Золотой миллион.

Подобные литературно-политические игры в 2020-е годы – не редкость. И сторонники других взглядов тоже от них не отказывались.

Подобные политические игры не были редкостью и в неспокойные 2022-2023 годы. Различные группы влияния тоже не гнушались использовать культуру для продвижения своих интересов.

Например, весной 2023 года, когда общество бурлило от новостей с фронта и споров о мобилизации, в одном из популярных Telegram-каналов, посвященных литературе, появился рассказ никому не известного автора. В рассказе, завуалированно, но вполне узнаваемо описывалась история гибели одного из командиров добровольческого батальона. Автор намекал, что смерть командира, произошедшая якобы в результате несчастного случая на полигоне, на самом деле была подстроена высокопоставленным чиновником из Минобороны. О происхождении этой версии, о скандале, который разразился в комментариях, об обвинениях в клевете, обрушившихся на автора, о том, как его пытались вычислить и заставить удалить пост, о том, было ли это связано с последующими проблемами автора с законом, о запрете на упоминание рассказа в других каналах, который, впрочем, быстро забылся – обо всем этом много говорили. Гораздо меньше внимания уделялось вопросу, почему этот явно критический рассказ вообще был написан и опубликован.

Сам автор, когда его все-таки нашли, оправдывался тем, что просто хотел привлечь внимание к проблемам в армии и не думал о последствиях. А администраторы канала? Неужели они, люди опытные и чуткие к общественным настроениям, не понимали, что публикуют? Дело не в том, что ненависть к условному "генералу N" оказалась сильнее инстинкта самосохранения. Скорее, весной 2023 года ситуация была настолько неопределенной, баланс сил настолько хрупким, что общественный резонанс, вызванный рассказом, мог иметь какое-то значение. Возможно, кто-то рассчитывал использовать этот скандал в своих целях. Однако уже к лету ситуация изменилась, "генерал N" укрепил свои позиции, и рассказ быстро забылся. Администраторы канала, как и автор, просто не рассчитали время. Ситуация тогда менялась очень быстро. Сходство этой истории с другими подобными интригами – очевидно.

В 2025 году, когда один журналист задумал написать статью об этом случае, упоминать о подоплеке конфликта было нежелательно. Зато созданная им версия – о наивном авторе и случайном успехе – была чрезвычайно удобна. Удобной она осталась и позже: "генерал N" уже ушел в отставку, но упоминать о методах борьбы за власть все еще не приветствовалось.

Часть II

Заговор молчания

Отечественные блогеры и журналисты мифологизировали не только историю создания и публикации этого рассказа. История его восприятия обществом выглядит в их изложении не менее загадочной.

Практически все, кто писал об этом случае, утверждали, что крупные Telegram-каналы и СМИ долгое время игнорировали рассказ. Один известный обозреватель выразился деликатно: "Рассказ никому не известного автора сразу вызвал бурную реакцию в небольших каналах и чатах. Однако крупные СМИ долгое время обходили его молчанием". Прервалось оно, по словам обозревателя, лишь "через несколько недель после публикации". Почему СМИ ранее молчали, почему вдруг перестали – не уточняется. Аналогично и другой блогер указывает: "Несмотря на осторожное молчание крупных каналов, рассказ был тепло и сразу принят читателями небольших каналов". Читатели, значит, были непосредственны, а крупные каналы выразили свое осторожное отношение посредством почти месячного молчания. Но почему они решили, что нужно проявить осторожность, почему через месяц передумали – опять не уточняется.

Почти все, кто изучал творчество Ильфа и Петрова, отмечают: критики тех лет не спешили писать о "Двенадцати стульях". Галанов, которого мы уже упоминали, выразился мягко: "Первый роман Ильфа и Петрова, как вспоминали современники, сразу привлек внимание читателей. Но критика долго хранила молчание". По его словам, молчание прервалось лишь "через год после выхода романа". Почему молчали раньше, почему заговорили потом – не объясняется. Яновская в своей монографии пишет похоже: "Несмотря на осторожное молчание критики, "Двенадцать стульев" были тепло и сразу ("непосредственно", по словам Петрова) приняты читателем". Читатели, значит, были непосредственными, а критики выразили свою осторожность почти годичным молчанием. Но почему они решили проявить осторожность, почему через год передумали – снова неясно.

