Ксенолингвист: Сказание о Триаде

Глава 5. Распространённая фамилия

– Графиня Найл! – расплылся в широкой улыбке фиолетовый негулонианин, с радостью оторвавшись от светящейся приборной панели, возле которой он нёс своё регулярное дежурство. – Рад тебя видеть, подруга!

Витесса Найл, припарковав корабль и оформив все необходимые полётные документы, не пошла во Дворец Всеединства с братом, профессором Армандой Райли и этим чудаковатым пареньком Эдвином. Впрочем, никто её туда и не приглашал. Зато смена закончилась, а министр Таламо будет занят до вечера на своих переговорах, так что можно было спокойно отдохнуть и перевести дух. После прыжка через внезапно схлопнувшийся коридор Лагранжа у девушки до сих пор слегка тряслись руки, хотя она и была в свои двадцать пять весьма опытным пилотом Жёлтого Департамента.

– Агинак, ты бы заканчивал с романами этой... как там её? – Тесса облегчённо рухнула на мягкий белый диван, стоящий у стены в помещении смотровой рубки.

– Катрин Дюваль! Она же из ваших! – картинно возмутился довольный негулонианин. – Мадам Дюваль пишет о Старой Земле и о былых гордых порядках! Я считаю, что нам очень этого не хватает.

– Нам? – улыбнулась Тесса, глядя в огромное панорамное окно, открывающее вид на Дворец Всеединства и темнеющее небо Эттеры, освещённое фотонным сиянием города и тусклым мерцанием двух заходящих солнц. – У вас же вроде нет титулов.

– И очень напрасно, – Агинак как будто печально моргнул большими чёрными глазами и снял светящийся наручный браслет, прервав тем самым связь с приборной панелью. – Время отдохнуть. Тут до завтра ни одного визита: всё закрыто из-за этого вашего саммита...

Тесса знала Агинака уже почти четыре года – с тех пор, как впервые прилетела с братом на Эттеру. Кир Найл его на дух не переносил, вечно подозревая в скрытых мотивах, но, сказать по правде, старший брат так относился ко всем негулонианам, и конкретно этот раздражал дипломата больше прочих лишь потому, что проводил с его сестрой много времени. Рыжеволосая веснушчатая Тесса, конечно, временами давала понять, что сама вольна выбирать окружение, однако Кир был не только её старшим братом, но и начальником, потому считаться с его недовольством порой всё же приходилось.

– Слушай, а как меня вечно сюда пускают? – Тесса зевнула, чувствуя, что усталость после двух бессонных ночей берёт верх. – Я всё понимаю, но там пять или шесть ваших внизу, так хоть бы кто остановил.

– Обижаешь, миледи, – снова улыбнулся Агинак, откидываясь в диспетчерском кресле. – Мой друг – общий друг.

– А как же твоё... трио? – ухмыльнулась Тесса.

Негулонианин закатил глаза, но так как они были полностью чёрными, а бровей на его гладком фиолетовом лице не имелось, девушка, вероятнее всего, этого не поняла. Витесса Найл любила периодически подначивать Агинака на тему тройственных семей его вида, но разумных границ не переходила.

– Я у тебя тут посплю? – она распустила рыжие волосы, собранные в хвост по долгу службы, немного расстегнула китель и явно почувствовала некоторое облегчение. В посольство Третьей Федерации идти не хотелось, ведь там кто-нибудь из Жёлтого Департамента наверняка придумает ей работу и заставит ещё куда-нибудь лететь, несмотря на завершённое дежурство.

– Конечно, – располагающе развёл руками Агинак. – Выпьем чего-нибудь?

