Визави. За гранью неукротимости

Савелий

Ты всё, что мне нужно - Странное исполнение

Я, как законченный придурок, решил проследить за Дарсией. Мне стало интересно, чем она занимается и куда постоянно ездит. Я незаметно последовал за ней. Выскочив на улицу, на мгновение растерялся – поехать на своей машине не мог, она бы заметила меня. К счастью, прямо под подъездом стояло такси. Я плюхнулся на пассажирское сиденье.

— Трогайся! Быстрее-быстрее, — подгонял водителя. — Езжай за девушкой на байке.

По пути пришлось объяснить, что я не заказчик, а прохожий, и доплачу в двойном размере. Ему по шапке достанется, но с работы не уволят.

— Эх, молодёжь Мне бы ваши годы, — пробормотал старик. — Девчонка неукротимая?

Я смотрел ей в спину.

— Типа того.

Внешне я держался невозмутимо, но в глубине души меня терзали два чувства: томительное предвкушение – что я, наконец, узнаю правду; и тревога – вдруг мне не следовало владеть этой информацией.

Обратной дороги уже не было.

Дарсия ехала неспешно, поначалу мы успевали за ней, а потом потеряли в ряде поворотов и предательских светофорах.

— Не судьба. Значит, так надо, — капал на мозг водитель. — Не серчай.

Я отказывался сдаваться. Мы медленно прочёсывали улицы, где она могла затеряться.

Сегодня был явно мой день: возле пивной среди прочих стоял припаркованный её байк. Нехорошее предчувствие подкралось к горлу.

Я скользнул взглядом по окнам заведения и заметил её. Среди мужиков.

Продолжал сидеть, будто прибитый к месту. Шок охватил мерзкими щупальцами.

Водитель проследил за моим взглядом и, верно сообразив, сказал:

— Сочувствую тебе, парень. Едем обратно?

Вся моя сущность кричала: свали отсюда. Но головой понимал: нельзя, всему может быть объяснение.

— Спасибо за помощь, — протянул старику деньги и вышел.

Он опустил стекло и подкинул напутственные слова:

— Не наделай глупостей! Потом пожалеешь.

Я кивнул. Машина тронулась и скрылась за углом.

Лучше сладкая ложь, чем горькая правда? Сейчас я бы выбрал первое.

Я сидел на бордюре напротив широкого окна, словно перед телевизором. Сил не было даже встать. Ей было хорошо, там, среди незнакомых мне мужчин. Она смеялась, касалась их, обнималась с одним из парней.

На улице было темно и сыро, холод пробирался до костей. Но руки дрожали не от него. Я спрятал их в карманы и сжимал кулаки, пытаясь унять эту необъяснимую дрожь. Старался заглушить вихрь эмоций.

Я мог ворваться, устроить переполох и увести Дашу, выставив её на посмешище. А имело ли это смысл? Ей это надо?

Вот где действительно своя жизнь.

Сердце колотилось болезненно. Бессилие сменялось злостью – жгучей и острой – и глубоким разочарованием. Я представил сотни, тысячу оправданий, одно смешнее другого, и каждое звучало бредово. Рассмеялся вслух, наверное, со стороны выглядел как псих. Она реально сводила меня с ума.

В какой момент я успел приобрести столько эмоций?

К бесу. Плюнул. Хотел встать и уйти. И в ту же секунду Даша поднялась и ушла – то ли к выходу, то ли в уборную. Взгляд здоровяка у бара, провожавшего её, заставил меня насторожиться. Так смотрят на добычу.

Когда он встал, чтобы последовать за ней, я тоже вскочил.

В голове тут же всплыл флэшбэк с нашей церемонии:

« — Приветствую, — справа надменно прозвучал чей-то мужской голос.

Я обернулся: передо мной стоял высокий молодой человек, выше меня на голову. Одет он был явно не по дресс-коду: рваные джинсы и кожаная косуха. Пальцы усыпаны серебряными кольцами. Интересный тип.

Я пожал ему руку в ответ. Он сжал её доминирующе. Мне пришлось ответить сильнее и показать, кто здесь главный.

Тот хмыкнул и поспешил убрать руку.

— Не представишься? — спросил я, наклонив голову.

— Ну представлюсь. Грегор.

— Кому кем приходишься?

