- -
- 100%
- +
Над пёстрыми зонтиками кафе нависла ребристая громада торговой башни, облепленной рекламными экранами и призрачными феериями голопроекций. Круглые венчики фонарей озаряли открытую террасу с дощатыми столиками и пластиковыми деревцами в плетёных кашпо. На вывеске ухмылялся посетителям синий ежонок с гранёной кружкой в четырехпалой лапе.
Аржанавага и лорд Андрин сидели на скамейке у входа и потягивали через трубочки эль из высоких стаканов. Аюн, конечно же, натянул илладан, и бровастое и щекастое лицо его личины совершенно не походило на его собственное. Кирдоланка же в маске не нуждалась и выглядела, как и всегда. Косички, подросшие за последние месяцы, девушка стянула в короткий хвостик, а строгая форма академии выгодно подчеркивала изгибы ее тела.
- А мне пива взяли? – вместо приветствия спросил принц.
- На. Только оно ледяное, - зябко поежился аюн и протянул Вальдариану стакан с элем. - Странные ребята, зачем они зимой кладут кунтов лёд?
- Тут от зимы одно название, - фыркнула Аржарнавага. – Вон – клумбы все в цвету.
- Это точно, - согласился принц, вспоминая сосны Вардинского бора, похрустывающие под тяжестью снежных шапок. Потом вздохнул и спросил у аюна: - А что случилось со старым илладаном?
- Я же его спалил перед полицией, - напомнил Андрин, - после той гулянки в «Берлоге». Ты забыл?
В памяти принца всплыли танцы на барной стойке, фейерверк на крыше, какие-то развеселые девицы и мерзкий вкус иштарианского пойла, которое он выпил на спор с кирдоланкой. А вот что было потом…
- Я помню, - смущенно соврал Вальдариан, - просто смутно. В любом случае, ты мог бы смоделировать для новой маски кого-нибудь менее…
- Упитанного, - подсказала Аржа.
- Точно.
- Вы ничего не понимаете в красоте моего народа! – с деланным пафосом возмутился Андрин.
- Может, по дороге допьем? Опоздаем же, - предложила кирдоланка.
И они пошли, влившись в широкую ленту толпы, медленно ползущую сквозь подсвеченные неоном арки внутрь гулкого и бескрайнего пещерного чрева. Из глубин его призывно били барабаны. Студенты спускались все ниже и ниже по длинной-предлинной лестнице, огражденной частоколом коротконогих кованых фонариков, источающих золотистый свет.
- Как там во дворце? – любопытно спросила Аржарнавага. – Круто было?
- Безумно, - в тон ей ответил принц. – Сегодня были клоуны и дрессированные ванаарли4[48]. А вот Рин все пропустил. О горе ему.
- Не знаю насчет ванаарлей, а клоуны там каждый день, - пожал плечами аюн.
Вальдариан одобрительно хохотнул.
- Вы, ребята, просто пресыщенные, вот в чем ваша проблема, - негромко заметила кирдоланка.
Оба лорда промолчали.
Лестница кончилась, и они зашагали по галерее, живописно подсвеченной сотней разноцветных гирлянд.
- Как думаете, куда нас закинут на практику? – поинтересовалась Аржа, одним глотком допивая пиво и выбрасывая стакан в мусоросборник у стены.
- Вряд ли первокурсников допустят до чего-нибудь действительно занимательного, - с сожалением заметил принц. – Наш максимум - научная станция неподалеку.
- Дари прав, - развел руками аюн, - готовься охранять гаандиновы пробирки и играть в канту5[49]долгими скучными вечерами.
Принц вздохнул. Дурацкое прозвище «Дари» плотно вошло в его жизнь вместе с парочкой энтаил, и он уже почти не спорил с ними, постепенно смиряясь.
