Будни британских охотников. 1770–1870

Лорд Байрон – выдающийся стрелок

Одним из метких стрелков в Лондоне был лорд Джордж Гордон Байрон (1788–1824), хотя он, по мнению спортивного писателя Джона Колкхауна, «несмотря на страстную любовь к приключениям и страсть к океану и его опасностям, не был спортсменом»68, иначе говоря, не посвящал досуг охоте на лис (рис. 43).

Рис. 43. Портрет лорда Джорджа Гордона Байрона

Из письма Байрона другу Томасу Муру от 11 декабря 1811 года:

…Я бы хотел, чтобы Вы поехали со мной в Сьюстед. <…> Я могу обещать Вам хорошее вино и, если Вы любите стрельбу, поместье в 4000 акров, костры, книги, Вашу собственную свободу и мою собственную очень радушную компанию. Balnea, vinaa… Обдумайте мое предложение и поверьте мне, мой дорогой Мур. Всегда Ваш, Байрон69.

Из письма Байрона Муру от 15 сентября 1814 года:

…В данный момент моя голова находится в состоянии замешательства, вызванного различными причинами, которые я не могу ни описать, ни объяснить, но пусть это пройдет. Мои занятия были очень сельскими – рыбалка, стрельба, купание и катание на лодке. Книг у меня здесь немного, да и перечитал я их по десять раз, пока они мне не надоели. Поэтому я стал разбивать бутылки с содовой водой из своих пистолетов, прыгать в воду, грести и стрелять птиц влет. <…> Спокойной ночи. Опять Ваш, Байрон70.

Будучи в Италии в 1820–1821 годах, лорд Байрон продолжал заниматься стрельбой и там71. Он был оригиналом, окружал себя множеством животных, среди которых был волк и взрослый медведь, однако его любимцем оставался черно-белый ньюфаундленд Боцман. После смерти пса Байрон увековечил его, поставив на могиле мраморный памятник с эпитафией. Приятель Байрона поэт Перси Шелли однажды нанес ему визит в Венеции и был ошеломлен увиденным. В его доме Шелли обнаружил десять лошадей, восемь огромных собак, трех обезьян, пять кошек, орла, ворона, сокола, пять павлинов, двух морских свинок и египетского журавля.

В книге «Биографические очерки и подлинные истории о собаках» Капитан Томас Браун писал о высоких денежных тратах аристократов в конце XVIII века на строительство питомников и приобретение собак. По его сведениям, кеннел фоксхаундов в Гудвуде обошелся герцогу Ричмонду в 10 000 фунтов стерлингов, а стая гончих мистера Ноэля была продана сэру Уильяму Лоутеру, баронету, за тысячу гиней72. Денежные издержки, связанные с содержанием охотничьего хозяйства, включая собак, лошадей, персонал и другие побочные расходы, привел Альфред Э. Т. Уотсон в статье в Британской энциклопедии 1911 года:

Рассматривая расходы на охоту, мы подсчитали, что владелец гончих собак должен был быть готов потратить 500 фунтов в год за каждый день недели, когда предполагает охотиться со своими собаками. И мы скорее недооцениваем, чем переоцениваем траты, так что стоимость охоты за три дня в неделю, если все делать как следует, будет ближе к 2000 фунтов, нежели к 1500 фунтов. Расходы на собак, разумеется, варьируются в зависимости от конкретной особи, так что невозможно привести точные цифры. В 1826 году 27 охотничьих собак и лошадей были проданы за 7500 гиней, то есть в среднем более чем за 290 фунтов каждая <…> В начале XIX века, когда лошади в целом были намного дешевле, чем сейчас (в 1910 году. – В. П.), есть записи об уплате 700 и 800 гиней за охотничьих собак c особой репутацией. Человек мог найти место охоты на животных, которое стоило бы ему 40 фунтов, а другой мог счесть необходимым держать дорогое хозяйство где-нибудь в Мелтон-Моубрее или Шире с дюжиной или более охотничьих собак стоимостью в 500 гиней каждая, несколькими лошадьми и соответствующим штатом служащих. Мало кто понимает, какие огромные ежегодные траты связаны с охотой. Лошадей надо кормить, надо оплачивать работу грумов и помощников, упряжь, одежду и обувь, надо платить фермерам, в гостиницах, на железных дорогах, кучерам и нести прочие бесчисленные расходы73.