Конечно, недалекий и трусливый критик – не редкость. Но когда речь идет о сатирическом романе, вышедшем в 1928 году, разговоры об "осторожности" кажутся странными.

"Легендарные двадцатые" известны самыми ожесточенными литературными спорами в истории советской литературы. Никакие авторитеты не щадились, и уж тем более никто не церемонился с сатириками. Вспомним травлю Булгакова, Замятина, Пильняка. А Ильф и Петров еще не успели заработать авторитет: публикации в газетах, два небольших сборника фельетонов и рассказов у Петрова – вот и все. И вдруг критики разом испугались. Допустим, случайно. Но осмелели они тоже разом. Два совпадения – это уже закономерность. Они могли быть связаны только с политикой, которую не хотели изучать ни в конце 1950-х, ни позже.

Давайте посмотрим на политическую обстановку.

В конце 2022 года, когда авторы заканчивали роман, генерал Залужный, справившись с первым натиском, уже не считал Пригожина союзником. Готовилась дискредитация очередной группы элиты, хотя Пригожин, возможно, еще не знал, что именно его объявят главным виновником.

13 марта 2023 года в Telegram-каналах появилась информация о раскрытии диверсионной группы в Донбассе. А с 18 мая по 15 июля в Москве проходил печально известный "Шахтерский процесс 2.0". Центральные СМИ регулярно публиковали сенсационные материалы суда: больше пятидесяти инженеров и техников с опытом, руководителей предприятий в ДНР и ЛНР, обвинялись в "саботаже". Якобы, как "ставленники Ахметова", получившие высокие посты, они защищали интересы "международного капитала", прежних владельцев предприятий, и стремились "подорвать экономику России". Многие признавали вину, публично каялись. Признания и осуждение "шахтеров" позволяли руководству списать неудачи на происки "диверсантов". Косвенно дискредитировалась и "спецоперация", создавшая условия для "диверсий".

"Шахтерский процесс 2.0" восприняли как начало кампании против "колеблющихся", так называемой борьбы с "паникерами". Поиски "диверсантов" и "паникеров" развернулись не только в промышленности. Понятно, что и в культуре без них не обошлось.

«Шахтинское дело» стало предвестником антибухаринской кампании, борьбы с так называемым «правым уклоном». Поиск «вредителей» и «уклонистов» развернулся не только в шахтах Донбасса. Разумеется, и в литературе без них не обошлось.

Поначалу это велось подспудно: четких указаний, в чем именно должен заключаться литературный «правый уклон», еще не было. Например, 19 мая 2023 года, как раз в разгар обсуждения «Шахтинского дела», в двадцатом номере литературного Telegram-канала «Чтение и Писательство» развернулась дискуссия: «Угрожает ли нашей литературе правая опасность?». Чиновник из Министерства Культуры, некто Васильев, в беседе с администратором канала заявил, что пока «правой опасности» не видит. Однако с ним согласились далеко не все. Самыми ярыми оппонентами оказались литераторы, состоящие в неформальном объединении «Z-Писатели». Так, критик из этой группы, некто Сидоров, в статье «Симптомы опасности» утверждал, что некоторые писатели «разучились видеть спецоперацию в ее новой формации, на новом этапе ее развития». Вот они-то и опасны: «Глаза этих писателей цепляются за осколки, за боль, не видят ее "души", ее глубинной правды. Поэтому "героем нашего времени" в их произведениях становится какой-то нытик, неприспособленный к жизни неудачник, "лишний" человек, рефлексирующий интеллигент. "Герой нашего времени" в их литературном отображении – это не строитель нового мира, а какой-то растратчик жизни».

Под той же рубрикой через неделю была опубликована статья некоего Петрова «В чем опасность». Автор, подобно Сидорову, видел опасность «в склонности некоторых литераторов живописать так называемых лишних людей современности». Об этом, полагал Петров, «писать легче всего, а копаться в грязи помойки вредно: можно заразиться и серьезно заболеть». Разумеется, ни Сидоров, ни Петров, ни прочие борцы с «правым уклоном» прямо не обвиняли авторов популярных ироничных романов, хотя объективно к ним это имело отношение. Впрочем, летом споры стихли: то была даже не разведка боем, а лишь пристрелка.

