- -
- 100%
- +
Карленне захотелось кинуть в него что-нибудь тяжёлое. Благо, под рукой у неё ничего не оказалось – иначе после смерти Эшета пришлось бы проводить ещё одни похороны. Она поступила иначе. Обернувшись к генералу, она спустилась на пару ступеней, чтобы снова оказаться рядом с ним, и холодно сказала:
– Существа наказали вас смертью сына.
Нахлынула тишина. Нарушая её, по окнам тарабанил град, и вечерний туман застилал площадь. Лорд Пьех побагровел. Он бы, может, даже ударил Карленну, если бы вокруг никого не было. Но королеву окружали стражники, и советник предпочёл сдержаться.
– Ой, смотрите! – пискнула служанка, испуганно указав пальцем на окно.
Первыми к нему подошли слуги и стража, а чуть позже, не сдержав любопытства, к стеклу приблизились и Карленна с генералом. Но так как снаружи начало темнеть, они видели скорее очертания своих отражений, чем улицу. Королева соединила руки домиком и, приставив их ко лбу, прислонилась к стеклу. Она всмотрелась, ужасаясь от того, чтоименно увидела, а одновременно с этим служанка вновь запричитала:
– Святые Существа! Этот же то чудовище!
Карленну пробила дрожь. Мёртвый ящер, которого она приказала вывезти из Тереоля, находился на дворцовой площади. Видимо, его увезли недостаточно далеко, – королева не проверяла, – и сейчас чудовище, оскалившись, гналось за стражниками. Те разбежались, отстреливаясь, и едва успели скрыться от него в дозорной башне. Рассвирепевший ящер в несколько ударов проломил железную дверь и просунул голову в проём, но стражники уже поднялись на верхний этаж. Они принялись палить по зверю, а он лишь тряс телом, будто отмахиваясь от мух, и пытался пробиться дальше. Коридор и лестница башни оказались для чудовища слишком узкими, и оно, вытащив голову, заревело так громогласно, что зазвенели стёкла. Потом оно обернулось. В окнах дворца горел свет, фигурки людей легко просматривались с улицы. Все они могли стать добычей ящера. Чудовище потянуло носом, а по Карленне пробежал холодок. Она прошептала:
– Прячьтесь!
Благодаря полной тишине все услышали тревожный голос и бросились в укрытие: в подвалы, под лестницу, в мелкие комнатушки без окон. А сама Карленна не нашла в себе сил сдвинуться с места. Она замерла, рассматривая ящера, и так бы и стояла, если бы лорд Пьех не потянул её подальше от стекла. Он согнулся под подоконником, а королева прижалась к стене, разделяющей окно и выход из дворца. Она дрожала, сердце билось громче, чем напольные часы. Карленна не знала, насколько чувствителен слух ящера, и боялась привлечь его. Она затихла, прислушиваясь: ни шагов, ни рёва чудовища больше не раздавалось. Быть может, ящер ушёл? Или это такая же иллюзия, какую прежде создавала Мираби?
Карленна взглянула на генерала. Он, похоже, тоже прислушивался, а после приподнялся и выглянул в окно.
– Ушёл? – шепнула ему королева.
– Ничего не видно, – пробормотал тот.
Лорд Пьех осторожно пополз в сторону двери. Он выпрямился рядом с Карленной, обогнул её и потянулся к ручке.
– Что вы делаете? – удивилась девушка.
– Надо выяснить, куда оно делось.
Он приоткрыл дверь.
– Вы с ума сошли?!
Звуки дождя усилились, по полу близ двери заколотили мелкие капельки, град посыпался на плитку. Прищурившись, Лорд Пьех рассматривал улицу. Он не спешил отодвигаться от двери, значит, ящера поблизости не видел.
Быть может, это и вправду иллюзия? Проверять не хотелось, потому Карленна процедила:
– Закройте дверь.
Генерал не шелохнулся.
– Закройте! – вновь приказала девушка. Безрезультатно.
