Непокорные

– Как именно вы намерены «защищать интересы сестры»?

– Я намерен очистить Правящий совет от предателей. Уверен, законы Арнеста предусматривают отставку советников, которые покушались на жизнь королевы.

– Вы на что-то намекаете?

– Я не намекаю. Я прямым текстом говорю, что одиниз советников, – Роберт открыто уставился на генерала, – пытался убить мою сестру. Её выгнали на улицу и не впускали обратно во время нападения ящера!

– Не может такого быть! – щёки лорда Пьеха раскалились докрасна.

– Может. Именно по этой причине Её Величеству и пришлось обратиться за защитой к союзникам. Интересно, как народ воспримет новость о покушении на королеву? Я слышал, что арнестцы любят Карленну.

Генерал ответил как можно любезнее:

– Мы все печёмся о благе королевы и её народа.

– Боюсь, мы с вами немного по-разному понимаем, что подразумевается под благом.

Закончив короткую речь, Роберт хмыкнул и направился к двери. Карленна молча последовала за ним.

Советники должны были понять, что брат с сестрой настроены серьёзно и не собираются терять арнестский трон, особенно после поступка генерала. Доказать вину лорда Пьеха сейчас было невозможно. У Карленны не было свидетелей, подтвердить её слова не получится. Остаётся только запугивать генерала и ставить его на место с помощью отряда стражников и уверенных речей, иного выхода Роберт пока не придумал. Впрочем, он не спешил. У него было и время, и куча планов.

В Тереоле настал шаткий мир. Карленна потихоньку привыкала к возвращению на арнестский трон, а советники смирялись с её присутствием в их королевстве. Роберт как мог поддерживал сестру. Тянулись дни. Пусть они были однообразными и волнительными, принцу нравилось чувствовать себя полезным. За время жизни в Эфлее он научился сдержанности, теперь же вновь дал волю тёмной стороне характера: он мог вести себя властно и нагло – и за это его хвалили, а не ругали.

Одним утром Роберт вышел на тереольскую площадь. До собрания Правящего совета оставалось немногим меньше часа, и юноша был предоставлен сам себе. Пребывая в своих мыслях, он набрёл на огороженную ярмарку, разбитую под стенами дворца. У входа человек с яркой табличкой в руках зазывал всех посмотреть на «невиданное творение природы, отпрыска колдовства, кровожадного зверя и т.д.». Роберт до этого не интересовался судьбой ящера, напавшего на Карленну, но до него доходили слухи, что чудовище схватили, заперли в клетке и выставили на потеху народу. Что ж, на это стоило посмотреть.

Юноша насыпал монет в корзину зазывалы и прошёл на ярмарку, к огромной клетке. Полуживой зверь лежал скрючившись, пасть подрагивала. Размером он оказался намного меньше дакхаарского чудовища, и здоровьем, похоже, тоже. Он почти не реагировал, когда посетители бросали в него камни, палки и прочие вещи, попавшие под руку, лишь тихо огрызался. Глаза у него были полузакрыты, будто он находился между сном и бодрствованием. Второй зазывала бродил рядом с клеткой и рассказывал, что, когда чудовище здорово разрушило часть тереольского дворца, его отвлекли отравленным мясом. Через несколько часов после угощения тварь издохла, все возрадовались, но ненадолго. Ящер воскрес. Местные учёные пришли к выводу, что, чтобы содержать такую игрушку в стенах Тереоля, придётся ежедневно кормить её ядом, потому чудовище поместили в прочную клетку и при первых признаках выздоровления потчевали отравой. Сколько Тереоль так продержится – неизвестно. Один из учёных предупредил, что такое решение недолговечно: однажды организм чудовища привыкнет к яду, и тогда ничто не сдержит его животной ярости.

Народ слушал, замерев и задержав дыхание.

– И как часто его кормят? – уточнил между тем Роберт.

– Каждый час, – пояснил зазывала. – Иногда чаще. Яд справляется с ним не так хорошо, как месяцем раньше.

