Танец племени драконов

Глава одиннадцатая.

Даже не знаю, благодаря какому счастливому стечению обстоятельств я был спасён. В тот момент, когда нож уже приблизился к моему горлу, а я оцепенел от ужаса, меня спасло чудо… ну, или Смарагд.

За спиной человека с ножом мелькнула тень, вошедший как-то странно хрюкнул и рухнул. За ним стоял другой силуэт, который произнёс голосом Смарагд:

— Привет! Не скучали тут?

Я не сразу пришёл в себя и смог заговорить. За это время Смарагд успела меня полностью развязать.

— Смарагд? Это ты? Какое чудо! — наконец выдохнул я.

— Конечно, я. А что, я так сильно изменилась, что ты сомневаешься?

— Какое счастье, что ты успела до того, как меня здесь зарезали, — облегчённо выдохнул я.

— Ну, тут сложно было не успеть. Я два дня в округе караулила, ждала момента. А тут только-только остатки охраны снялись и убыли вместе с принцем. А на этого, — она пнула лежащего убийцу, — я накинула ментальные путы и контролировала его.

Пока я приходил в себя, Смарагд развязала Гнома и Эльфа.

— Мы спасены? Или нам ещё придётся драться? — сразу поинтересовался Гном, забирая нож у поверженного стражника.

— Будем спасены, если унесём ноги, — ответила Смарагд. — Здесь, в конюшне, хорошие лошади. Надо торопиться.

Снаружи, у двери таверны, я увидел свою дубинку — ту самую, что я выточил и с которой бегал принц. Она валялась возле стены. На всякий случай я прихватил её: хоть и простенькое, но оружие.

До конюшни мы добрались без приключений, никого не встретив.

— А куда все подевались? — спросил я.

— А кто тебе нужен? — вопросом на вопрос ответила Смарагд.

— Действительно, где остальные люди Вэя Цзеня? — уточнил Гном.

— Часть уехала с Лиман, самая большая — полчаса назад с принцем и Вэем. Оставшиеся пятеро спят, один из них — в вашей темнице.

— Ты смогла наложить сонные чары на пятерых? — восхищённо спросил Гном.

— Да нет, зачем такие сложности. Троих усыпила сонным зельем в самовзрывающихся колбочках — я такую штуку три дня назад в драке использовала, вы, наверное, видели. А ещё двоих — ударом дубинки по затылку. Одного из них — в темнице.

— А где ты такие колбочки раздобыла? — удивился Гном.

— На ярмарке игрушек в Санлити, их там для фейерверков продают. Ну так что, сматываемся? Нам лучше попытаться обогнать принца и прибыть в столицу раньше него. Потом это уже станет опасным.

Мы выбрали трёх лошадей. У Смарагд была своя, привязанная неподалёку. Эльф с Гномом вскочили в сёдла и, пришпорив коней, понеслись вместе со Смарагд. Я же ходил вокруг своей, не зная, с какой стороны к ней подойти. Лошадь ржала и била копытом от нетерпения, пугая меня ещё больше.

Смарагд, заметив, что я не тронулся с места, развернулась и подъехала обратно.

— Ты чего тянешь? — спросила она. — Поскакали быстрее!

— Давай я лучше бегом побегу. Я неплохо бегаю, километров на десять меня хватит.

— Зачем? — не поняла она. Но тут до неё дошло: — Ты что, не умеешь ездить верхом?

— Вообще-то я впервые возле живой лошади стою.

— Как такое возможно?! — всплеснула руками Смарагд. — Вот же ж лейр попался! — Дальше она ругалась какими-то незнакомыми мне фразами, и я подумал, что хорошо, что не понимаю их.

Полчаса я пытался взобраться на лошадь, пока наконец, не без помощи Смарагд, мне это не удалось. Затем она взяла поводья моей лошади, и мы помчались в темноту. По крайней мере, мне так казалось.