Рис. 44. Портрет полковника Томаса Торнтона

Полковник Томас Торнтон – охотник и путешественник

Среди аристократов Георгианской эпохи полковник Томас Торнтон (1751/2–1823) был яркой, колоритной и эксцентричной фигурой. Он был веселым и беззаботным человеком, ищущим удовольствий, но прославился как охотник и путешественник, подробно рассказав об этом в своих книгах. Более того, он был известен не только среди британских, но и среди европейских охотников как владелец ловчих птиц и заводчик новых типов охотничьих собак (рис. 44).

Томас Торнтон родился в Лондоне в аристократической семье, которая владела обширными земельными угодьями в графстве Йорк в течение многих столетий. Его отец Уильям Торнтон командовал полком ополченцев Вест-Райдинга, был членом парламента, где продвигал план создания в стране национального ополчения (милиции). Томас начал учебу в школе Чартерхаус в Лондоне, с 1766 года продолжил образование в университете Глазго, а в 1771 году поступил в Тринити-колледж в Кембридже. Университетские каникулы он полностью посвящал полевым видам спорта. В 1769 году, после смерти отца, Томас в течение еще трех лет продолжал учиться, поручив матери управлять поместьем. В это время у него сформировалась жизненная позиция, соответствующая моральным принципам георгианского общества. Это была подвижная, открытая натура, легко приспосабливающаяся к различным ситуациям, которая в незнакомой обстановке предпринимала рискованные начинания с беззаботной уверенностью. В 22 года он вступил в права наследства и ревностно стал заниматься охотой, рыбалкой, разведением ловчих птиц, лошадей и собак. С раннего возраста Томас увлекался соколиной охотой, которая в XVIII веке была весьма популярна у аристократов.

Рис. 45. Гренландский сокол

В течение всей жизни он не жалел на это ни сил, ни времени, ни денег. В Йоркшире Торнтон приобрел имение за 10 000 фунтов и построил особняк для разведения и содержания ловчих птиц, назвав его Фолконер-холл. Он был фанатом охоты с дневными хищными птицами, причем покупал их в разных уголках мира, специально нанимая людей для их транспортировки (рис. 45). Три его ястреба Сан-Квартье, Смерть и Дьявол были известны спортсменам всей страны. 23 июня 1781 года в знак благодарности за большой вклад в развитие соколиной охоты члены Клуба сокольничих подарили Торнтону позолоченную серебряную вазу.

В 1789 году Торнтон покупает за 110 000 фунтов стерлингов в рассрочку у герцога Йоркского поместье Аллертон-Молеверер и переименовывает его в Торнвилл-Ройял (рис. 46). В этом имении он создал картинную галерею, приобретая на протяжении многих лет полотна на охотничью тематику знаменитых английских, итальянских и фламандских мастеров: Гилпина, Рейнагла, Тенирса, Ваувермана, Рубенса, Ван Дейка и других. Как отметил его современник Уильям Теплин,

полковник является выдающимся покровителем изящных искусств и, как известно, в этом королевстве обладает первой коллекцией картин на спортивные темы, он также признан самым опытным спортсменом-практиком, которым может похвастаться наша страна74.

В 1794 году Томас Торнтон был назначен подполковником Второго полка Вест-Йоркского ополчения, которым ранее командовал его отец. Однако после конфликта с офицерами полка в 1795 году он ушел в отставку в чине полковника, полностью посвятив жизнь спорту. Солдаты полка в знак уважения к нему и его семье подарили Торнтону красивый медальон и великолепную шпагу.

Рис. 46. Имение полковника Томаса Торнтона Торнвилл-Ройял

В своих имениях Торнтон активно занимался конным спортом, курсингом, ружейной охотой, стрельбой из лука. В стране и за рубежом были известны его скакуны: Исландец, выигравший 26 призов, Юпитер, победивший на 26 скачках; нередко победителями заездов становились скаковая лошадь Стоик и гунтер Эстерхази. Кроме ловчих птиц и чистокровных лошадей, Томас Торнтон содержал кеннел с разными породами охотничьих собак. В книге «Британский полевой спорт» писатель и охотник Джон Лоуренс (псевдоним Уильям Скотт) утверждал, что одна из лучших стай фоксхаундов в стране была у Торнтона. Его фоксхаунды Мерлин, Люцифер, Старый Победитель неоднократно упоминались в анналах охоты на лис (рис. 47).