Низкие своды туннеля неожиданно расступились, и друзья оказались под куполом колоссальной пещеры. В вышине ее, вращаясь и испуская плотные волны света, колыхался шар искусственного солнца. Центр рынка местные прозвали Пузом, и от него кишками в десятки сторон разбегались узкие ходы. К стенам лепились малоэтажные жилые домики, склепанные из плотного пластика, а над ними нависали выбитые в камне ярусы балконов, захваченных пабами и ночлежками. Куда ни кинь взор, во все стороны тянулись шеренги надувных шатров, расписных вагончиков и цветастых палаток. Витрины сувенирных лавок и забегаловок завлекали неоновой рекламой, а бетонные кубы складов с наглухо опущенными ставнями щетинились турелями. Указателей тут не было, и узкие улочки, пересекаясь и змеясь, сплетались в запутанный лабиринт. И хотя лотан услужливо загрузил карту рынка, студенты академии уже знали, что на ней не сыщешь и половины подземного города. Как поговаривали, лукаво ухмыляясь, торговцы, «никогда не угадаешь, куда заведет тебя кишка». Как обычно в Пузе, тут пахло всем и сразу – чужеземными специями, сырой рыбой, горелым жучиным хитином, мокрой землей, приторными благовониями, горклым маслом, ядрёным спиртом, жженым пластиком... И невозможно было вычленить в этой пахучей какофонии какой-то конкретный аромат.
Сегодня, в честь праздника, многие магазинчики закрылись раньше. На козырьках подъездов и в нишах витрин переливались радужным многоцветием ленты гирлянд. Толпа несла друзей к высокому берегу подземного озера. Все быстрее и быстрее, по пути, отмеченному чадящей цепью факелов. Туда, где били барабаны. Бок о бок с ними шагали сыны и дочери многих народов. Мелькали и громогласные иштарианцы с шерстистыми грубыми лицами, и высокие плечистые нгаулги с прямыми черными рогами, и среброликие чешуйчатые сарганны с изящными дугами жабр за ушами. А у тележки с жаренными полосатыми жуками, источающими едкую вонь, топталось удивительное создание – за спиной его трепетали прозрачные крылышки, а голова, обтянутая бледно-зеленой кожей, походила на змеиную.
- Вы видали? – оживилась Аржарнавага, - это же - манрик. Ну, точно – манрик. А я читала, что они никогда не покидают свой сектор.
- Это потому, что у них нет гипердвигателей. Спрямление пространства противоречит их идиотскому культу Гирдины, - объяснил аюн.
- Этот, наверное, просто атеист, - иронично предположил принц.
Они подходили все ближе и ближе к главной площади Пуза, и оживленная компания кирдолан перед ними сначала замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась, уткнувшись в плотно сомкнутые ряды зрителей.
- Мы же ни даргха6[50]отсюда не увидим, - расстроилась девушка.
- Можно попробовать залезть на крышу, - предложил Андрин, - вон, глядите, на ту.
Он показал рукой на пожарную лестницу на торце трехэтажного магазина. Сейчас он был закрыт, и неподвижность опущенных жалюзи неусыпно охраняли хищные дула автоматических пулеметов, зорко глядящих по периметру.
- Там же турели… - нерешительно пробормотала девушка.
- Лестница вне поля их зрения, - уверенно сообщил принц и первым стал пробиваться сквозь толпу к тротуару.
С крыши видно было и сцену, и полуголых музыкантов, отбивающих ритм на обтянутых кожей барабанах с затейливой оплеткой. Зрители внизу невольно пританцовывали в такт, и толпа равномерно колыхалась, покоряясь воле ударников. Но вот, искусственное солнце в вышине внезапно перекрасилось, став бледным. Став сиво-лунным. Толчея ахнула, раздвинулась. И из-под земли рванулись вверх виртуальные пламенные струи, обрисовывая около сцены ровный круг. Музыканты, будто в трансе, заиграли быстрее, громче, и барабанный бой, ширясь, заполнил собой всю пещеру, рождая под сводами грохочущее гипнотическое эхо. А внизу широкоплечий энтаил вдруг сбросил с себя всю одежду, оставшись в одних плавках. И ступил в огороженное огненными языками кольцо. И заплясал, подчиняясь рваному прихотливому ритму. И в круг к нему тут же влетели шаловливые девчушки в купальниках, вкатился иштарианец в набедренной повязке, и вскоре уже вся площадь танцевала в едином порыве, отдаваясь всеобщему исступлению.
