Ксенолингвист: Сказание о Триаде

– Мёртвые звёзды, Агинак! – гневно воскликнул пожилой коричневый негулонианин, буквально ворвавшийся в смотровую рубку диспетчерской башни. – Что здесь происходит? Почему стреляли?!

– Блюститель Карнак? – Агинак вскочил со своего кресла, понимая, что будет крайне сложно объяснить случившееся. Кроме того, у него на посту находился человек, представитель другой космодержавы, и всё это могло сейчас очень плохо закончиться. На гладком фиолетовом лице диспетчера появилось нескрываемое волнение.

Карнак был командиром стражи на Эттере и прямым начальником Агинака. Титул блюстителя обычно делал его вторым по значимости на планете после магистрата, возглавляющего этот негулонианский дипломатический мир. Исключение составляли лишь такие дни, как сегодня, когда на Эттере лично присутствовал сам Верховный лидер Фаринак. Карнак верой и правдой служил Протекторату Негулон уже почти тридцать лет и больше всего в жизни держался за честь своего тёмно-зелёного мундира.

– Кто такая? – блюститель внимательно посмотрел своими большими чёрными глазами на незнакомую ему рыжую веснушчатую девушку, стоящую у приборной панели.

– Прошу прощения, блюститель, – голос Агинака дрожал, пока он наспех прятал куда-то под стол бокал с жидким фосфором, бутылку кигля и недоеденные батончики «Лимбо» со вкусом банана, – я отвлёкся на секунду.... всего на секунду...

– Я Тесса. Тесса Найл, – представилась девушка, застёгивая китель и пряча распущенные рыжие волосы под воротник, – Жёлтый Департамент, Третья Федерация.

Пилот понимала, что влипли они с Агинаком плотно: мало того, что она сейчас находилась на запрещённом для людей объекте, так они ещё и только что пальнули двумя фотонными торпедами по неизвестному кораблю прямо в центре дипломатической планеты. Готовясь к худшему, Тесса взволнованно прикидывала к кому обратиться: брат не отвечал, министр Одрик Таламо был на секретном совете.

– Это всё я, блюститель, – стараясь звучать максимально уверенно, проговорила Тесса, – я заставила Агинака выстрелить. Корабль летел ко Дворцу и...

– Молчать! – гневно выпалил Карнак, и агрессивно прищурил чёрные глаза на коричневом лице. – За мной! Оба!

Бросив взгляд в окно, Тесса увидела, что к рухнувшему негулонианскому кораблю и горящему под ним тевларскому борту уже начали стягиваться окружающие. Поспешив догнать Агинака и блюстителя, она взволнованно спустилась по материализовавшейся из чистого света винтовой лестнице. По дороге Карнак отдал кому-то из стражи приказ временно сесть за пульт в диспетчерской, и, в очередной раз жёстко накричав на Тессу и Агинака, выскочил на улицу. Тесса отметила, что блюститель сейчас говорит не на родном языке, что было обычным делом для негулониан, когда они общались с чужеземцами.

Два тусклых солнца Эттеры уже почти зашли, и день неотвратимо клонился к закату. Впрочем, темнее вокруг не становилось, ведь небоскрёбы, обелиски, улицы и даже скверы, сияющие фотонным светом, не давали естественным сумеркам проникнуть на городские улицы. Но самое большое внимание привлекал, конечно, дым с посадочной площадки. Что-то бормоча себе под нос, блюститель Карнак торопился к Дворцу Всеединства, то и дело жестами подзывая кого-то из подчинённых. В итоге, когда процессия добралась до кораблей, пылающих посреди множества обломков и разрушений, блюстителя уже сопровождало не менее пятнадцати помощников. Первым делом все кинулись к разбитому тевларскому борту, надеясь найти уцелевших или раненных.

– Зачем ты стрелял? – Карнак почти вплотную подошёл к Агинаку, и Тесса только сейчас заметила, как сильно эти два негулонианина различаются по возрасту: обычно гладкая натянутая кожа, свойственная их виду, в случае с блюстителем была покрыта слега заметным бледным налётом и тёмными пятнами: морщины у негулониан не появлялись, и старение сопровождалось именно такими признаками.

– Я заметил... то есть Тесса заметила неопознанный борт, – фиолетовый диспетчер, похоже, готов был провалиться сквозь фотонное покрытие взлётно-посадочной площадки, – он шёл прямо на Дворец... без вариантов...

– То есть это она увидела? – уточнил Карнак.

– Да... – протянул молодой негулонианин.

