Третья дорога

Тирдэг подался вперед и хотел что-то сказать, но Хавьер остановил его мягким жестом.

– Прошу вас, генерал, выслушайте меня. Да. Может так случится, что потребуется моя смерть. Это вовсе необязательно. Но возможно. Я готов к такому исходу. Как сказала одна храбрая девочка, судьба мира важнее моей судьбы. Но… Скорее всего, это должен будет сделать один из хозяев. Но кто? Положиться я могу только на вас, генерал. Бернар сейчас слаб духом. Санчос верен и отважен, но горяч и порывист. И оба они видят во мне только сбившегося с пути ребенка, который нуждается в их защите. Хэлен в расчет не берем. Она, возможно, и способна воткнуть кинжал в мое сердце, но мне не хотелось бы подвергать девушку такому испытанию.

Хавьер тряхнул головой, будто отгоняя дурные мысли.

– Одним словом, я, Хавьер Норрьего, король Кордии, желаю снять с вас клятву верности мне. Перед лицом всего мира и его хранителей, вы, Тирдэг Драммонд, мне ничего не должны. Ваша жизнь и ваша смерть принадлежат отныне только вам.

Тирдэг вздрогнул, затем тоже положил руки на стол. Снял с левой ладони перчатку. Оставленный заклятием узор исчезал на глазах и вскоре пропал совсем.

– Вот и все, – тихо сказал Хавьер и улыбнулся, переведя взгляд с руки Тирдэга на его лицо. – Вы снова свободны, генерал. Можете поступать так, как сочтете нужным. А я… Я доверяю вам. И вручаю свою жизнь и жизни всего нашего мира. Если будет в том необходимость, вы меня убьете. А потом будете жить дальше и взойдете на трон. Да, не спорьте. У меня еще нет наследника. А кидать страну, только что пережившую войну, в новую междоусобицу я не желаю. Соответствующие документы о престолонаследии уже составлены. Так что скажете? Я могу на вас рассчитывать?

Тирдэг молча снял перчатку со второй руки. Затем сказал твердо и четко:

– Да, мой государь. Всегда и во всем. Что бы ни случилось.

2.1

Тирдэг открыл глаза и осмотрелся. Мир вокруг него был почти настоящим. То есть выглядел совершенно обычно, но в то же время Тирдэг видел его некую искусственность. Так, словно бы оказался внутри мастерски написанной картины. Он стоял посреди большой поляны. За спиной шумел на ветру незнакомый странного вида лес. Впереди высилась гора, уходившая вершиной за облака. Погода почти летняя. На безупречно голубом небе ярко светило солнце. Тут внимание Тирдэга привлекла еще одна странность: в десятке шагов от себя он заметил собравшийся большим кругом туман. Весь остальной воздух оставался чистым и прозрачным.

Вдруг туман сгустился еще больше, а из его середины появился Бернар. Затем оттуда вышли Санчос и Хэлен. Тирдэг подал кузине руку и взял под локоть, спросив:

– С вами все хорошо? Голова не кружится?

– Нет, князь, – улыбаясь, заверила она, оглядываясь вокруг. – Все хорошо. Это и есть другой мир? Он очень похож на наш. Только какой-то… Ненастоящий.

Из тумана выступил Норрьего. Он жадно оглядел всех так, будто искал здесь кого-то важного для себя и не находил.

– Мой государь? – Тирдэг не успел сказать что-то еще.

На поляне появились двое: невысокая черноволосая женщина с тонкими красивыми чертами лица и темнокожий молодой мужчина в офицерском мундире.

– Хави! – воскликнула незнакомка и стремительно направилась прямо к Норрьего. – Что это за место? Где мы? Это что, такой сон? Почему ты так выглядишь?

А тот, не говоря ни слова, кинулся к ней навстречу, будто безумный, крепко сжал в объятиях, легко подняв от земли, и замер так.

