Библия для русских котов от демиурга, кота Чёрного

Вера

У демиурга по кличке Чёрный была одна профессиональная деформация.

Он работал системным администратором Вселенной, а люди относились к нему как к очень капризному провайдеру интернета.

Вера у них была огненная.

Они верили в Черного истово, до скрипа зубов. Верили, что он есть, что он всемогущ и что именно из-за него сгорела котлета на сковороде.

Но вот доверия не было ни на грош.

Это проявлялось во всём. Если Черный посылал дождь — народ тут же доставал зонты, словно говоря: «Мы знаем, ты хочешь нас намочить назло». Если светило солнце — они мазались кремом от загара с фактором защиты пять тысяч, подозревая Демиурга в мелком вредительстве ради их преждевременных морщин.

— Шеф, статистика тревожная, — докладывал ангел-архивариус, протирая нимб бархатной тряпочкой. — Уровень веры девяносто восемь процентов. А уровень доверия — минус три.

— Как это минус? — Черный приоткрыл один глаз, который светился в темноте серверной, как модем. — Ну… они верят, что вы существуете, но считают, что вы делаете всё через левое ухо. Постоянно ищут обходные пути интерфейса.

Самым ярким примером этого теологического невроза был отец Евлампий.

Настоятель храма Всех Святых на Бетонке любил Господа пугающей хозяйственной любовью.

Каждое утро он начинал с того, что проверял предохранители.

— Господи, я знаю, Ты любишь Троицу, — бормотал батюшка, вкручивая третью лампочку в люстру над алтарем. — Но скажи мне прямо, кто вешал эту проводку? Явно не Святой Дух. Такое чувство, что бесы шабашили. Поэтому мы сейчас заземлимся медным кабелем потолще, чтоб Твоей благодати было куда стекать, если вдруг перемкнет.

Черный смотрел на это через вентиляцию и икал.

Он создал галактики, а его заставляют быть ответственным за ПУЭ (Правила устройства электроустановок) отдельно взятого прихода.

Апогеем недоверия стали святые воды. Люди приходили в храм не столько за прощением грехов, сколько за технической жидкостью.

— Наберите мне бутылочку, — шептала бабушка, протягивая пятилитровую канистру. — Так пейте, источник общий, — устало говорил отец Евлампий. — Я-то выпью, — хитро щурилась старушка. — Но дома краны совсем плохие. Говорят, если святой водой прокладки промазать, сантехник Михаил дольше служит. Это ж экономия! Вы там шепните своему Начальству, пусть концентрацию повыше сделает, трубы совсем заржавели.

Люди верили, что Черный может остановить войну, но не доверяли ему настолько, чтобы не прикрутить к иконе Николая Чудотворца дополнительный аккумулятор для зарядки телефона. На всякий случай. Вдруг пророк занят или роутер перегрелся.

Однажды Черный не выдержал. Ему нужно было уехать в соседнюю галактику по делам гравитации. Он вызвал отца Евлампия на видеосвязь прямо через пламя свечи.

— Батюшка, я уезжаю на неделю. Смотри за сервером. Ничего не трогай. Система стабильна. — Как можно, Создатель! — всплеснул руками настоятель.

— Да я глаз не сомкну! Но на всякий случай благословите лом.

— Зачем тебе лом?! — опешил Кот.

— Ну как… — замялся Евлампий. — Вера верой, а если замок на складской подвал заклинит, крестным знамением железо не отожмешь. Мы тут пока вас ждем, земными инструментами перебиваемся. Не дай бог пожар, опять же… Огонь — он тварь Божья, неразумная, инструкции не читает.

Черный понял, что бороться с этим бесполезно. Недоверие людей было высшей формой лести. Оно означало, что они признают Его силу, но предпочитают иметь план «Б».

Он вернулся через неделю. Серверная встретила его идеальной чистотой и запахом свежей масляной краски. Отец Евлампий решил сделать ремонт, пока Демиург отсутствует.

— Стены облупились, — оправдывался священник, пряча за спину валик. — Непорядок. Гость придет, а у нас потолок не белен. Вот, пришлось самим… Благословите теперь краску на водостойкость, а то соседи сверху вечно заливают, грешники…

Кот залез на свой любимый роутер, свернулся клубком и включил логи наблюдений.