Негулонианин подошёл к мерцающей фотонным светом стене, провёл рукой сверху вниз по скрытой панели, и будто бы из ниоткуда прямо в ней материализовалась раздвижная дверца мини-бара. Тесса уже несколько лет провела на Эттере и всё это время не переставала удивляться технологиям негулониан, которые в Федерации называли «твёрдым светом». Отчего-то это научное чудо так и не прижилось в человеческом быту, хотя попытки определённо были. Кир обычно говорил, что Третья Федерация намеренно не закупает фотонные технологии, ведь для их поддержания требуются особые батареи, которые Протекторат Негулон производил исключительно на своей территории и никому не раскрывал секретов их изготовления. Сотни миров уже попали в зависимость от негулонианской техники, и люди, похоже, к этому пока не стремились.

– Жидкий фосфор? – скептически хмыкнула Тесса, заметив, как Агинак наливает что-то дымящееся из полупрозрачной бутылки в стакан. – Класс, именно его не хватало...

– Помню-помню, – звенящим и слегка пафосным голосом произнёс тот, доставая ещё одну бутылку и несколько пластиковых упаковок с какой-то едой. – Я надеялся, что ты зайдёшь, графиня. Для твоего слабенького желудка у меня кое-что имеется.

Агинак протянул ей стакан филарского кигля и несколько батончиков «Лимбо», которые совсем недавно заполонили магазины в Федерации, а теперь, похоже, появились и на Эттере.

– Ты ведь уже не на смене? – подмигнул он.

– Да, супер, – ответила Тесса, сделав несколько глотков, полагая, что Киру это бы точно не понравилось. – «Лимбо»? Класс! Сейчас и они сойдут. А тебе дежурить не надо?

Агинак сел обратно в своё кресло, демонстративно повернувшись спиной к приборной панели, будто выражая максимальную независимость.

– Говорю же: до завтра никаких визитов, – улыбнулся он. – Как ты смотришь на то, чтобы утром слетать на «Оазис»? У меня там есть одно дельце, а потом могли бы хорошенько оттянуться в их клубе. Соглашайся, графиня, ты же всё время в разъездах!

Тесса поражалась тому, насколько её друг любил шумно покутить. Мало того, что это в целом было не в духе негулониан, так он ещё и умудрялся находить злачные места даже на таких, казалось бы, серьёзных объектах, как «Оазис». Эта орбитальная ремонтная станция, кстати говоря, в хорошую погоду была видна даже с поверхности, но сейчас небо затянулось голубоватыми облаками. Девушка любила такой вид, хотя и знала, что цвет этот не естественный и возникает под действием ирболида, активно добываемого на Эттере.

– Не вопрос, – снова зевнула она, – надо только оформиться, чтобы все думали, что мне там... эй, а что это?

Агинак обернулся и посмотрел на фотонный экран, отражающий все передвижения в небе. На первый взгляд ничего особенного заметно не было.

– Ты о чём? – удивлённо спросил фиолетовый негулонианин, явно не желая возвращаться к рутинной работе.

– Я про тот корабль, – Тесса указала на экран, – как-то он странно летит, не видишь?

– Да брось ты, – отмахнулся Агинак, – обычный грузовик.

– Ага... – девушка откинула волосы с плеч за спину, встала с дивана и подошла к приборной панели, – грузовик на шестой скорости? Мне-то не рассказывай... летит к Дворцу...

– Может, Фаринак обед заказал? – рассмеялся Агинак. – Говорят, Верховный лидер просто обожает кормить гостей, чтобы потом на сытый желудок...

– И не сканируется... – перебила его Тесса, заметив, что на фотонном экране нет обычной краткой справки, светящейся возле каждого корабля, который виднелся из диспетчерской. – Слушай, он ускоряется...

– Сейчас свернёт, – уверенно ответил негулонианин, глядя на приборную панель.

Тесса напряжённо смотрела на фотонный экран, ожидая, когда же набирающий скорость корабль совершит безопасный манёвр. Агинак не являлся пилотом и, похоже, не понимал, к чему всё идёт, но ей, налетавшей уже несколько тысяч часов, было совершенно ясно, что в атмосфере скорость снижают, а не набирают. Кроме того, неизвестное судно явно скорректировало курс и теперь летело прямо на мерцающую золотом пирамиду Дворца Всеединства.

