Ведьма Долины Роз. Потерянная во времени

Глава 3

Лорелея медленно кралась от шатра к шатру, прислушивалась, стараясь за толстым полотнищем расслышать голоса Аурелии и Белеара. Но слышала лишь ворчание, гомон, детские крики. Все было незнакомо. Пахло чесноком, жареным мясом. Готовились ужинать. Лорелея была напряжена, как тетива эльфийского лука, дотронься – порвется, разлетится на мелкие кусочки по чернеющим пескам.

Где-то позади заржала лошадь и Лорелея вздрогнула. Послышались голоса:

– Смена караула! Вернер, иди ужинать, я сменю тебя.

– Корлин после ужина навестит пленных.

– Слишком уж он церемонится с эльфами. Никакие они не полукровки. Ты видел уши эльфийки, а ее глаза? Чистая и древняя кровь.

– Зачем они покинули Шалрейн да еще с девчонкой? Может, говорят правду?

– Эльфы всегда врут. Ни один эльф не скажет правды, разве, чтобы получить выгоду. Весь их Шалрейн с вычурными башнями и нищими хижинами бедняков – сплошное вранье и лицемерие.

Лорелея замерла, прислушиваясь к разговору, и осторожно выглянула. Рядом с входом в шатер стояли два гэллена, вооруженные длинными кинжалами в пристегнутых к поясу ножнах. Один – явно люд, могучий, с толстой шеей, обветренным лицом и сухими губами. Руки у люда были жилистые и крепкие. Второй - полукровка, стройный, но упругий, гибкий. Черный пояс с ножнами перехватывал тонкую талию. На загорелом лице светились голубые глаза. Чуть заостренные кончики ушей напоминали об эльфийской крови, что текла в его жилах наряду с людской.

Крепкий хлопнул по плечу худого и грузной походкой направился к костру, на котором жарилось мясо. Лорелея пригляделась и сосчитала гэлленов, снующих вокруг костра. Шестнадцать. Слишком много. Значит, нужно отвлечь их внимание и сделать все быстро.

Гэллен вытянул руку, и она увидела на его запястье рисунок. То была тонкая змейка с пурпурной головой.

Лорелея дождалась, пока здоровенный гэллен отойдёт подальше, и бросилась бежать к привязанным позади шатров лошадям. Здесь было темно, и Лорелея не сразу сообразила, что это не лошади. Лишь приблизившись, заметила, что это те самые горбатые животные, которых она утром видела в поселении гэлленов. Она с опаской подошла к одному из животных, привязанному к врытому в песок колышку, и быстро размотала веревку. Осторожно дотронулась до гладкого рыжего бока. Горбатый дёрнулся и издал низкий утробный звук. Лорелея отшатнулась и упала на песок. Остальные горбатые всполошились и зашумели. Их зычные крики разнеслись по ночной пустыне. И вскоре со всех сторон замелькали огни факелов, и к привязи ринулись темные фигуры.

Лорелея вскочила и помчалась к шатру, который охранял воин со змеей, и где прятали её родителей. Ее сердце бешено колотилось, вот-вот выскочит из груди. Ей казалось, еще немного, и ее поймают и снова запрут в яме с решеткой. А потом утром их всех казнят. И она больше никогда не увидит маму, и не вернется в родной Шалрейн. От страха она мчалась еще быстрее.

Страж был на месте, но развернулся в сторону, откуда доносились крики. Лорелея задержала дыхание и быстро скользнула внутрь.

– Луни, – вскрикнула Аурелия и бросилась к ней. Лорелея прижалась к матери, вдохнула знакомый запах фиалок и расплакалась.

Неслышно подошёл Белеар. Лорелея увидела, что его руки связаны за спиной. Она наклонилась, вытащила из сапога кинжал и быстро разрезала верёвки.

– Дочка, тебе опасно здесь находиться. Они скоро придут.

Лорелея посмотрела на Белеара, и на глаза вновь навернулись слезы. За день, проведённый в плену, его морщинистое лицо еще больше осунулось, посерело. Словно жизненные силы покинули его тело и душу.