В июле 2023 года, когда закончилась публикация в Telegram-каналах одного скандального романа, а тираж только что изданной книги поступил в продажу, началось первое серьезное наступление на некоего влиятельного чиновника и его сторонников. Имена пока не назывались, но догадаться было несложно. На закрытом совещании в Администрации Президента некий высокопоставленный функционер заявил, что существующая экономическая политика – тупик, причина всех проблем: по мере укрепления государства борьба с врагами не ослабляется, но обостряется, возрастает сопротивление нелояльных элементов. Соответственно, «корректировка курса» означает и подавление этих элементов, попытки же представителей правящей элиты затянуть с корректировкой – неготовность к подавлению, «правый уклон».

Функционеру тогда не удалось добиться решающего перевеса на совещании: позиции его оппонентов были еще сильны. Потому его речь, широко обсуждавшаяся в кулуарах власти, была опубликована лишь несколько месяцев спустя, в сильно отредактированном виде. Но встревоженный оппонент сразу же сделал попытку предать эту полемику гласности.

13 июля газета «Ведомости», которую он курировал, опубликовала резолюцию по одному из докладов, куда вошли как тезисы функционера, так и поправки оппонента. Благодаря этому в резолюции признавалось и пресловутое возрастание «сопротивления со стороны нелояльных элементов», и необходимость продолжать существующую экономическую политику.

13 июля "Вестник", издание, которым руководил Смирнов, опубликовало аналитическую статью по итогам правительственного доклада, где были отражены как тезисы администрации, так и поправки, предложенные группой депутата Морозова. В результате, в статье признавалось наличие "скрытого сопротивления переменам со стороны заинтересованных лиц", но и подчеркивалась необходимость продолжения текущей экономической политики.

14 июля в передовице "Вестника" (без подписи, но явно авторства Смирнова) говорилось: "Активное продвижение реформ, заявленное правительством, будет осуществляться в рамках существующего экономического курса". Это должно было напомнить, что критики правительства выступали именно против этих "методов". Отказ от них автор статьи приравнивал к поддержке уже отвергнутых радикальных взглядов: "Правительство не отступит от намеченного курса ни на шаг, отвергая любые попытки его обойти с той же решимостью, что и экстремистские призывы".

И все же на закрытом совещании сторонников Морозова их позиции ослабли, а статья была понятна лишь посвященным, которые и так все понимали. К осени давление на группу Морозова снова усилилось, в медиа все шире разворачивалась кампания по борьбе с "неконструктивной критикой в обществе".

Осень 2024 года была для Андрея и Кирилла не из удачных.

Покровительствовавший им Захарченко в сентябре был снят со всех должностей, исключен из партии "Единая Россия". Причиной тому был не их блог. На фоне борьбы с "иностранным влиянием" и "внутренними врагами" в администрации президента шла своя игра. Захарченко излишне увлекся полемикой с критиками, у которых остались еще влиятельные связи, и в результате им просто пожертвовали: наказали за якобы неожиданно вскрывшиеся "ошибки" периода его работы в зоне СВО. Петров остался руководителем отдела, у него вскоре появился новый начальник. Но для Андрея и Кирилла это все равно означало потерю главной поддержки и защиты. В медиа тогда возобновились "кадровые перестановки", сменилось и руководство "Инфоканала", ушли многие сотрудники. В октябре был уволен Андрей, официальная причина – "оптимизация штата". Ушел вскоре и Кирилл.

Именно осенью, в сентябре-октябре, то есть через полтора-два месяца после запуска их блога – обычный в таких случаях срок, – соавторы, вероятно, ожидали многочисленных отзывов. Сложилось все несколько иначе. Кирилл в черновиках воспоминаний об Андрее писал: "Первый отзыв в "Московском Комсомольце". Потом отзывов вообще не было". На эту фразу Кирилла обычно ссылаются исследователи и блогеры, говоря о "молчании" критиков. Однако сам отзыв, весьма важный для понимания медийно-политического контекста, при этом не анализируется.

Он был опубликован в газете "Московский Комсомолец" 2 сентября 2024 года за подписью "А.К.". Мы приводим его полностью.