Преодолевая страх, она приблизилась к лорду Пьеху. Из-за ветра дождь залетал в открытый дверной проём, и полы королевского платья намокали. С улицы веяло холодом, Карленна поёжилась. Она скользнула взглядом по двору: ящера, к счастью, не было видно. Девушка надавила на дверь, призывая генерала закрыть её.
– Зак… – хотела повторить королева, но внезапно лорд Пьех толкнул её.
Карленна очутилась на крыльце. Она чуть не поскользнулась на плитке, но удержалась. Девушка кинулась было назад, но генерал с ухмылкой захлопнул дверь. Королева дёрнула ручку – тщетно. Дождь стекал по рукам, ладони намокли. Стражники то ли не заметили, как её выгнали на улицу, то ли опасались за собственные жизни, потому не приходили на помощь. Королева заколотила кулаками по двери, умоляя генерала впустить её обратно. Никого, кроме него, рядом не осталось.
Сумасшедший!
Вдруг Карленна почуяла опасность. Она застыла, уловив боковым зрением мощную фигуру в проёме далёкой арки. Девушка не двигалась, чтобы не привлекать внимание, но её крик к лорду Пьеху ужепривлёк чудовище. Ящер медленно приближался, рассматривая одинокую фигурку на крыльце дворца. Карленна машинально отступила на шаг назад, лихорадочно оглядывая площадь в поисках укрытия. На глаза бросилась карета. Карленна вспомнила, как ящер через несколько ударов пробил железную дверь башни, и засомневалась, что экипаж послужит ей надёжным укрытием, но всё же лучше спрятаться там, чем стоять на виду. Девушка бросилась к карете. Ящер побежал следом, и казалось, что земля задрожала. Град бил по королеве, дождевые капли стекали по лицу, волосам и одежде, утяжеляя её. Юбка путалась в ногах, а туфли скользили. Карленна прошмыгнула в карету, уже чувствуя на себе тёплое и мерзкое дыхание ящера. Он с рёвом сбил экипаж. Девушка закричала, когда карета перевернулась, и вцепилась руками в поручень. Хлынули слёзы, Карленна ударилась, но из-за ужаса почти не ощутила боли. Ящер подцепил экипаж мордой и перевернул его ещё раз. Огромный глаз чудовища показался в окне, оно изучило жертву, а после за стеклом пронеслись его зубы. Зверь вновь ударил по стенке кареты, и та прогнулась. Коготь расшиб окно. Осколки полетели в Карленну, она прикрылась руками и застонала от новой порции боли. Но не это оказалось самым страшным. Ящер начал наступать на карету. Её бок прогибался, она плющилась, как гармошка, и Карленна понимала, что долго здесь не продержится. Она пролезла через разбитое окно и принялась отползать. Это ненадолго спасло девушку, но она знала, что стоит ей показаться из-под тени кареты, как ящер заметит её.
Чудовище отвлекла стрельба. Стражники наконец пришли на помощь, и когда ящер обернулся, Карленна, собрав остаток сил, встала и побежала к следующему укрытию. Впереди виднелась конюшня. Оправившись от града пуль, зверь зарычал и бросился за девушкой. Его лапы оглушительно застучали по площади. Карленна едва успела добраться до конюшни и забилась в дальний угол. Лошади встревоженно заржали. Через секунду голова ящера, задев хлипкие двери конюшни, втиснулась внутрь и почти добралась до Карленны. Королева могла протянуть руку и потрогать его кожу из тёмных чешуек. Ноздри чудовища вздувались, превращаясь в крупные чёрные дыры, а из приоткрытой пасти стекала нить красноватых слюней. Карленна вжималась в стену. Лошади били копытами, поднимая пыль с частичками сена. Чтобы добраться до девушки, ящер вертел головой, будто пытался пробурить скважину в конюшню. Доски трещали под его напором. Кровавые жилки в его глазах набухли, он рванул вперёд, и их отделяла уже не вытянутая, а согнутая рука. Порушились ограды у стойл, и лошади вырвались наружу, отвлекая ящера. Карленна тут же отползла в сторону, в освободившееся стойло. Чудовище схватило зубами одного из коней и за голову вытащило из конюшни. На землю хлынула кровь. Лошади бесновались и пытались выбежать на улицу, но ящер вновь закрыл головой выход, и бежать было некуда, кроме как в его пасть.