– Хави? Что ты делаешь? – Красавица звонко рассмеялась и принялась выворачиваться из мертвой хватки короля. – Что, так соскучился с тех пор, как мы виделись в последний раз? Это было всего лишь час назад! Хави! Отпусти меня наконец!

– Не могу, дорогая… – чуть слышно проговорил Норрьего. – Я так боялся, что ты не появишься… Что я тебя не увижу… Что понял слова Веточки неправильно… Боялся не то, что говорить, даже думать о возможности встречи…

Он глубоко вздохнул и все же поставил хрупкую незнакомку на траву. Красавица тут же принялась осматривать все вокруг. Вдруг ее большие темные глаза остановились на самом Тирдэге.

– Рэй? И ты здесь? А кто эта милая девушка? Твоя родственница из Тарда?

Незнакомка тут же направилась в их сторону. Норрьего кинулся за ней и бережно, но сильно взял под руку, останавливая в нескольких шагах от хозяев земли и воды.

– Подожди, дорогая! Сейчас я все объясню. Перед тобой не Рэй, а его отец: князь Тарда Тирдэг Драммонд. Рядом его кузина, наследная графиня Хэлен Эргард. А еще, – Норрьего указал раскрытой ладонью на подошедших Санчоса и Бернара, – граф Леджер и капитан Горельо. И все мы действительно находимся сейчас в одном очень необычном сне.

Незнакомка кинула острый взгляд на Норрьего, затем приветливо улыбнулась всем и заявила:

– Вот как. Хорошо. Очень рада знакомству. Князь, графиня, граф. А с доблестным капитаном мы виделись не так давно, верно? Только в жизни вы гораздо старше.

Санчос недоуменно поклонился и пробормотал:

– Возможно…

– Конечно, он, как и я, был старше, дорогая! – пришел ему на помощь Норрьего. – Это ведь сон! Здесь время течет по другим законам. Но позволь, я представлю и тебя. Друзья мои, перед вами королева Кордии в будущем и настоящем, моя возлюбленная супруга, Гюзель Норрьего!

Тирдэг уловил, как напряглась рука Хэлен, и, не глядя на кузину, склонил голову перед столь внезапно появившейся красавицей.

– Ваше величество, рад знакомству.

Хэлен тоже присела в придворном поклоне и проворковала совсем чуждым для нее тоном:

– Какая честь, быть вам представленной, ваше величество!

Названная Гюзелью улыбнулась ей.

– Ах, оставьте эти придворные глупости, графиня! Мы ведь во сне, не так ли? А во сне допустимо все!

– Все так, дорогая! – Норрьего поцеловал ей руку. – Это сон. Только необычный. В нем все будет похоже на явь, но будет и много сказочного. Ничего не бойся. Утром ты просто проснешься в своей кровати. Но, мы совсем забыли о твоем спутнике.

Он посмотрел на темнолицего мужчину, все время стоявшего позади них.

– Подходи ближе! Друзья, перед вами мой сын, Абак Норрьего. Прошу любить и жаловать.

Когда тот приблизился, Норрьего крепко обнял и его. Мужчина широко открыто улыбнулся и воскликнул:

– Отец! Как молодо ты выглядишь! Тебя можно принять за повзрослевшего Фиделя!

Норрьего рассмеялся.

– Да, сын. Здесь ты стал старше меня. Но, раз уж все мы оказались в одном сне, позвольте я расскажу о том, что будет дальше. Давайте сядем здесь в круг.

Он опять подал руку той, которую назвал женой, и помог ей расположиться на траве. Непохожий на них двоих «сын» подсел рядом. Тирдэг и Хэлен устроились напротив, а справа и слева – Бернар и Санчос.

– Итак, друзья мои, – начал Норрьего. – Все мы, кто из прошлого, кто из будущего, оказались в столь необычном месте, для того, чтобы исполнить долг и спасти мир от грядущей катастрофы. Для этого каждому из вас дана сила управлять той или иной стихией. Князю Драммонду подвластна земля, графине Эргард вода, графу Леджеру огонь, капитану Горельо воздух.