По свидетельству современников, бигли Торнтона выматывали самых сильных охотников и возвращались в кеннел относительно свежими. Самый знаменитый из них Весельчак, «отец своры», превосходил по экстерьеру и скорости биглей других заводчиков.

Рис. 47. Два фоксхаунда

Помимо гончих, кеннел Торнтона был знаменит пойнтерами, среди которых идеалами считались племенные кобели Дэш и Плуто. Пойнтер Дэш, полученный Торнтоном в конце 1790‑х годов от вязки испанского пойнтера с фоксхаундом, обладал уникальным даром поиска дичи (рис. 48).

По свидетельству Уильяма Б. Дэниела, Торнтон продал пойнтера Дэша знакомому охотнику аристократу

…за шампанское и бургундское вино на сумму в сто шестьдесят фунтов стерлинговa, большую бочку кларета, элегантное ружье и пойнтера, с условием, что если с собакой произойдет несчастный случай, в результате которого она станет непригодна к охоте, то она будет возвращена полковнику за пятьдесят гиней75.

Рис. 48. Английский пойнтер Дэш полковника Торнтона

Рис. 49. Полковник Торнтон с борзой. На боку собаки видно клеймо «Т»

Дэш имел несчастье сломать ногу и был отправлен назад к Торнтону, который заплатил указанную в соглашении сумму.

Известны были своей скоростью и выносливостью борзые Майор, Царица, Скайграфин, выведенные Торнтоном, и за каждую из них ему предлагали баснословные суммы (рис. 49).

Среди спаниелей лучшим считался кобель Дэш, и полковник прикладывал все усилия, чтобы довести эту породу до совершенства. По словам Пирса Игана, от его прославленного терьера Питча произошло большинство белых терьеров Соединенного Королевства76.

В конце 1790‑х годов Томас Торнтон встретил Алисию Мейнел. Сведений о ее жизни практически нет, но в одном из отчетов о скачках говорится, что она была дочерью часовщика из Нориджа по фамилии Мейнел, однако британские исследователи генеалогических древ никаких записей о часовщике с таким именем не обнаружили. У Алисии была старшая сестра, которая вышла замуж за капитана Уильяма Флинта из Йоркшира, джентльмена, увлекавшегося лошадьми. Возможно, благодаря Флинтам Алисия познакомилась с их соседом, полковником Торнтоном, который был старше ее на тридцать лет, и безумно влюбилась в него. Алисию называли миссис Т. или chère amiea полковника, и нет никаких доказательств того, что он женился на ней, но в книге о путешествии по Франции и Германии Торнтон мельком упомянул о своей помолвке77.

Томас Торнтон не любил сидеть на одном месте и много путешествовал, радовался, когда встречал новых людей и видел новые места. В течение семнадцати лет, в 1786–1803 годах, он постоянно охотился в Шотландии. В конце 1804 года Торнтон издал книгу о своем втором турне по этой стране «Спортивное путешествие по северным частям Англии и большей части высокогорья Шотландии и общие наблюдения о состоянии общества и нравах», которая была отмечена редактором «Эдинбургского обозрения» (январь 1805 года) сэром Вальтером Скоттом. Это путешествие, совершенное в 1789 году, Торнтон проделал частично по морю, частично по суше, пройдя большую часть Северного и Западного нагорий Шотландии, охотясь с дирхаундомb, пятью сеттерами, шестью пойнтерами и с соколами, сочетая это с рыбной ловлей (рис. 50).