Логи показывали удивительную картину.

Молитва: «Господи, прости меня грешную». Следующее действие пользователя: перекреститься, сплюнуть через левое плечо, проверить курс доллара и спрятать паспорт в банку с мукой.

— Животные, — мурлыкнул Черный, засыпая. — Самые забавные мои юниты. Строят храмы, которые простоят века, чтобы молиться о том, чтобы завтра не пошел дождь и не испортил им прическу. Полное доверие — это скучно. Пусть держат фигу в кармане. Зато какой азарт в отношениях.

Рай

У демиурга по кличке Чёрный была отвратительная память на мелочи.

Моя любимая часть в Библии, это когда Бог дает людям свободу воли, а затем убивает их наводнением, потому что они не ведут себя так, как он хочет.

Основной принцип работы религии:

1. Любая глобальная хрень — господь послал испытание.

2. Выжили — господь спас.

3. Сдохли — господь покарал.

Он мог спроектировать спиральную галактику, рассчитать траекторию падения Вавилонской башни и написать драйвер для фотосинтеза, но совершенно не умел работать с техподдержкой.

В начале времен все было просто.

Если племя голодало, главный жрец выходил в леопардовом трико к идолу, бил в бубен из человеческой кожи и орал: «О Великий Кот, пошли нам дождь, а то мы съедим твоего младшего помощника!»

Черному приходилось отрываться от сна на теплой клавише Backspace, открывать консоль управления климатом и крутить ручку давления.

Это его утомляло.

Дождь требовал расхода воды, ветер — электричества, а молния вообще постоянно выжигала порты USB на периферийных серверах.

— Неэффективно, — фыркнул Демиург, когда очередной шаман потребовал солнечное затмение ради хорошего урожая батата. — У меня тут кластер перегружается, а они со своими кабачками лезут.

И тогда произошло Великое Упрощение Архитектуры.

Имя автора идеи стерто из логов за давностью лет, но патент явно принадлежал какому-то ленивому прохиндею с хорошо подвешенным языком.

Жрецы собрались на первый корпоративный съезд у костра. Самый толстый, чья ряса трещала по швам от пожертвованной мамонтятины, поднял палец вверх:

— Братья! Мы обещаем людям погоду. Но погода — субстанция капризная. Вчера обещал солнце — град побил репу. Народ ропщет. Репу жалко. Что делать?

— Резать недовольных? — предложил младший служка.

— Глупец! Новые вырастут, их опять кормить надо. Слушайте сюда. Мы больше не торгуем овощами. Мы выходим на IPO загробного мира.

Так родилась концепция Рая 1.0. Жрецы спустились с гор к народу и объявили новый пользовательский договор.

— О люди! — вещали они. — Погоды не будет. Вообще. Климатический контроль отключен за неуплату высшими силами. Зато! Тот, кто сейчас отдаст этому идолу свою лучшую козу, после смерти получит целую вечность без артрита!

Народ почесался. Коза была одна, а артрит маячил у всех.

— А солнце? — спросил самый прагматичный охотник. — Солнце там хотя бы будет? А то я бледноват для пещеры.

— Там будет Свет Невечерний! — закатил глаза жрец. — И бесплатная манна! И девы! Правда, мы пока не решили, будут ли они давать прикурить, но в ТЗ прописаны как «чистые».

Охотник вздохнул, отдал козу и пошел коптить мясо старыми методами.

Жрец записал актив в дебет.

Черный наблюдал за этим через вентиляцию. Сначала он хотел запустить обновление прошивки мозга всей этой братии, принудительно включив совесть.

Но потом посмотрел на графики нагрузки. Количество молитв о дожде упало до нуля. Просили теперь только абстрактного спасения души и иногда повышения по службе.

— Гениально, — мурлыкнул Демиург, сворачиваясь клубком на системном блоке. — Перевели гарантийные обязательства в посмертный период. Теперь можно вообще ничего не делать, а рейтинг растет. Надо внедрить повсеместно.

С тех пор функционал религии изменился навсегда. Отец Евлампий уже не стоял под ливнем с иконой Ильи-пророка, рискуя поймать шаровую молнию в бороду.

