Академия Светлых. Выжить нельзя помиловать

Глава 24. Встреча в подземелье

Элоиза ушла, и вместе с ней - её свита, запах приторных духов и намертво приклеенная улыбка. В вестибюле снова застыла тишина. Магические светильники мерно гудели, разгоняя вечерние тени по углам.

Я смотрела на дверь, за которой скрылась де Мор.

Она знала про башню. Не видела - догадалась? Или кто-то сказал?

Горгульи не проболтаются - им нужна информация о хранителе. Значит, Элоиза просто ткнула пальцем в темноту и попала. Или...

Я прижала ладонь к холодной колонне. Серебряная метка на коже запульсировала - ровно, не больно, как второй пульс.

Или она не одна.

Мысль царапнула сознание и застряла там, пуская корни.

В прошлой петле Элоиза была просто стервой. Мелочной, завистливой. Она травила меня словами, подставляла подножки, шепталась за спиной. Но никогда не вставала на пути так, чтобы я почувствовала за ней чужую волю. Сейчас - чувствовала.

Я оттолкнулась от колонны и пошла в глубь коридора. Не в сторону общежития.

Библиотека в этот час пустовала. Дежурный магистр клевал носом за стойкой. Я прошла мимо, не ускоряя шага. Вуаль держалась, браслет оставался серым.

В отдел временных аномалий добралась без приключений. За третьей полкой слева в стене была щель - ровная, не похожая на трещину. Тогда я решила - брак кладки. Теперь знала: старые здания прячут за такими щелями ходы.

Я всунула пальцы в зазор. Камень поддался с сухим, тоскливым скрипом. Плита отъехала в сторону, открывая темный зев лестницы.

Пахнуло сыростью и плесенью. Не тем сладковатым запахом старой бумаги - тяжелым, подвальным, с привкусом ржавчины на языке.

Я шагнула внутрь.

Ступени казались вырубленными в скале - слишком высокие, слишком узкие. Я спускалась медленно, касаясь рукой стены. Камень был влажным, с шершавой коркой выступившей соли.

Через три пролета свет сверху исчез. Я вытянула руку. Тьма пробивалась сквозь слои пустоты, как росток сквозь асфальт. В ладони замерцал слабый, почти призрачный свет.

Серый. Безжизненный. Но достаточный.

Я считала шаги. Сто двадцать три до поворота. Еще сорок восемь до площадки.

Лестница вывела в коридор с низким сводчатым потолком. Воздух стал тягучим, с горьковатым привкусом. Медь. И старая кровь.

Я прижалась к стене.

Где-то впереди говорили. Голоса летели в тишине, как камешки, пущенные по воде.

Первый я узнала сразу.

Лионель. Живой, злой, с хрипотцой в голосе, которая появлялась, когда он сдерживал ярость.

- ...не было в договоре. Тварь должна была исчезнуть. Раствориться. А она оставила след.

- След можно убрать.

Второй голос был спокойным. Слишком спокойным - тем тоном, который не кричит о власти, а просто ею дышит.

Коридор расширялся, превращаясь в круглый зал с куполом, терявшимся в темноте. В центре, под тусклым светильником, стояли двое.

Лионель выглядел плохо. Бледный, под глазами - провалы, правая рука висит плетью, перетянутая бинтами, сквозь которые проступает чернота. Теневая зараза не ушла. Её просто заглушили - на время.

Напротив него - мужчина в темно-синем плаще с капюшоном. Только подбородок - острый, с ямочкой - и уголок рта, искривленный в усмешке.

- Ты обещал, что она не оставит следов, - шипел Лионель. - Валор меняет показания кристаллов. Если он докопается...

- Он не докопается. - Голос из-под капюшона звучал ровно, почти скучающе. - Ты слишком нервничаешь.

- Моя репутация? - Принц шагнул вперед. - Если всплывет, что это я призвал тварь...

- Отец будет гордиться. - Мужчина не двинулся с места. - Ты действовал в интересах короны. Имитировал нападение.

Лионель замер. Дыхание выровнялось.

- Касс, - сказал он. - Она знает.

Я вжалась в стену. Серебряная метка на ладони забилась тревожным, рваным ритмом.

- Что именно она знает?