Рис. 50. Дирхаунд, шотландский сеттер, небольшой пойнтер (small size)

Для экспедиции Торнтон зафрахтовал шлюп «Фалькон», на борт которого взял лодки «Виль де Пари» и «Гибралтар» для плавания по озерам и рекам, а также снаряжение для лагеря: походную кухню, ружья, рыболовные снасти и все необходимые предметы. Торнтона сопровождал художник Гаррард, рисунками которого была проиллюстрирована книга. Обслуживающий персонал состоял из камердинера, конюха, возницы, сокольничего и прочей прислуги. Для сухопутного путешествия, помимо лошадей, использовались двуколка и две повозки для багажа. Благодаря разработанному Торнтоном плану джентльмены со своими слугами, соколами, собаками, сетями, ружьями и прочим инвентарем могли остановиться в любом месте, которое бы им понравилось, охотиться, рыбачить и оставаться там столько, сколько им захочется, «не завися от ненадежного гостеприимства гостиниц».

Полковник Торнтон был замечательным стрелком и избирался президентом стрелкового клуба Чок-Фарм. Он предпочитал охоту с многоствольными ружьями английского производства: 14-ствольное ружье он приобрел у Уильяма Дюпе около 1786 года, 9-ствольное – у Генри Нока и 7-ствольное – у Джозефа Мэнтона в 1802 году. Были у полковника и многоствольные ружья других оружейников (рис. 51).

Также Торнтон охотился с многозарядными пневматическими ружьями помпового типа. В книге «Охотничье оружие» английский историк оружия Говард Л. Блэкмор приводит заметку из «Таймс» от 29 октября 1801 года:

Он (Торнтон. – В. П.) показал себя более искусным охотником, представив коллегам из северной Англии оружие, с помощью которого выиграл пари. Суть заключалась в следующем: Торнтон прославился тем, что за определенное время с помощью пневматического ружья ему удалось убить больше дичи, чем другим охотникам из своих двуствольных ружей.

По словам Г. Л. Блэкмора, у него было «больше спортивного инвентаря самого ценного и любопытного производства, чем у любого другого джентльмена-спортсмена в Англии»78.

Рис. 51. Томас Торнтон на охоте с 12-ствольным ружьем и собакой

Полковник Торнтон был франкофилом и много путешествовал по Франции и некоторым районам Германии, где с увлечением охотился на волков, оленей, косуль, кабанов, лис, кроликов и пернатую дичь. Первый раз он побывал во Франции до революции (до 1789 года), второй раз – в 1802 году, воспользовавшись Амьенским мирным договором, остановившим в период с марта 1802 по май 1803 года боевые действия между Англией и Францией. В этот раз Торнтон посетил континент вместе с Алисией, чтобы познакомиться с Парижем, приобрести имение и заодно поохотиться. Можно представить себе изумление жителей города Дьепа, увидевших сходящего на берег полковника с красавицей женой и целым домом на колесах. Экипаж конструкции полковника Торнтона, созданный специально для путешествия по континенту, состоял из множества отсеков для двенадцати гончих, борзой, пойнтера, двух терьеров, трех соколов, оружия, рыболовных снастей и прочего имущества. Французские газеты писали:

Вооруженный ружьями, во главе свиты и собак, полковник совершает свой акт мирной оккупации во время краткого перемирия и собирает прекрасные охотничьи истории времен Консульства.

Он встречался с первым консулом Франции Наполеоном Бонапартом, которому подарил пару трехствольных кремниевых пистолетов фирмы Durs Egg.

В июне 1802 года Торнтон охотился в окрестностях города Руана во Франции, в имении некоего мистера Годарта с пневматическим ружьем и добыл кабана. Полковник вспоминал об этом:

…я счел нужным взять свое пневматическое ружье, о силе которого мои товарищи не имели ни малейшего представления, и спрятаться в укрытии. Когда выводили гончих, молодой дикий кабан прошел мимо меня; когда я метко выстрелил в него примерно с пятидесяти ярдов (около 46 м), то услышал, как пуля попала в него, хотя он, казалось, этого не почувствовал. Однако примерно через тридцать ярдов (27,5 м) он начал шататься, и я последовал за ним, мгновенно перезарядив ружье. Сторожа приблизились, и тут мы увидели кабана, распростертого на траве и так тяжело раненного, что стрелять в него казалось ненужным, но, чтобы опробовать свое ружье, я выстрелил ему в череп, и он тут же испустил дух. При осмотре первой раны оказалось, что пуля прошла через его сердце…79

Уже через месяц, а именно 11 июля, он посетил оружейную фабрику в Версале, где стал инициатором проведения соревнований в стрельбе по мишеням из пневматических ружей. Как заключил Торнтон, «результат убедительно доказал превосходство английской промышленности»80. По итогам поездки в 1806 году он издал двухтомник «Спортивное турне по разным уголкам Франции в 1802 году» с большим количеством иллюстраций.