– И огонь открыть тоже велела она? – не унимался блюститель, периодически поглядывая на девушку.

– Да, я, – вставила Тесса, хотя её никто не спрашивал. – Простите, но надо было действовать. Агинак не виноват, он просто...

– Найл... – перебив её, задумчиво протянул начальник стражи и почесал длинный коричневый подбородок. – Какая-то знакомая фамилия...

– Очень распространённая, – ответила Тесса, поймав себя на том, что говорит, прямо как брат.

– Отличная работа, пилот, – блюститель Карнак явно понял, с кем имеет дело, оценив её жёлтый китель и полётный значок. – Если бы этот корабль долетел до цели... ух... страшно даже представить.

Тесса ошарашенно посмотрела на пожилого негулонианина, никак не ожидая такой реакции. Девушка полагала, что сейчас её и Агинака начнут как минимум распекать, но, похоже, городскую стражу радовало, что не случилось худшего. Если верить брату, во Дворце сегодня собрались большие шишки каждой из космодержав, и сейчас всё могло быть куда более плачевно.

«Тесса! Тесса, ты ещё во Дворце?» – послышалось из галафона, спрятанного во внутренний карман кителя.

Девушка ещё раз виновато поклонилась блюстителю Карнаку и отошла немного в сторону, стараясь не привлекать внимания.

– Нет, – с облегчением ответила она прямо в экран, радуясь появлению брата. – Кир, тут такое! Короче, приезжай ко Дворцу, здесь...

«Погоди! – голос из галафона звучал с очень сильными помехами. – У меня инцидент в тоннеле... Будь осторожна и не доверяй местным. Я встретил... в общем, не важно... Во Дворце сейчас опасно, не суйся туда. Я на ирболидовых полях, меня только что отпустили. Сейчас на чём-нибудь долечу до... стоп! Что ты сказала? Что там у тебя?»

Тесса скептически закатила глаза, но, поняв, что брат всё равно не видит её реакции на свою невнимательность, быстро пересказала последние события.

«Дай мне Карнака! Срочно!» – связь всё ещё барахлила, но требовательный тон Кира девушка разобрать сумела.

Она подошла к блюстителю, который активно раздавал команды множеству негулониан, суетящихся среди обломков и пламени. Одни вытаскивали из искорёженного тевларского корабля охранников и пилотов, другие тушили пожар, третьи разгоняли случайных зевак. Летающий транспорт огибал место аварии прямо в воздухе, стараясь не приближаться к посадочной площадке. Карнак взял галафон Тессы и отошёл с ним подальше, говоря о чём-то с Киром. Девушка в это время посмотрела вверх на пирамидальный Дворец Всеединства, где сейчас были выбиты некоторые окна, из которых высовывались испуганные представители различных рас. С такого расстояния сложно было понять точно, но, кажется, Тесса разглядела министра Таламо, выглядывающего из панорамного окна малого зала.

– Информация от Третьей Федерации! – громко обратился блюститель Карнак к своим подчинённым, пытаясь перекричать вой сирен и треск горящих кораблей. – Возможна диверсия! Срочно эвакуировать Дворец Всеединства! Всех, кто свободен, немедленно сюда!

– Диверсия? – воспользовавшись общей суетой, Агинак прекратил тушить обломки и подошёл к подруге. – То есть вот это вот всё – ещё не конец, графиня?

***

Эвакуация Дворца заняла чуть меньше часа. Из множества выходов негулонианские стражники выводили послов и представителей всевозможных рас и планет. Вскоре ярко освещённая площадь у центральных ворот наполнилась самым разнообразным народом, но больше всего блюститель Карнак переживал за своего правителя и за почётные делегации людей, тевларцев и кнатов. Каково же было его облегчение, когда в свете фотонных фонарей в больших церемониальных дверях появился Верховный лидер Фаринак, похоже, нисколько не пострадавший.

– На́ртера гарт аба́рра, гаст Фарина́к, – произнёс крупный широкоплечий кнат в военной форме, идущий рядом с Верховным лидером.

– Достопочтенный посол Нагг Данитус Нагг благодарит вас за приглашение, – пролепетал бледный переводчик-анариец, сопровождающий кнатского парламентёра. – Посол Нагг также отмечает, что Империя сожалеет о принятом сегодня решении, но мы не вправе давить на Союз Тевлар. Империя готова участвовать, как только сложатся известные вам обстоятельства.

– Да, я глубоко разочарован, – мелодично произнёс правитель Протектората, медленно моргнув большими чёрными глазами. – Надеюсь, решение в ближайшее время пересмотрят.