Этот экземпляр каким то странным образом разжигал во мне накал, и я не стал этому сопротивляться.

— Я друг, — дерзко выпалил тот.

— Семьи? Или невесты? — почему-то я был уверен во втором варианте.

Он не успел ответить, как меня коснулся по плечу отец.

— Здоров, бать, — приобнял его.

Мы ненадолго задержались в этом положении, похлопывая друг друга по спине.

Когда я оглянулся, дерзкого парня уже не было.»

И вот я, разочарованный, на ватных ногах вышел на улицу. Дарсия кричала за спиной, чтобы я остановился, обещая всё объяснить. А на душе было паршиво. Мерзко.

Пошёл дождь. Это к лучшему: он как будто остепенил меня.

— Остановись! — глухо донёсся её голос сквозь шум дождя. — Выслушай меня, пожалуйста.

Я хмыкнул. Остановился. Но не обернулся.

Она обошла меня и встала напротив. Дождь промочил её насквозь. Волосы слиплись, упали тяжёлыми прядями на плечи. На ней была белая рубашка – прозрачная, прилипшая к коже.

Как бы ни злился, оставить девушку в таком виде я не мог. Снял с себя куртку и накинул её на Дашу.

Она смотрела на меня, почти не моргая, не замечая, как дождь стекает по её лицу. Потом прильнула ко мне, обхватив руками и крепко прижавшись головой к груди. Надежда – тупая, упрямая, как зажжённая спичка в темноте, вспыхнула где-то внутри. Руки сами потянулись в ответ. Правой я коснулся её головы, левую положил ей на спину. Опустил подбородок и прикоснулся им к мокрой макушке Даши.

Заметил мигающие фары. Присмотрелся. Вернулся мой старик.

— Садитесь живо! Замёрзнете, — крикнул он, высунувшись из-за двери.

***

Мы согрелись. Сначала душ приняла Даша, потом я. Никто из нас не осмелился начать первым.

Я достал из шкафа махровый плед и зашёл в комнату Даши. Она сидела в центре кровати, подогнув ноги под себя, и что-то перебирала в руках, глядя в пустоту.

Неспешно подкрался, аккуратно накинул плед на её плечи, чуть поправив его спереди. Она не шелохнулась.

Развернулся, чтобы оставить её наедине с мыслями, и тогда она окликнула меня:

— Я не хотела его целовать, — короткая пауза. — Это было его условием. Тогда он заменит Комету на конкурсе, понимаешь?

— Не понимаю.

Я остался на прежнем месте, всё ещё глядя не на Дашу, а на выход из комнаты.

— У нас через пару дней гонки. Комета – самый неопытный из нас. Он рвётся участвовать, а мы против, потому что боимся за него. Грегор обещал помочь, подменить его. Но

— А ты? — посмотрел на неё. — Ты опытная?

Мы встретились глазами. Она смотрела честно, без тени сомнения.

— Да, Сав, у меня достаточно опыта для участия.

— Если ты уверена, я не стану тебя отговаривать.

— Буду благодарна тебе за это. Присядешь?

Даша подвинулась, приглашая меня занять место рядом с ней.

Я сел. Кровать чуть прогнулась, и тело девушки непроизвольно наклонилось ко мне. Я ощутил тепло в месте соприкосновения. Никто отодвигаться не стал.

— Ты следил за мной? — её голос чуть дрогнул.

— Следил, — увиливать было глупо. — Я хотел увидеть своими глазами то, что скрываешь от меня.

— Они для меня как семья. Как братья. Ребята тебе понравятся.

— Этот тип, Грегор, кто он тебе?

Я ловил все эмоции на её лице: то, чего она не скажет, – прочту.

Она отвела взгляд в сторону, уголок губ нервно дёрнулся, это было мимолётно, но заметно.

— Мы были друзьями. После одного инцидента он стал никем. И для меня, и для ребят. Не спрашивай почему, — она посмотрела на меня. Я кивнул. — А сейчас нам понадобилась его помощь.

Наступила короткая пауза. Настенные часы тикали оглушительно громко.

— Ты всегда можешь положиться на меня. Я с тобой честен. И если тебе нужна помощь – я помогу.

Столкнулись взглядами. Губы Даши дрогнули в едва заметной улыбке.

— Я знаю. Спасибо, Сав.