- Это прикольно, но очень и очень чудно, - болтая ногами, задумчиво проговорила кирдоланка, когда музыканты ненадолго притихли, отдыхая перед новой зажигательной мелодией.
- Ага, - согласился принц и добавил мечтательно, - но я хотел бы в тот круг…
- Да, жаль, на крыше не попляшешь, - вздохнула девушка.
- Ну почему не попляшешь? – лукаво усмехнулся аюн и взялся за язычок молнии на куртке, будто размышляя, не раздеться ли и ему, а потом вдруг выпалил: - Дари, скорей, смотри!
Мимо магазина проходила девушка, и цветастые фонарики над входом набросили на её лицо текучую пёструю вуаль.
- Чрево! Быть не может… - прошептал Вальдариан.
Глава 6.
В узкий переулок сворачивала, поправляя ремешок на плече, Юнала. Последние три месяца она не появлялась, да и соглядатаи Иллариана, отправленные на её поиски в квартал Вольных сидов, вернулись ни с чем. Принц вспомнил, что обещал немедленно сообщить дяде, если встретит девушку. А потом представил себе в красках штурмовую группу дома Сандарион, высаживающуюся на беснующейся площади, хмыкнул и провозгласил:
- За ней!
- Хорошо, что мы в илладанах! - воскликнул Андрин, спрыгивая с лестницы.
Когда они оказались на земле, Юнала уже скрылась в переулке, но аюн успел заметить на миг мелькнувший за углом зелёный рукав её плаща. Повернув, друзья вышли на прямую улицу, зажатую приземистыми коробками складов, и неторопливо, стараясь вести себя естественно, последовали за воровкой Слезы. Через пару минут, девушка всё же услышала их шаги и нервно обернулась, но увидев троих незнакомцев на отнюдь не пустой дороге, равнодушно продолжила путь. Но вот она оглянулась опять, вгляделась пристально в студенческую форму троицы и, должно быть, узнав её, внезапно побежала.
- Тормозните её магией! – на бегу прокричала Аржа.
- Слишком далеко! - крикнул принц ей в ответ.
- И на шоу половина Пуза сбежится, - добавил Андрин.
Они мчались через всю пещеру и навстречу им летели шатры, дома и палатки. Оглушительно гремели барабаны, а серебряное солнце заливало все неверным зыбким светом. Добравшись до дальней стены, Юнала на миг остановилась, соображая, и юркнула в одну из кишок. Та, ветвясь, спускалась все ниже, и друзья неслись следом, стараясь не пропустить верный поворот и с трудом ориентируясь по звуку шагов беглянки. И вот, наконец, коридор вывел их в большую пещеру, освещённую тусклым светом редких фонарей. Взорам друзей предстала подземная зала, выстланная серым ковром бетона и застроенная покосившимися утлыми лачужками. Девушки нигде не было видно.
- Смылась, похоже, - расстроенно сообщил Андрин.
- Упустили, - выдохнула, пытаясь отдышаться, кирдоланка, - быстрая, стервь.
- Сейчас найдём, - хладнокровно пообещал принц.
Привычно кольнуло в груди, встали дыбом волоски на руках, и вот глаза его уже запылали лазурным пламенем.
- Посмотрите под ноги, - призвал Вальдариан, положив ладони на плечи спутников.
И те тут же увидели, как по ноздреватому полу, светясь и переливаясь, побежал полупрозрачный синий ручеёк.
- Это что? – удивлённо спросила Аржа.