Последние слова он, впрочем, произнёс, обращаясь не к послу или его переводчику, а к юной краснокожей кнатке в просторном ритуальном платье с цветными металлическими вставками. Хранитель Сааг Дакаста Сааг пристально посмотрела на Верховного лидера всеми четырьмя глазами, после чего перевела взгляд на выходящую из дворца тевларскую делегацию и произнесла на неуверенном всеобщем:

– Хранитель Ашшамма мудра... она не хотеть... не хотеть оставить Союз Тевлар без... как же это... без преемника. Но она же и очень стара. Хранитель Ашшамма не жалеть галактика, не жалеть миры, не горевать о черво... червоточинах. Я понимать её, но я не согласиться. Я готова исполнить долг Триады, когда... если Триада быть единой.

Распрощавшись, кнатская делегация направилась к своему звездолёту, ожидающему недалеко от Дворца Всеединства. Не успел Верховный лидер Фаринак опомниться, как рядом с ним уже возникли представители Союза Тевлар.

– Укну́ру глу тура́тту, – недовольно проскрипел высокий худой тевларец в чёрном камзоле, наблюдая за тем, как пожарные роботы негулониан гасят остатки огня, уничтожившего его корабль, – у́фру укну́ру тимму́?

– Министр Ошшарри недоволен, и мы выражаем протест, – тут же сообщил переводчик, поддерживая свою явно повреждённую руку. – Как мы полетим назад? Нам должны предоставить транспорт до границ Союза Тевлар!

– Безусловно, – звонко протянул Фаринак, – но могу ли я ещё раз переговорить с хранителем Ашшаммой? Дело крайне серьёзное.

Старая подслеповатая тевларка медленно подошла, едва услышав своё имя. До этого она беседовала с профессором Армандой Райли, так как была очень рада встретить ещё одного знатока древних наречий. Вместе с переводчицей они выслушали длинную речь Фаринака, после чего хранитель Ашшамма не менее объёмно ответила ему на старотевларском языке.

– Хранитель говорит, что сегодняшний день подтверждает все её опасения, – с дрожью в голосе принялась переводить доктор Райли, ещё не оправившаяся после взрыва корабля в нескольких метрах от окон малого зала. – Союз Тевлар никогда не был в безопасности. Обуланский инцидент, случившийся шестьдесят лет назад, только что повторился. Она считает это покушением на тевларскую делегацию. Страна хранителя Ашшаммы далека и всегда была обособлена. Союз Тевлар готов претерпеть лишения и отказаться от червоточин. Союз глубоко сожалеет мирам, которые от этого пострадают или погибнут, но жертвовать последним хранителем Великой расы ради этого не стоит. Кто-то должен оберегать тевларский Осколок. Хранитель Ашшамма не будет перекраивать мир в этот раз. И миру придётся смириться.

Верховный лидер Фаринак сокрушённо кивнул, и на его гладком фиолетовом лице мелькнула боль. Несколько секунд он будто придумывал ответ, но вдруг резко обернулся, ища кого-то взглядом:

– Карнак! Срочно предоставь почтенной делегации Союза Тевлар корабль и организуй перелёт до границ. Всем раненным оказать помощь и тоже отправить домой. Побыстрее!

Блюститель, который как раз сейчас руководил устранением разрушений и уборкой обломков, поклонился и поспешил проводить почётных гостей на соседнюю взлётную площадку. Через пару минут он вернулся и подошёл к Верховному лидеру.

– Простите за эту эвакуацию, господин, – блюститель Карнак старался говорить тише, но переводчица Арманда Райли и ещё несколько человек его явно расслышали. – Информация только что подтвердилась: мои бойцы нашли во Дворце лучевую бомбу. Прямо в технических помещениях под малым залом. Ещё полчаса и...

– Но как? – изумлённо перебил его Фаринак. – Кто мог пронести?

– Кто-то из наших, полагаю, – ответил пожилой коричневый негулонианин. – Думаю, это покушение на вас, господин.

– В этом есть смысл, – подошёл слышавший их министр Одрик Таламо. – Верховный лидер, вы ведь редко покидаете столицу Протектората Негулон? А уж так далеко от дома вас и вовсе не увидишь. Кто-то точно знал, что вы будете именно здесь и именно в это время. Кстати, а почему нас не эвакуировали напрямую в посольство через тоннель? Разве он не для этого?

– Не получилось бы! – вдруг послышался за их спинами низкий слегка надрывающийся голос. – В тоннеле сейчас не проехать. Я как раз по этой части и хотел доложить.