- Не знаю. Но она ведет себя так, будто видела это раньше. Не боится. Не удивляется.

- И ты поэтому решил, что это она меняла твой сценарий?

- А кто еще? - Лионель хрипло рассмеялся. - Валор слишком правильный. Слишком светлый. А Касс - в ней что-то сломано. Или починено.

Мужчина под капюшоном сделал шаг - и вышел в круг света.

Магистр Торн.

Глава Совета Светлых. Тот, кто в прошлой петле подписал приказ о моей казни вторым - после Валора.

- Марго Касс не проблема, - сказал он. - Она инструмент. Если с ней что-то случится - кто будет виноват?

Лионель посмотрел на него. В глазах - понимание. И холодный, расчетливый интерес.

- Ты предлагаешь...

- Я ничего не предлагаю. - Торн повернулся к выходу. - У тебя есть «Слезы». Если Касс такая опасная, её магия должна зашкаливать. Зафиксируй. А дальше пусть работает устав.

Он растворился в темноте, оставив после себя запах ладана.

Лионель остался один. Его лицо в свете лампы было серым, больным - но глаза горели.

- Я тебя достану, Касс. Ты не сбежишь.

Он ушел следом.

Я стояла, вжавшись в стену, и не дышала. Метка на ладони горела - серебряным, требовательным огнем.

Торн. Глава Совета.

Тот, кого никто не заподозрит. Святой старец, оплот порядка.

В прошлой петле Лионель убил короля через два месяца. Я думала, это его инициатива. Но если за ним стоял Торн...

Я медленно выдохнула. Холод от каменного пола поднимался выше, заполняя пустоту, которую оставила ярость.

Нужно выбираться.

В библиотеке дежурный магистр всё так же спал за стойкой. Часы на стене показывали полночь.

Вестибюль встретил пустыми скамьями. Только ночные, дежурные светильники - тусклые, желтоватые - дрожали в нишах.

Я прислонилась к колонне и закрыла глаза. Перед внутренним взором стояло лицо Торна. С балкона суда. С приговором в руках.

- Марго?

Я открыла глаза.

Себастьян стоял в трех шагах. В руке - серебряный фонарь.

- Ты должна быть в комнате. Уже полночь.

- А ты - в башне.

- Я искал тебя. - Он шагнул ближе. - Твоя аура пропала. Я подумал...

- Что я сбежала?

- Что ты в беде. - Он смотрел устало. - Что случилось?

Я молчала. Метка на ладони пульсировала в такт сердцу.

- Торн, - выдохнула. - Глава Совета. Он призвал тварь. Лионель - только приманка.

Себастьян не двинулся. Только фонарь качнулся, и тени заметались по стенам.

- Ты видела?

- Слышала. В подземелье под библиотекой.

Он сжал челюсть - так сильно, что желваки заходили под кожей.

- Если это правда...

- Это правда. - Я шагнула к нему. — Я не вру.

Он смотрел долго. Потом погасил фонарь. Вестибюль погрузился в темноту, расцвеченную только дежурными огнями.

- Иди в комнату. Я разберусь.

- Нет. - Я перехватила его за запястье. Кожа под пальцами - горячая, пульс частый. - Он Глава Совета. Ему поверят больше, чем тебе.

- И что ты предлагаешь?

- Ждать. Смотреть. Когда сделает следующий шаг - мы будем там.

- Мы?

- Я не дам тебе умереть в одиночку.

Он молчал. В темноте я чувствовала только его дыхание - неровное, сбитое.

- Ты слишком много на себя берешь, Касс.

- А ты слишком мало.

Я отпустила его руку и пошла к лестнице.

- Марго.

Я обернулась.

- Будь осторожна.

Я кивнула.

В комнате горел свет. Тильда спала, раскидав по кровати тетрадки. Я села на свою постель, вытащила из-под подушки карту.

На ней, на месте восточного леса, проступало новое пятно. Черное. Пульсирующее.

Горгульи сделали работу быстрее, чем я просила.

Я коснулась метки на ладони. Каменный холод отозвался внутри тупой болью - они нашли след твари. Не тот, который оставил призыв. Другой - там, где Торн встречался с кем-то еще.

И этот кто-то не был Лионелем.

Значит, игра не на троих. На четверых.

