоявших рядом с двумя Мерседесами S-класса перед выходом из терминала, распахнул заднюю дверь переднего длинного лимузина, едва увидел Сюэнга. Другой снял чемоданы с багажных тележек и уложил их в багажник. Всё это заняло меньше двух минут, потом обе машины тронулись.