– Кир! – удивлённо воскликнул глава Жёлтого Департамента. – Ты почему здесь?

– Министр Таламо, Верховный лидер Фаринак, боюсь, это не покушение, – высокий рыжий дипломат подошёл к высокопоставленным собеседникам и продемонстрировал им экран своего галафона, на котором совершенно чётко просматривалась голограмма татуировки в виде перечёркнутого крестом круга с изображением маленькой звезды сверху. – То есть покушение, конечно, но не на вас. Это символ Жрецов Абсолюта. Древнее братство, которое...

– Да-да, – не по рангу вмешался в разговор блюститель Карнак, – психи, охотящиеся за Триадой. Они уже много поколений преследуют хранителей. Постойте-ка... а не о вас ли мне доложили? Инцидент в тоннелях – это же ваших рук дело?

Кир вкратце рассказал о стычке с четырьмя негулонианами в подземном поезде. Затем он предположил, что они подсели в его вагон как раз потому, что спешили скорее убраться из Дворца Всеединства, который сами же и заминировали, оставив под малым залом лучевую бомбу, призванную разом сгубить всех нынешних хранителей Осколков.

– А неслабо у вас дипломатов учат, Одрик, – фамильярно усмехнувшись проговорил Верховный лидер Фаринак, – один уложил троих! Да ещё и о бомбе догадался!

– Наш Кир Найл раньше служил в Красном Департаменте, – гордо и даже пафосно ответил министр Таламо, – в военной разведке. Ушёл... по личным причинам.

– Мы все обязаны вам жизнью, дипломат, – кивнул Фаринак. – Если бы не вы, в новостях сейчас были бы страшные вещи.

– Не ему одному, – блюститель Карнак обернулся и жестом подозвал кого-то издали, попутно кратко пересказав всем историю о сбитом корабле.

– Витесса Найл? – опять удивился министр Таламо. – Вы что там делали вообще? Но... да, пожалуй, спасибо... этот борт едва не... ну, в общем вы поняли.

Тесса сдержанно кивнула и, слегка обернувшись, подмигнула своему другу Агинаку, оставшемуся в отдалении, и показала большой палец, демонстрируя, что выпутаться всё же удалось. Блюститель Карнак тем временем отдал приказ вытащить тела из сбитого корабля. Через минуту всех присутствующих постигло изрядное удивление, когда, вскрыв искорёженную кабину, рабочие никого в ней не обнаружили.

– Шёл на автопилоте, – констатировал Карнак, почёсывая подбородок. – Если бы не эта женщина, Верховный лидер, мы бы сейчас с вами не разговаривали.

– Погодите-ка, – вдруг заметил Верховный лидер Фаринак. – Кир Найл? Витесса Найл? То есть своим двукратным спасением мы сегодня обязаны потомкам самого Юстеса Найла?

Кир обречённо опустил голову, понимая, что делать замечание правителю Протектората Негулон ему не по чину. Тесса едва подавила смешок, видя, как напрягся её старший брат.

– Нет, – выручил подчинённого министр Таламо, – Найл – распространённая фамилия.

Глава Жёлтого Департамента взглядом велел Киру и Тессе отойти подальше, пока он не закончит свою беседу с Верховным лидером негулониан.

– Одно печалит непрестанно, – в привычной для него манере почти пропел Фаринак, – надежда на Триаду не оправдалась. Дан Белур и Сааг Дакаста Сааг согласились, но Ашшамма... Если верить нашим расчётам, в ближайший месяц исчезнут ещё десятки коридоров. Боюсь, это конец мира, который мы знаем, раз даже Триада отвернулась от галактики. Без червоточин мы станем немыслимо далеки друг от друга и вернёмся на восемьсот лет назад, когда не видели ничего дальше собственного носа. Триада больше не с нами.

***

Эдвин стоял на ступенях Дворца Всеединства и шокированно наблюдал за разговором высоких персон, которые, похоже, и вовсе не замечали студента-переводчика. Террористы, предательство Триады, взрыв корабля – всё, что он сейчас слышал, сбивало с толку и казалось немыслимым, ведь получалось, что даже полёт домой теперь мог растянуться на всю жизнь.

– Не отчаивайтесь, юноша, ещё ничего не кончено, – рядом, тяжело дыша, возник чрезмерно полный хранитель Дан Белур. – Мне бы надлежало знать о вашем рождении, и я был сегодня крайне удивлён тем, что мы до сих пор не знакомы. Смею заметить, что вы – далеко не последний человек в этой истории, насколько я могу судить. Хотите узнать, почему?