Я спрятала карту, погасила свет и закрыла глаза. Завтра - лекция по ментальной защите. Себастьян обещал «особый режим».

Я усмехнулась в темноту.

Я уже умерла один раз. Второй раз меня не испугать.

А вот их - заставлю пожалеть.

Глава 25. Урок медитации

Магические светильщики над кроватью взвыли ровно в шесть. Белый свет ударил по векам, выжигая остатки сна. Кто-то наверху искренне верил, что рассвет - лучшее время для просветления. Я чувствовала себя так, будто меня всю ночь выжимали, как мокрую тряпку, и повесили сушиться на сквозняке.

Тильда уже прыгала по комнате, натягивая мантию и одновременно зажевывая булку.

- Подъем, соня! У нас ментальная защита. Валор сегодня в ударе - говорят, он кому-то вчера лично стирал память за опоздание.

- Сладкая смерть, - пробормотала я, зарываясь лицом в подушку.

- Не дождёшься. - Тильда дернула меня за рукав. - Вставай, Касс. Ты вчера выглядела как привидение, сегодня - как привидение, которое нашло своё тело и очень этим разочаровано.

Я села. Голова закружилась - но не от слабости. Метка на ладони запульсировала ровным, тревожным ритмом - не боль, но предупреждение. Горгульи передавали новости прямо сквозь камень: Лионель покинул лазарет в пять утра. Элоиза не спала всю ночь, строчила письма.

- Касс? - Тильда нахмурилась. - Ты где?

- В аду. Но спасибо, что спросила.

Я сползла с кровати. Ледяная вода из умывальника обожгла лицо. В зеркале отражалась бледная, злая девушка с провалами под глазами и патлами, которые отказывались подчиняться расческе. Вуаль сжималась - тонкая, звенящая плёнка между моей Тьмой и внешним миром. Вчерашний спуск в подземелье, разговор с Себастьяном - всё это добавило трещин.

- Ты сегодня на него похожа, - заметила Тильда, кивнув на кота, который спал, свернувшись клубком на подоконнике.

- Спасибо за диагноз.

Я натянула форму - высокий воротник скрыл следы от браслета - и вышла в коридор.

Утренняя Академия гудела. Поток белых мантий нёс меня к Большой Лекционной Аудитории, и каждый встречный казался мне шпионом. Белые стены, белые лица. Как же я ненавижу этот цвет.

Аудитория встретила холодом. Высокие окна пропускали мутный свет, который падал на мрамор пола неровными, грязноватыми пятнами. Сегодня даже магия здесь казалась вялой - не звенела, как обычно, а просто висела в воздухе липкой, скучающей массой.

Я села на первую парту. Тильда плюхнулась рядом.

- Ты с ума сошла? - прошептала она. - Первый ряд? Мы же будем как мишени.

- У меня хорошая броня. - Я показала на своё кислое лицо. - Ни один магистр не захочет на это смотреть.

Себастьян вошёл ровно в девять. Сегодня на нём была не привычная тёмная мантия, а лёгкая рубашка с закатанными рукавами. Я машинально отметила его руки - жилистые, с чёткими линиями вен.

Он обвёл взглядом аудиторию. Быстро. На мне задержался на долю секунды дольше.

- Сегодня мы будем говорить о границах сознания, - голос разнёсся под сводами без усиления. - О том, как отличить своё от чужого. Где заканчивается ваша воля и начинается вторжение.

Он прошёлся между рядами. Адепты втянули головы в плечи.

- Медитация - основа защиты. Не потому, что она приятна. А потому, что только в тишине вы услышите чужой шаг.

Остановился у моей парты.

- Адептка Касс. Покажете нам?

Я подняла голову. В его глазах - ни намёка на вчерашнюю тревогу. Только проверка.

- С удовольствием, магистр. - Я встала. - Я обожаю, когда вся аудитория смотрит, как я медитирую.

Кто-то хихикнул. Себастьян не улыбнулся.

Он указал на круг в центре зала - выложенный белым камнем, с креслом посередине. Абсолютно неудобным, с прямой спинкой и подлокотниками, созданными для того, чтобы руки затекали.

Я села. Холод от камня проник сквозь ткань мантии, распрямляя позвоночник.

