ПослеМир

Часть 49 Тень, Дэн и напряжение

Ну, разве что запахом отличались эти подранные войной развалины от ее родного Термитника. Такие же унылые и темные, дребезжащие при каждом шаге и таящие множество скелетов в своих катакомбах. И люди здесь были такие же, слабые — забитые, трусливо мыкающиеся по углам, сильные — озлобленные и ухмыляющиеся, оценивающие каждого проходящего мимо. Наверно, если бы Дэн не сжимал ее руку, Тень не выдержала и рванула бы отсюда подальше. Пахло здесь кровью, грязью и страхом.

Хотя в Каптерке тоже не рай и кровищи там хватало, вонь стояла соответствующая, особенно когда Головатый затевал свой очередной шедевр, однако не было той удрученной обездоленности, что царила в Яме. Как-то один из мудрецов сказал, что на войне всегда выживают худшие, сейчас оспорить его выражение было бы сложно. Нищенское, полуголодное существование вынудило человека отречься от многих ценностей, опустив его культурный уровень до зубочистки, но почему-то именно в Яме собрались самые отбросы остатков мирового наследия. Возможно, так думала только она…

— Никогда. Я первый раз… так далеко, — ответила она, беззастенчиво шныряя глазами по убежищу и его обитателям. Периодически вылавливала ответный интерес, выражающийся в маслянистых взглядах, от которых хотелось кожу с себя снять. Тогда Тень едва заметно щерилась, больше горбила спину и попыталась перетянуть клок волос на лицо, но те намертво сбились в тугой валенок на затылке и наотрез отказывались взаимодействовать со своей хозяйкой.

Гул никак не отпускал ее, поселился глубоко в подкорке и казался уже наваждением, чем реально существующим звуком. Тень морщилась и терла лоб, пока не обнаружила источник этой неравномерной вибрации. Новая открывшаяся перед ними комната казалась огромным кратером с ярко освещенной сердцевиной.

Вот оно — сердце Ямы, — вытягиваясь и вставая на цыпочки, девушка пыталась разглядеть что там внизу утопает в непривычно ярких лучах света. Мужчины тем временем договаривались о своем, Тень слушала их в пол уха, пока не вздрогнула от сложившихся звуков в знакомое имя.

— Варан? Здесь? — она встревоженно зыркнула по сторонам, словно ожидая что Варан сейчас вывалится из какой-нибудь двери.

Желтозубый пристально глянул на нее, Тень ответила ему упрямым взглядом и вздернутым подбородком. Взгляд девушки непроизвольно опустился на его левую руку, изорванную двумя здоровыми рубцами. Каждый художник узнает свою работу, вот примерно так же и Тень, не запоминая лиц, лежащих на столе, узнавала шрамы, оставляемые ею на чужих телах.

Отрицательный ответ почему-то дался ей сложно. Казалось, что самым лучшим исходом для нее станет встреча со своими, однако невидимая связь с чужаком сейчас была чуть ли не наравне кровных уз, и сама уже Тень не знала, хочет ли она дальше идти рядом с Дэном или это уже Шар навязывает волю. Тем не менее выдаваемая местным информация укладывалась поверх случившегося с ними, дополняя деталями все то, что они уже сами успели выяснить.

— Серьезно, -дополнила Тень слова Дэна, — нас в ловушку Псов заманили, весь отряд положили, успели в лес забежать, а там волки до болота погнали. Нашли дом, а утром недобитки Псовые пожаловали, ну, мы их на корм… Чтоб самим свалить. А потом эти, на самоходке… Хрен знает откуда они и кто такие.

Дальнейшее предложение желтозубого здорово пованивало гнильцой, как в прочем и все вокруг. Тень морщилась, слушая его и отмечая едкий блеск в глазах. Желтая самоходка, что сейчас стояла посреди площади Ямы представляла собой ценность, даже не смотря на то, что мало кто сможет управиться с этой махиной и не известно, что она жрет. Но тем не менее местный был крайне прав, Цербер на подходе и дикарям нужны все ресурсы. Ждать согласия оседлавших желтого кита скитальцев не было смысла, сяду и укатят домой, и плевать что и до них дойдут Железные солдаты, когда покончат со всеми остальными. Нет, не так, если покончат…

Когда они остались наконец наедине, Тень смогла спокойно выдохнуть. Вляпались, похоже, не меньше, чем в болотах. Оставалась только одна надежда, что обитатели Ямы не посмеют убить их, ибо персоной она оставалась все таки узнаваемой в своих кругах, и похоже желтозубый был из этого круга.