- След её Слезы, - разъяснил за принца аюн и решительно зашагал по васильковой путеводной ленте.
- Если Юнала отдалится слишком далеко от нас, он исчезнет, - сообщил принц на ходу, - так что времени на экскурсии, увы, нет.
- Не очень-то и хотелось, - язвительно сообщила кирдоланка, бросив скорбный взгляд на тянущиеся вдоль стен ветхие хибарки.
Скудный жёлтый свет ламп, забранных решётками, едва выуживал из тьмы небольшую деревушку. Пластиковые стены домов, потемневшие от времени и влаги, тут и там были покрыты рыжими подтёками от изъеденных ржой черепиц. Окна, где разбитые, где небрежно заколоченные листами железа, где просто темнеющие провалами, только усиливали гнетущее впечатление.
Обитателей поселения не было видно. Только слепая на правый глаз старуха-иштарианка, развешивающая белье на верёвках, мрачно глядела на них, да слышались порой из-за плотно прикрытых дверей приглушенные голоса и вздохи.
- Кто вообще живёт в таком жутком месте? – с содроганием спросила девушка.
- Преступники, изгнанники, наркоманы и другие кунтята, - меланхолично перечислил аюн и добавил озабоченно: - Мы в Старых Штольнях.
- В тех самых? – округлила глаза девушка.
- В тех самых, - хмуро подтвердил принц.
Он внезапно остановился и, вскинув взгляд на Аржанавагу, проговорил непререкаемо:
- Аржа, тебе лучше вернуться. Тут небезопасно.
- Поддерживаю, - одобрил предложение аюн.
Перед ними лежал мост, переброшенный через иссохший и проржавевший водосток. На другом берегу, очерчивая небольшой островок света, был воткнут фонарь с разбитым плафоном. Дальше все было залито мраком. Только мерцал во тьме след Слезы.
- Не пойду! - заупрямилась девушка. - Позади, - она кивнула на иштарианку, не сводившую с них единственного алого глаза, - тоже небезопасно.
- Ты права, - принц вздохнул. – Что ж, значит, вы вернётесь с Рином вместе, а я пойду дальше один.
- Давай-ка, я лучше провожу её до кишки и догоню тебя, - не согласился аюн.
Вальдариан кивнул:
- Или так.
- А меня вы спросили? – возмутилась кирдоланка. – Между прочим, я – студентка военной академии и у меня есть бластер.
Она гордо положила ладонь на форменную кобуру, висевшую у неё на поясе.
- Именно это и пугает, - фыркнул аюн, бывавший с подругой в тире.
- Я иду с вами! – решительно заявила Аржа. – И это не обсуждается. Если что, вы меня защитите.
- А если не сможем? – педантично уточнил аюн.
- Тогда моя смерть будет на вашей совести! – с неопровержимой логикой заявила кирдоланка и ступила на мост.
И они двинулись во мрак Старых Штолен.
Во ту эпоху, когда Аалдарана была только возведена, в богатейшие недра горы Четверых спускались две кристальные шахты. Со временем залежи иссякли, и входы в оба рудника были замурованы. Но прожорливое растущее Пузо нащупало своими кишками их узкие ходы, подарив им новую и очень разную жизнь. Первый рудник, пологий, с просторными туннелями, быстро был расширен и обжит. С годами он превратился в целый подземный квартал, известный в народе как Штольни. Райончик этот, чудаковатый и не слишком респектабельный, был практически безопасен и населён преимущественно чужестранцами, предпочитающими подземный образ жизни. Предприимчивые гхоны, основные его обитатели, отстроили там быстро растущую сеть баров, борделей и казино. И сегодня насладиться экзотическими шоу в подземных кабаре приезжали даже из Верхнего города.