– А ну-ка, – девушка схватила со стола снятый Агинаком браслет и быстро закрепила его на своей руке, отчего тот снова засветился и дал Тессе допуск к приборам. – Где тут у тебя... а, вот оно... поглядим...

Витесса Найл частенько проводила время в этой диспетчерской башне и уже знала, как управляться с кое-каким местным оборудованием. Несколько раз щёлкнув по мерцающим экранам, она запустила прицельное сканирование.

– Ничего не показывает... – напряжённо произнесла Тесса, и весь её легкомысленный вид куда-то улетучился. – У них атториевая обшивка, Агинак. Такая только у военных кораблей!

– Но это же наше судно, – задумчиво протянул негулонианин, указывая на красный герб с золотыми вспышками, светящийся на фотонном экране. – Наверное, просто...

В этот миг загадочный корабль с шумом врезался в летящий аэромобиль, затем ударил ещё пару других, однако так и не изменил курс. Агинак наклонился к руке Тессы и прокричал прямо в браслет:

– Маррэ́ну нэ́сса! Ахнэ́ ва тэга́й!

Ответа не последовало. Корабль снова увеличил скорость и, хотя явно был слегка повреждён от столкновений, не намеревался сворачивать.

– Ахнэ́ ва тэга́й! – снова потребовал негулонианин, но опять ничего не добился.

– Не тормози, Агинак! – Тесса сорвала браслет и почти силой нацепила его на руку своего растерянного друга. – Он почти у Дворца! Сбей его! Там же Кир!

Последнее, впрочем, можно было и не говорить: даже без личного интереса девушки негулонианин обязан был как-то действовать. Нервничая и путаясь, он всё же отыскал нужные кнопки на приборной панели, и Тесса услышала, как над их головами зашумел какой-то механизм – это активировалась защитная турель на вершине башни. Через мгновение раздались два резких залпа, и к неизвестному борту устремились фотонные торпеды, каждая из которых точно достигла цели. Корабль сначала резко подбросило, после чего он с шумом взорвался и в клубах дыма полетел вниз. Спустя несколько секунд неизвестный борт с грохотом обрушился на серебристо-зелёное судно, припаркованное в сотне метров от Дворца Всеединства.

– Мёртвые звёзды! – Агинак выругался обычным для негулониан способом и сокрушённо опустился обратно в своё кресло.

– Это был тевларский транспортник... – медленно выдохнув, констатировала Тесса, наблюдая, как на земле горят теперь уже два корабля. – Ох и разорутся же они теперь!

***

Когда двери малого зала бесшумно закрылись за его спиной, Кир Найл решил, что не станет терять времени зря. Заседание продлится как минимум несколько часов, и можно сделать то, что тайно поручил ему министр Одрик Таламо, как только узнал об исчезновении коридора Лагранжа. В отличие от Тессы и профессора Арманды Райли с её подозрительным ассистентом, дипломат Найл уже пару дней знал, что у червоточин наблюдаются кое-какие проблемы, однако конкретики ему никто не сообщал. То, что произошло с коридором, через который пришлось прыгать, чтобы доставить переводчика на Эттеру, стало для министра Таламо печальным подтверждением самых мрачных прогнозов и опасений. Киру же сейчас предстояло просмотреть все отчёты за минувшие дни и прикинуть, от каких червоточин стоит ждать того же сюрприза, что и от коридора Лагранжа, ведь если подобное повторится, то могли исчезнуть важнейшие транспортные каналы. Конечно, вскоре аналитики Федерации дадут точную оценку происходящему, но сейчас министр хотел быстрых ответов и удобных рычагов для давления на кнатов и тевларцев.