Принц с опаской взглянул на полуживого ящера, и тут в голове щёлкнуло: он придумал, как укрепить власть Карленны и по совместительству любовь народа к ней.

«Раз людям интересен ящер – то о нём и поговорим», – прикинул он.

Роберт осмотрелся. Он нашёл деревянный табурет, на котором периодически отдыхал зазывала, и, дождавшись, пока тот отойдёт, встал на него ногами. Быстро размял руки и шею, чтобы было удобно жестикулировать, и прочистил горло. Публика, увлечённая ящером, пока не обращала на него внимания, и юноша зычно крикнул:

– Народ Арнеста!

Люди по одному стали оборачиваться на шум. Роберт ещё пару раз окликнул гостей ярмарки.

– Народ Арнеста! – повторил он, оглядывая площадь и убеждаясь, что привлёк внимание. Теперь ему предстояло это внимание удержать. – Вы приехали сюда, чтобы увидеть чудовище: невиданного ящера, вторгшегося в ваше королевство. Огромный, ужасный, плотоядный! Зверя заперли в клетке, но это не значит, что он полностью повержен: он лишь набирает силы, чтобы вырваться и снова напасть!

В тот момент один смельчак рискнул протянуть руку к хвосту ящера и тут же отпрыгнул в сторону, – чудовище огрызнулось, подтверждая слова Роберта.

– Вы боитесь, – заявил он. – И правильно делаете. Такого неистового зверя стоит бояться. Недаром точно такой же ящер, «дакхаарское чудовище», заперт в громадном загоне за высоченным забором, и его кормят, чтобы он не сбежал и не напал, оголодавший, на людей. И ещё десяток точно таких же тварей бродит по самому Дакхаару, по его лесам и долинам, которые теперь заброшены. Наверняка до вас доходили слухи, как ящеры напали и вырезали целое поселение. Они истощают земли, истребляют не только диких животных и скот, но и людей! А что будет, когда еда в Дакхааре кончится? Они перейдут на другие королевства. Придут в Арнест и будут опустошать его так же, как Дакхаар. Одно чудовище уже ступило на вашу землю. Да, его заперли в клетке. Но надолго ли?

Роберт перевёл дыхание. Толпа роптала. Люди обсуждали его речь между собой, отовсюду слышались отдельные слова «ящер», «Дакхаар», «опустошать».

– Но надолго ли? – с печальной усмешкой повторил принц. – Неужели вы думаете, что эта тонкая маленькая клетушка способна удержать чудовище? Его кормят отравленным мясом по несколько раз в день, а он остаётся обессиленным, но живым! Он не умирает, сколько бы яда ему ни положили, ведь он уже мёртв!

Теперь толпа перешёптывалась: «яд», «мёртв». Роберт объяснил:

– Этот и другие ящеры населяли континент задолго до нас, людей; задолго до того, как мы научились говорить, как овладели оружием, как подчинили себе природу; задолго до образования первых королевств. К счастью для нас, они вымерли. Они погрузились в почву, и их кости покоились там, пока Мёртвая Королева не возродила чудовищ с помощью магии.

Уверенная речь подействовала на людей так, как Роберт и предполагал: они ещё больше доверились ему. Для пущей драматичности он вскинул руку и указал на ящера, который шумно дыхнул, расширив ноздри. Те, кто стоял рядом с его мордой, отпрянули от клетки.

– Мёртвую Королеву убили, и ящеры пали вместе с ней. Но её магия не погибла, год за годом она возвращалась к чудовищам, питала и восстанавливала их, пока они вновь не возродились. И вот теперь они завладевают континентом. Нашим домом!

«Пора», – решил Роберт. Самое время переходить к главному – к его сестре, которая спасёт всех.

– Но нельзя отчаиваться! – разразился он вдохновляющими речами. – Ваша королева, Её Величество Карленна, не оставила вас в этой беде. Она узнала о ящерах и теперь ищет способ бороться с ними!

Услышав знакомое имя, люди одобрительно загудели. Лишь кто-то, почти полностью заглушённый чужими голосами, язвительно произнёс:

– А нам говорили, что королева испугалась и сбежала.

– Это гнусная ложь! – поспешно возразил Роберт. – Королева заботится о вас. Тот, кто распускает эти слухи, просто хочет избавиться от неё! Королева действительно на время покидала Арнест, но лишь затем, чтобы найти союзников в борьбе против чудовищ. И нашла! Я, калледионский принц Роберт юн Реймстон, приехал сюда, чтобы от лица Калледиона стать вашим союзником! Также эфлейский король, Его Величество Никос Таяльди, и дакхаарская королева, Её Величество Анна Мельден, сделали меня своим доверенным лицом, и от его и её имени я объявляю Эфлею и Дакхаар вашими союзниками. Королева Карленна заручилась поддержкой всего континента! Вместе мы будем бороться с этими жуткими чудовищами!

Народ разразился радостными возгласами: люди скандировали имена короля и королев и аплодировали. Роберт ликовал. Если уж этой речью он вдохновил сам себя, то люди вдохновились во много раз больше. Дыхание сбивалось, а глаза горели. Разумеется, не вся толпа поддалась такому настроению, но принц смаковал свой успех, ведь тех, кто поддерживал Карленну, за последние минуты стало гораздо больше.

Роберт спрыгнул с импровизированной сцены и направился прочь с ярмарки. Сопровождавшие его эфлейские стражники подсказали, что до собрания совета осталось всего несколько минут, пора было возвращаться во дворец. У выхода с ярмарки принца окликнули. Обернувшись, он увидел мальчишку.

– Прошу прощения, Ваше Высочество, одна миледи спрашивала вас, – поклонился тот.

– Кто? – вскинул брови Роберт.

– Она не назвала своего имени, сказала только, что вы её хорошо знаете. Она очень ждёт встречи с вами.

Арнест был единственным королевством, где принц ещё не обзавёлся знакомствами с хорошенькими леди, поэтому ума не мог приложить, кто мог искать встречи с ним.

– А как она выглядит? – уточнил он.

– Очень красива, – стеснительно описал её мальчишка. – И богата.

– Ладно, – согласился Роберт, заинтригованный. – Где она?

– Я вас провожу.

Принц кивнул стражникам, чтобы следовали за ним. В голову лезли разные мысли, даже проскальзывала догадка о том, что это ловушка. Мало ли у него недоброжелателей по всему континенту! Мальчишка вёл Роберта вдоль дороги, окружавшей ярмарку. Вскоре он указал на обитую золотом карету, которая расположилась вдали от людского потока. Шторки полностью заслонили окна экипажа, и принц не мог разглядеть, кто находится внутри. Он застыл, предвкушая интересную встречу. Дверца отворилась, и Роберт увидел ту, которую давно потерял.

– Аэлия? – поразился он.

Губы девушки слегка дрогнули в улыбке. Она сделала пригласительный жест:

– Проходи.

– Ты ли это? – всё ещё поражённо усмехнулся Роберт, залезая в карету и усаживаясь на диван.

Аэлия… Чувства к ней изменились. Покрылись слоем пыли, что ли, но стоило лишь смахнуть её, и принца вновь потянуло к бесспорной красоте девушки. Она сидела рядом, чуть наклонившись к нему, её распущенные светлые волосы, от которых пахло цветами, касались его колен.

– Как ты? Ты пропала, я не знал, что и думать, где тебя искать. Где ты живешь? Почему ты здесь? – сыпал вопросами Роберт.

– После того, как Тео изгнал меня из замка, отец приказал запереть меня в храме Существ. Никто не побеспокоился обо мне. Кроме Шоары. Она расквиталась с обидчиками и вызволила меня из храма. Рассказала, кто она такая на самом деле и чего хочет, а я её поддержала. Теперь я и мой брат Дерек помогаем ей.

– Мне стоило об этом догадаться, – усмехнулся принц. По мере того как Аэлия коротко пересказывала свою судьбу, радостная растерянность принца сменялась напряжённостью. Чутьё не обмануло: его позвали в ловушку. – Чего ты от меня хочешь?

– Я здесь, чтобы напомнить тебе, кому ты служишь. Ведьмам. Покровительницам, Анне Мельден и Шоаре.

– Я предан только Анне и себе. Я не на стороне Шоары. Она подставила меня в убийстве короля и охотника, не вызволила из тюрьмы, хотя могла, теперь угрожает моим друзьям и сестре, – перечислил Роберт. – Я не буду ей помогать.

– Быть может, я могу как-то уговорить тебя встать на её сторону? – ласково заговорила Аэлия.

Она быстро пересела к нему на колени и нежно провела рукой от его плеч к низу живота, где игриво остановилась. Потом кольнула поцелуем в шею. Роберт аккуратно отстранил девушку. Вряд ли она настолько наивна и верит в его «любовь» к ней, чтобы менять себя на его помощь. Им нечего предложить друг другу. Так что лучше будет закончить этот разговор и разойтись, пока не поздно.

– Поверь, это не сработает.

– Я всё же попробую.

Аэлия льнула к Роберту, упорными ласками удерживала его при себе. Её поцелуи прокладывали тропу от шеи к губам. Он ощутил приятную влажность её языка и всё же ответил взаимностью.

Вдруг принц почувствовал жжение. Оно раздирало его изнутри, протекая от горла прямо к сердцу. Аэлия отнялась от губ бывшего возлюбленного и с усмешкой уставилась на него. Он схватился за шею в попытке унять боль. Роберт принялся растирать кожу, чувствуя тяжесть и неуклюжесть в руках. Мышцы расслаблялись, он терял контроль над телом, слух покидал его, а зрение искажалось. Он завалился набок, Аэлия остановила его и рывком усадила обратно.

– Это яд, – с улыбкой объяснила она.

– К-как? – выдавил из себя Роберт. Голос был сиплым, стражники, ожидающие принца снаружи, не слышали его.

– Через поцелуй. Разумеется, я понимала, что ты откажешься помогать Шоаре, поэтому придумала иной способ подчинить тебя. Я тоже выпила яд, а потом противоядие. Дать его тебе?

– Д-дай.

– Роберт, дорогой, ничего просто так не достаётся. Мне нужно кое-что взамен, – прощебетала Аэлия.

Она вынула маленький пузырёк. Принц вяло потянулся к нему, но девушка откинула его руку.

– Расскажи мне, куда уехала та ведьма?

– К-какая?

– Которой ты благородно помог сбежать. Мираби, так, кажется, её зовут. Мой дорогой брат Дерек написал о твоём поспешном освобождении и отъезде вскоре после его появления в Монт-д’Этале. Ты думал, мы не догадаемся, с чем это связано?

Роберт молчал. Аэлия картинно нахмурилась:

– Ты же понимаешь, что если не скажешь, куда она уехала, то умрёшь?

Конечно, он это понимал. Как глупо он попался на крючок! Девушка тем временем откупорила пузырёк и наклонила его так, что содержимое готово было вылиться на пол. Она повторила:

– Поторопись с ответом. Куда уехала ведьма?

Упрямиться и потерять жизнь или сдаться и потерять себя?

«Лучше я потом всё исправлю, чем умру, и исправлять будет некому», – решился он.

– С-север ост-ро-ва, – слабо проговорил принц. – Т-тре-тий ост-ров.

Аэлия расплылась в удовлетворённой улыбке. Она получила, что хотела. Девушка поднесла пузырёк к губам Роберта, и противоядие потекло ему в рот. К тому моменту, как сосуд опустел, принцу стало чуть лучше. Чутьлучше! Он всё ещё плохо чувствовал тело и еле держался сидя. Он подумал, что так отходит от яда и вскоре поправится, но Аэлия торжествующе объяснила ему правила игры:

– Этого пузырька слишком мало, чтобы вылечить тебя. Остальное тебе выдаст Шоара.

Роберт помотал головой.

– Да-да, – кивнула Аэлия. – Ты едешь со мной в Калледион. Будь добр, отошли своих стражников к Карленне, пусть передадут ей это послание.

Девушка вытащила письмо и приоткрыла дверцу кареты. Стражники стояли рядом, но спасти Роберта не могли. Он протянул им послание и произнёс срывающимся голосом:

– Карленне. Мне надо уехать.

Едва письмо перешло в их руки, Аэлия захлопнула дверцу, не позволив им задать принцу вопросы. По её приказу карета тронулась, увозя Роберта во вражеское королевство.

***

Кабинет, где заседал Правящий Совет, был уже полон. Отбили часы, оглашая начало собрания, и Карленна задумчиво посмотрела на свободный стул рядом с собой. Здесь должен был сидеть Роберт, но он опаздывал.

– Начнём, – отвлёк королеву громогласный голос генерала.

– Мой брат ещё не прибыл, – возразила она. – Подождём ещё пару минут.

Лорд Пьех недовольно посмотрел на пустое место справа от девушки и неохотно кивнул. К Роберту он относился с большим уважением, чем к Карленне: то ли потому, что тот был остёр на язык, то ли оттого, что тот был мужчиной.

Начало собрания откладывалось. В зале слышался гул голосов, советники переговаривались на отвлечённые темы, а королева рассматривала доклады, которые им предстояло обсуждать. Её мысли невольно оборачивались к брату: где он? Тень беспокойства просочилась к сердцу. Несмотря на своевольный характер, он ни разу не опаздывал на собрание. Карленна с облегчением выдохнула, когда дверь в зал открылась и на пороге возникли стражники брата, но через секунду нахмурилась: самого принца с ними не оказалось. Она вопросительно уставилась на гвардейцев.

– Ваше Величество, – один из них передал королеве запечатанное письмо. Голос у него был взволнованный, и тревога Карленны приумножилась. Она раскрыла послание, одновременно выслушивая объяснения стражника о том, как Роберт общался с народом на ярмарке, а позже мальчишка-оборванец позвал его к карете, где принца ждала некая леди Аэлия.

– Аэлия юн Бальфур? – тихо ахнула королева, увидев подпись внизу страницы одновременно с тем, как стражник назвал её имя.

От бывшей подруги давно не было вестей. «Дорогая моя подруга, давно не виделись. Восхищена, что ты заняла трон Арнеста. О себе скажу коротко: я в добром здравии…» – начала читать Карленна.

– Принц Роберт уехал, – добавил стражник, отвлекая её.

– Куда? – машинально уточнила она, предполагая, что брат просто решил уединиться с бывшей возлюбленной.

– Не знаем, Ваше Величество. Подозреваю, что он уехал не добровольно.

Гвардеец пересказал, как всё произошло, в каком виде был Роберт и как поспешно отбыла карета. Обстоятельства отъезда действительно были странными.

Объяснения нашлись в письме. Прочитав следующие строки, королева похолодела. Как раньше она не провела нить между Аэлией и Шоарой, лучшими подругами? Между Аэлией и её братом Дереком, новым прислужником Шоары? Эти трое объединились, сговорившись против Карленны и угрожая ей жизнью брата.

– Его похитили, – прошептала она скорее сама себе, чем гвардейцу, который стоял рядом в ожидании указаний. Но едва ли он и все остальные могли чем-то помочь: против колдовства может помочь лишь более сильное колдовство. Или покорность, к которой призывали девушку.

Аэлия передавала требования калледионской королевы: Карленна должна в ближайший месяц приехать в дакхаарский замок, иначе её брата убьют.

Она закрыла рот рукой. Советники с любопытством посматривали в её сторону, но девушка не замечала ни косых взглядов, ни перешёптываний: сейчас не до них. Позабыв о собрании, она резко встала и отправилась в свои покои, чтобы там выплеснуть эмоции и принять решение.

Окончательно её добило письмо, которое пришло на пару дней позже. Оно было от эфлейского короля: Ник описывал свой последний сон с участием Роберта. Он обещал помощь, но Карленна знала, что выбор у неё лишь один: выполнить приказ Шоары и отправиться в Дакхаар.