Второй же рудник, Старые Штольни, ждала совершенно иная судьба. Он, жуткий и загадочный, много веков служил источником городских мифов и легенд. В пабах пели баллады про зловещих призраков, плачущих в непроглядном мраке. Про кровожадных чудовищ, обитающих в заброшенных забоях и кормящихся случайными путниками. Про посетителей Пуза, неосторожно углубившихся в одну из кишок, забредших в старинные катакомбы и пропавших навсегда. Но что точно было правдой – здесь, глубоко под землей, встречались те, кто был пострашнее любого монстра.
Гуляя по коридорам, можно было наткнуться на пещеры контрабандистов или разветвлённые подземелья бандитов, объявленных в межпланетарный розыск. Или набрести на логово любителей «Синей неги», наркотического варева из кристальной пыльцы и спор веерди, ядовитых пещерных грибов, в изобилии растущих вокруг. А еще ходили слухи, что в самых недрах Старой Штольни лежала тайная темница. И в тесных камерах, прикованные к стенам, мучительно умирали военные преступники и предатели Доминиона.
След Слезы спускался в самое сердце старой шахты, то блуждая по узким коридорам, то забредая в давно покинутые забои. Очередной поворот, и лучи браслетов осветили небольшой зал, выбитый в скале. Под низкими давящими сводами потянулись приземистые бараки, наспех собранные из рифлёных металлических листов. Стояла тишина, лишь вдалеке едва слышно звенела капель.
Воздух, холодный и влажный, был напоен кисловато-сладким смрадом. Вонь ввинчивалась в ноздри. Свербела в горле. Касалась сердец стылыми скрюченными пальцами.
- Похоже, поселок заброшен, - дрожащим голосом сказала кирдоланка, прикрывая нос ладонью.
- Вполне возможно, - согласился принц таким тоном, каким обычно беседовал во дворце о погоде с очередной «манерной курой».
Он чувствовал, как подруге страшно. Слышал обостренным слухом ее лихорадочное неровное дыхание. А по засыпанной каменной крошкой земле бежала синяя лента следа. Юнала прошла здесь.
- Надо отдать должное этой безликой, у нее железные нервы, - заметил аюн.
- Может, она – и не безликая вовсе, мы же точно не знаем, - заспорила кирдоланка, чтобы только не молчать.
Негромкие голоса отражались от каменных сводов, будя ворчливое эхо. Студенты шли по вымершей деревне, утонувшей во тьме, и густой смрад полз за ними следом. Они поднялись по каменным ступеням, и очередная хибара надвинулась на них из темноты. Ветхая, страшная. С черными пучинами окон. Из-за угла ее неожиданно донёсся протяжный хруст. Будто тяжелая ступня медленно опустилась на ломкий гравий. Хрусть. Хрусть. Все ближе. И ближе. А потом, в звенящем безмолвии, на дорогу ступило косматое чудовище. Оно остановилось, ослепленное свечением фонарей, вскинуло голову с сивыми лохмами и завыло. И от воя его, пронзительного и утробного, кровь заледенела в венах, и мучительно заломило в висках. А чудище раскатисто зарычало и, размахивая передними лапами, бросилось на друзей.
- Нет! – выкрикнул аюн.
Он вывернул руку кирдоланке, не давая выстрелить, и одновременно дернул девушку на себя, убирая с пути монстра. И тот, слепо маша руками, промчался мимо, оглашая зал душераздирающим ревом.
Аржарнавага вывернулась из объятий аюна и в панике бросилась бежать, не разбирая дороги. Но через несколько шагов её настиг принц.
- Тихо-тихо! Успокойся, - мягко проговорил он, поймав её за плечи.
Андрин подбежал к ним, и кирдоланку окружила негромкая, вполголоса зазвучавшая Песнь. И девушка перестала вырываться и почти членораздельно пробормотала трясущимися губами:
- Где… оно? Где чудовище?
- Оно не опасно, - Вальдариан вздохнул и добавил, - и это – не чудовище.
- Я бы предпочёл чудовище, - мрачно проронил аюн.