Но через какое-то время такой езды Гном сказал:

— Если мы так и дальше будем плестись, то не только не обгоним Сяо Чжунменя, но и до столицы только к вечеру доберёмся. Если не ускоримся, дальше двигаться станет опасно.

— У нас всё равно нет выбора, — ответила Смарагд. — Назад повернуть нельзя — схватят, здесь остаться — утром тоже схватят.

И мы поплелись дальше. Мне было стыдно, что я стал обузой. Но к утру я уже кое-как держался в седле сам, и настроение поднялось, несмотря на ломоту во всём теле. Я уже почти почувствовал себя лихим всадником, когда карета, легко нагнавшая нас, словно мы стояли на месте, вновь испортила мне настроение.

Мы посторонились, пропуская её, но карета остановилась рядом. Это не сулило добра, и мы схватились за оружие. Правда, оружие у нас было так себе: у Смарагд и Гнома — ножи, у меня — дубинка, предназначенная для головы принца, а у Эльфа откуда-то взялся камень.

Дверца открылась, и из кареты высунулась седовласая голова.

— Смарагд! А я уж потерял тебя, — сказал Дракон.

— Прошу прощения, дядя. У меня были срочные дела с моим другом, — ответила Смарагд.

Первое, что меня поразило — её тон. Она была само смирение. Но потом до меня дошло обращение: «Дядя». «Дядя? — крутилось в голове. — Он же дракон. Как он может быть её дядей?»

— Лейр Сторн, если не ошибаюсь? — спросил Дракон.

— Да.

— Прошу составить мне компанию. — Дракон шире распахнул дверцу кареты. — Смарагд, Сторн, входите.

Я хотел отказаться, сказать, что для Дракона может быть небезопасно находиться с нами, но Смарагд твёрдо произнесла:

— Нам лучше сделать, как нас просят.

Она спешилась, сунула поводья Эльфу и забралась в карету. Мне не понравилось, как легко она подчинилась, но я решил сперва выяснить намерения Дракона и последовал её примеру, отдав поводья Гному.

Какое-то время мы ехали молча. Я сидел рядом со Смарагд напротив Дракона. Гном с Эльфом остались верхом.

— Сторн, ты уже знаешь, где остановишься в Ханбее? — наконец нарушил тишину Дракон.

— Я вместе с Гномом и Эльфом не планировал задерживаться в этом королевстве. Мы хотим покинуть его как можно скорее, — ответил я.

— А как же Академия магов? Ты прошёл первый тур. Неужели откажешься от борьбы?

— У нас возникли некоторые разногласия с местным принцем… на почве его неуёмного аппетита. Теперь боюсь, что могу лишиться головы.

— Сторн, лейра нельзя казнить без согласия его родного короля. Разве ты не знал? А ты, если не ошибаюсь, лейр Северного королевства? — Дракон не стал дожидаться ответа. — Король Севера ни за что не даст согласия никому из восточных правителей.

— Есть и другие способы избавиться от неугодных. Крут Третий, например, легко разделался с лейром Дрейном, — сказал я, вспомнив историю, рассказанную Смарагд.

— Лейр Дрейн погиб на дуэли. А дуэль — дело святое. Хотя в целом ты прав: в темнице могут сгноить, да и наёмные убийцы титулов не разбирают. Но я замолвлю за тебя слово перед местным королём и дам своё покровительство на время, пока я в королевстве Чжунменей. Поэтому для твоей безопасности предлагаю тебе поселиться в той же таверне, что и мы со Смарагд. У меня в каждом королевстве на время игр снято по пять комнат в лучших тавернах, но из всей свиты осталась только Смарагд. Так что я с радостью поделюсь с вами тремя.

Всё это выглядело подозрительно: странное участие Дракона в моей судьбе и «неожиданно» освободившиеся комнаты для нас троих. Я решил спросить прямо:

— Зачем вам это, господин Дракон?

— Во-первых, мне это ничего не стоит. А во-вторых, я надеюсь на ответную любезность с твоей стороны, Сторн.

— Какую именно?

— Пока не знаю, но чувствую, что скоро она может мне понадобиться.

— Прежде чем соглашаться, я хотел бы знать все условия, — сказал я.

— Сторн, ты не в том положении, чтобы торговаться. Если королевская семья решила тебя убрать, ты не сможешь покинуть королевство без моего покровительства.

Я задумался. Пока от меня ничего не требуют, а к тому времени, когда придётся платить по счетам, может быть, я уже сбегу в свой мир. Я взглянул на Смарагд, но её лицо ничего не выражало — она равнодушно смотрела в окно. Дракон смотрел на меня в упор, ожидая ответа.

— Хорошо, господин Дракон. Я буду рад воспользоваться вашей помощью. Тем более что найти свободные комнаты во время игр непросто.

— Вот и хорошо, Сторн. Надеюсь, в этом туре жребий нас не сведёт — было бы жаль расставаться с тобой так быстро.

Я тоже надеялся не встретиться с ним на арене, но промолчал.

Какое-то время мы ехали молча, и я, сам того не заметив, задремал. Сказались бессонная ночь и мягкое покачивание кареты. Проснулся уже ближе к вечеру, когда мы въезжали в столицу.

Дракон не обманул: комнаты оказались в отличной таверне, особенно по сравнению с той, что в Санлити. Более того, у меня была отдельная комната, и я впервые за долгое время остался один. Я лёг на кровать, наслаждаясь одиночеством.

Правда, долго наслаждаться не дали. Вскоре в дверь постучали.

— Сторн! — раздался голос Эльфа. — Это мы, открывай!

Я нехотя встал и открыл дверь. В комнату зашли Эльф с Гномом и плотно закрыли за собой дверь.

— Сторн, надо обсудить наше положение и решить, как быть, — сказал Гном, присаживаясь на мою кровать.

Я сел рядом, Эльф устроился на стуле у окна.

— Итак, Смарагд оказалась драконом, — начал Гном.

— С чего ты это взял? — удивился я.

Гном на мгновение уставился на меня, не зная, что сказать. Похоже, своим вопросом я поставил его в тупик. На помощь пришёл Эльф:

— Сторн, иногда ты поражаешь своей сообразительностью. Они вообще-то родственники.

После всего пережитого я чувствовал себя совершенно разбитым и уставшим. Моя голова плохо соображала, и я только сейчас вспомнил, что Смарагд назвала Дракона дядей.

— А, да, точно. Забыл, — признался я. — Но, наверное, это не так уж плохо? Я смотрю, драконов здесь очень уважают.

— Ещё бы! Их здесь все боятся и стараются держаться подальше, — воскликнул Эльф.

— Драконов боятся и ненавидят, — пояснил Гном. — Пока мы под покровительством Дракона, нас не тронут. Но как только он уедет, вся ненависть к драконам перекинется на нас.

Он помолчал, собираясь с мыслями.

— С одной стороны, у нас нет выбора: нам нужно держаться рядом с драконами, пока мы в королевстве Чжунменей. С другой — от них лучше держаться подальше. Как только выедем в Северо-Восточное королевство, сразу же уедем от них. А со Смарагд будь очень осторожен, малыш.

— Она мой друг,— возразил я.

— Она — дракон! — жёстко отрезал Гном. — И этим всё сказано. Нельзя верить драконам.

— Почему? — возмутился я. — Она, вообще-то, нас спасла!

— Да, спасла, — согласился Гном. — Но драконы — не люди. Никогда не знаешь, что у них на уме.

— Как это «не люди»? А кто же они?

Они снова уставились на меня как на умалишённого.

— Я не понимаю, о чём вы говорите! — воскликнул я. — Вы хотите сказать, что они — настоящие драконы? Я думал, драконами вы называете просто людей из другого государства.

— Нет, малыш. Они — драконы. Полностью магические существа.

— Но у них же нет крыльев, огромной пасти, извергающей огонь! У них, как и у нас, две руки и две ноги.

— И что? — парировал Гном. — У меня тоже две руки и две ноги, но я — орк. Легенды говорят, что изначально, когда драконы только появились, они были такими, как ты описываешь: с крыльями, извергающими пламя. Но потом они мимикрировали под людей.

— Да это всё сказки! — выпалил я. — Сказки и предрассудки! У нас тоже детям рассказывают про Бабу-ягу, Кощея Бессмертного и Змея Горыныча.

— Может, и так, малыш, — спокойно ответил Гном. — Но нам от этого не легче. С ними опасно связываться.

— Почему?

— По легендам, когда появились драконы, они подчинили себе всех людей. Сжигали целые города за любое неповиновение, — принялся объяснять Гном.

— Но это же опять только легенды, — встрял я.

— Подожди, не перебивай. Мы тоже сначала думали, что это только легенды, — продолжал Гном. — Так вот, по преданиям, такой беспредел драконов продолжался, пока не появились тортилианцы. Они каким-то своим способом обуздали и подчинили себе драконов. С тех пор прошли тысячелетия, и эти легенды почти забылись. Драконы в Пентландии изредка встречались, но были полностью безобидны. Даже наоборот — своей магией помогали людям. Но теперь и это стало легендой.

Несколько веков назад тортилианцы ушли. Просто взяли и закрылись на своём — то ли материке, то ли острове. Сначала мы этого даже не заметили, но постепенно драконы стали другими, перестали быть дружелюбными. А несколько лет назад они снова начали внушать ужас.

Всё началось из-за какого-то недоразумения в таверне в Западном королевстве. Что там произошло на самом деле, никто не знает, но кончилось тем, что пара драконов полностью сожгла таверну. Никто тогда не выжил, кроме самих драконов. Их видели потом уходящими из города. Затем сожгли деревню — и опять поработали те же самые. Потом такие случаи стали происходить во всех королевствах.

В нашем Южном королевстве тоже в одной деревне появился дракон и потребовал выдать ему какого-то человека, которого он считал виновным в краже некой карты. Через десять минут, не дождавшись, он устал ждать и сжёг всю деревню со всеми людьми. Там чудом выжил один маг, проезжавший мимо, — он всё и рассказал.

Последней каплей стали два города на границе Северного и Западного королевств — их драконы сожгли почти одновременно. Причиной стало распоряжение императора задерживать всех драконов. На это выделили самых сильных магов империи. Результатом попыток задержать драконов и стали сожжённые города. Никто из тех магов не выжил. Император после этого отменил свой указ. Но затем, под давлением знати всех пяти королевств, собрал крупное войско во главе с архимагом Мортом, который взял с собой всех сильнейших магов империи, за исключением ректора Магической Академии. С тех пор с драконами больше не связываются.

— А что стало с тем войском? — поинтересовался я.

— Они даже до драконов не добрались — их катрассы разбили на подступах к Драконьему хребту. Архимаг Морт тогда еле успел сбежать со своими магами на корабль.

— Катрассы… — пробормотал я задумчиво, вспоминая разговор с Сяо Чжунменем. — Так вот кого я «обратил в бегство», сражаясь за благородную деву Настюху.

— Что? — переспросил Эльф.

— Да нет, ничего. Это я так, вспомнил, что наплёл принцу.

«Значит, по дороге к моему маяку есть ещё и катрассы», — подумал я. Предложение Смарагд всё-таки засело в голове, и мысль о собственном острове мне нравилась. «Размечтался, блин», — одёрнул я себя и отогнал эти мысли.

Заседание нашего «движения сопротивления драконам и принцам» продолжалось ещё с полчаса, но ничего, кроме тактики «держаться вместе с драконами до границы, а потом сразу сбежать», мы так и не придумали. Поэтому заседание было завершено, и Гном с Эльфом ушли.

Я снова растянулся на кровати, наслаждаясь одиночеством и погружаясь в невесёлые думы. Мне совсем не хотелось расставаться со Смарагд. Я не верил, что она такой злобный дракон, как это описывали Гном с Эльфом.