– Равули, рани, — Лорелея назвала родителей по-эльфийски. – Нужно бежать. Я отвлекла гэлленов. Мы найдём лошадей и ускачем в пустыню.

– Луни, дочка, – Аурелия покачала головой. – Ничего не выйдет. Нас поймают и убьют.

Её губы дрожали, глаза тревожно смотрели на дочь.

– У нас получится. Мы выберемся. Нужно только отыскать лошадей. Я видела, куда их увели, —шептала Лорелея и тянула Аурелию за рукав.

– А как же страж у входа?

– Папа убьёт его.

Она протянула кинжал Белеару, и тот молча взял его в руку.

– Лорелея права! – сказал Белеар. Он крепко сжал рукоять кинжала. – Здесь нам оставаться нельзя. Они убьют нас, в девочку сделают пленницей.

Он прислушался, и быстро прошептал:

– Я выйду первым, убью стража и подам вам знак.

Он подкрался к выходу и медленно поднял край полога. Сердце Лорелем гулко стучало в груди. Аурелия встретилась с ней взглядом и взяла за руку.

Белеар рванул вперёд. Послышался крик, приглушенный стон, шорох падающего тела. Лорелея задрожала.

– Идем! – Белеар распахнул полог и втащил в шатер мертвое тело с кинжалом в спине. Его глаза возбужденно горели, он тяжело дышал. Они выбрались наружу, обогнули шатёр и спрятались в темноте.

– Нужно спешить, — хрипло прошептал Белеар. Лорелея заметила, что он держит другой кинжал, тот, что был в ножнах человека со змеёй.

– Следуйте за мной, – он кивнул жене и дочери и побежал к дюнам. Аурелия старалась поспевать за мужем, но длинное платье сильно мешало. Они бежали вдоль шатров, меж которыми мелькали огни жаровен и факелов. В лагере царила суета. Тут и там сновали вооруженные кинжалами люди, кричали женщины, плакали дети. Шатров было так много, они тянулись и тянулись. Лорелее казалось, что они никогда не выберутся.

Она видела, что Белеару с Аурелией тяжело бежать и молилась, чтобы им хватило сил.

Наконец, шатры закончились, и они остановились. Лошадей не было. На краю лагеря в песках лежали горбатые тени. Все животные были в кожаных ошейниках, от которых тянулись длинные верёвки. Концы верёвок были привязаны к невысоким колышкам.

– Придётся ехать на горбатых лошадях, – сказала Аурелия.

– Это верблюды, – пояснил Белеар и подошёл к одному из животных. – Они лучше, чем лошади.

Лейна, забирайся ему на спину, бери поводья и ничего не бойся,— сказал он жене, со страхом глядевшей на чудных лошадей.

Он отвязал одного горбатого и помог Аурелии забраться наверх. Когда она разместилась между горбами верблюда, Белеар отвязал поводья и бросил жене. Верблюд, почуяв седока, ловко встал на ноги.

– Луни, теперь ты.

Лорелея с помощью отца быстро забралась на верблюда, схватила поводья, легонько хлопнула горбатого по крепкой шее, и он упруго поднялся на ноги. Тем временем Белеар отвязал остальных верблюдов. Забрался на одного из них, и, натянув поводья, направил в сторону темнеющих песчаных холмов. Верблюды уверенно шагали по пескам. Их покрытые шерстью горбы плавно покачивались на ходу.

– Зачем ты отпустил остальных верблюдов? – крикнула Лорелея, когда они удалились от лагеря и ехали через темную пустыню.

– Чтобы задержать погоню. Пока гэллены будут искать верблюдов, мы будем уже далеко.

– А как мы найдём дорогу? Вокруг темно.

– По звёздам, фир Лорелея. Видишь, там, в небе Морская Звезда, а за ней, на востоке, Клешня Краба? Наш путь лежит на восток.

Лорелея глядела в небо, пытаясь разглядеть в звёздной россыпи морскую звезду. Ей казалось, что звезды беспорядочно рассыпались по небосводу, словно кто-то вытряхнул их из звёздного мешка. Наверное, так Первые Маги и создали звёздное небо.