Теперь он читал проповеди про нестяжательство, стоя под кондиционером в машине стоимостью с небольшую часовню.

— Главное — духовная нищета! — гудел он в микрофон, поправляя часы на запястье, которые могли купить небольшой остров.

— Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное! Кстати, кидайте записки о здравии вон туда, оплата по QR-коду или наличными. Нищие духом платят без сдачи.

Проблема вернулась внезапно, откуда не ждали.

Люди расслабились.

Раз ответственность за урожай переложена на небесную бухгалтерию с отсрочкой платежа, зачем напрягаться?

Племена перестали строить дамбы.

Зачем отводить воду, если нужно просто помолиться о том, чтобы она ушла сама в кредит? Наука встала. Какой смысл изобретать телескоп, если достаточно объявить комету гневом Предков и потребовать у населения принести в жертву еще одну корову?

Черный понял, что серверная скоро утонет в реальных проблемах.

Молитвы стали настолько общими («Даруй мне терпения, Господи»), что алгоритм обработки естественного языка начал сходить с ума.

— Они сломали мою бизнес-модель, — пожаловался Кот ангелу-архитектору. — Я им дал свободу воли, чтобы они сами чинили свои крыши, а они делегировали её мертвецам!

— Так всегда бывает, шеф, — пожал плечами ангел. — Как только сервис обещает решить проблему «потом», качество услуги падает до уровня подземной парковки.

Демиург встал, потянулся так, что захрустела геосинклиналь, и выпустил когти.

— Ладно. Кажется, пора менять политику конфиденциальности.

Он подошел к терминалу и набрал короткую команду. Во всем мире разом выключился интернет ровно на три часа.

А утром во всех храмах жрецы обнаружили одинаковые письма, написанные сажей прямо на алтарях: «Ваш аккаунт переведен в тариф „Языческий“. Облачный сервис хранения душ временно недоступен. За погодой обращайтесь в местную администрацию. Ваш Кот».

Демиург Кот Черный сидел на облаке, которое по документам числилось филиалом небесной канцелярии, а по факту было обычным шерстяным носком, забытым кем-то из праотцев. Носок пах валерьянкой и экзистенциальной тоской.

У Демиурга Кота Черного была проблема. В его ведомстве завелась бюрократия.

Ангелы пили амброзию не в обеденный перерыв, а вместо работы.

Суккубы требовали ДМС со стоматологией.

А главное — гномы опять подрались с лепреконами за месторождение радужных единорогов. Радужные единороги при таком шуме перестали какать бабочками и начали просто плакать, что нарушало экологический баланс Верхнего мира.

— Нужен кризис-менеджер, — вздохнул Кот Черный, вычесывая лишнюю лапку (у демиургов их иногда отрастает больше четырех от нервов). — Кто у нас там самый циничный, пробивной и лишенный иллюзий?

В дверь просунулась морда Бафомета, который подрабатывал секретаршей.

— Вампиры прислали резюме. Девушка. Татьяна. Из Двуречек. Местные коты дают рекомендации «три кота вверх».

— Что умеют вампиры? — скривился Демиург. — Только ныть про свою тяжелую нежизнь, спать в гробах и требовать отгул на полнолуние для депиляции.

— Она умеет решать споры, — прошелестел Бафомет. — Говорят, она утихомирила пограничный конфликт между лешими и участковым уполномоченным Петровым. Лешие хотели забрать его мотоцикл «Урал» в качестве дани лесом, а Петров хотел выписать им штраф за разведение костров в пожароопасный период. Таня пришла, выпила у обоих банку соленых огурцов, после чего они три часа спорили о ГОСТе маринада. Мотоцикл стоит в лесу, Петров пьет чай с кикиморой. Все довольны.

Кот Черный почесал за ухом задней лапой. Это был знак высшего одобрения.

— Тащите ее сюда. И принесите мне мышь. Я буду думать.

Татьяна вошла в кабинет без стука. На ней был деловой костюм цвета венозной крови, строгая белая блузка и выражение лица человека, которого только что разбудили колом.

— Здравствуйте, я по поводу вакансии главного специалиста по решению спорных вопросов, — сказала она.

Голос у нее был такой, каким объявляют посадку на рейс, который отменили еще вчера.