— Варан, — девушка на секунду задумалась, вспоминаю их последнюю стычку и взбучку, которую он ей тогда устроил, — он наш главный. Он… (сильный? Несомненно, красивый? Да ну нах… умный? Не без этого, черт…) …серьезный. С ним лучше не ссориться. Если встретит тебя — убьет, и меня скорей всего тоже… Ну, или в худшем случае запрет в Каптерке навсегда. Я этого узнала, он был у нас и Варана знает. Я думаю, они побоятся нас убивать. Я, понимаешь… нужная в клане. Варан если узнает, что меня тут похоронили, раскатает все к чертям. И вообще, говори меньше, надо валить как можно быстрее отсюда. Если вдруг моих встретим говори, что жил отшельником на болотах и по этому голый, -Тень указала на чистую, без единой татуировки кожу, — и ничего не знаешь…

За ее спиной громко скрипнула здоровенная металлическая дверь, приоткрывая проход на залитую светом арену, посыпанную таким мелким песочком, словно его сквозь сито пропустили. На противоположной стороне уже недоуменно топтались две знакомые фигуры. Тень сглотнула и встала рядом с Дэном, взяла за руку, вновь ощущая теплые потоки непонятной энергии, циркулирующие через соединение тел.

— Ты же не считаешь меня на столько глупой, чтобы оставаться здесь среди них. И вообще, не забывай про нашего третьего игрока, — Тень скосила глаза на грудь, где под драной кожанкой топорщился мешочек с Шаром.

Часть 50 Дэн, Тень и кровавый старт

— Понял, — Дэн был, как всегда, понятлив и немногословен, как обрезок стальной трубы.

А кто сказал, что стальная труба не понятлива? Просто держит своё при себе. Держит и, значит, бьет наотмашь куда надо. Насчёт «куда надо», кстати, взгляды Дэниела и Тени совпадали полностью. Надо — валить отсюда. Да и глупость собственного вопроса Блиц осознал очень быстро.

Нельзя разделяться. Польстившихся на горючку бедолаг местные тоже стремились разбить, так легче концы в воду…

— Нет, не считаю глупой, — помотал головой Дэн, отёр колючий подбородок, оглядываясь на стоящих у выхода здоровяков. И шепнул, — только не лезь вперёд, старайся зайти сзади. Отвлекай, но не дай себя достать, хорошо?

— Эй, Ящеры, хорош жужжать, — нетерпеливо и довольно добродушно окликнул парочку один из местных. Пожёвывая странно, пряно пахнущую самокрутку, кивнул на дробовик и арбалет, — это гони сюда. Там не положено. Не ссы, потом всё верну… если вернётесь живьём. Смотри, Ящеры, я на вас поставил, не просрите мой кон. Натяните им глаз на жопу!

Дэн сумрачно глянул на болельщика и потащил ремень с плеча; он и не думал выползать в круг с чем-то огнестрельным, просто как-то забыл… как забываешь про руку, просто потому что сроднился и привык, что ты о ней не думаешь, а она у тебя есть. Или вот Шар, да… Хотя, чем мистер Яйцо может помочь им в драке?

— Думаешь, он умеет плеваться электричеством или что-то в этом роде? — с большим скепсисом протянул Дэн, проходя в железные ворота и пробуя ботинком консистенцию песка. Нет, военные ботинки песок держал хорошо, крепко. — Иначе не знаю, какой нам может быть от него толк.

Глянув на Тень, Дэниел, как всегда делал перед боем, поцеловал оттопыренный большой палец сжатого кулака и отмахнул им лёгкую фигурку, словно передавал часть своей прикормленной удачи.

Песок едва слышно похрустывал под шагами, почти заглушённый гулом и первыми подуськивающими выкриками сверху. Блиц не поднимал взгляда — полюбоваться на беснующихся зрителей, — ни на секунду, оценивая приближающихся навстречу противников — один с увесистым ключом, другой, похоже, тоже с ножом. Пыльный запах песка, мускусные испарения обожжённых адреналином тел, свет — как же тоскливо всё напомнило тренировки по рукопашному бою, до мучительного ощущения, что поверни сейчас глаза влево, и увидишь выкаченные глаза орущего сержанта. Но слева была лишь ощерившаяся, как зверёк, Тень, кажется, уже доставшая свой нож, а наваждение прошло, как и не было, всё было совершенно, абсолютно другим. И били здесь по-настоящему, до смерти.

Ещё раз оглядев распаляющие себя фигуры и даже не пытаясь определить, с кем из этих двоих они общались там, на шоссе, Дэниел наметил первую цель, высокого, массивного, размахивающего угрожающе свистящей… Нет, не ключом, чем-то плоским и острым, вроде прямого, средней длины мачете. И демонстративно вынув собственный нож, набирая ход, двинулся к противникам.

— Держись за мной, сбоку, — только и успел свистнуть Тени Блиц, почти срываясь на бег.

В ответ на резкий рывок зверовладельцы тоже метнулись в стороны, пытаясь взять Блица в клещи, но почти вышедший на лобовую Блиц резко ушёл в сторону, нырнув под туго вспоровшее воздух лезвие. Не спеша пускать в ход нож, Дэн с силой впечатал напряжённую подошву сбоку в ногу, чуть ниже колена, очень надеясь услышать ответный хруст треснувшей кости.

Часть 51 Тень, Дэн и оплеуха

Тень чуть приподняла брови, вновь посмотрела на скрытый под одеждой Шар. Ее всегда удивляла мужская способность превратить любой предмет в физическое оружие.

— Так и быть, у мальчиков свои игрушки, — подумала девушка, так и не решившись озвучить свои мысли, но это было уже не важно. С проделками орши они были знакомы на личном примере, и появление крестоглазой знакомой Дэна можно было отнести к его манипуляциям. Интересно только почему ее видела Тень, а не Дэн, да еще в таких подробностях, что у парня волосы зашевелились при ее упоминании. Все вопросы и выяснения откладывались, как всегда, на мифическое «потом», а сейчас впереди…

— Как скажешь, сзади так сзади, — пожала плечами девушка. Не больно то и хотелось лезть вперед, благо рядом абсолютно уверенный в себе, обученный боец, для которого двое тощих путешественников как закуска перед обедом. Только вот… Тень нехотя огляделась по сторонам, рассматривая наблюдателей. Яркие лучи били прямо на арену, не давая толком разглядеть зрителей. Однако сомнений не оставалось, что определенная категория местных граждан испытывает к ним с Дэном особый интерес. И вот тут-то вылез момент, о котором ни она, ни ее боец не подумали. Обученный сильный Дэн выделялся из толпы обормотов местного разлива и большинства скитальцев, как бойцовый пес среди своры шавок. Эта беспокойная мысль пришла и сразу отступила, решаем проблемы по мере их поступления…

Тень втянула сквозь приоткрытые губы сухой жаркий воздух, как пресловутая хранительница своего клана, прощупала его вкус языком, на ее лице появилась непривычное выражение усмешки. Уголок губы нервно дернулся и растянулся в оскал.

Люди впереди не были людьми, они превратились в живые пособия по анатомии, которые кривовато и не совсем достоверно рисовал Головатый. Куда нагляднее были существа, лежащие на столе под кайфом, позволяющие заглядывать и изучать свои внутренности.

Тень, как хищный зверек, чуть склонила голову на бок, внимательнее приглядываясь к фигурам и движениям своих хорохорящихся противников.

— Смотри, — говорил когда-то Головатый, — смотри как он ходит, двигает рукой или головой и думай, как двигается нормальный человек и как двигается он. Что тут не так? Смотри как ставит ногу, как сжимает пальцы, держит нож. Если в требухе у него что-то криво, то оно и наружу вылезет. Ищи слабости в человеческом теле.

Только теперь Тень начинала ценить мудрость его уроков, понимала почему он устраивал ей головомойки, шпынял, гонял и всячески вдалбливал в голову полезные знания. Был бы сейчас рядом, отвесила бы Тень ему низкий поклон, аж до самой земли.

Осознание собственного превосходства накрыло ее с головой, сметая все примитивнейшие чувства типа страха или беспокойства.

Не воспринимая ее всерьез, оба путешественника рванули к Дэну.

Тень заметила, как неловко переваливается на левую ногу вооруженный ножом противник. Как резко Дэн поднырнул под оружие его напарника.

Отставая всего на пару шагов, Тень бросилась в след за Дэном, огибая звероходцев по дуге со спины. Однако ее финт заметили и пришлось быстро отскакивать в сторону от пронесшегося совсем рядом ножа. Конечная цель в итоге была достигнута, Дэн остался наедине с хозяином мачете, пока Тень назойливой мухой изводила его напарника.

Достать мужика ножом практически не удавалось, хотя сама она частенько находилась на грани фола. Подныривая или подпрыгивая в самый последний момент. На его сторон была техника и опыт, ей же оставался инстинкт выживания, швырявший и бросавший девушку в немыслимые кульбиты.

Мужик приостановился на мгновение, усмехнулся, пот катился градом с него, под рваниной лихорадочно ходили ребра, рот старательно выговаривал какие-то буквы, горло дополняло их звуками, но слова его словно тонули в густом киселе. Тень ничего не слышала, кроме гулкого стука собственного сердца.

Девушка резко подорвалась с земли, мужик в несколько скачков оказался рядом, намереваясь одним ударом избавиться от надоедливой девчонки. Тень скакнула назад и краем глаза заметила отступающего на нее спиной вперед Дэна, успев вывернуться в сторону, чтобы не попасть под ноги собственному союзнику, не позволить ему опрокинуться на землю, открывая беззащитное мягкое брюхо. Отскакивая назад Тень перехватила хитрый взгляд в сторону Дэна и рванул вперед, наперерез занесенному ножу над беззащитной спиной своего напарника. Инстинкт сработал быстрее чем понимание того, что Дэн как подготовленный боец самостоятельно сможет нейтрализовать опасность.

Со всей своей небольшой силой Тень врезалась в противника и отхватила хорошую оплеуху, которой было достаточно, чтоб отбросить девушку на пару шагов. В голове зазвучали колокольчики, стены арены тронулись с места и поплыли вокруг, Тень тихо зарычала, неуверенно приподнимаясь на ноги и покачиваясь, пытаясь выловить среди пляски образов Дэна и двух скитальцев.

Часть 52. Дэн, Тень и песок

После первого тесного соприкосновения противников оба уровня над головой взорвались воплями и свистом, вырывающимися из общего гвалта. Разобрать, кого на кого науськивают и кто фаворит сегодняшнего вечера, было невозможно. Свет палил кожу, словно мощные прожекторы висели совсем близко, а не где-то под невидимым куполом, изуродованным ржавыми балками. Вой голосов и свист режущих воздух лезвий, шелест песка сливались в будоражащую смесь, одновременно переполняющую ладно работающие мышцы чем-то подобным удовлетворению, почти удовольствию. Дэн… начинал ощущать, что может быть, рано или поздно… когда-нибудь… ему это может действительно понравиться.

Охромевший здоровяк, чующий, насколько снизились его шансы на победу с полученной травмой, рассвирепел и махал своим тесаком как сломанная мясорезка, норовя подловить кружащего вокруг Блица и полоснуть хоть раз, но со всего маху, так чтобы потом осталось только добить. Ставил на грубый нахрап, иногда подпуская хитрые финты. Это почти походило на танец, где каждый постоянно двигался и поворачивался, то подступая, делая резкие рывки, то отскакивая и уворачиваясь от чужого выпада. Кажется, зрители были вполне счастливы от представления. Но Дэн следил краем глаза за Тенью и её противником, попутно с рассеянным удивлением отмечая, как внезапно начал нагреваться Мистер Яйцо, болтающийся под драной безрукавкой в такт движениям. Словно… часть энергии, вырабатывающаяся работающими мускулами, передавалась ему.

— Выродки. Знал бы — ещё там порешил бы. И ржавый сортир ваш под ковш… — с какой-то маниакально-весёлой ненавистью, фыркая слюной и потом, просипел Хромой, утирая взмокшее, налипшее сальными волосами лицо — Дэн только переступил, глядя на врага, как кошак на начинающего выдыхаться пса.

И внезапно снова попёр вперёд, с натужным уханьем, но ловко размахивая мачете, как лопастью огромного вентилятора.

Сзади всё ближе хрупал песок; Блиц напрягся, готовясь уйти в сторону перекатом и если нужно, тут же контратаковать заходящих «клещами» мудрецов. Но —

— Тень!

Резкий выкрик с ругательствами; чуть повернув голову, на долю секунды, переполненную огромным вспухшим чёрным солнцем, Блиц увидел фигурку, прокатившуюся по серому песку. Пляски кончились. Сделав рывок вперёд, Дэниел перехватил руку с тесаком, резко выкручивая её до плотного хруста, отозвавшегося надсадным сдавленным воем Хромого. И не останавливая движения, швырнул вздёрнутую через плечо тушу на напарника, метнувшегося к поднимающейся девчонке.

Уровни уродливого Колизея восторженно взревели; мимо просвистел и глухо зарылся в песок какой-то предмет — кто-то из зрителей пытался подбодрить или выразить неодобрение своему ставленнику. Дэн не зацикливал внимания, разбежавшись, чтобы не дать покатившимся звероводам расплести конечности и подняться на ноги. Первый удар пришёлся прямо куда мама прописала: под подошвой, всем весом врезавшейся в загребающую песок ногу, снова хрустнуло, выбив из штанины чужака окровавленный осколок сломанной кости. Но в следующий момент Дэн отшатнулся, запоздало отворачиваясь от песочного фонтанчика, летящего прямо в лицо.

Зарычав, как раненый живоглот, Дэн инстинктивно отступил назад, пытаясь разлепить, разодрать, проморгать сведённые острой болью веки. Сквозь обильно хлынувшие слёзы проступали только две безбожно смазанные фигуры — побольше и поменьше. Поменьше — это свои, поменьше — не трогать! Сыпя про себя самыми чёрными словами, Блиц поймал момент, когда (как ему показалось) фигура побольше двинулась от него и одним мощным рывком метнулся к ней, готовясь сгрести свободной рукой любые подвернувшиеся складки одежды и готовя нож для удара.

Часть 53 Тень, Дэн и его глаза

Свистопляска перед глазами не прерывалась, Тени, казалось, что она идет по сумасшедшей дергавшейся веревке, девушка рассеяно вскидывала руки, пытаясь уловить тонкий баланс равновесия. Зрение ее оставалось тем не менее четким и ярким, даже каким-то болезненно ярким, не способным сконцентрироваться на чем-то определенном.

Звуки, на время адреналинового всплеска покинувшие ее, вернулись раздавшимся рядом неприятным хрустом ломающейся кости, свистом и улюлюканьем, и воплем, похожим на брачный крики живоглота. Услышав такой вой, любой разумный и неразумный, старался покинуть место обиталища взбудораженной гормонами зверюшки.

Звук этот отрезвлял, возвращал обратно в ровный, стабильно плотный и не качающийся мир. Тень, стараясь не дергать головой, присела, нащупывая выроненный нож, однако вместо него в руку зачем-то лег приличного размера камень с острым, словно специально отточенным краем. Впереди четко вырисовывались три фигуры. Одна, распластанная на земле в двух шагах, вторая, с широко занесенным ножом надвигается на третью, скрючившуюся и рычащую.

Тело девушки швырнуло вперед прежде, чем мозг осознал действия. Шаг, второй, резкий толчок — прыжок, обрушивая удар сверху на рослого чужака.

Целилась она в голову, а удар пришелся по хребтине, скиталец даже взвыть не успел, плашмя хлопнулся на землю. Тень скатилась с него и замерла, ожидая, что жилистое странное тело еще сможет встать вместе с торчащим из спины обломком старой породы.

Надрывные хрипы второго скитальца прервал стремительный болт, прилетевший сверху. У Тени холодок пробрал от загривка до самого копчика. Почему-то протекция Варана ей в данную секунду почудилась не такой надежной, и вся ее бравада по поводу ценности данного черноволосого тощего существа показалась пустой болтовней.

Девушка собрала свои нервно подергивающиеся конечности и рванула к Дэну. Крепко обхватив его поперек тела, потащила к ближайшему выходу из арены под громкий рев толпы и полу шепелявое разглагольствование распорядителя.

— Садись, да не три ты их! — ругнулась девушка, бережно усаживая компаньона на старую бочку, опасно заскрипевшую и накренившуюся под мужским телом, но выдержавшую. Здесь рядом лежали их вещи, Тень быстро вытряхнула половину собственных сбережений прямо в пыль, бережно вынула туго смотанные чистые повязки и щедро смочила их водой.

— Назад, все будет хорошо! — пообещала она, осторожно запрокидывая голову Дэна.- Глаза закрытые, пока я не скажу.

Умный человеческий организм уже самостоятельно сделал практически всю работу, песка оказалось не так много, сильно навредить он зрению не успел, хотя помощь все же требовалась. Мелкие песчинки собирались в слезниках и уголках глаз, покидая их вместе с обильно вырабатываемой жидкостью. Тонкие ловкие пальцы просто довершили начатое, быстро вычистив маленьким влажным уголком бинта от мелких песчинок дражайший орган зрения.

— Все… Болит где-нибудь? — и встала чуть ли не вплотную к Дэну, стараясь прикрыть его от чужих любопытных взглядов. Пол уже подрагивал под тяжелыми шагами желтозубого и его гвардии. А тем временем на лице Дэна поразительно быстро затягивались мелкие порезы и царапины, да и глаза его подозрительно быстро приобретали человеческий светлый оттенок.