Три верблюда с седоками на спинах плавно покачивались на ходу и плыли среди бескрайних песков туда, куда показывал звёздный путь. Лорелея не заметила, как провалилась в сон…

Боль и страх терзали, рвали на куски ее тело, выворачивали душу. В сухих глазах не было слез. Она давно выплакала их. Ее колени прижимались к выжженной земле, а вокруг, под слепящим солнцем, царила смерть. Зловоние мертвых тел проникало в нос, кружило голову, казалось, оно повсюду. В бледном небе парили хищные стервятники. Они приглядывались, приценивались на этом рынке смерти, пикировали вниз и впивались острыми клювами в гниющую плоть.

Лорелея всю ночь копала могилу, вгрызаясь мечом в потрескавшуюся, иссушенную землю. А после хоронила тела родителей, пытаясь скрыть их от падальщиков под толщей земли. Но теперь, глядя на безжалостных пожирателей мертвечины, понимала, что земля не скроет от них желанную добычу. Помимо стервятников в поле рыскали хитрые шакалы. Они бросали на живую Лорелею жадные взгляды, но приближаться боялись. Первый смельчак, осмелившийся напасть на девушку, был тут же разрублен острым лезвием меча.

Лорелея поднялась, откинула на спину медные волосы и устало пошла прочь. Одиночество цепкой рукой обхватило ее тонкую шею и сжало, не оставив ей ни капли тепла и надежды…

– Лорелея, проснись!

Она открыла глаза и увидела, что лежит на земле, а над ее головой возвышается каменная скала. Кто-то затолкал ей под голову сложенный плащ, и он шелестел при каждом ее движении. Лорелея повернулась и уперлась взглядом в сидящую на коленях Аурелию. Лицо эльфийки под пустынным солнцем покрылось рыжими веснушками, кожа высохла и слегка шелушилась. Она протянула руку и погладила девочку по щеке.

– Пора идти дальше.

Лорелея приподнялась и осмотрелась. Под ногами шуршал песок, за спиной возвышались скалы.

– Где мы?

– Мы добрались до Зубастых гор. Белеар отпустил верблюдов. Они не смогут пройти по узким горным тропам. Придется идти пешком. Гэллены будут искать нас в пустыне. Им и в голову не придет, что мы идем самым трудным путем через горы.

– Пить хочется, – пробормотала Лорелея.

– Отец нашел родник. А вот еды нет. Не знаю, как мы выдержим поход через горы без еды. Может, удастся поймать и убить горную козу.

Лорелея улыбнулась:

– У меня есть хлеб и немного фиников. Прихватила из шатра гэлленов.

Она сунула руку в карман и протянула на ладони комок из липких сушеных фруктов. Аурелия радостно вскрикнула и поцеловала дочь. Солнечный свет заслонила черная фигура.

– Лорелея, уже проснулась! – Белеар подхватил дочку и нежно обнял за плечи. – Пойдем, отведу тебя к роднику.

Они выбрались на свет, и Лорелея тревожно всмотрелась вдаль. Гэллены уже знают, что они сбежали и наверняка выслали погоню. Страшно подумать, что будет, если их поймают. Придется ответить за убитого стража. Она подняла голову и прищурилась на яркий свет. Серые громады скал вздымались почти до самого неба. Снежные шапки парили среди облаков. Острые вершины походили на чудовищные зубы. Лорелея вспомнила, как отец показывал ей в порту выловленную рыбаками акулу – морского хищника, самого жестокого и сильного, и поняла, почему эти горы назвали Зубастыми. Смогут ли они подняться до самых вершин?

По узкой тропинке, покрытой сухой травой, они добрались до небольшой расщелины. Уже на подходе Лорелея расслышала сладостное журчание и ощутила приятную свежесть. Из расщелины бежала, падала серебристая вода. Лорелея бросилась вперед и подставила под струйки воды нагретую пустынным жаром голову. Вода стекала по ее лицу, размазывала пыль и песок, она смеялась, глотала прозрачные капли. Аурелия и Белеар стояли рядом. Их лица светились покоем и счастьем. Эльфийка помогла дочери вымыть песок из волос. Обе разделись до батистовых рубашек и с наслаждением освежились в прохладной воде.