— Кровавый тиран вас покусай, садитесь, — мяукнул Демиург, роняя на пол жирную астральную мышь. — Проблема такая: ангельская хоровая капелла отказывается петь осанну. Требуют аванс грешниками. Грешников мало, план горит. Что делать?

Татьяна села. Достала из сумки термос. Наливала кофе долго, методично, словно перезаряжала орудие.

— Во-первых, — начала она, — прекратите называть кровь томатным соком. Это оскорбляет профессиональную деформацию. Во-вторых, соберите хор в курилке. Не в райской, а в той, где трубы протекают и штукатурка падает. Курить разрешите всем, даже серафимам. У них от табака перья желтеют и начинают выглядеть стильно.

— Но канон… — пискнул Бафомет.

— Канон потом напишем, — отрезала Таня. — Пока ставьте задачу так: кто не споет «Аве Мария» с первого дубля, тот идет чистить сортиры в Чистилище. Там вечность, унитазов много. Через пятнадцать минут у вас будет опера уровня Ла Скала. Страх перед фаянсом объединяет лучше любой веры.

Демиург Кот Черный замер с открытым ртом. План был гениален в своей бытовой жестокости.

— Ладно, — промурлыкал он. — Проверочное задание. Свальный грех. То есть, простите, коллективная претензия. Домовые объявили забастовку. Они требуют отменить закон всемирного тяготения, потому что тапки хозяев слишком больно падают ночью на пол. Если тапки перестанут падать, домовым нечего будет находить. Без найденных тапок нет премий. Нет премий — нет смысла жизни. Они перекрыли эфир, теперь во всем мире пропал Wi-Fi и интуиция. Ваши действия?

Татьяна тяжело вздохнула. Видно было, что аргумент про тапки ей уже знаком по прошлой работе.

— Собираем круглый стол, — сказала она. — Закуски: гематоген для меня, валерьянка для посредников.

Она достала телефон. Старый, кнопочный, с трещиной через весь экран.

— Алло, ЖЭК номер четыре? Мне нужен главный инженер. Да, знаю, что воскресенье. Передайте ему, что если через час гравитация не вернется к заводским настройкам, я расскажу всему району, куда именно он сливает бюджет на ремонт подъездов и почему у него в кабинете живет призрак кассирши Сбербанка.

Она положила трубку.

— Готово. Инженер сейчас пойдет в подвал, ударится головой о трубу, испытает сатори и вернет g равным 9,8. Домовые получат премию в виде потерянных носков. Мировой порядок восстановлен. Мой гонорар — доступ к архиву смертных кошмаров категории «сдача налоговой декларации» и разрешение пить кровь у бюрократов. У них гемоглобин от стресса густой, как кисель.

Демиург Кот Черный посмотрел на свои восемь лап, потом на идеальный белый силуэт вампирши. Впервые за десять тысяч лет ему захотелось уволиться и пойти ловить рыбу в реке Стикс.

Там хотя бы все молчат.

— Вы приняты, — прохрипел он. — Трудовой договор кровью подписывать будете?

— Зачем? — удивилась Таня, доставая из сумочки степлер. — Давайте по ТК РФ. В двух экземплярах. И пусть ваш секретарь принесет мне жалобную книгу. Хочу написать благодарность этому миру. Он удивительно плохо спроектирован, работать одно удовольствие.

Снаружи, на краю облака-носка, тихо матерились гномы, которым приказали покрасить радугу в серый цвет ради экономии бюджета. Порядок восторжествовал.

Демиург Кот Черный висел на хрустальной люстре Небесной Канцелярии вниз головой. Это была его любимая поза для медитации и оценки эффективности нового персонала.

Сверху открывался прекрасный вид на макушку главного бухгалтера — архангела Гавриила, у которого от стресса начала облазить золотистая фольга нимба.

На первом этаже творилось невообразимое.

Раньше здесь было как в раю: хаос, бардак, серафимы играли в кости на раздевание с младшими демонами, а отдел логистики потерял где-то между этажами вторую скрижаль Завета вместе с курьером.

Демиург Кот Черный считал это нормальной рабочей атмосферой. Главное, чтобы миска с валерьянкой всегда была полна.

Но месяц назад он нанял Татьяну из Двуречек. И теперь Татьяна наводила порядок.