Работать во Дворце дипломат Найл, конечно, не собирался, так как был уверен, что негулониане наверняка следят за каждым шагом чужеземцев, оказавшихся в их стенах. Можно ли было чувствовать себя спокойно в посольстве Федерации – тоже спорный вопрос, ведь на Эттере всё напичкано этими хитроумными фотонными технологиями, но всё же среди людей было как-то спокойнее. Кир поправил воротник своего жёлтого кителя и поспешил к лифту, ведущему на нижние уровни Дворца – оттуда по подземному тоннелю можно было быстро добраться до посольства. Вообще, советник Найл слышал, что резиденции всех космодержав и некоторых нейтральных миров, представленных на Эттере, соединены такими же тоннелями с Дворцом Всеединства, который являл собой как бы центр этой дипломатической паутины. Сделано это было, видимо, для того, чтобы гарантировать безопасное перемещение послов в любой ситуации.

Поездка в ярко освещённом лифте заняла около минуты. Когда прозрачные двери отворились, двухметровый рыжий дипломат вышел на подземную станцию, мерцающую голубоватым сиянием. Задумчиво подкручивая ус, как он всегда делал, когда какая-то мысль особенно его занимала, Кир нажал на кнопку вызова и стал ждать поезда, идущего к посольству Федерации. Такие поезда явно базировались где-то рядом, потому что обычно ожидание не требовало большого времени. Не желая стоять просто так, он достал свой галафон и принялся бегло просматривать отчёты, присланные министром. Когда по фотонным рельсам к станции подлетел состав из нескольких вагонов, дипломат Найл уже понял, какими из инцидентов займётся в первую очередь.

– Стойте! – послышалось со стороны светящегося прозрачного лифта, когда двери поезда уже закрывались. – Стойте же!

В вагон буквально впрыгнули четверо негулониан. Если бы эти существа дышали в привычном смысле слова, они бы сейчас, вероятно, запыхались, однако такой необходимости не было. Трое фиолетовых и один коричневый инопланетянин сели напротив Кира и замолчали. Поезд тронулся, и советник старался смотреть себе под ноги или по сторонам, не особо любя чёрные бездонные взгляды негулониан.

– Простите, вы – Кир Найл? – произнёс коричневый попутчик.

– Что? То есть да... – ответил дипломат, – но как вы...

– На вашем кейсе написано, – широко улыбнулся тот. – Так символично, что вы дипломат, ведь именно ваш предок впервые встретил...

– Нет, – перебил его Кир, сообразив, что жёлтый китель, конечно же, выдал его профессию. – Найл – распространённая фамилия.

– Не приставай к серьёзным людям, – крупный фиолетовый негулонианин, сидящий рядом с коричневым, толкнул того локтем и многозначительно посмотрел на собрата, хотя на его лице почти ничего не отразилось.

– Не волнуйтесь, – примирительно кивнул Кир и уже хотел снова отвести взгляд, как вдруг заметил необычный рисунок на левой руке собеседника, открывшийся в момент, когда тот пихнул своего соседа.

Символ располагался чуть выше запястья и изображал нечто, похожее на крестообразно перечёркнутый круг. «Интересный знак... – подумал дипломат, снова закрутив ус двумя пальцами. – Где-то я это видел». Словно догадавшись о его мыслях, негулонианин одёрнул рукав своего светлого технокостюма, какие обычно носили местные ремонтники и инженеры. Он плотно сжал губы, и на его гладком лице появилось напряжение, хотя эмоции негулониан обычно не так уж легко распознать. «Стоп! – осенило дипломата. – Нет, не может быть... это не могут быть они... хотя... если вся Триада сейчас во Дворце, то...»

– А куда вы едете? – поинтересовался Кир Найл. – Поезд идёт в посольство Федерации. У инженеров Эттеры там дела? Не припомню, чтоб отправлял запрос.

– Нет, конечно, – поспешил ответить крупный негулонианин, заметив, что разговорчивый коричневый явно хотел встрять первым. – Мы выйдем на следующей станции.

Кир задумался и пристально посмотрел на всех четверых, сидящих перед ним. В вагоне больше никого не было, и обстановка явно начинала накаляться. Дипломат поглядел на руки каждого из негулониан, но их белые костюмы с длинными рукавами не давали ничего различить.

– Следующая станция ведёт к ирболидовым шахтам, – заметил он. – А вы, похоже, без инструментов, господа. Я езжу тут каждый день и ни разу не видел, чтоб там выходили с пустыми руками.