- Закройте глаза, - сказал он. - Слушайте мой голос. Ничего больше.

Я подчинилась.

Сначала темнота была просто темнотой. Плотной, как дёготь. Но когда его голос зазвучал - низкий, тягучий, - она начала шевелиться.

«Вдох. Выдох. Представьте внутри пустой зал. Никто не входит, никто не выходит.»

Я представила. И пожалела. Потому что в том зале что-то уже было.

Временной резонанс ударил неожиданно - так, будто кто-то с размаху впечатал кулак в стекло. Мир пошёл трещинами. Звуки поплыли, растягиваясь, превращаясь в какофонию.

Я открыла глаза - и не увидела аудитории.

Передо мной была Ротонда. Разрушенная. Стены - в чёрных подпалинах, на полу - битое стекло от магических светильников. Пепел кружился в воздухе, оседая на языке горькой крупой.

Сквозь эту пепельную мглу шли люди.

Адепты первого курса. С белыми, застывшими лицами. Они двигались, глядя прямо перед собой, и в их глазах не было ничего. Только исполнение.

Впереди - Тильда. Её рыжие волосы обгорели, мантия висела клочьями. Она тащила кого-то - безвольное тело, волочащееся по мрамору.

Я хотела крикнуть - не смогла. В горле застряла тьма - густая, вязкая, она душила, заполняя лёгкие, вытесняя воздух.

«Это не реальность,» - голос Себастьяна пробился издалека. - «Ты в ментальном поле. Вернись. Сейчас же вернись.»

Я попыталась. Сжала кулаки. Вцепилась в подлокотники.

Видение не отпускало.

Когда Тильда поравнялась со мной, я увидела лицо того, кого она тащила.

Лионель.

Бледный, с запёкшейся чернотой на губах. Глаза открыты - и смотрят прямо на меня. В них не было страха. Только узнавание. И улыбка - кривая, торжествующая.

«Ты не спасёшь их, Марго. Никого.»

Я рванулась. Мышцы замерли. Кресло держало - не камнем, а чем-то живым, пульсирующим, тёплым, как чужая ладонь на затылке.

Метка на ладони взорвалась болью.

Я закричала - и мир рухнул.

- …дыши. Марго. Дыши.

Чьи-то руки сжимали мои плечи. Голос - близкий, хриплый.

Я открыла глаза.

Аудитория. Круг из белого камня. Надо мной - Себастьян. Без магии, без дистанции. Просто человек, который смотрит так, будто я сейчас рассыплюсь.

- Вернулась? - спросил он. Тихий, почти беззвучный - только для меня.

Я кивнула. Голос не слушался.

Вокруг - тишина. Адепты застыли с открытыми ртами. Тильда в первом ряду прижала ладони к щекам.

- Что случилось? - шепнул кто-то сзади.

- Она выпала. Прямо на глазах. Глаза закатились, тело стало…

- Хватит. - Себастьян поднял руку. - Занятие окончено. Все свободны.

Они потянулись к выходу - шёпотом, косясь на меня. Тильда задержалась. Он кивнул ей:

- Иди. Я разберусь.

Когда дверь закрылась, Себастьян опустился на корточки перед креслом.

- Что ты видела?

Я сглотнула. Горло саднило - будто правда кричала.

- Ротонду. Пепел. Тильда тащила Лионеля. Мертвого. Или почти.

- Это из прошлой петли?

- Нет. - Я покачала головой. Метка заныла. - Этого не было. Там всё случилось иначе. Это - новое. То, что будет, если…

- Если мы не остановим Торна, - закончил он.

Я кивнула.

Себастьян выпрямился. Отошёл к окну. Свет падал на его лицо, делая его чужим - слишком бледным, слишком напряжённым, с впалыми тенями под скулами.

- Медитация не вызывает «выпадений» просто так. Ты вошла в резонанс не со временем, Марго. Ты вошла в резонанс с чужим страхом. Кто-то наводит порчу через временные узлы.

- Кто-то? Или Торн?

Он промолчал.

- Ты должна научиться закрываться. Быстро. Иначе в следующий раз не вернёшься.

- В следующий раз? - Я усмехнулась, хотя всё внутри дрожало. - Ты так уверен, что он будет?