— Так, херувим четвертого разряда, почему вы зеленые? — доносился снизу ее голос, похожий на звук пенопласта по стеклу. — В регламенте сказано «бледно-золотистый». Где допуск к работе?

— Я… я светился от счастья! — блеял пухлый младенец с крылышками, пытаясь спрятать за спиной банку с энергетиком «Ягуар».

— От счастья положено пахнуть ладаном, а от вас несет паленой проводкой и грехом уныния, — Татьяна сделала пометку в планшете. — Лишение премии вечности. Следующий.

Демиург Кот Черный нервно дернул хвостом.

Ему стало жалко младенца.

Он хотел было мяукнуть сверху что-то вроде «Оставь парня, он просто синтезировал новую сущность», но передумал.

Было интересно посмотреть, что будет дальше.

Дальше был отдел Воздаяния.

Там работали черти.

Классические такие, с рогами, копытами и любовью к бюрократии.

Они только что закончили переписку с праведником Петром из Усть-Урюпинска, который умер от скуки и требовал компенсировать ему моральный ущерб просмотром сериалов без перерыва на сон. Черт-куратор Акакий уже неделю писал отписки гусиным пером.

Татьяна вошла в пекло отдела (там было градусов сорок, кондиционер сломали еще при строительстве Вавилонской башни).

— Акакий, — сказала она тихо.

Акакий икнул и пролил смолу на годовой отчет.

— Почему график пыток еретиков сдвинут на три часа?

— Дык… пробки на реке Стикс, Татьяна свет наш… Паромщик опять бастует, требует восьмичасовой рабочий день…

— Паромщику выдать весло из осины и путевку в профсоюз ангелов-хранителей, — отрезала Таня. — А график переделать. Пункт первый: кто опоздал на котлы, тот моет посуду после Валтасарова пира. Руками. Без губки. Под «Лебединое озеро» Чайковского.

Она повернулась к огромному плазменному экрану, где транслировались грешники.

— Теперь маркетинг. Почему в отделе сладострастия крутят один и тот же ролик про голых девиц 1987 года выпуска? У них там пикселизация размером с тыкву. Грешники смеются, им не стыдно, план по угрызениям совести сорван.

— Так бюджет же… — пискнул младший инкуб. — На обновление контента денег нет, всё ушло на золотые унитазы для руководства Олимпа, они нам субподрядчики…

— Золотые унитазы конфисковать, — Татьяна даже не подняла глаз от бумаг. — Переплавить. Сделать нормальные фаянсовые, как у людей. Чтобы журчало тоскливо. Закупаем подписку на стриминговый сервис «Человеческие сожаления». Пусть смотрят, как люди бросают курить с понедельника. Лучшая психологическая ломка во вселенной.

Демиург Кот Черный почувствовал, как у него начинает дергаться левый ус.

Раньше миры создавались словом и легким движением брови.

Теперь миры обслуживались согласно ГОСТу.

Он спрыгнул с люстры прямо на дубовый стол Татьяны. Та даже не вздрогнула. Только подвинула ему блюдце со сливками.

— Мяу, — сказал Демиург жалобно. — Что ты делаешь с моей реальностью? Она стала… корпоративной. Серафимы носят бейджики. У Люцифера ввели KPI по количеству обращенных душ. Если он не выполняет план, вы заставляете его звонить клиентам с вопросом «Как вам обслуживание нашего ада сегодня?». Это бесчеловечно.

Таня достала из сумочки термос. Налила себе кофе.

Кофе пах дождем, бессонницей и дешевым табаком — идеальный аромат для тирании.

— Порядок — это когда никто не ворует степлеры, — пояснила она, дуя на кружку. — Вот смотрите. Ваш главный архитектор, Зодчий Семизначный, вчера украл из канцелярии серебряную печать «Оплачено». Зачем она бессмертному существу, создающему галактики?

— Для коллекции, — проурчал Кот Черный, слизывая сливки. — У него хобби.

— Больше нет. Я заблокировала ему доступ к пространственному принтеру. Пока не вернет печать, пусть проектирует новые созвездия в Paint. На компьютере с Windows 95. Послезавтра сам принесет, извинится и полы в коридоре помоет.