Карленна тем временем приметила заднюю дверь неподалёку. Пора было выбираться. Девушка опасливо привстала из своего угла и, прижимаясь к стенам, принялась подбираться к запасному выходу. Всего несколько шагов – и она окажется на свободе. Стрельба не прекращалась, и королева надеялась, что чудовище всё-таки можно отвлечь и уничтожить, пусть не сразу.
Голова ящера ворвалась в конюшню, сбив Карленну с ног. Чудовище уставилось на неё. Ему оставалось лишь один-два раза рвануть головой, чтобы схватить девушку.
В него снова стрельнули. Ящер вытащил пасть из конюшни и протяжно заревел. У Карленны кружилась голова, она медлила, хотя понимала, что надо скорее добраться до двери. В висках стучало. Она отшатнулась, когда дверь раскрылась, а оттуда вынырнула тень. Спаситель подхватил королеву за локоть, рывком поднял на ноги и, повторяя: «Скорее! Скорее!» – поволок к двери.
– Роберт! – прошептала она сбивчивым голосом.
Они очутились в соседнем дворе и побежали вперёд, пока позади гремели звуки стрельбы и рёва. Роберт закоулками вёл сестру за собой. Она опомнилась лишь тогда, когда они оказались в тёмной подворотне. Карленна больше не слышала ящера, но её сердце грохотало от бега и волнения.
– Ты в порядке? – потряс её Робер.
Она едва смогла кивнуть, потом бросилась к нему на шею:
– Роберт! – повторяла девушка, срываясь на слёзы. – Роберт!
– Всё хорошо, сестрёнка, – неловко успокаивал её он. – Я рядом.
– Ты меня не бросишь?
– Нет.
Она услышала, как он пальнул в воздух.
– Нам не стоит здесь задерживаться. Ящеры не умирают, тут опасно, – сказал он.
Вскоре послышался стук копыт. В подворотню прибыло несколько всадников в серых одеждах. Роберт взобрался на лошадь и протянул сестре руку.
В сумерках под проклятым ливнем они покинули Тереоль.
ГЛАВА 39. Дорога в Монт-д’Эталь
С тракта, длинным ковром расстеленному по всему Калледионскому коридору, в сторону гостиницы свернула карета. Стоял беззвёздный дождливый вечер, вокруг не было ни души. Все прятались под тёплой крышей гостиницы и в ближайших домах, только светящиеся окна и оставленные на стоянке экипажи свидетельствовали о том, что гостиница полнится путешественниками.
Карета остановилась на пятачке, где уже выстроились подобные ей первоклассные экипажи. Лорд и леди юн Бальфур отправили в гостиницу слугу с мешочком монет и наказом снять лучшую комнату на длительный срок, а сами остались дожидаться в карете. Если все комнаты окажутся заняты или не найдётся подходящей, то придётся ехать дальше.
Дерек приоткрыл дверь кареты и закурил. Снаружи свистел ветер, пепел падал на ступеньки, но дождь почти сразу смывал его. Аэлия от скуки накручивали пряди волос на палец и выводила узоры на стекле.
– Ты уверена, что не поедешь со мной дальше? – уточнил лорд, наблюдая через окно гостиницы, как слуга расплачивается с привратником.
– В Монт-д’Эталь? Очень нужно! – саркастично ответила Аэлия. – Я не хочу более иметь никаких дел с Робертом.
– И пока он там, твоя ножка, обутая в кожаную туфельку, ни в коем случае не вступит в эти осквернённые владения, – рассмеялся Дерек.
Он понимал сестру. За время пути она многое рассказала ему, поведала подробности о своей последней встрече с Робертом, обзывая бывшего любовника такими словами, среди которых самым нежным оказалось «подлый мерзавец». Дерек хмыкал, но с доводами Аэлии соглашался. Ей действительно нечего было делать в Монт-д’Этале.
– Во-первых, я буду замедлять тебя в пути, – перечисляла она ранее. – Во-вторых, если я останусь в гостинице, то через меня ты сможешь передавать письма Шоаре. Если что-то пойдёт не так и надо будет принять срочное решение, то я вместо неё смогу подсказать, что надо делать. Но это в крайнем случае. В-третьих, всё, что я могла тебе дать, я уже дала. Теперь ты всёзнаешь.
Аэлия имела в виду сведения обо всём, чем в самом деле занималась королева-ведьма. Дерек не сразу поверил словам сестры, усомнился, слишком уж невообразимо они звучали. Девушка поведала о ящерах, Ритуале, Покровительницах, Мёртвой Королеве, избранных ведьмах и прочем, что человеку, далёкому от колдовства, могло показаться байкой. С другой стороны, дакхаарское чудовище было реально, и раз оно существует, то почему бы не существовать и остальным вещам. А раз они – эти ящеры – угрожают континенту и трону Дерека, то он всеми силами постарается помочь Шоаре.
Слуга постучал в окно кареты.
– Комната готова, миледи.
Он взял багаж Аэлии и побрёл к гостинице, а она осталась в карете, чтобы попрощаться с братом.
– Ну что ж, хорошей тебе поездки, – пожелала девушка, поправляя причёску в отражении запотевшего окна.
– И тебе хорошо отдохнуть, – так же холодно ответил Дерек.
Он не вышел из кареты, чтобы проводить сестру. Стражник протянул руку, чтобы Аэлия спустилась, и в окружении слуг она пошла к гостинице. Дерек не стал дожидаться, пока сестра скроется в дверях: он подал знак кучеру, тот дёрнул поводья, и карета понеслась вперёд. Лорд прикрыл глаза и представил Монт-д’Эталь. Он не хотел тратить время, целые ночи на остановки в гостиницах, потому откинулся на сиденье и попробовал заснуть. «Теперь ты всё знаешь», – повторился вдруг в голове голос Аэлии. В полусне сознание Дерека терзал лишь один вопрос:
«Интересно, а они там в своём Монт-д’Этале знают обо всём этом?»
ГЛАВА 40. В его руках судьба континента
С балкона монт-д’этальской башни открывался вид на дорогу. Облокотившись на широкий парапет, Никос через подзорную трубу разглядывал всех, кто подъезжал к замку. Призраки, которых он, вспомнив сон про ящера, послал на помощь Карленне, должны были прибыть с минуты на минуту. Ник в нетерпении теребил край мехового плаща.
Рядом стояла Мираби. Она потянула короля за рукав, заставляя отложить трубу и обернуться к ней.
– Ты ведь не говорил Роберту ничего лишнего?
Ник помотал головой.
– Нет. Я лишь сказал ему, где и как встретить Карленну, чтобы спасти её. – Ему всё ещё чудился образ ящера за стеной дождя. – Вопросов он не задавал, но, боюсь, все и так догадываются о моих снах.
– Все? – опасливо прищурилась Мираби.
– Многие, – вздохнул король. Он ещё не рассказывал девушке, что его снами интересовался инквизитор, а, значит, и Анна Мельден. Ник предпочёл оставить разговор на потом. – Тебе не стоит об этом волноваться.
Он взял ведьму за руку, желая передать ей свою уверенность. Она в ответ сжала его ладонь.
Когда на подступах к замку показались серые фигуры, Ник с Мираби спустились во двор. Вскоре ворота открылись, пропуская всадников в Монт-д’Эталь. Последними во двор въехали Роберт и Карленна. В памяти короля мелькнуло её безнадёжное выражение лица из сна, когда она пыталась выбраться из разваливающейся конюшни. Теперь она была в безопасности, но чувство страха, похоже, ещё не покинуло её. Она держалась исключительно рядом с братом и бледнела при резких звуках. Роберт протянул ей руку, помогая спуститься и подойти к Нику.
– Спасибо, – прошептала она королю.
Он смутился.
– Это всё Роберт.
– Спасибо, что послал его ко мне.
– Мы же друзья.
– Ты должен знать, что на той войне я не была против тебя. Шоара шантажировала меня.
– Всё в порядке, – успокоил её Ник. – Мираби обо всём рассказала.
Ведьма кивнула. Королева улыбнулась ей, и напряжение спало с её лица.
Со свистом поднялся ветер. Король пригласил всех прибывших в замок, и, позволив девушкам идти впереди, поравнялся с Робертом.
– Как всё прошло? – спросил он вполголоса.
– Так, как ты и рассказывал. Мы хотели приехать до нападения ящера, но не успели, нас всё время что-то задерживало в пути. Невозможнобыло приехать раньше.
Он, видно, и сам сожалел, что не успел доехать до Тереоля и предупредить сестру о ящере – тогда она избежала бы тех невзгод, которые Ник видел в своём сне. Король кивнул, обозначая конец разговора, и задумался. Получается, изменить реальность он не мог, но для чего-то ведь ему даны эти сны?
После волнительного утра всем был необходим отдых, и лишь к вечеру Ник, Роберт и Карленна встретились вновь. Им было, что обсудить. Они собрались в приёмной. Мираби королевскими делами не интересовалась, а Маргарет, сославшись на ужасное самочувствие, к гостье не вышла, никого больше звать не стали, потому встречу проводили втроём.
Карленна пересказала Нику всё то, что он уже знал благодаря снам. В её голосе звучали страх и отчаяние.
– Мне нужна помощь, – призналась девушка. – Меня окружают враги, а мне нужны друзья.
Король кивнул. Всегда нужны те, кому можешь безоговорочно доверять.
– Что я могу для тебя сделать?
– Меня окружают враги, – повторила королева. – Шоара захватила Мейфор. Стражники и слуги, которых она приставила ко мне в Тереоле, подчиняются ей. А арнестские лорды меня ненавидят до того, что готовы убить. Мне нужны верные люди. Те, кто будут действительно защищать меня, чтобы я могла вернуться на трон.
– Хорошо, я отправлю с тобой верных стражников. А дальше? У нас есть общий враг.
– Очень сильный враг, – покачала головой девушка. – Шоара могущественная ведьма, с ней надо действовать осторожно. Я не знаю, как ей противостоять.
– Мы… – начал было Ник, но отвлёкся на открывающуюся дверь.
Он приготовился уже возмущаться на то, что его прервали, но, увидев вошедшего, промолчал. Фергюс. Его стоило позвать на встречу, но, во-первых, король не хотел смущать Карленну множеством лиц, во-вторых, беседа могла плавно перетечь на сны, о которых Ник пока предпочёл молчать перед инквизитором.
– Я вижу, у нас гости. Ваше Величество, – лёгким кивком головы старик поздоровался с королевой. – Мы встречались однажды, помните меня?
Каждый, кто хоть раз в жизни встречал Фергюса, едва ли мог его забыть.
– Помню, лорд Кединберг.
Она встала, чтобы поприветствовать инквизитора.
– Рад вас видеть.
– Взаимно, – холодно ответила Карленна.
Фергюс присел и обвёл взглядом присутствующих, дольше необходимого остановившись на короле и королеве. Ник поёрзал в кресле. Он уважал старика, прислушивался к его советам и уже позабыл о размолвке, которая произошла из-за их разного отношения к Ритуалу – в конце концов, даже самая крепкая дружба не обходится без ссор. Но сейчас он почувствовал себя неуютно, будто его вызывали на дуэль.
– Хорошо, что вы все здесь собрались. Мне надо поговорить с вами, – сказал Фергюс. – На ту тему, которую ты, Никос, избегаешь.