Он отвесил каждому из хозяев мира по поклону, затем обратился к новеньким:

– Тебе, моя дорогая, отныне будут подчиняться все так любимые тобою растения. А ты, Абак, станешь хозяином живых тварей. Сможешь понимать язык зверей, птиц, рыб, а также всех прочих существ и повелевать ими. Я буду вашим проводником. Нам всем нужно попасть в расположенный где-то здесь Небесный град, отыскать в нем запечатанную книгу и не дать ей раскрыться. Скорее всего, пролив на нее немного крови каждого из нас. Вот все, что мне известно.

– Мой государь, – обратил на себя внимание Тирдэг. – Логично предположить, что искомый нами город находится на верхушке той горы. Я могу проложить туда дорогу, но пеший подъем все равно отнимет много времени и сил.

– Я мог бы перенести всех на вершину силой ветра, – заметил Санчос. – Но только по одному. Не опасно ли будет разделяться в незнакомом месте?

– А поднять нас всех вместе, вы в силах, капитан? – спросила будущая королева Кордии.

– Думаю, да, ваше величество. Но на чем? Здесь ведь не то что корабля, даже ковра нет! – Санчос развел руками.

Она улыбнулась.

– Сейчас будет. Как ты сказал, дорогой? Мне здесь подчиняются все растения? Великолепно! Тогда призовем лианы! Они как раз должны расти в том широколиственном теплолюбивом лесу, что находится у нас за спиной.

Новая хозяйка самоуверенно улыбнулась, встала и щелкнула пальцами. Она, видимо, действительно воспринимала происходящее как игру и сон, в котором возможно все.

Какое-то время ничего не происходило, затем Тирдэг услышал шуршание и увидел, как заколыхалась трава. Хэлен вцепилась в его руку.

– Там что, змеи? – испуганно прошептала она, крепче сжимая пальцы.

– А у тебя прекрасно получается, дорогая! – воскликнул Норрьего, вставая рядом с хозяйкой растений. – Твои лианы просто восхитительны!

– Все действительно чудесно, дорогой! Эти зеленые малышки на самом деле меня слушаются! – весело отозвалась она. – Но теперь, прошу, не отвлекай меня. Ткачество требует полного сосредоточения на работе…

Хозяйка несколько раз взмахнула руками, а затем переплела пальцы. Шевеление в траве усилилось. Хэлен отпустила Тирдэга и вскочила. Он тоже встал, чтобы лучше видеть происходящее.

А тем временем, рядом с ними уже возникал плотный зеленый ковер. Множество, наверное больше сотни, толстых длинных стеблей каких-то чудных растений без листьев, будто живые, переплетались друг с другом и замирали, как только оказывались в нужном положении. Вскоре их повелительница вновь щелкнула пальцами. Все лианы замерли.

– Готово! Как вам, капитан? – Хозяйка смахнула со лба черный локон и подбоченилась. – Подойдет для подъема на гору?

Санчос подошел ближе, присел и пощупал получившийся плотный ковер.

– Думаю, подойдет. Давайте испытаем. Будте осторожны!

Он встал и легко дунул в сторону переплетенных лиан, Те поднялись в воздух на высоту человеческого роста, затем опять плавно опустились на траву.

– Отлично! – воскликнул Санчос. – Добро пожаловать на борт! Дам попрошу расположиться в самом центре, а мы сядем по бокам.

Тирдэг снова взял Хэлен под локоть и проводил на ковер. Норрьего усадил рядом с ней свою будущую королеву. Затем все мужчины разместились вокруг дам и положили руки друг другу на плечи.

– Наверное, для большей безопасности, стоит сделать вот так, – заметила хозяйка и снова щелкнула пальцами.

По ее знаку незанятые края ковра поднялись, а составлявшие их лианы стянулись, образуя борта в локоть высотой.

– Замечательно, дорогая, – одобрил Хавьер. – Такое чувство, что ты всю жизнь командуешь растениями.