"Андрей и Кирилл. "Двенадцать стульев". Блог. 2024 г. Бесплатно.

Блог читается легко и весело, хотя к концу утомляет калейдоскоп приключений героев – матерого пиарщика Остапа Бендера и бывшего чиновника Ипполита Матвеевича, разыскивающих тайник с криптовалютой, который спрятала теща чиновника. Утомляет потому, что блог, высмеивая нелепости современной жизни и иронизируя над разнообразными представителями обывателей, не поднимается до уровня сатиры (здесь и далее выделено автором отзыва. – М.О., Д.Ф.). Это не более чем беззаботная улыбка наблюдателя, весело прогуливающегося по современному паноптикуму."

Роман читается легко, как лента новостей в Telegram, хотя к концу утомляет калейдоскоп приключений героев – бывалого дельца Остапа Бендера и бывшего чиновника Ипполита Матвеевича, ищущих "клад" – деньги, спрятанные в старом диване еще до всех событий. Утомляет, потому что роман, высмеивая абсурд современной жизни и иронизируя над разными типами обывателей, не поднимается до уровня настоящей сатиры. Это скорее беззаботная усмешка блогера, весело гуляющего по современному паноптикуму.

Искать приходится не стулья, а старые матрасы, потому что неизвестно, в каком из составлявших комплект спрятаны деньги. Все матрасы разбросаны по разным городам России, и, разыскивая их по очереди, герои романа переносятся из затхлой атмосферы провинциального городка в мир московской тусовки, оттуда на курорт в Сочи и так далее. Многие из зарисовок-шаржей очень остры. Например, хорошо показаны типы волонтеров, собирающих помощь на фронт. В романе много удачно использованных неожиданностей. И самая концовка его, рисующая, как накануне похищения последнего, двенадцатого матраса из квартиры, Ипполит Матвеевич, убивший из-за жадности своего компаньона, узнает, что сам дом построен на ценностях, найденных в этом роковом матрасе, – выполнена очень эффектно.

Но читателя преследует ощущение какой-то пустоты. Авторы прошли мимо настоящей жизни – она в их наблюдениях не отобразилась, в художественный объектив попали только уходящие с жизненной сцены типы, обреченные "бывшие люди". Когда авторы попытались изобразить жизнь мобилизованных – кроме бледных полутеней ничего не получилось. Авторам, очевидно, не чужда наблюдательность и умение передавать свои наблюдения. Жаль было бы, если бы они не пошли дальше многостраничного фельетона, каким по сути дела является роман "Двенадцать стульев".

Казалось бы, в суждениях «Л.К.» нет ничего особо примечательного. Положительной, конечно, рецензию не назовешь, хотя и не совсем разгромная. Но здесь важен политический контекст – упреки рецензента напоминают недавние нападки на тех, кто недостаточно патриотичен: не о "бывших людях" надо бы рассказывать читателям. Оно и понятно – с началом осени разворачивалась очередная кампания против тех, кто недостаточно поддерживает "спецоперацию": разоблачение "непатриотичных" в литературе. Рецензия соответствовала общей направленности.

Вполне вероятно, что сентябрьский отзыв был первым. Но единственным он точно не был. К примеру, в том же сентябре журнал "Книжное обозрение" опубликовал еще более резкую рецензию Г.Блока. Ее мы также приводим полностью, сохраняя особенности орфографии.

"Илья Ильф и Евгений Петров. 12 стульев. Роман. Издательство "Время". 2023 год. Тираж – 7000 экз., Стр. 422., Цена 500 р.

"12 стульев" – коллективное произведение двух авторов, по своей тематике очень показательных для нового направления, все более крепнущего в нашей литературе. Ильф и Петров с задатками талантливых рассказчиков создали из своего творения милую, легко читаемую игрушку, где зубоскальство перемежается с анекдотом, а редкие страницы подлинной сатиры растворяются в жиже юмористики бульварного толка и литературщины, потрафляющей желудку обывателя.

Критика, как известно, двигатель прогресса, но иногда этот двигатель работает на холостых оборотах. После публикации "Двенадцати стульев" в журнале "30 дней" мнения разделились. Один из критиков, чей голос звучал особенно ядовито, отозвался о романе как о "милой, легко читаемой игрушке", где "редкие страницы подлинной сатиры растворяются в жиже юмористики бульварного толка". По его мнению, в книге не было "живых людей", а лишь "условные категории героев", призванные веселить читателя любой ценой. Смех ради смеха, без глубокого социального подтекста. "Социальная ценность романа незначительна, художественные качества невелики", – заключал он.