- Я тоже. Взгляни, - принц показал в сторону лестницы, сбегающей вниз, к центру деревушки.
Под горкой, на железных скобах скамейки с проломленным сидением, сидел высоченный старик. Он низко наклонился, опираясь на колени, и покачивался туда-сюда, будто убаюкивая боль в своем чреве. Голову его, укрытую седым саваном волос, окружали беспрестанно вращающиеся обручи лотана, полыхающие голубым сиянием во тьме. Из рукавов его изодранной футболки торчали костлявые руки, поросшие клоками шерсти. А у локтей неряшливыми оборками свисала морщинистая кожа. Зловонная тишь наполнилась протяжными подвываниями и всхлипами. Чудовище плакало.
- Кто это? – потрясенно спросила кирдоланка.
- Наверное, иштарианец, - тихо ответил принц. – Был.
- Это – кунтов гвир! - ожесточенно возразил аюн. - Неважно, какой он был расы, конец для всех один.
- В детстве мама читала мне страшилки про тех, кто увяз в виртуальности, - растерянно проговорила девушка. – Я всегда думала, что это просто побасёнки.
- Счастливый же у вас народ, если ты их никогда не встречала, - задумчиво, будто бы даже с завистью, заметил Вальдариан. – Идемте, не хочется тут задерживаться.
- Ему можно помочь? – кирдоланка смотрела на гвира уже не со страхом, а с жалостью. Старик больше не плакал, а блаженно улыбался, слепо глядя в одному лишь ему видимую даль.
- Поздно. На такой стадии гвиры уже неизлечимы. Все здесь обречены, - негромко произнёс Андрин.
- Стоп! Ты сказал «все»? Он что, тут не один?! – с испугом уточнила кирдоланка.
- Чему тебя только учат в академии? – со вздохом поинтересовался принц, подталкивая подругу в сторону выхода из зала. – Заходя в незнакомое помещение, курсант Аржарнавага, не забудь его просканировать. Двойка тебе.
- Зато, у нее есть бластер, - с иронией прокомментировал аюн.
- Я растерялась, - смущенно оправдывалась Аржа. - Просто, тут так пахнет…
- Знаешь, помещения, где так пахнет, нужно особенно быстро сканировать. Если, конечно, ты не планируешь пахнуть так же, - с сарказмом заметил Андрин.
Кирдоланка на ходу скользнула рукой по браслету, и перед ней возник экран, отображающий схему зала.
- Двенадцать живых существ, - удивленно проговорила она, очертив лучом лотана круг по стенам.
- Наверное, тут была коммуна изгнанников, - невесело предположил принц. – А потом какой-то придурок первым попробовал глубокое погружение.
- Изгнанникам нечего терять, Дари… - тихо заметил аюн.
Большинство ярких точек находилось внутри прямоугольников, обозначающих лачуги. Девушка представила себе существ, сидевших там. В одиночестве. Во мраке. Погруженные в свои чудесные сны, они и не замечали, как смерть забирала их ставшие ненужными тела. И только голубые ленты лотана, потеряв сигнал, медленно угасали, бросая прощальные всполохи света на костлявых мертвецов в лужах собственной мочи. Арже стало жутко. И она спросила:
- Сколько же тут трупов?
- Думаю, не меньше сотни.
- Всё будет плоть Его, – набожно прошептала девушка и внезапно поняла: - Вы оба уже видали такое раньше, да?
- Дари же сказал - у тебя счастливый народ, - угрюмо отозвался Андрин.
***
- Свет впереди, - предупреждающе прошептал аюн, - пригасите фонари.
Туннель, по которому шли курсанты, неожиданно раздался вширь. Левая стена исчезла, сменившись крутым склоном. Далеко внизу лежала округлая зала с разбросанными по ней добротными кирпичными домиками с крылечками, ярко освещенными лохматыми шарами кристального газа. Пахло дымком, слышалось приглушенное бормотание генераторов, где-то неподалеку тихонько журчала вода.