Поездки в Шотландию полковник Торнтон прекратил после 1803 года из‑за их дороговизны и трудностей в передвижениях – в период дождей дороги тогда были едва проходимы. Он отказался от земли, подаренной ему герцогом Гордоном, и от построенного им небольшого особняка Торнтон-касл. В книге «Спортивное путешествие по северным частям Англии и большей части высокогорья Шотландии и общие наблюдения о состоянии общества и нравах», изданной в 1804 году, полковник Торнтон оставил зарисовки шотландских охотников:

Английские охотники не должны думать, что эти люди (шотландцы-охотники. – В. П.) ездят только на хайлендских пони или что они снаряжены шапками, горнами и тридцатью парами собак. <…> С собой они берут очень громоздкие ружья, заряженные крупной дробью, пару полуголодных метисов грейхаундов, четыре-пять пар еще более изголодавшихся собак, которых здесь зовут слоухаундами, в противоположность грейхаундам, и пару-другую хилых, но свирепых кривоногих терьеров. Половина этих собак изъедена чесоткой, от которой они должны как-то избавляться сами, потому что никто о них не заботится81.

В 1804 году произошло событие, которое привлекло внимание высшего света к полковнику и его спутнице. Алисии было около 22 лет. Окружающие отмечали, что она была очень красивой, светлокожей, белокурой, с голубыми глазами и очень обаятельной. Она отлично держалась в боковом седле и регулярно участвовала с полковником в охотах на лис. Однажды, когда Алисия гостила у сестры, она и ее зять капитан Флинт отправились кататься верхом. Алисия была на любимом двадцатилетнем коне Торнтона Старом Вингарелло, Флинт ехал на своем любимце шестилетнем коричневом гунтере Торнвилле. Возник спор о том, какая лошадь лучше, и, чтобы доказать свою правоту, они решили устроить состязания. Дама победила дважды. Раздосадованный Флинт вызвал ее на настоящее соревнование на ипподроме в Ньюмаркете и назначил королевский приз в размере 1000 гиней. 25 августа 1804 года состоялся забег на четырехмильной дистанции (6,4 км) на территории Кнавсмира около Йорка в Северном Йоркшире между Алисией и ее зятем капитаном Уильямом Флинтом, который считался одним из лучших джентльменов-гонщиков в стране (рис. 52).

Около 100 000 человек собрались на трибунах ипподрома, чтобы посмотреть на этот захватывающий матч. Общая сумма ставок на забег достигла 200 000 фунтов стерлингов. Ставка, которую сделал полковник Торнтон на выигрыш своей подруги, составляла 1000 гиней, что сегодня эквивалентно более чем 28 000 фунтов стерлингов. Гонка длилась девять минут пятьдесят девять секунд. Однако Алисия проиграла… Как писал Пирс Иган, на последней миле «подпруги ее седла ослабли и седло перевернулось. Ее противник, воспользовавшись этим обстоятельством, двинулся вперед и обогнал»82.

Рис. 52. Соревнование между миссис Т. и капитаном У. Флинтом на скачках в Кнавсмире, Йоркшир, 25 августа 1804 г.

Ничуть не удрученная поражением, Алисия публично бросила вызов своему противнику участвовать в скачках на этом месте в следующем году. Флинт отказался участвовать в состязании из‑за несогласия Торнтона выплатить ставку за проигрыш, который объяснял, что пари было не более чем дружеской шуткой.

В связи с отказом Флинта от участия в соревновании, в следующем году состоялись состязания между Алисией и известным жокеем Фрэнком Баклом, который до 1805 года выиграл двадцать семь гонок. На скачках с Баклом на дистанции две мили Алисия победила. Она завоевала кубок стоимостью 700 гиней. Это соревнование прославило ее, сделав любимицей публики. После этих скачек Алисию стали называть Норвичской нимфой. На трибунах ипподрома капитан Флинт столкнулся с Торнтоном и потребовал оплаты ставки предыдущего года. Поскольку Торнтон продолжал отказываться, Флинт стал наносить ему удары лошадиным хлыстом, и окружающим пришлось вмешаться. Инцидент привел к аресту Флинта, судебным искам и глубокой неприязни между Флинтами и Торнтонами, которые до этого были в очень дружеских отношениях. Несколько лет судебных разбирательств привели к решению в пользу полковника.