Было видно, что она не хочет продолжать эту тему. Пришлось сменить направление:

— А учёба? Ты ходишь на занятия?

— Я не поступала в универ.

— Реально? — я склонил голову, чтобы увидеть её реакцию.

Майкл, когда мы ездили к ним заключать договор о помолвке, говорил, что Дарсия «вся в учёбе». Поэтому я думал, что она учится. В действительности я почти ничего о ней не знал.

Дарсия пожала плечами.

— Ты не хочешь учиться?

— А хочу жениться, — усмехнулась она. — Хочу. Просто так сложились обстоятельства.

Мы впервые за всё это время разговаривали. По-настоящему. Как близкие. Она рассказывала смешные истории, в основном про ребят, гонки. Я понял, что это самая важная и неотъемлемая часть её жизни – так же, как для меня бокс и стрельба.

Она пообещала, что в следующем году поступит в университет. И я поддержу её. Я удивился, когда она попросилась пойти со мной на работу: ей действительно интересно. Горящие глаза не подделаешь.

Когда заговорили о Майкле, она сразу же замкнулась. Запретная для неё тема. Я догадывался, что их отношения далеки от идеала, и хотел выяснить подробности. Не сегодня – значит в следующий раз. Но я всё равно это сделаю.

— Я поеду с тобой. На гонки.

Она удивлённо распахнула глаза, не веря услышанному. Её губы растянулись в широкой улыбке.

В груди разгорелось притягательное, сладкое чувство.

— Ты серьёзно?

— Когда я был несерьёзен?

Даша весело взвизгнула и обняла меня за шею. В порыве эмоций она прижалась к моей щеке и крепко поцеловала. Затем, растерявшись, опустила глаза и неторопливо убрала руки с моих плеч. Я провёл по ней взглядом, довольно ухмыляясь.

Дашка предложила посмотреть фильм. Я предполагал, что мы пойдём в зал и устроимся на диване, но по её инициативе мы легли на кровать и включили фильм на телефоне. Свет от экрана мягко ложился на наши лица.

Сначала мы просто касались друг друга плечами. Не знаю, как для Даши, но для меня время здесь и сейчас будто замедлилось: я не вникал в сюжет, а жил в одном прикосновении – предельно ясном и ощутимом.

Она постепенно засыпала. Дыхание стало ровнее. Я покосился на неё, слегка приподняв голову: ресницы опустились, губы чуть расслабились.

Когда я почувствовал, как её голова опустилась на моё плечо, что-то бесшумное и горячее расплылось внутри. Я повернул голову и глубоко вдохнул – её волосы пахли цветочным шампунем и чем-то ещё... родным.

В этот момент что-то произошло.

Невесомость. Доверие. Близость.

Мне было приятно просто лежать и слушать её ровный вдох-выдох, редкие подёргивания тела, говорящие о переходе в глубокий сон.

Никаких слов не нужно. Это было тихое счастье. Всё вдруг обрело смысл.

На губах бессознательно, исходящая откуда-то из груди, появилась улыбка.

Пролежав в таком положении ещё какое-то время, я аккуратно отстранился, стараясь не потревожить её сон. Выключил телефон, положил его на тумбочку рядом. Накрыл Дашу тем же махровым пледом, который принёс.

Засмотрелся. На её нежное, красивое, расслабленное лицо. И не сдержался: наклонился и бесшумно поцеловал её в щёку, ненадолго замерев, стараясь запечатлеть мгновение. Из глубин сна уголок её рта поднялся. Мне пришлось задержать дыхание.

Я вышел так же тихо, унеся с собой лёгкий трепет и ту самую улыбку, что никак не покидала моего лица.

Дарсия

Танцуем – Dohaka6

Сегодня, к моему удивлению, я встала раньше Савелия. Привела себя в порядок и решила приготовить неполезный завтрак. Вошла на кухню. Сначала не поняла, что изменилось, а затем… затем расплылась в улыбке: старый кухонный стол исчез, на его месте – новый, с чёрными стульями.

Я замерла, всё ещё не веря своим глазам. Он позаботился даже об этом. Савелию не всё равно.

Я отмахнулась. Нельзя очаровываться. Нельзя привыкать. Иначе потом буду выть и лезть на стену от боли. Потому что итог для нас один, и он неизбежен.