При упоминании рук двое других фиолетовых негулониан машинально поправили свои левые рукава. Кир заметил это, и сразу несколько догадок мелькнули в его голове. Все четверо негулониан переглянулись друг с другом, иногда посматривая на Кира.

– Как советник третьего ранга и официальный представитель Третьей Федерации, в посольство которой едет этот поезд, я требую показать ваши запястья, господа, – он поднялся с сиденья и встал во весь рост, почти задевая головой потолок. – Вот моё, например.

Дипломат закатал рукав жёлтого кителя, продемонстрировав негулонианам совершенно чистую руку. Само собой, это не было какой-то обязательной процедурой, но их невольным замешательством и возникшей паузой советник воспользовался для того, чтобы отыскать взглядом тревожную кнопку, которая обычно была в каждом вагоне.

– Я так понимаю, – встал крупный зелёный негулонианин, который хотя и был несколько ниже Кира, но всё же оказался весьма рослым, – тихой поездки не выйдет, дипломат Найл?

Первым ударил коричневый. Невысокий и быстрый, он явно рассчитывал пинком сбить Кира с ног, но не тут-то было: высокий рыжеволосый советник стойко принял удар и почти не пошатнулся, с лёгкостью отправив нападавшего в нокаут своим крепким и увесистым кулаком. Впрочем, трое фиолетовых были куда крупнее и теперь уже понимали, что человек перед ними – явно не простая канцелярская крыса в дипломатическом кителе. Завязалась самая настоящая драка: негулониане били руками и ногами, любой ценой пытаясь достать Кира и почти не давая ему шанса на ответные действия. К счастью, вагон оказался достаточно узким, чтобы советник мог какое-то время отступать назад, уворачиваясь и прячась от очередных выпадов за вертикальными перекладинами, разделяющими светящееся пространство на отдельные сектора и зоны. Изловчившись и блокировав правой рукой мощный удар крупного противника, Кир левой схватил его за воротник технокостюма и сильно дёрнул на себя. Фиолетовый негулонианин не устоял на ногах, с треском приложился безносым лицом о перекладину и, застонав, осел на пол вагона.

– Не стоит, господа, – тяжело дыша и поправляя китель, Кир Найл предупредительно выставил вперёд руку. – Вас только что было четверо. Шансы снизились, не так ли?

Двое нападавших быстро переглянулись, но прежде чем они успели принять какое-либо решение, поезд резко остановился, а светящиеся двери бесшумно отворились.

– Маратэ́, – раздосадованно рыкнул один из них, и оба фиолетовых негулонианина бросились к выходу.

– Да чтоб вас... – раздражённо выдохнул Кир, поняв, что тот сказал «уходим», и кинулся следом, едва не сбив с ног настоящего инженера Протектората Негулон, пытавшегося вкатить с платформы громоздкий контейнер. – Извините! Там два тела в вагоне! Аккуратнее!

Негулониане тем временем спрыгнули на фотонные рельсы и побежали на другую сторону тоннеля, явно надеясь добраться до лифта на противоположной станции. Дипломат Найл, потирая ушибленную руку, поспешил следом. К его удивлению, один из убегавших, вдруг болезненно вскрикнул и рухнул на рельсы, схватившись за ногу. Второй же ловко запрыгнул на высокую платформу и бросился к прозрачному лифту, мерцающему в голубоватой стене станции. Дипломат Найл быстрыми рывками пронёсся мимо упавшего негулонианина и, вскочив на платформу, ринулся за последним беглецом, но тот уже глумливо махал ему рукой за закрывшимися створками лифта. Кир только и успел в ярости стукнуть кулаками о прозрачные двери, как кабина поползла вверх и скрылась где-то в потолке станции.

– Ааа... – негулониан, лежащий на рельсах, с отчаянным стоном попытался распрямить подвёрнутую ногу и привлёк внимание Кира, который, переведя дух, подошёл к краю платформы.