– Здесь так хорошо. Есть вода и совсем не жарко, – ныла Лорелея, пока мать заплетала ее мокрые волосы в косу. – Мы можем какое-то время пожить здесь. Дождаться, пока в Шалрейне забудут мою мать Лилли, а потом вернуться в эльфийский город.

– Эльфы не забудут, фир луни (дорогая дочка), – ласково ответила эльфийка. – Лилли жестоко оскорбила их своим ритуалом Жизневорота на ступенях храма Ламелии. Отныне ей закрыта дорога в Шалрейн. Священные врота никогда не пропустят ее в эльфийский город.

Пока Лорелея натягивала душное платье, Аурелия быстро заплела свои волосы и оделась сама.

– Готовы? – из-за скалы выглянул Белеар. Лорелее показалось, что он сильно осунулся, постарел. Она поделила хлеб и финики на троих, хотя родители упорно отказывались от своей доли и пытались отдать дочери. Но это такая малость! Если они не раздобудут еду, у них просто не хватит сил на сложный переход через Зубастые горы.

Они еще раз напились вкусной воды, и отправились в путь. Тропа бежала между скал, сворачивала, круто поднималась вверх. Солнце неудержимо палило, пекло головы. Аурелия разрезала кинжалом свой плащ на лоскуты и сделала всем троим головные уборы наподобие тех, что носили гэллены, живущие в пустыне. Стало немного легче.

К исходу дня они поднялись достаточно высоко и остановились возле небольшой пещеры. Лорелея глянула вниз и восхищенно ахнула. Перед ней, как на ладони, простиралась огромная рыжая пустыня. Она прищурилась, пытаясь разглядеть лагерь гэлленов. Но, то ли лагерь был слишком далеко, то ли серые шатры затерялись среди песков — она ничего не увидела.

– Теперь им нас не догнать, – сказал Белеар и заглянул в пещеру. – Переночуем здесь. У меня есть огниво. Если насобираем сухой травы, можно разжечь костер. Поможешь мне? – спросил он жену. Лорелея глянула на мать. Та выглядела изможденной.

– Пусть мама отдохнет, отец. Я сама нарву травы для костра.

Она обняла Аурелию за талию, и они направились в пещеру. Вход был низкий, пришлось согнуться, чтобы проникнуть внутрь. Но, едва вошли, обе облегченно вздохнули. Здесь было свежо и прохладно. Аурелия бессильно опустилась на пол и прислонилась к стене. Лорелея тревожно глянула на мать, вздохнула и вылезла наружу. Она огляделась по сторонам. На скалах гнездились серые птицы. Если подобраться поближе, можно поискать в гнездах яйца.

Белеар шел по тропе, рвал засохшую траву, складывал в полу плаща. Лорелея подвернула платье, чтобы не мешало, и полезла к птичьим гнездам. Она цеплялась за камни и проворно скользила по скале. Легкая, как пушинка, и гибкая, как змейка, она будто слилась со скалой. Посмотрела бы на нее мать! Аурелия вечно ругала ее за игры с мальчишками. Пока другие девочки из благородных эльфийских кланов возились с куклами Лорелея слонялась по улицам в компании с «низшими» расами: людьми, троллями, гномами. Они воровали лакомства у торговок на рынке, охотились на крыс и наперегонки плавали в теплом, ласкающем море.

– Это добром не кончится, – твердила Аурелия, когда соседи в очередной раз жаловались ей на проделки дочери. – К тебе не посватается ни один благородный лан, дочка. Никто не захочет взять в жены уличного сорванца.

Странно, но чопорная Фенелла, услышав о проказах Лорелеи, хохотала до упаду. Аурелия злилась и ворчала, что та испортит ей дочь. Лорелея лукаво улыбалась и просила прощения. Чтобы завтра продолжить нарушать правила поведения благородной лейны эльфийского клана.

Лорелея добралась до птичьего гнезда и только хотела схватить его, как раздался пронзительный крик, и что-то ударило в спину. Она еле удержала пальцы на скале и скосила глаза. За ее спиной кричала и яростно махала крыльями крупная белая птица. Она сражалась за свое потомство.

– Прости, но мы хотим есть. Ты вновь снесешь яйца. А мои родители могут умереть от голода.