- Совет назначил повторную Церемонию Очищения. Через три дня. Для всех, чьи «Слезы» показали аномалии.

- И много таких?

- Достаточно, чтобы списать твою смерть на несчастный случай.

Я закрыла глаза. Вуаль сжималась, давила на виски, на затылок. Тьма внутри требовала выхода - но браслет на запястье уже начинал теплеть.

- Три дня, - повторила я.

- Поэтому завтра в шесть утра ты будешь в моём кабинете. Займёмся твоей защитой.

- Личные уроки, магистр? - я открыла глаза. - Не боитесь, что обо мне поползут слухи?

- Слухи - меньшее из зол. Твоя смерть - большее.

Он протянул руку. Я взяла. Ладонь была сухой и горячей - слишком горячей для магистра Света.

- Ты справишься, - сказал он. - Ты уже справлялась.

- Справляться и выживать - не одно и то же.

- Сегодня - одно.

Он помог мне подняться. Ноги дрожали, но я устояла. Метка на ладони пульсировала в такт сердцу - ровно, требовательно.

Выходя, я обернулась.

Себастьян стоял у окна. Свет падал так, что лица не разглядеть - только силуэт. Твёрдый, неподатливый.

- До завтра, магистр.

- До завтра, Касс.

В коридоре меня ждала Тильда. Сидела на подоконнике. Увидела - спрыгнула.

- Ну? Валор тебя не съел?

- Пока нет. - Я привалилась к стене. - Три дня на раздумья у него есть.

- Тёмная ты моя. - Она пихнула меня локтем. - Пошли завтракать. Говорят, овсянка сегодня не такая мёртвая, как обычно.

- Лучше бы она была мертвой. Мне нужна компания для траура.

- Яблоко будешь?

- Ненавижу яблоки.

Тильда рассмеялась. Я - нет.

Потому что в голове всё ещё стояла та картинка: пепел, разрушенная Ротонда и Тильда, тащившая Лионеля с каменным лицом.

Это было не будущее.

Это было предупреждение.

И времени оставалось всё меньше.

Глава 26. Изолятор

Завтрак пах овсянкой и концом света.

Я сидела за столиком в углу, водила ложкой по тарелке и рисовала серые круги на серой массе. Тильда напротив атаковала булку с таким ожесточением, будто та задолжала ей денег.

- Ты в порядке? - спросила она в третий раз.

- В полном. - Я отправила ложку в рот. Овсянка оказалась безвкусной, как и всегда. - Просто медитация удалась.

- Удалась? Ты побелела как стена и начала кричать.

- Кричать полезно для лёгких. Расширяет диафрагму.

Тильда не купилась. Она отложила булку и посмотрела на меня так, как смотрят на кота, который только что спихнул с полки вазу. И не первого.

- Касс, что происходит?

Я хотела ответить что-то язвительное - про режим секретности, про то, что меньше знаешь - крепче спишь, - но дверь столовой распахнулась.

Трое в золотых мантиях. Личная гвардия Совета. Без масок, без приветствий - просто вошли и застыли, сканируя зал одинаковыми белыми лицами.

- Адептка Марго Касс, - произнёс тот, что в центре. Голос - у человека, который привык, что ему подчиняются с первого слова. И никогда не встречал сопротивления.

Я не встала.

- Она здесь, - лениво махнула ложкой в сторону Тильды. - Не убежала. Можете передать, что на завтрак я не опаздываю.

Гвардеец даже не моргнул.

- Приказом Совета Светлых вы заключены под стражу до выяснения обстоятельств инцидента на уроке ментальной защиты.

В столовой стало тихо.

Инцидент. Красивое слово для того, что я выпала из реальности на глазах у всего курса.

- Вы ошиблись, - Тильда вскочила. - С ней всё в порядке. Магистр Валор сам…

- Магистр Валор временно отстранён от преподавания. - Гвардеец даже не посмотрел на неё. - Адептка Касс, не заставляйте нас применять силу.

Я поднялась. Медленно. Метка на ладони пульсировала в такт сердцу - горгульи передавали тревогу. Лионель покинул Академию. Элоиза идёт к крылу Совета.

- Хорошо. - Я одёрнула мантию. - Но пусть будет зафиксировано: я подчиняюсь под протестом.