– Я всю жизнь их люблю, Хави, – улыбаясь, заметила хозяйка. – А также изучаю. И потом, мы ведь во сне! А значит, здесь возможно все!

Норрьего стал вдруг очень серьезным.

– Да, любовь моя. Это сон. Однако сон очень необычный. От того, что произойдет в нем, будет зависеть судьба нашего мира. А если кто-то из нас тут погибнет, то погибнет на самом деле. Понимаешь?

Королева тоже перестала улыбаться.

– Теперь понимаю. Все по-настоящему, да? Хорошо. Хочется думать, ты знаешь, что делаешь.

– Надеюсь, все будет хорошо, дорогая, и все мы благополучно вернемся домой. А теперь, – Норрьего встретился взглядом с каждым из хозяев, – держитесь крепче. Санчос, отчаливай!

2.2

Поднявшийся по велению хозяина воздуха ураган с шумом пролетел по лесу, пригибая деревья к самой земле, а затем завертелся вокруг ковра, поднял его и осторожно понес вверх.

Все время подъема на вершину Тирдэг осторожно рассматривал Гюзель и Абака. Их появление было очень неожиданным, а объяснения Норрьего вызывали больше вопросов, чем давали ответов.

Все это требовало немедленного разрешения. Как только их летающий ковер преодолел слой облаков и опустился на большую ровную площадку, Тирдэг тронул плечо Норрьего.

– Государь…

Тот сразу же оглянулся.

– Да? Что вы хотели, генерал?

– Поговорить наедине.

Норрьего кивнул и, дав задание остальным хозяевам осмотреть местность, покинул ковер. Тирдэг двинулся за ним следом. Когда они достаточно далеко отошли, Норрьего сел на валун.

– Располагайтесь рядом, генерал. Что вас беспокоит?

Тирдэг сел и начал с главного вопроса:

– Кто такой Рэй?

Норрьего тут же отвернулся и посмотрел туда, где гора заканчивалась, и где-то внизу клубились облака.

– Так просто не ответить, генерал… Вы же обратили внимание на то, что моя супруга и сын говорили о том, что я очень молодо выгляжу?

– Да, государь.

Норрьего кивнул, не поворачивая голову к собеседнику.

– Все дело в том, что я живу не первый раз. Сейчас в привычном вам мире Гюзель не старше Веточки. Если мы все благополучно вернемся обратно, то мне еще только предстоит отправить послов к султану Нузара с просьбой выдать ее за меня. Но есть и другой мир. Мир, в котором вы и ваша супруга погибли, а ваш сын Рэнсор остался жить. И в том другом мире вы, умирая, взяли с меня слово беречь вашего мальчика и его земли. Вы же дали ему секретное домашнее имя: Рэй. Я слово сдержал. Рэнсор благополучно вырос в моем доме, достиг уже вашего возраста. Последние годы называет меня отцом. Потому Гюзель и приняла вас за него. Вот такая история, генерал.

Тирдэг долго не мог найти слов, затем прошептал:

– Это… Правда?..

Норрьего повернулся, глянул в упор и тихо сказал:

– А сами вы, как думаете? Будете в Нузаре, спросите у Веточки. Она покажет. Но, прошу вас, генерал! Живите будущим, а не прошлым!

Он встал и быстрым, нетерпеливым шагом направился к остальным. Тирдэг, чуть погодя, заставил себя пойти за ним следом.

***

На площадке их уже ждали. Норрьего встал за спиной жены и крепко обнял ее, видимо, не желая больше никуда отлучаться.

– Разрешите доложить: дорога отсюда уходит выше в гору и упирается в очень высокую ледяную стену, – отрапортовал Бернар.

– Новое препятствие? – Норрьего белозубо улыбнулся. – Опять полетим?

– Боюсь, что нет, ваше величество. Думаю, я свои силы здесь уже исчерпал, – ответил Санчос и подул на подброшенный им камешек. Тот упал на землю.

– В таком случае, в бой пойдет артиллерия, – заявил Бернар. – Я смогу растопить лед, чтобы сделать проход.

– А я отведу воду в сторону! – тут же воскликнула Хэлен. – У меня получится.

– Хороший план, – одобрил Норрьего. – Так и сделаем. Пойдемте к стене.

Все двинулись вверх по дороге. Но не успели пройти половину пути, как гора под ними задрожала.

– Стойте! – крикнул Тирдэг, понимая, что под ногами вот-вот разверзнется пропасть. – Замрите!

И уже не глядя на окаменевших спутников, он сел на землю и опустил на нее ладони. Под руками ощутился огромный испуганный зверь, готовый броситься от страха неведомо куда.

«Тихо! – спокойно и веско обратился к нему Тирдэг. – Тихо. Все хорошо. Я рядом. Твой хозяин рядом. Я защищу тебя. Все хорошо».

Глубинные содрогания под его ладонями постепенно угасли. Тирдэг закрыл глаза, обращаясь мыслями к потревоженной горе. Уловил последний умиротворенный вздох.

– Опасность миновала! – сообщил Тирдэг, вставая. – Можем идти.

– Как же хорошо, генерал, что вы с нами! Вперед, друзья! – с облегчением сказал Норрьего, но свою королеву на землю не опустил и дальше понес на руках.

Вскоре вдалеке возникла уходившая в небо бесконечная ледяная стена. Бернар сделал всем знак остановиться.

– Прошу, подождите здесь, – попросил он. – Я пойду один. Хэлен, вы держитесь позади. Близко ко мне не подходите.

– Хорошо, генерал, – отозвалась та. – Я уже знаю, что предпринять.

Бернар кивнул и отправился к стене. Хэлен пошла следом, а остальные остались на месте.

Не дойдя до цели десятка шагов, Леджер остановился и, подняв руки, потер ладони. От них посыпались искры, а затем полетели маленькие огненные всполохи. Вот вокруг своего хозяина уже кружит целый рой язычков пламени. И вот Бернар движением рук посылает его на стену. Огоньки с шипением врезаются в ледяную поверхность и пропадают, оставляя на ней крошечные выбоины. Но Леджер одну за одной шлет уже новые волны огня. И стена сдается. Лед в месте атаки начинает плавится. На землю брызнула вода.

Тут руками взмахнула Хэлен. Не давая становящимся все сильнее потокам хлынуть вниз по дороге, туда, где стояли остальные хозяева мира, она развернула их и принялась вновь обращать в лед. Повинуясь приказу графини, вода снова застывала, образуя высокую арку над создаваемым Бернаром проходом.

– Удивительное зрелище! – выразила общую мысль королева Гюзель. – Настоящее волшебство! Но, Хави, может быть, ты все-таки отпустишь меня? Землетрясение давно закончилось.

Тирдэг отвлекся от созерцания борьбы льда и пламени, чтобы взглянуть на короля. Норрьего по-прежнему держал жену на руках, крепко прижимая к себе, словно самое драгоценное из сокровищ. Она попыталась освободиться, но тот лишь улыбнулся.

– Нет, моя Нифада. Даже не проси. Я слишком долго жил вдали от тебя. И теперь не упущу ни единого мига, отмеренного нам духами для встречи.

– Я не понимаю тебя, – ответила королева, обнимая мужа за шею. – Но спорить не буду. Здесь твой сон, так что делай, что хочешь.

– Вот и договорились, – шепнул Норрьего, с безумным видом пряча лицо в густых вьющихся волосах красавицы.

Тирдэг отвернулся. Он не почувствовал боли в сердце. Но смотреть на чужое, выстраданное счастье не мог. Только подумал, что сам вел бы себя точно также, если бы вдруг встретил Маргарэт.

– Проход готов! – донесся издалека крик Бернара.

Не оглядываясь на королевскую пару, Тирдэг зашагал к стене. В его душе не было боли, но родилась жгучая зависть. Почему свою избранницу здесь встретил Норрьего, а не он сам? Почему духи не дали даже краткого момента счастья? Горького, невыносимо мимолетного, ядовитого… Но счастья! Он отдал бы все на свете, чтобы только вновь прижать к себе Маргарэт! Но нет… Ему не позволили даже такой малости…

– Что за красота! – услышал Тирдэг радостный голос Санчоса, вздрогнул и осмотрелся.

Все они уже стояли возле созданного Бернаром прохода в стене. Он был высотой в человеческий рост и шириной в три локтя. По краям проем охватывала массивная ледяная арка, состоявшая из замысловатого узора сложно переплетенных линий, будто бы вырезанных изо льда рукой искусного мастера.

– Отличная работа! – выдохнул Тирдэг, стараясь избавиться от мрачных мыслей. – Невероятно, но огонь и вода, оказывается, могут замечательно работать вместе!

– Да, поработать пришлось, – устало произнес сидевший рядом с проходом Бернар. – Чувствую себя так, словно совершил марш-бросок с полной выкладкой.

– А вы, Хэлен? – тут же спросил Тирдэг, поворачиваясь к явившей силу хозяйки кузине. – Как вы?

Та лишь развела руками.

– Ничего особенного! Устала не больше, чем от рисования.

– У вас талант скульптора, Хэлен, – заметила королева, которую принес к стене Норрьего.

– Всего лишь хорошая память, ваше величество, – со скромной улыбкой ответила графиня. – Я никогда ничего не забываю. Вот и сейчас просто приказала воде замерзать так, как видела на росписях одного из древних храмов.

– Воистину, что для одного чудо, для другого просто обычное дело! – заключил Тирдэг. – Но нам нужно двигаться дальше. Бернар, ты можешь идти?

– Да, вполне, – отозвался тот, вставая.

– Только, позвольте, первым пойду я! – неожиданно прозвучало сзади.

Тирдэг и остальные хозяева оглянулись. Говорил темнолицый сын Норрьего. Король тоже на миг оторвал взгляд от жены и спросил:

– Почему, Абак?

– Все очень просто, отец, – ответил тот, с улыбкой выступая вперед. – Все хозяева, кроме меня, уже испытаны. И, насколько я понимаю все здесь происходящее, лишились силы. Логично предположить, что за стеной нас ждет некая живая тварь, с которой смогу справиться только я. Потому и хочу пойти первым.

– Он прав, – заметил Тирдэг, вопросительно глянув на помрачневшего Норрьего.

– Хорошо, – коротко решил тот. – Иди сын. Я пойду вторым. За нами Тирдэг. Потом Бернар и дамы. Санчос прикроет тыл.

Он быстро поцеловал королеву в голову и поставил на землю, заглядывая ей в глаза.

– Прости, родная, что покидаю тебя, но сыну нужна моя помощь.

– Конечно, дорогой! У нас ведь еще вся жизнь впереди, не так ли?

Норрьего ничего не ответил. Только каким-то обреченным жестом поцеловал жене руку и, развернувшись на каблуках, направился к сыну. Тот уже ждал его возле арки. Встав друг за другом, они двинулись сквозь стену. Пошедший следом Тирдэг вдруг осознал, что ни у кого из них нет никакого оружия.

Стена оказалась очень толстой. Не меньше десяти локтей. Пока шли сквозь ледяной сумрак, Тирдэг наблюдал, как напряжен Норрьего. Он крался, словно хищник на охоте, готовый броситься на любого врага, и явно прислушивался, если даже не принюхивался ко всему. Вот уже совсем рядом конец туннеля.

– Стойте! – воскликнул Абак, вскидывая руку. – Оставайтесь под защитой стены. Дальше я иду один.

– Да, – тут же подхватил Норрьего, оборачиваясь. – Оставайтесь тут. Дорш, я прошу тебя сберечь самое главное! Наших спутниц. А мы пойдем вперед.

Не дожидаясь ни ответа, ни возражений, он снова повернулся и положил руку на плечо замершего у самого выхода сына.

– Не торопись, малыш, – шепнул ему Норрьего. – Пусть принюхаются. Сразу они не нападут. Вначале надо познакомиться.

– Да, отец, – тихо ответил Абак.

С десяток ударов сердца все стояли неподвижно. Затем хозяин живых тварей и его отец медленно пошли вперед и покинули ледяной туннель. Тирдэг последовал за ними и, развернув плечи, перекрыл собою выход из стены. Тогда он, наконец-то, смог увидеть то, что происходило снаружи.

Норрьего и Абак стояли бок о бок посреди большой, залитой солнцем поляны, а напротив них скалила зубы волчья стая. Тирдэг не раз встречался с этими зверями в лесах Тарда. Нескольких завалил сам. Но те «живые твари», которые вздыбив шерсть на затылках, сейчас наступали на своего хозяина, вызывали оторопь. Они были огромные. Медведи, а не волки. А их злые глаза светились красным.

***

Абак, не отрывая взгляда от морды вожака, медленно сел на землю. Отец опустился рядом. Он молчал, но Абак чувствовал его силу. Отец словно сам стал таким же волком. Возможно, даже больше волком, чем человеком.

Вожак отделился от стаи, сделав шаг вперед. Абак пристально вгляделся в его глаза. Волк явно угрожал, рычал и скалил зубы. Но почему-то тоже молчал. Абак думал, что обретя силу хозяина живых тварей, он сможет поговорить со зверем. Объяснить, что им нужно просто пройти дальше. Но волк не отвечал на его слова. Ни на приветствие, ни на вопросы, ни на приказы. Только жег неземным взглядом.

Отец вдруг встал и пошел навстречу зверям. Остановился на полпути и снова сел на землю. Вожак подошел вплотную. Встал напротив отца. Все также молча.

Абак решительно поднялся и присоединился к ним. Волк теперь стоял в шаге от него. Вожак повернул морду и взглянул Абаку в глаза. И тут он понял. Им не нужны слова.

Слова обманывает, уводят прочь, скрывают суть. Правдива только тишина. Волк не хотел говорить. Он приглашал разделить с ним тишину. Абак постарался откинуть прочь все мысли. Забыть прошлое и будущее. Прикоснуться разумом к разуму зверя.

Вначале тишина оглушила. Абак будто бы потерялся в ней, будто упал с высоты в пропасть. Но тут же почувствовал, что он там не один. Рядом находился отец. Он наполнял тишину своим спокойствием. И Абак, ощущая его поддержку всем сердцем, смог сосредоточиться на общении с волком.

***

– Что там происходит? – раз за разом спрашивала Тирдэга взволнованная королева.

Она была гораздо ниже ростом и не могла видеть из-за его спины.

– Ничего страшного, ваше величество, – старался успокоить ее Тирдэг. – Им навстречу вышли несколько волков. Звери не нападают. Видимо, ваш сын разговаривает с ними. Думаю, вскоре все закончится.

– Просто невыносимо… – выдохнула королева. – Ждать, не имея возможности помочь!

– Уже все, ваше величество! – радостно воскликнул Тирдэг. – Звери уходят, освобождая дорогу! Все! Опасность миновала!

Королева тут же метнулась вперед, каким-то неведомым образом проскользнула мимо Тирдэга и выбежала из туннеля. Норрьего и Абак оглянулись, а она набросилась на них с кулаками и упреками:

– Как вы могли! Почему! А как же я? А если бы?..

Теперь уже Абак подхватил королеву на руки и прижал к себе.

– Матушка! Все ведь хорошо! Все закончилось!

Норрьего обнял их и постарался успокоить жену:

– Да, любимая! Все закончилось. Мы можем идти дальше. Наш мальчик великолепно справился со своим испытанием! Ты должна гордится таким сыном!

Королева быстро провела рукой по глазам.

– Я горжусь. Очень горжусь. Вами обоими. И очень боюсь потерять…