Карленна вопросительно посмотрела на юношу, он поджал губы, понимая, к чему ведёт беседа.
– Ритуал, – выдавил он, ловя взгляд королевы, который тут же сменился на раздражённый.
– Думаю, пояснения ни к чему, вы все прекрасно представляете, что это такое и для чего нужно, – вновь выступил Фергюс. – Для обряда нужны одиннадцать ведьм и одна королева. Как раз сегодня в Монт-д’Эталь приехала подходящая гостья.
– Нет уж, – перебила его Карленна. – Не вмешивайте меня в это, я сыта по горло колдовством. Больше ведьмам помогать не буду.
– Я и не прошу помогать ведьмам. Я прошу спасти людей от чудовищ. Вы ведь здесь, потому что чуть не пострадали от зубов одного из них? Вы видели, что из себя представляют ящеры и на что способны?
– Откуда вам знать, что со мной случилось? – напряглась девушка.
Ник хотел бы задать тот же вопрос, но, заметив потупленный взгляд Роберта, обо всём догадался. Может, отец и сын не знали о своём родстве, но тянулись друг к другу и действовали за одно, значит, призрак после приезда успел обо всём доложить инквизитору. Его преданность была похвальна, но не выгодна Нику.
– У меня свои источники, – уклончиво пояснил Фергюс.
– Что ж, мне всё равно. Я не буду в этот участвовать, – повторила Карленна.
Старик коротко вздохнул.
– Вы ведь все видели ящеров. Так или иначе сталкивались с ними – кто-то больше, кто-то меньше. А я несколько месяцев прожил рядом с одним из них. Я изучал дакхаарское чудовище, чтобы понять, как противостоять этим хищникам. И мой ответ – никак! Вы думаете, я на стороне колдовства? Думаете, мне очень хочется провести Ритуал? Нет! Я не доверяю ведьмам не меньше вас. – Прикрыв глаза и откинувшись на спинку дивана, старик перевёл дыхание. – Но я не нашёл иного выхода. Ящеры опасны, они уничтожат жизнь на континенте, и в ваших руках остановить это. В ваших, Карленна, – он обратил взгляд к королеве, потом перевёл на короля. – И в твоих, Ник.
Юноша покачал головой. Речь старика была эмоциональна, он был искренен, действительно раскрывал душу, и ему хотелось верить. Стоило королю закрыть глаза, перед ним вставали картины, как он хоронил дакхаарцев, погибших от зубов ящера. Он вспоминал отчаянье ведьм, которые встречались с чудовищами в его снах, слышал страдальческие крики. Фергюс был прав: тварей надо остановить.
– У меня есть несколько вопросов, – тихо проговорил Ник.
– Задавай, я попытаюсь ответить, – кивнул инквизитор.
– Во-первых, вы очень много говорите о Ритуале и ящерах, и очень мало – о Мёртвой Королеве. Лиатрис может их уничтожить, если её воскресить. Но захочет ли она? Зачем ей уничтожать тех, кто призван защитить её?
– Хороший вопрос, друг мой. Лучше иметь под рукой человека, который способен укротить ящеров, чем не иметь его совсем. Мёртвая Королева хоть немного усмирит их. А далее – мы попытаемся повлиять на неё.
– А если она нас не послушает? Вы ведь предлагаете воскресить могущественную ведьму, наверняка очень обиженную и недоверчивую. Вряд ли она захочет помогать нам, скорее она предпочтёт избавиться ото всех, кто может нанести ей вред. Вполне вероятно, что она захочет и отомстить за свою смерть, а кому мстить, если не потомкам её убийц – то есть почти всем здесь присутствующим?
Справедливости ради, половине присутствующих – ему самому и Карленне. Роберт не был потомком тех советников, что лишили королеву жизни, но Ник смолчал об этом.