Лорелея взяла камень, размахнулась и швырнула в птицу. Та с криками отлетела в сторону. Лорелея схватила гнездо. Там лежали три серых яйца. Девочка бережно прижала гнездо к груди и начала спускаться. Ноги скользили, одна рука держала добычу, другая цеплялась за камни. Птица, разгневанная кражей гнезда, кружила рядом и все норовила сдернуть девочку со скалы. Лорелея взмокла от напряжения, но продолжала двигаться вниз, камень за камнем, пока не достигла тропинки.

– Лорелея, – отец подхватил ее за талию, прижал к груди. Потом увидел гнездо с яйцами, и его усталые глаза намокли слезами. – Ты спасла нас от голода. Воистину, дитя, приносящее счастье!

Они собрали охапку сухой травы и колючек и вместе развели костер. Тонкая струйка дыма потянулась в небо. Белеар положил яйца на угли и, когда они спеклись, все приступили к еде. Ни одна пища не казалась Лорелее такой вкусной, как печеные яйца возле жидкого костра. После еды Аурелия слегка оживилась. Белеар нашел кустарник с кислыми ягодами – пищу горных коз. Вместо воды они наелись ягод и улеглись спать возле потухшего костра.

Лорелее не спалось. Она тихо встала и вышла наружу. Здесь, в горах, ночное небо было столь прозрачным и чистым, что казалось, протяни руку — дотронешься до звезд. Девочка отчетливо видела скопление ярких точек, которое отец назвал Клешней Краба. Там восток, а, значит, туда им нужно идти. Хоть бы им хватило сил добраться до Златолесья! Она подумала: что бы случилось, если бы она не выбралась из ямы и не освободила их всех? Наверняка, их бы уже убили гэллены. Она вдруг отчетливо вспомнила страшный сон, приснившийся прошлой ночью. Что это было? Почему вокруг была смерть, и она хоронила родителей?

Девочка стояла, задумавшись, и не заметила, как воздух сгустился, и запахло паленым. Вздрогнула, лишь увидев огненное окно, из которого вышла фигура в темной мантии. Лорелея отпрянула назад. Окно исчезло, фигура откинула капюшон, и она увидела бледное, словно выточенное из мрамора, лицо с горящими глазами и тонкими губами.

– Дитя Вне Времени! Наконец, я тебя нашел. Готова отправиться в путь? – губы мага, ибо это был маг, не шевелились. Казалось, его слова проникают в голову Лорелеи. Она оглянулась на пещеру, хотела крикнуть, позвать родителей, но маг прижал тонкий палец к губам.

– Тсс! Ты же не хочешь, чтобы я убил их? – спросил маг. Девочка отчаянно помотала головой. – Тогда идем со мной. Он протянул руку, и Лорелея заметила на запястье тонкую змейку, на сей раз с золотой головкой. Она спрятала руки за спину и строго сказала:

– Я никуда не пойду, пока ты не назовешь свое имя и не скажешь, что означает рисунок на твоей руке.

Маг растянул губы в некоем подобии улыбки и обнажил мелкие зубы. Лорелея ощутила, как по телу пробежала ледяная дрожь.

– Я – Вильгельм Борнестаг, лорд Северолесья и маг Ордена Росвальда, покровителя Стуженой Земли. Змея на моей руке – символ высшей ступени нашего ордена.

Он снова протянул руку и Лорелея, как завороженная, положила в нее свою. Другой рукой маг начертал в воздухе неизвестные руны, прошептал заклинание, и перед ними замерцало мутное окно портала. Он уверенно шагнул в портал и потянул за собой Лорелею.

Глава 4

Лорелея шагнула вперёд и замерла от увиденного – из жаркого Сенокоса она вдруг попала в холодный Студень. Вокруг, куда ни кинь взгляд, простирались заснеженные вершины Зубастых Гор, укутанные пушистыми облаками. Она стояла на ледяном плоскогорье, снежный вихрь вздымал тонкий шёлк её платья, сыпал в лицо колючий снег. Было холодно и зябко. Лорелея возмущенно оглядывалась по сторонам, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь за снежными горами. Но вокруг был лишь снег да темное небо, щедро усыпанное серебряными звездами.