- Деревня, - негромко прокомментировал принц, - вон там спуск к ней, но наш след идет мимо. Впрочем, уверен, они бы все равно не угостили нас грогом. Скорее, попытались бы ограбить.
- А ты всегда видишь в других только лучшее, да? – с ехидцей спросила Арджа.
- А я бы от горячего грога не отказался, - зябко повел плечами Андрин, - или даже просто от кофе.
Энтаил привыкли к тягучей жаре своей родной планеты, и аюну было неуютно во влажном холодке подземных глубин.
- Интересно, кто они и почему оказались тут? – проговорила кирдоланка, с любопытством посматривая вниз.
На улицах деревеньки под кручей было немало народу, но с такой высоты ни лиц, ни одежды ей было не разглядеть.
- Я вижу флаги со змеёй над ратушей, а на улицах - одних кирдолан, - сообщил девушке Вальдариан, обладавший куда более острым зрением. – А вот почему они оказались тут, полагаю, стоит спросить у вашего правительства.
В голосе принца отчётливо прозвучал сарказм.
- Перевоспитание еретиков, извративших суть Ишгарзмира, – древний обычай, - пожала плечами кирдоланка, мигом сообразив, кто обитает в деревеньке.
Она теперь уже с неприязнью глянула вниз и, отвернувшись, с независимым видом принялась рассматривать слоистый тёмный камень бугристых стен.
- Древний - часто значит «варварский», - насмешливо заметил аюн.
- Я же не критикую вашу веру! - обиженно взвилась Аржарнавага. – К тому же, чтобы вернуться домой, этим еретикам нужно всего лишь принять свет Учения Всеединого. Возможно, - запальчиво добавила она, - именно благодаря мудрости заповедей Его, у нас почти нет гвиров!
- Гвиров нет, и вы решили портить жизнь своему народу иначе. Логично, - с умным видом покивал Андрин.
- Между прочим… - с апломбом начала кирдоланка, но закончить не успела.
Принц внезапно шагнул к ней, прикладывая палец к губам, и прошептал почти беззвучно:
- Кто-то идет.
Из-за поворота вышли трое мужчин, синекожих, бородатых, широкоплечих. Они были однотипно одеты, будто в униформу, - короткие серые плащи, походные штаны со множеством карманов и тяжелые ботинки. Каждый был при оружии – у двоих виднелись кобуры с бластерами, а у третьего - короткий меч в ножнах.
Мечник, шедший посередине, жестом приказал спутникам остановиться и выступил вперед, внимательно изучая друзей. Светло-голубые волоски в густой бороде и массивная надбровная пластина говорили о солидном возрасте кирдолана, а продольные морщины на лбу – о суровом нраве.
- Кто такие? – отрывисто спросил он.
- Просто путники, - миролюбиво ответил Андрин. – Идём по своим делам.
- «По делам» тут обычно ходят только бандюги и, реже, нарки. Вы из каких будете? – язвительно спросил мужчина.
- Вы, эжгандиги1[51], сами хуже любых бандитов! А куда мы идём – то не ваше дело! - заносчиво отрезала кирдоланка.
В узких темных глазах голубобородого сверкнул гнев. Спутники его подошли ближе, а руки их замерли на застёжках кобур. И один из кирдолан, молодой, с длинными светлыми косами, собранными в хвост, запальчиво воскликнул:
- Да кто ты вообще такая, чтобы осуждать нас за то, в чем ни даргха не смыслишь?!
- Это я-то не смыслю?! – возмутилась девушка. - Да мне достаточно того, что Собор…
- Собор! Тю… - мужчина шагнул вперёд. Черные и раскосые очи его так и сочились злобой.
- Я прошу прощения за дерзость нашей проводницы! - поспешно вмешался принц, незаметно, но крепко ущипнув подругу за ногу. – Но мы очень спешим.