Я пекла блинчики и слушала музыку в наушниках, немного пританцовывая.

Повернулась, чтобы забрать творожную начинку со стола, и громко охнула – звук моего удивления прорвался даже сквозь музыку.

На проходе в кухню стоял Савелий, опершись плечом о стену и бесстыдно наблюдая за мной. Я успела пробежать взглядом по его свежему лицу: светло-карим глазам, ровным чётким скулам и лёгкой полуулыбке с выразительным контуром губ. Не стану скрывать – в первую очередь в глаза бросился его голый торс с подтянутыми рельефными мышцами.

Я отвернулась, всё ещё держа в голове его образ. Мои щёки наверняка пылали яркими красками.

Вытащила наушники, не оборачиваясь, и протараторила:

— Ты меня напугал. Я тут блинчики делаю. Они, конечно, не ПП, но надеюсь, сегодня сделаешь исключение, — я закрыла рот, ощутив его присутствие позади. Его ладони легли на мои плечи. Продолжила дрожащим голосом: — Ты поменял стол. Откуда у-узнал..?

— Да-ашенька, — могу поклясться, он пропел моё имя, а затем обнял, сцепив руки на моём животе. В этот момент я громко выдохнула от неожиданности и перестала дышать. Он уткнулся носом в мои волосы. — Так вкусно пахнет.

Он обо мне? О чём он?.. Боже, я не могла пошевелиться. Словно попала в капкан: опасный, трепетный и безумно приятный.

— Да, там начинка на столе, — что я несла? — Можешь помочь, если хочешь. Завернуть.

Он медленно, как бы неохотно, убрал руки с моего живота и отстранился. По спине пробежал холодок от отсутствия его тела.

— Конечно. Что мне делать?

Он отошёл на пару минут и вернулся уже в футболке. Сел за стол и принялся заворачивать начинку в блинчики.

Пока я пекла новую партию, украдкой следила за его аккуратными, отточенными движениями пальцев. Невольно посмотрела на его кисти рук, задержалась на венках, на играющих мышцах предплечий и широких плечах. Увидев его ухмылку, я резко повернулась к подгоревшему блинчику. Да, чёрт возьми, что со мной?! Овуляция, что ли! Вела себя как изголодавшаяся дикарка, а на деле не соображала вовсе.

Свой невидимый, горящий пыл я постаралась потушить.

За непринуждёнными разговорами и его смехом! мы с удовольствием съели совместно приготовленный сладкий завтрак.

По моей вчерашней просьбе приехали к нему на работу, несмотря на выходной. Савелий рассказал, что часто заезжает сюда в нерабочий день пострелять и побыть наедине с собой. А теперь – и со мной.

Воздух в тире был густо пропитан запахом металла и тёплой резины. Внутри разгоралось чувство предвкушения и страха. Я ведь ещё ни разу не стреляла.

Я надела наушники, заняла позицию за стрелковым столом. Пистолет в моей руке казался ледяным, каким-то чужим.

Он стоял позади, но я ощущала его пристальный взгляд.

Незаметно приблизился и тихо сказал:

— Отпусти плечи, — в голосе слышалась не команда – в словах витала забота.

Его ладонь мягко коснулась моего предплечья, он поправил руку и зафиксировал её в нужном положении. Прикосновение было коротким, рабочим, что ли, но таким, что внутри снова вспыхнул утренний пыл.

Я вздохнула, ощутила, как горят щёки. Рука предательски затряслась. Я пыталась унять её, но не получилось. Выпрямилась, руки невольно легли вдоль тела. Савелий поймал мой взгляд.

— Чего ты? Не волнуйся, — он медленно провёл ладонями по моим плечам вниз. — Всё хорошо, Дашка. Я же страхую.

Знал бы он, что меня волнует не стрельба.

Я мысленно ругала себя за рассеянность, за то что поддаюсь чувствам.

Постаралась успокоиться и заняла прежнюю стойку, всё в точности. Савелий изучил, не стал поправлять – значит, всё верно. На этот раз рука не тряслась. Я сумела сосредоточиться исключительно на оружии и мишени.