– Добегался? – дипломат протянул ему руку с края платформы. – Вылезай, а то под обратный поезд угодишь.

Негулонианин искривил широкий рот в болезненной гримасе, встал на четвереньки и начал медленно подниматься, всё ещё держась за ногу. Кости представителей этой Великой расы были довольно пластичными, а значит упал незадачливый фиолетовый бегун и вправду очень сильно, раз сумел так повредить конечность.

– Живее! – поторопил его Кир.

Прихрамывая, негулонианин посмотрел на протянутую человеком руку и уже собирался протянуть свою в ответ, как вдруг в мерцающей дали тоннеля появились яркие огни приближающегося состава, следующего из посольства Третьей Федерации во Дворец Всеединства. Это будто отрезвило инопланетянина, и он, задрав левый рукав, поднял руку, демонстрируя тот же символ – круг, перечёркнутый двумя крестообразными линиями, и маленькую звезду над ним.

– Во имя Абсолюта! – громко проговорил он на всеобщем, чтобы Кир его понял.

Через мгновение фиолетовый негулонианин с едва различимым воплем скрылся под стремительно подъехавшим составом.

– Да кто бы сомневался, – советник разочарованно выдохнул и оглянулся, убеждаясь в том, что лифт с поверхности пока так и не прибыл.

Это была техническая станция, так что других способов быстро отсюда выбраться не имелось. Кир попытался воспользоваться галафоном, но под землёй на Эттере человеческие устройства связи почему-то не работали – видимо, сказывалось обилие фотонной техники, добывающей на глубине ирболид. Поняв, что догнать единственного уцелевшего беглеца он уже никак не успеет, да и в посольство теперь ехать тоже было нельзя, дипломат машинально поправил свой жёлтый китель, изрядно помятый в драке, спрыгнул на рельсы, обошёл поезд и направился к противоположной станции. Тем временем из только что приехавшего состава начали выходить люди, ещё не понявшие, что же произошло. Зайдя в вагон, в котором он приехал, Кир обнаружил испуганного негулонианского инженера, склонившегося над двумя телами.

– Да живы они, – бросил он, понимая, как сильно всё это тянет на межпланетный скандал.

Найдя тревожную кнопку, он нажал её и чётко проговорил в коммуникатор:

– Говорит Кир Найл, советник третьего ранга, Третья Федерация. Обнаружено четверо преступников: двое обезврежены в вагоне поезда. Один... один попал под встречный. Оба состава сейчас на рельсах, я инициировал остановку, мы никуда не едем. И ещё один... сбежал.

***

Тесса в третий раз подряд пыталась дозвониться до брата. «Да где он там находится?! – раздражённо думала она, постукивая по экрану галафона. – В поезде опять что ли?» Обычно сигнал на Эттере был весьма мощным, чему способствовали бесчисленные вышки и ретрансляторы, превращающие планету в один сплошной узел связи. Конечно, Тесса не знала, что Кир сейчас сидит в вагоне поезда и даёт прибывшим патрульным объяснения, почему вместе с ним там два избитых негулонианина, а третий и вовсе размазан по фотонным рельсам.

– Мне конец, – трепещущим голосом протянул Агинак, глядя через панорамное окно на горящие и дымящиеся корабли около Дворца Всеединства. – Я должен был заметить...

– Не раскисай, – Тесса одобрительно хлопнула друга по плечу.

Уже не впервой этой парочке было выручать друг друга. На позапрошлой неделе Тесса полетела на Поррим-4, забыв на взлётной площадке филарского дипломата, а Агинак устроил всё так, будто тот не прошёл местный пограничный контроль. За три дня до того негулонианин так хорошо отдохнул в одном из звёздных клубов Эттеры, что с утра пришёл на дежурство не в свою башню, а в соседнюю. Его рыжая подруга тогда вовремя включила пожарную сирену, отчего наступила всеобщая суматоха, и отсутствия диспетчера на посту никто не заметил. Впрочем, сейчас градус проблемы явно был куда выше.