В 1805 году Торнтон продал имение Торнвилл-Ройял и, по-видимому, некоторое время жил в Лондоне. Затем он жил в Скайпарке, Уилтшир, в Бойторпе, Йоркшир, и в Фолконер-холле, Бедфордшир, где продолжал охотиться и заниматься разведением лошадей, собак, соколов. По сведениям Джона Коннолли, главного библиотекаря Национальной спортивной библиотеки и музея, к 1806 году состояние Торнтона истощилось, отношения с Алисией стали натянутыми. По версии американской исследовательницы Регины Скотт, в 1806 году у полковника Торнтона родилась внебрачная дочь Торнвиллия Диана Рокингем от Присциллы Дуинс, англичанки низкого происхождения. К концу 1806 года пути Алисии и Торнтона окончательно разошлись. Осенью того же года Томас Торнтон женился на Элизе Корстон из Мандона, Эссекс, в браке с которой в 1807 году у него родился сын Уильям Томас. В этом же году, по сведениям Дж. Коннолли, Алисия вышла замуж за морского офицера и исчезла из поля зрения общественности.

Третью поездку во Францию полковник совершил в сентябре 1814 года с отрядом охотников и сворой гончих. Он высадился в Руане и вновь собрал толпу зевак. Когда Наполеон покинул Эльбу и в марте 1815 года начал наступление на Париж, Торнтон был вынужден оставить Францию и вернуться в Лондон, но после Ватерлоо вновь отправился туда, арендовал замок Шамбор и купил поместье Пон-сюр-Сен, назвав себя принцем де Шамбор и маркизом де Пон (он умел эффективно презентовать себя). В 1817 году он подал заявление о натурализации, но его ходатайство было либо отозвано, либо отклонено. К концу жизни полковник по целому ряду причин оказался в довольно затруднительном финансовом положении, и его прекрасная коллекция картин в 1817–1819 годах была распродана на аукционах.

В 1821 году Торнтон продал имение Пон-сюр-Сен во Франции, что вызвало слухи о его смерти. Газеты содействовали их распространению, опубликовав сообщение:

Недавно в Париже после нескольких дней болезни скончался знаменитый полковник Торнтон из Торнвилл-Ройял, графство Йорк. Он был не только большой спортивной знаменитостью, но и заметной фигурой в области литературы.

Торнтон от души посмеялся над своей преждевременной кончиной. В письме к другу Джорджу Хокинсу, которое через 9 лет после смерти Торнтона опубликовал Пирс Иган, он писал:

Париж, Рю де ля Пэ. 25 декабря 1821 года. <…> Из газет я узнал, что я умер в Париже после непродолжительной болезни, горько оплакиваемый и т. д. и т. п. Как бы то ни было, я дал вчера ужин для дюжины спортсменов: жареная говядина, сливовый пудинг, йоркширский пирог с гусем, а потом мы весело распевали песни до двух часов ночи. В двенадцать нам подали двух зажаренных птиц, желудки и т. п., потом мы пили пунш, приготовленный из старого рома. Лишнего не выпили, я пошел в постель в хорошем настроении и, как никогда, проснулся в лучшем. Торнтон, маркиз де Пон83.

Торнтон спокойно жил в Париже, где и скончался 10 марта 1823 годаa.

Биография полковника Томаса Торнтона, владевшего огромным состоянием и растратившего его на свои прихоти, является примером жизни типичного аристократа того времени. Хотя Торнтон растратил все состояние на свои причуды, в истории он остался человеком, создавшим охотничьи породы собак, владельцем большого числа ловчих птиц, коллекционером, составившим крупное собрание живописных полотен выдающихся художников на охотничью тематику, сохранившихся до настоящего времени в музеях Соединенного Королевства и частных коллекциях, и писателем, оставившим сведения о повседневной жизни охотников – англичан, шотландцев, французов и немцев в конце XVIII – начале XIX века.