— Смотри на центр, — негромко. Он наклонился так, что лица оказались почти на одном уровне. Я вдохнула. Почувствовала его терпкий и очень тонкий аромат духов. Его дыхание слегка коснулось моей щеки. Лишь на миг, но достаточно, чтобы я снова отвлеклась на него. Я кивнула. Закрыла один глаз и прицелилась. — Вот так. Молодец.

Выстрелы прорезали пространство, как и волны, прокатившиеся по моему телу. На бумаге виднелись аккуратные дырки, немного правее центра.

Сава улыбнулся. Я поняла, что это одобрение.

— Ты быстро учишься, — произнёс он.

Он отстранился на шаг. Я расслабилась, но ненадолго. Кисть непроизвольно дрогнула, когда Савелий поправил мои наушники и, слегка коснувшись, провёл пальцами от затылка вниз по шее.

— Можешь повторить серию. Теперь без меня, — сказал он строже, но одновременно мягко.

Прикосновений больше не было, я стреляла одна, а он наблюдал. Шутил, что возьмёт меня на завтрашнее соревнование.

Спустя полчаса мы стояли рядом и сосредоточенно стреляли по своим мишеням. Зал заполнился глухими, хаотичными хлопками.

Не думала, что мне настолько понравится. Я так вжилась в процесс, что не хотела выпускать оружие из рук.

— Кажется, у меня теперь появился новый хоббей! — чуть прикрикнула, опуская наушники на плечи. — Буду ходить с тобой по выходным.

— Я только рад, принцесса.

Как по команде – занавес опустился. Дверь тира отворилась, и мы оба обернулись – в проёме стояла Анастасия.

Я сглотнула вязкую, казалось, горькую слюну. Проследила за Савелием: он стоял с немым выражением лица, но тело его мгновенно напряглось.

— Как удачно я пришла! — она перевела взгляд с Савы на меня, и её улыбка медленно погасла. — Ну, почти, — добавила, снова глядя на него. — Так и знала, что застану тебя здесь.

— Зачем пришла? — ровно спросил он.

— Поговорить. В прошлый раз мы неудачно прервали беседу.

Она быстро подошла и поцеловала его в скулу.

Я напряглась. Савелий не шелохнулся, продолжая пристально смотреть на пришедшую.

— Дорогой, не обижайся на меня, — она коснулась его плеча. Я мысленно выругалась. — Не будь букой. Вспомни, как нам было хорошо.

Наверное, мой рот был приоткрыт больше, чем следовало, точнее – вовсе не следовало.

Савелий собирался что-то ответить, но я перебила:

— А я вам не мешаю, нет?

Я сжимала в себе подступающую злость. Сейчас во мне властвовала только она. И мне стало страшно от собственной смелости. Надо сваливать.

Я закатила глаза и направилась к выходу.

— Даш… — досадно прозвучало мне в спину.

— Да, лучше выйди, — приторно-миловидно сказала девушка с кошачьим именем. — Честно говоря, так будет комфортнее, — а это было уже лишним.

Я сжала губы в трубочку и резко обернулась. Выдавила улыбку.

Савелий прищурился, словно предвидя мой настрой.

— Пошла вон, — выпалила я.

Она оглянулась, выпучила глаза, её голос охрип от досады:

— Что ты сказала? — я твёрдо стояла и ждала. Она окинула меня тем же пренебрежительным взглядом, что и тогда дома. — Слушай, выйди, а. Не сотрясай воздух, — и снова повернулась к Савелию.

Его взгляд опустился на неё и медленно поднялся на меня. Уголок губ слегка дёрнулся.

В моих глазах потемнело, затем всё залила краснота. Адреналин с бешеной скоростью прокатился по жилам. Сейчас меня никто не остановит.

В жопу сдержанность и правильность.

Я уверенным шагом подошла к ней впритык и схватила за волосы. Она успела только пискнуть, пятясь назад, куда её тянуло.

Затем я с силой оттолкнула её к выходу, смахивая с руки остатки чёрных волосин.

— Ты дура сумасшедшая! — крикнула та, идя ко мне обратно. Она толкнула меня в плечо. — Савелий, она больная, ты видишь?! Идиотка!

Я прорычала и накинулась на неё. Она рухнула на пол, я оседлала её. Замахнулась, но ударить не успела: мою руку схватил Савелий.

— Даш, Даш, Даш… — пытался вразумить, оттягивая меня от этой девицы. — Успокойся.