В это время в дверь снова постучали. Похоже, мне не суждено в этот вечер побыть одному. Я открыл — на пороге стояла Смарагд.

— Пойдём поужинаем, — предложила она.

— Пойдём, — согласился я, потому что и правда проголодался, да и поговорить с ней хотелось.

Мы спустились в обеденный зал. Было уже поздно, и он пустовал.

— Наверное, уже поздно, вряд ли нам кто-то сейчас будет готовить, — предположил я.

— Сами найдём, что поесть, — уверенно сказала Смарагд и бесцеремонно прошла на кухню.

— А хозяин ругаться не будет?

— Может, и будет, но не вслух. Ему достаточно заплатили, чтобы мы могли есть, когда захотим.

На кухне в котле обнаружилась какая-то похлёбка с большим куском мяса, половина головки сыра и чёрствый хлеб. Мы разделили всё это по тарелкам и перетащили в зал, устроившись за ближайшим к кухне столиком.

Некоторое время молча и с огромным аппетитом мы уплетали свой нехитрый ужин. Насытившись, ещё порылись на кухне и нашли квас. Усевшись с кружками за стол, я спросил:

— Ты — дракон?

— Конечно, — ответила Смарагд. — Ты разве не знал?

— Откуда бы я это знал? Я ж в этом не разбираюсь.

Я помолчал, обдумывая слова Гнома, и потом сказал:

— Мне тут наговорили про драконов… Что они не люди, как мы.

— Естественно. Только кто это «мы»? Здесь, в нашем мире, и ты — нелюдь. Ты — антимаг.

— Это ты сама антимагов придумала, — усмехнулся я.

— Да. Я, как твой первооткрыватель, имею право сама и называть, — засмеялась она.

— А ещё я и кролик, насколько помню.

— Ага, я пока ещё не определилась, кем ты будешь.

Мы рассмеялись, и напряжение, которое я испытывал после разговора с Гномом и Эльфом, улетучилось. «У всех народов есть свои предрассудки, — подумал я. — А я человек прогрессивный, так что отброшу местные страхи. Мне своих хватает». Смарагд здесь была моим лучшим другом.

— Расскажи мне про драконов, — попросил я.

— А тебе ещё мало про них рассказали? — спросила она весело.

— Ничего не рассказали, кроме того, что они злобные и беспощадные.

— Всё верно. На ужин они едят кроликов и закусывают антимагами.

— Ну серьёзно, Смарагд.

— А я серьёзно.

Она, смеясь, подскочила и набросилась на меня с щипками. Я стал отбиваться, потерял равновесие, и мы свалились на пол. Смарагд мигом оказалась сверху и торжествующе заявила:

— Ты проиграл, кролик!

— А вот хрен тебе! — воскликнул я, резко выгнулся мостиком, перекатился на бок, и она слетела с меня. Я тут же оказался сверху, прижав её к полу. — Дракона оседлал кролик! И я теперь жду рассказа про драконов!

— Что именно ты хочешь знать? Живём мы на труднодоступной территории горной гряды, что за Северными землями. Там холодно и мало воздуха. Не знаю, что тебе ещё рассказать. И слезь с меня наконец — слишком невоспитанный кролик. Разве прилично сидеть сверху на благородной даме?

Я быстро вскочил, подал ей руку, помогая подняться, и, густо покраснев, смущённо пробормотал:

— Эта благородная дама сама меня с лавки скинула… не очень-то благородно.

— Вам, лейр Сторн, — с наигранной строгостью заявила Смарагд, — не мешало бы научиться хорошим манерам. Всё, что делает благородная дама, — благородно.

— Хорошо, благородная дама Смарагд. Но я правда хочу побольше узнать о драконах. Как вам там живётся в горах?

— Вполне обычно. Холодно, голодно. Всё как у всех.

— Только давай про голод не будем, — поморщился я. — Мне хватило бешеного принца.