– Друг мой, я задавался таким же вопросом, – после недолгого молчания произнёс инквизитор. – Даже с обиженной ведьмой можно договориться, в отличие от ящеров. Выбор на самом деле довольно прост: мы либо погибаем от зубов чудовищ, либо от руки недовольной ведьмы.
– То есть мы сейчас сами выбираем способ самоуничтожения?
Вместо ответа старик пожал плечами. Воцарилась тишина, которую Ник вскоре вновь перебил вопросом, скорее риторическим:
– Неужели нет другого способа победить ящеров?
– Нет. – Фергюс покачал головой. – По крайней мере, мне об этом не известно.
– Вам не кажется подозрительным, что даже сами ведьмы не хотят воскрешать Мёртвую Королеву? Да, Покровительницы уговорили большинство, но две девушки до сих пор уклоняются от Ритуала.
Если бы Ник не был знаком с Мираби и Тейхой, то, наверное, пошёл бы на поводу у старика. Доводы инквизитора были логичны, ответы спокойны, а голос убедителен.
– Они, так же как и вы, боятся последствий, – пояснил инквизитор. – Но мои источники утверждают, что обряд абсолютно безопасен для всех его участниц.
– Ваши источники могут обманывать.
– А напуганные ведьмы могут ошибаться. Поэтому можно считать Ритуал безопасным.
– Ну да, и восставшая ведьма – его самая безопасная часть, – скривился Ник.
Фергюс невозмутимо предложил:
– Мы можем убить её снова, если она и вправду опасна.
Его перебил взволнованный и возмущённый женский голос:
– А с чего вы вообще взяли, что она опасна?
– Ну как же, голубушка, – инквизитор добродушно посмотрел на Карленну, решившуюся спорить с ним. – Она скорее всего убила мужа и при малом опыте управления государством пошла против воли советников.
– Во-первых, я не голубушка, – твёрдо поправила старика королева. – Во-вторых, нет никаких доказательств, что именно она убила мужа. А советники, даже не попытавшись разобраться, обвинили её во всём и много раз пытались убить – просто потому, что она им не нравилась. Разве это справедливо по отношению к ней? Она осталась одна в мире врагов и пыталась защищаться, но почему-то девушку, а не её убийц, теперь считают злом. – Досада ярким румянцем заиграла на лице Карленны.
Фергюс поспешил не только согласиться с ней, но и ловко использовал её слова:
– Что ж, это тем более значит, что Лиатрис не должна быть опасна. Нет никаких причин задерживать Ритуал. – Он упёрся взглядом в Ника, тот заёрзал на стуле. – В таком случае, надеюсь, ты поможешь нам найти последнюю ведьму и убедить предпоследнюю?
Король молчал. Все молчали. Выжидательный взгляд Фергюса мог бы выжечь дыру. Нику предстояло не просто сказать «да, помогу» или «нет, не помогу», а, по сути, решить судьбу жителей всего континента, живых и мёртвых, простых и наделённых колдовством. А, главное, судьбу Мираби и Тейхи.
– Мне надо подумать, – сдавленно сказал он, чувствуя, как внутри вздувается жила тревоги.
ГЛАВА 41. Решение Мираби
Холодный день навевал тоску. Приезд арнестской королевы немного взбодрил монт-д’этальцев, но ажиотаж быстро увял. Все разбрелись по делам, а Мираби заперлась в своей комнате и лениво перебирала старые травы, которые сушила ещё до своего похищения. Пока руки были заняты механической работой, мысли кружились возле событий последних дней. В замке её приняли очень хорошо, врагов, кроме старого инквизитора, у неё здесь не было, король обещал свою защиту и любовь. Он целовал её при всех, значит, был уверен в своих чувствах. Короткие часы, которые Ник мог посвятить отдыху, он проводил с Мираби. Они вместе гуляли, обедали, вечерами закрывались в комнате. Их близость пока ограничивалась страстными поцелуями и откровенными прикосновениями, не более. Ожидание томило, но тем сладостней будет их первая ночь. Быть может, она случится сегодня.