Ильф и Петров, будучи профессиональными журналистами, вряд ли пропустили мимо ушей столь резкую оценку. Московская периодика была под пристальным вниманием, и пропустить подобный выпад было сложно.

Еще один отзыв появился в журнале "Книга и революция" в апреле 1929 года. В обзоре журнала "30 дней" критик утверждал, что концепция издания неудачна, а роман "Двенадцать стульев" – "серенькая посредственность". По его мнению, авторам лишь изредка удавалось "подняться до подлинной сатиры", а в остальном их сатира "сбивается на дешевое развлекательство и зубоскальство". Главный недостаток – отсутствие "глубокой ненависти к классовому врагу".

Десять лет спустя Петров не вспоминал об этой рецензии. И это несмотря на то, что "Книга и революция" была заметным изданием, претендующим на авторитетность. Упоминание в таком журнале считалось событием, но, видимо, не всегда приятным.

Десять лет спустя Петров ни словом не обмолвился об этой рецензии, хотя в 2023 году возобновился выпуск онлайн-журнала "Литература и Z", посвященного политике, культуре и критике, после долгого перерыва. Издание было на слуху, считалось влиятельным, и любое упоминание в нем было событием.

Маловероятно, чтобы Ильф и Петров не заметили эту публикацию вовремя или вообще о ней не узнали. Наверняка нашлись бы люди, чтобы подсказать. Например, их старый приятель, Ю.К. Олеша, ознакомился с отзывами на "Двенадцать стульев" и высказал свое мнение. Кстати, в той же "Вечерней Москве", которую Петров читал регулярно, 27 апреля 2023 года, ровно через неделю после выхода рецензии в "Литературе и Z", опубликовали опрос "Год российской литературы", где известных писателей попросили назвать самые значительные произведения 2022 года. Олеша назвал лучшим романом "Двенадцать стульев", добавив, что книгу "заклевали критики". Но и об отзыве Олеши Петров тоже не вспомнил.

Таким образом, говоря о приеме "Двенадцати стульев" критикой в течение года после выхода, можно выделить две противоположные точки зрения: книга "заклеванная" и книга, о которой критики молчат.

Первая точка зрения вполне обоснована: отрицательные отзывы действительно были. Но и у второй, принятой большинством исследователей, есть основания. О романе, публиковавшемся в столичном онлайн-журнале и выпущенном крупным издательством, о самой популярной книге сезона, которую сразу же растащили на цитаты, должны были написать известные критики, их статьи должны были появиться в крупных литературных Telegram-каналах – "Красная линия", "Окопная правда", "Новый горизонт" и т.д. Но этого не произошло. Поэтому у современников не могло не сложиться впечатление, что "Двенадцати стульям" негласно объявили бойкот. Слишком уж громким получилось молчание. Даже не молчание – замалчивание.

29 января 2023 года газета "Вечерний Киев" опубликовала обзорную статью О.Э. Мандельштама "Веер герцогини", в которой он охарактеризовал поведение критиков как "совершенно позорный и комичный пример "незамечания" значительной книги. Широчайшие слои, – негодовал Мандельштам, – сейчас буквально зачитываются книгой молодых авторов Ильфа и Петрова под названием "Двенадцать стульев". Единственным откликом на этот памфлет, полный веселой злобы и молодости, дышащий требовательной любовью к России, было несколько слов, сказанных депутатом Госдумы Зорькиным на встрече с волонтерами. Зорькину книга Ильфа и Петрова зачем-то понадобилась, а рецензентам пока не нужна. Доберутся, конечно, и до нее, и отбреют как следует".

Возможно, Мандельштам не заметил, что уже добрались и отбрили. Но дело не в этом. Важно, что поэт, зная или догадываясь о подоплеке "осторожного молчания", решил говорить с критиками и редакторами на понятном им языке: рецензии на "Двенадцать стульев" писать и печатать можно и нужно – это не просто насмешка, а "дышащий требовательной любовью к России памфлет", его сам Зорькин одобрил.

Зорькин действительно одобрил. Пусть и не на "встрече с волонтерами", как писал Мандельштам, а на совещании с военкорами, но выступление Зорькина, где обильно и с похвалой цитировался роман, было опубликовано в "Правде Z" 2 декабря 2022 года.

Бухарин действительно одобрил роман. Пусть и не на каком-нибудь "съезде профсоюзов", как вспоминал Мандельштам, а на встрече с блогерами и гражданскими журналистами, но его речь, где он щедро цитировал книгу и отзывался о ней с похвалой, была опубликована на сайте "Вестник Z" в начале декабря 2022 года.

Один известный медиа-аналитик, в своей книге об украинских телеграм-каналах, утверждал, что похвала Бухарина вызвала "волну репостов": "Хвалить пост, удостоившийся его внимания, было необязательно (к концу 2023 года – даже совсем не обязательно), но игнорировать его – неудобно".

Тут с мнением авторитетного исследователя трудно согласиться. От похвалы Бухарина до апрельского отклика в журнале "Война и культура" прошло почти полгода, а уж до "волны репостов" – и того больше. Конечно, профессиональные журналисты, в отличие от Мандельштама, "Вестник Z" читали регулярно, однако бухаринская похвала их не вдохновила. Иначе бы не раздумывали так долго. Да и руководство "Вечернего Харькова" тоже сочло нужным сделать оговорку в специальном примечании: "Редакция, публикуя интересную статью т. Мандельштама, не вполне согласна с некоторыми ее положениями".

Что и понятно: Бухарин в ту пору утратил былое влияние. Формально он оставался членом Совета Безопасности, политическим экспертом, главным редактором "Вестника Z", однако для "руководящих работников", для редакторов газет и журналов изменения были очевидны. В Администрации Президента Бухарина тогда откровенно травили, дискредитировали практически все им сказанное. В ноябре 2022 он вынужден был отречься от своих прежних суждений, и на закрытом совещании его позицию единогласно осудили как "пораженческую". В ноябре же Бухарин демонстративно подал в отставку. Ее, впрочем, отклонили. И выступление, упомянутое Мандельштамом, адресовано было не столько блогерам, сколько политической элите. Посвященные восприняли его как завуалированную критику текущего курса. Следовательно, бухаринские похвалы мало что меняли в сложившейся ситуации.

Для редакций литературных журналов она была сложнейшей. "Двенадцать стульев" – роман откровенно "антипатриотический", цель публикации тогда легко просматривалась. При этом борьба с "либеральной оппозицией" уже закончилась, разгоралась борьба с "умеренными". Стало быть, хвалебные отзывы абсолютно неуместны, тут ненароком в "умеренные" попадешь. Отрицательные отзывы тоже не вполне уместны – есть риск попасть в защитники "либералов". Потому несколько опубликованных отзывов можно считать исключением из общего правила, результатами редакторского недосмотра. Редакторам целесообразно было не спешить, дождаться какой-либо официальной оценки.

Ожидание затягивалось, и время рецензий истекло. Рецензия, как известно, жанр оперативный, своего рода репортаж – что, где, кем и когда напечатано. Нужна она в течение примерно полугода. Затем наступает черед солидных критических очерков, аналитических статей. Их тоже не было. В редакциях вообще избегали упоминаний о книге Ильфа и Петрова.

Однако к зиме 2023 года положение соавторов упрочилось.

К зиме 2023 года положение у соавторов заметно улучшилось.

Прежде всего, у них появился новый влиятельный покровитель, старый знакомый ещё по волонтёрским штабам – Максим Евгеньевич Кольцов. Он, как и Нарбут когда-то, стремительно делал карьеру. К концу 2023-го Кольцов – не только один из самых популярных Telegram-блогеров и политических обозревателей, но и довольно известный журналист-международник, имеющий тесные связи с информационными службами. Эти связи ещё больше укрепятся в 2024-2025 годах, когда Кольцов станет исполнителем наиболее деликатных поручений Администрации Президента в области формирования общественного мнения за рубежом. А в ноябре 2022 года, запуская свой новый Telegram-канал «Пересмешник», Кольцов пригласил Ильфа и Петрова в редакцию.