— Давай, — согласилась она и вдруг посерьёзнела. — Сторн, насчёт драконов… поговорим в другой раз. Я не хочу ничего выдумывать. А что из правды тебе можно рассказать — я пока не знаю. Мне надо спросить.

— У кого? У дяди?

— Нет, не у него. Не спрашивай пока. Не надо.

— Хорошо, — сказал я ей.

— И насчёт ответной услуги моему дяде… — она замялась. — Это может быть опасно. И отказаться, скорее всего, не получится.

Смарагд запустила руку в маленький кармашек на поясе и достала темный цилиндрик неправильной формы.

— На. Это может пригодиться, если не удастся избежать этой… услуги. — Она протянула мне этот предмет.

— Что это? — спросил я, беря его в руки.

— Что-то вроде амулета. Когда твоя жизнь будет на волоске, просто сожми его в ладони. Он сам сделает всё, что надо. Но используй только в случае реальной опасности — как последнее средство, когда уже ничто другое не поможет. Спрячь. Там особая магия. Нельзя, чтобы кто-то из магов или драконов его увидел.

Глава двенадцатая.

Утром, за день до поединка, меня разбудил стук в дверь.

— Ну кому тут не спится? — проворчал я, открывая дверь.

За дверью, как я и ожидал, обнаружилась Смарагд.

— Умывайся и пошли к арене — узнаем, кто твой противник. Сегодня должны вывесить результаты жребия.

— Давай хоть сначала позавтракаем, — недовольно пробурчал я.

— Потом поедим. Пойдём, мне не терпится узнать.

Я быстро умылся во дворе, и мы отправились к арене. Она была неподалёку, через одну улицу. На главных воротах мы обнаружили вывешенный список и принялись его изучать.

Сначала нашли Дракона — напротив его имени значился какой-то маркрит Гульц. Смотрели дальше и наконец увидели моё имя. Напротив стояло: Гильзиф.

Первой моей мыслью было: насколько же честным и независимым был этот жребий?

По дороге обратно в таверну у меня, вероятно, был очень угрюмый вид, потому что Смарагд спросила:

— Ты чего? Расстроился, что ли?

— Да. Теперь у Гильзифа отличная возможность избавиться от одного из свидетелей его преступления против Сяо Чжунменя.

— Нет у него никакой возможности, — сказала Смарагд. — Гильзиф — сильный ментальный маг, но на тебя эта магия не действует. Ты — антимаг. — Она улыбнулась. — В остальной магии он не так силён, и уж точно ему не хватит сил уничтожить кого-то без амулетов и ментальной магии.

— А амулеты разрешены? — уточнил я.

— В этом туре — нет. Только начиная с Северного королевства.

— А как проходят поединки в этом туре?

— Так же, как и в первом. Только вы будете не сидеть за столом, а стоять на помосте — на разных его концах. Он поднят на высоту примерно в половину человеческого роста. Побеждает тот, кто сбросит противника с помоста. В этом туре разрешена любая стихийная магия, кроме огненной, и ментальная.

— Значит, Гильзиф скорее всего будет использовать ментальную магию. Интересно… Если ментальная магия на меня не действует, а я вообще не маг, то как определят победителя?

— Его не будет. Дальше проходит только тот, кто скинет противника с помоста. Если никто не скинет — оба проигрывают. Вот и всё. — Смарагд помолчала, потом вспомнила: — А, да! На помосте каждому игроку отведено место — там будет нарисован квадрат на самом краю. Выходить за него запрещено. По сути, для выигрыша достаточно заставить противника выйти из своего квадрата. Но скинуть зрелищнее, поэтому обычно скидывают.

— Так во всех турах достаточно выбить противника с места?

— Нет. Начиная с Северного королевства всё по-настоящему — там уже никаких правил, и поединки идут до тех пор, пока один из противников будет не в состоянии продолжать бой. Кто не сможет продолжить — тот проигрывает. Если у обоих большой опыт и мастерство, поединок может длиться и целый день, но такое бывает редко.