– Куда ты меня привёл? – спросила она мага.

– Это Облачный Предел, магическая школа.

– Я не хочу в школу, даже в магическую. Немедленно отправь меня обратно!

– Не выйдет. Я долго искал тебя, и силы мои уже на исходе. Да и нечего тебе делать там, откуда я тебя забрал.

—Там мои родители. Я хочу вернуться к ним, — голос Лорелеи звенел от клубка нахлынувших чувств. Страх, усталость, голод, злость последних дней выплеснулись на мага. – Если не отнесешь меня обратно, я спрыгну вниз и разобьюсь.

—Не спрыгнешь, — спокойно ответил маг. Его глаза задумчиво глядели на строптивую девочку в потрепанной одежде. Тонкую, с загорелым лицом, зелеными глазами и рыжими волосами.

—Эльфы привели тебя сюда, в Зубастые горы. Здесь для тебя начнется новая жизнь. Твой путь к магии, Лорелея. Облачный Предел укроет тебя от бурь и невзгод этого мира и даст тебе знания, которые ты не сможешь обрести ни в каком другом месте, — ровный голос мага обволакивал фальшивым спокойствием. Лорелея пыхтела, сердилась, не могла смириться с таким грубым вмешательством в свою судьбу. Однако, слово «магия» привлекло ее внимание, слегка притушило гнев. Если она хочет отыскать Лилли – нужно учиться колдовать. Возможно, магическая школа ничуть не хуже скучного Розенгарда с незнакомой родней? Поживет здесь немного, научится магии, поймет, как вернуть Лилли и сбежит.

Маг смотрел, как мелькают эмоции и мысли на простодушном лице девочки и довольно улыбался:

—Что ты решила? Идешь со мной в Облачный Предел?

—Разве у меня есть выбор? – прищурилась Лорелея.

—Выбора нет. У меня не хватит сил еще на один портал, а сама ты отсюда не выберешься. Замерзнешь и погибнешь.

—Тогда я иду с вами. Но должна предупредить – я совсем лишена магического дара. Однако я умная и быстро учусь. Как думаете, у меня получится стать настоящей ведьмой?

– Не волнуйся! Вскоре ты все узнаешь. А пока позволь проводить тебя в нашу обитель.

Он склонил голову и предложил девочке свою руку. Она криво усмехнулась. Этот маг дерзко похитил её, а теперь ведет себя так, будто они на великосветском приеме при дворе главного советника Шалрейна. Она шумно вздохнула, выпустив изо рта облачко пара. Потом осторожно, недоверчиво положила руку поверх ладони мага, и он повел ее к скале, покрытой толстым снежным одеялом. Лорелея напряженно вглядывалась в снежную белизну и ничего в ней не видела. Ни входа, ни окна. Ничего.

– Куда ты меня ведешь? Впереди глухая стена.

– Наберись терпения, Дитя Вне Времени.

Она едва успела осмыслить сказанное магом, как они уже шагнули прямо на скалу, она в страхе задержала дыхание — и не заметила, как очутилась на каменной лестнице, вдоль стен которой горели факелы. Лорелея поняла, что маги Облачного Предела прячутся не на скалах, а внутри них. Мало ей было оказаться высоко под облаками, так еще пришлось забраться внутрь скалы. Как, интересно, она отсюда выберется?

Маг вел ее по лестнице вниз. Шли долго. Лорелее показалось, что целую вечность, хотя она весьма смутно представляла, что такое вечность, ибо жила на свете всего десять лет. Ступени все кружились и кружились, бежали и бежали. Она пыталась сосчитать, сколько их, но вскоре сбилась со счета. Временами стены разрывались проемами – выходами в коридоры. Лорелея заглядывала туда и видела длинные ряды факелов вдоль каменных стен и много дверей. Она устала идти по лестнице и желала, чтобы ступени скорее закончились. Наконец, маг потянул ее в один из коридоров. Они прошли по гладкому каменному полу несколько шагов и очутились перед высокой дверью без ручки с горящими серебристыми рунами, смысл которых Лорелея тут же попыталась разобрать. Руны были на древнем эльфийском: