Будни британских охотников. 1770–1870

С первых годов царствования Георга III священник стал быстро подниматься по социальной и культурной лестнице, живя уже в равных условиях с джентри, чего никогда прежде не было. Значительная часть духовенства происходила из аристократии или помещичьего дворянства – по оценкам одного эксперта в этой области, примерно каждый пятый священнослужитель принадлежал к высшему классу.

В XIX веке священнослужители были классом хорошо образованных состоятельных людей, располагавших массой свободного времени. Р. Муир пишет:

Они охотились и стреляли с местными дворянами, обедали, играли в карты и ходили на балы. В их одежде не было ничего особенного – сутаны в то время не носили, а «собачий ошейник»a еще не изобрели…2

Нимрод в книге «Охотничьи воспоминания» отмечает:

Хотя святой Иероним говорил: Venatorem nunquam legimus sanctumb, некоторые из лучших приходских священников, которых я знал, были спортсменами; добросердечные и чинные деревенские священники, чуждые ханжества, иногда принимали участие в здоровых джентльменских развлечениях вроде охоты и других полевых видов спорта – по совету своих покровителей3.

К среднему классу относилось большинство духовенства. На протяжении всего XIX века оно оказывало огромное влияние на культуру и повседневную жизнь населения Англии (рис. 58). Томас Берджеланд Джонсон, писавший под псевдонимом Т. Г. Нидхем, в книге «Полноценный спортсмен» говорил о них: «Епископы и архидьяконы слишком много охотились и слишком мало пасли свои стада» (рис. 59).

Рис. 58. Члены охотничьего общества аббатства Кэрроу

Рис. 59. Преподобный Уильям Хиткот верхом на лошади (сын 3‑го баронета), сэр Уильям Хиткот из Херсли, 3‑й баронет, держит свою лошадь и хлыст, майор Винсент Хокинс Гилберт держит за голову добытую ими лису

В 1820 году Пирс Иган рассказал о преподобном из Рутлендшира, приходском священнике, посвящавшем все свое время собакам и охоте:

Были известны случаи, когда он во время еженедельной молитвы оставлял паству и шел к своим собакам, если они вдруг очень громко разлаялись, а однажды он оставил молодую пару во время венчания и сказал, что завершит обряд на следующее утро. Все соседи всех сословий уважали его как хорошего и достойного человека, и он сделал много добра беднякам своего прихода. Он умер несколько лет назад, и его все оплакивали, а на его похоронах произошло одно примечательное событие – в нескольких ярдах от его могилы охотниками была загнана и убита лиса, как раз в тот момент, когда могильщик засыпал гроб землей4.

Другой преподобный, А. Харрисон из Хескета в Форесте близ Пенрита, Камбрия, более 35 лет занимался породой английских сеттеров, ставших основой для выведения Эдуардом Лавераком его знаменитых сеттеров.

Уильям Дэниел – священник, писатель, охотник

Одним из представителей духовенства был Уильям Баркер Дэниел (1754–1833), капелланa принца Уэльского, автор четырехтомного труда «Сельский спорт», популярного у спортсменов на протяжении всего XIX века. У. Б. Дэниел получил образование в колледже Христа в Кембридже, степень бакалавра в 1787 году и степень магистра в 1790 году. Хотя он принял сан, но предавался охотничьим пристрастиям до такой степени, что всех шокировал. В 1802 году корреспондент газеты The Gentleman’s Magazine говорил о нем: «Я не могу не думать, что он больше подходит для роли Нимродаb, чем для сановника в англиканской церкви».

Книга Дэниела «Сельский спорт», посвященная Джозефу Стратту, впервые вышла в 1801–1802 годах в двух томах и стала настольной книгой у английских спортсменов. Большинство ранних авторов книг о собаках любили приводить разнообразные истории, списывая их друг у друга, и были крайне небрежны. Дэниел, по словам Кристофера Хибберта, тоже «страдал неизлечимой формой рассказывания историй и, более того, был полностью лишен способности к оригинальному исследованию»5. Книга «Сельский спорт» иллюстрирована большим количеством гравюр и включает описание псовых охот с борзыми и гончими, с подружейными собаками, а также правила и технику стрельбы, законодательство об охоте. В 1807 году вышло новое издание, уже в трех томах, а в 1813 году был опубликован четвертый, дополнительный том.

В первом томе автор подробно описывает фоксхаундов (экстерьер, содержание их в кеннелах с рекомендациями по организации питомников, кормлению, разведению, воспитанию и дрессировке, натаске и охоте с ними, лечению болезней, акцентируя внимание читателей на бешенстве и чуме, наиболее распространенных в то время болезнях и др.), а также среду обитания охотничьих зверей (лисица, барсук, олень, выдра и др.). В своей работе У. Б. Дэниел использует классификацию собак Й. Кайуса и придерживается взглядов графа Бюффона. Второй том посвящен рыбалке. В третьем томе автор описывает жизнь, места обитания, сезоны размножения и миграции пернатой дичи (дрофа, фазан, разновидности куропаток, вальдшнеп, бекас, утки, гуси и др.), охоту на них с собаками, технику натаски сеттера, пойнтера и спаниеля. Собак он описывает очень кратко, акцентируя внимание на их поведенческих особенностях. Подробно рассматривает вопросы, касающиеся техники охоты на разную дичь. В этом томе также приводятся законодательные акты по добыче, перевозке, продаже и покупке дичи, действовавшие в год выхода книги. Четвертый том – сборник разнообразных справочных сведений, включающих библиографию книг по рыболовству с XV века, статистические данные по экономике графств Соединенного Королевства, забавные истории о рыбалке, охоте и прочем.

Уильям Юатт – ветеринар-хирург, писатель, священник

Уильям Юатт (1776–1847) был сыном хирурга, жившего в Эксетере, Девоншир. Юатт получил среднее образование в школе нонконформистов (протестантов). В 1810 году переехал в Лондон, приступив к исполнению обязанностей священника и преподавателя. В 1812 или 1813 году стал работать у Делабера Блейна в ветеринарном лазарете на Уэллс-стрит, Оксфорд-стрит. Его совместная работа с Блейном продолжалась чуть более двенадцати лет, потом руководство лазаретом перешло к Юатту. С 1828 года Уильям Юатт приступил к чтению лекций студентам-ветеринарам в своей частной резиденции и лазарете на Нассау-стрит, с конца 1830 года – в Лондонском университетском колледже. В 1830 году Юатт заключил соглашение с Обществом распространения полезных знаний о написании серии руководств по породам, лечению болезней у различных сельскохозяйственных животных и, как ведущий лондонский ветеринар и член Королевского общества по предотвращению жестокого обращения с животными, начал издавать свои книги. Юатт написал семь трактатов, входивших в серию «Библиотека полезных знаний», из них в 1830 году – «Собачье безумие», в 1839 году – эссе на тему «Обязательства и степень гуманности по отношению к животным, главным образом рассматриваемые применительно к одомашненным животным», в 1845 году – монографию «Собака». С 1835 года Юатт постоянно писал статьи для ежемесячного журнала «Ветеринар».

Его книга «Собака» была иллюстрирована гравюрами, изображающими различные типы собак, и сразу же после выхода стала популярной не только среди спортсменов, но и ученых – Чарльз Дарвин использовал ее в своей научной работе.

Уильям Юатт придерживался взглядов Бюффона на происхождение разнообразных пород в разных регионах Земли от одного дикого предка. Возникновение такого разнообразия зависело, по мнению Бюффона, от естественной адаптации животного к климату, пище, от обучения и человеческого выбора при отборе. Кроме того, подчеркивал Юатт, с развитием цивилизации разновидности становятся более многочисленными, поскольку фантазия человека изобрела множество способов для обеспечения комфорта: человек для себя изменил и умножил характеры и виды домашних животных. Как и его современники, Юатт предполагал, что наследование приобретенных признаков допускает быстрые изменения. Создавая свою классификацию собак, Юатт руководствовался мнением Фредерика Кювье. Будучи городским ветеринаром, Юатт не имел большого опыта охоты, поэтому часть его книги опиралась на труды таких авторитетов, как сэр Питер Бекфорд, Роберт Вайнер (Роберт Томас) и Чарльз Джеймс Эпперли (Нимрод). На протяжении многих десятилетий книга Уильяма Юатта служила справочником по происхождению, видам, лечению собак и уходу за ними.

В 1847 году У. Юатт, не имея средств выплатить свои долги, покончил с собой.

Уильям Максвелл – воин, священник, спортсмен, охотник

Рис. 60. Портрет Уильяма Гамильтона Максвелла

Еще одним представителем духовенства был Уильям Гамильтон Максвелл (1792–1850) из семьи богатого торговца – ирландский писатель, заядлый спортсмен и охотник (рис. 60).

Уильям родился в городке Ньюри, расположенном в провинции Ольстер, Ирландия. Получил образование в частной школе и после ее окончания в возрасте пятнадцати лет поступил в Тринити-колледж в Дублине. После окончания учебы служил в армии в чине капитана и участвовал в битве при Ватерлоо. После окончания военных действий вернулся домой и «провел несколько лет в одиночестве, читая, охотясь и стреляя», затем принял духовный сан. В 1820 году архиепископ Армы подарил ему дом в Баллахе, Коннемар, Ирландия, «в месте, лишенном прихожан, но изобилующем дичью».

Выйдя на пенсию, Максвелл написал множество очерков и романов, в основном на военные и спортивные темы. В 1832–1847 годах издал пять книг по охоте, привлекших внимание читателей: «Дикие виды спорта Запада с легендарными сказками и местными зарисовками» (в двух томах, 1832), посвященную сэру Вальтеру Скотту, «Полевая книга, или Спорт и развлечения в Соединенном Королевстве» (1833), «Экспедиция майора Оуэна к озерам Килларни» (1844), отредактированную Чарльзом Диккенсом, «Скитания по высокогорью и островам с зарисовками, сделанными на границе с Шотландией», являющуюся продолжением «Диких видов спорта Запада» (в двух томах, 1844), и «Сказки на склоне холма и поблизости (наброски), с легендами о Чевиотах и Ламмермюрах» (1847). После 1844 года Уильям Максвелл переехал в Массельбург, недалеко от Эдинбурга, где скончался 29 декабря 1850 года.

Через восемь лет после смерти Максвелла, в 1859 году, была опубликована его последняя книга – «Эрин-гоу-брэг, или Картины жизни в Ирландии» в двух томах.

В своих книгах Максвелл описывал повседневную жизнь охотников и спортсменов Соединенного Королевства, но «Полевая книга, или Cпорт и развлечения в Соединенном Королевстве» по структуре является иллюстрированным словарем, объясняющим охотничьи термины и словосочетания, и здесь дается подробное описание подружейных собак (разновидности пойнтера, сеттера, спаниеля), ружей, техники охоты на различные виды дичи и др. Эта книга и сегодня остается актуальной для тех, кто изучает историю охоты Великобритании.

Идстон – священник, заводчик охотничьих собак, писатель

Другим священнослужителем, не только посвятившим свою жизнь пасторской работе, но и отдававшим себя полностью охоте с подружейными собаками, был Томас Пирс (1820–1885). Он родился в Хатфорде в семье священнослужителя. Отец Томаса умер, когда сыну было два года. В 1838 году Томас поступил в Линкольн-колледж в Оксфорде, в 1843 году окончил бакалавриат по искусству, а в 1849‑м – магистратуру по искусству. Рукоположен в Англиканской церкви в 1845 году, позднее служил в церквах Южной Англии, затем с 1853 года – викарием в Мордене, Дорсет, а с 1871 года утвержден ректором Чарборо и занимал эту должность до своей смерти, последовавшей 24 сентября 1885 года. Томас Пирс женился 14 июля 1852 года на Фанни Джорджине Блейк. Ее отец Чарльз Генри Блейк, уроженец Калькутты и в молодости плантатор индиго, был спекулянтом недвижимостью в Лондоне.

Помимо основной деятельности священника, Томас Пирс профессионально занимался разведением сеттеров, увлекался стрельбой по бекасам и коллекционировал чучела птиц. В его кеннеле кроме черно-подпалых сеттеров, в разведении которых он достиг больших результатов, содержались английские сеттеры, получавшие призы на выставках в 1861, 1864 и 1866 годах. В 1906 году в ноябрьском номере русского журнала «Собаководство» была опубликована статья известного английского заводчика черно-подпалых сеттеров Дж. Г. У. Хорлока «Современный английский сеттер и его история», где автор вспоминал:

Я помню, что мне удалось посетить питомник священника Пирса, более известного в спортивном мире по псевдониму Идстон, под которым он сотрудничал в спортивных изданиях того времени. Питомник был выстроен в Мордене, в провинции Дорсет. Там я имел случай полюбоваться несколькими очень красивыми трехцветными сеттерами, равно как и желто-пегими. Мне кажется, что у Пирса были агенты, занимавшиеся тем, что скупали сеттеров в Шотландии по очень низким ценам после закрытия сезона охоты на граусов (вид серой куропатки). Пирс выдерживал их у себя в питомнике, приводил собаку в порядок и затем продавал по очень высокой цене. Время моего знакомства с этим священником относится к 1860 году.

Рис. 61. Портрет преподобного Джона Рассела

Томас Пирс писал статьи для газеты The Field с 1865 года под псевдонимом Идстонa, в 1872 году опубликовал две книги: «Собака: с указаниями для ее лечения» и «Записки Идстона». Сборник «Собаки Британских островов», изданный Дж. Г. Уолшем в 1866 году, был составлен в основном по материалам Томаса Пирса.

Джон Рассел – Спортивный пастор

Еще один священнослужитель – преподобный Джон Рассел (1795–1883), которого все звали Джеком. Рассел был хорошо известен многим охотникам с 40‑х годов XIX века под именем Спортивный пастор (рис. 61). Джон Рассел, чьи охотничьи сапоги так часто выглядывали из-под сутаны, был, как говорили, «одинаково хорош как в лесу, так и в свиной шкуреa».

Рассел вступил в Кеннел-клуб с самого его основания в 1873 году и оставался его членом до своей кончины. На момент смерти он считался старейшим заводчиком фокстерьеров в Англии. Он вывел свою породу терьеров (джек-рассел-терьер) в Оксфорде, когда ему было восемнадцать лет, и более пятидесяти лет спустя родословную его собак можно было проследить с того времени, как он начал их разводить. Рабочие джек-рассел-терьеры весили не более 15 фунтов (6,8 кг), а некоторые и того меньше, и примерно в 1850‑х годах они сформировали совершенно особый тип (рис. 62). Джон Рассел судил фокстерьеров на выставке Кеннел-клуба в Хрустальном дворце в июне 1874 года6.

Проблема досуга для викторианских средних классов была весьма актуальной, и общественные объединения (ассоциации, клубы, общества) в той или иной степени выполняли важную социальную функцию, удовлетворяя эти потребности и тем самым сближая людей из разных социальных слоев.

Средний класс отличался от аристократии и дворянства тем, что он регулярно зарабатывал себе на жизнь, а от рабочего класса – тем, что не опускался до ручного труда. Этот класс состоял из двух слоев: высшего и низшего. К высшему среднему классу относились владельцы больших фабрик, крупные бизнесмены, банкиры, оружейники, юристы, инженеры, священнослужители, у которых доходы были до 500 фунтов стерлингов в год, к низшему – мелкие бизнесмены, владельцы магазинов, торговцы, государственные служащие с доходами от 100 до 500 фунтов стерлингов в год.

Рис. 62. Джек-рассел-терьер

Формы поведения, присущие «лучшим людям» (конечно, аристократам и джентри), перенимались в той или иной степени теми, кто находился на нижних ступенях социальной лестницы. Представители растущего и богатого среднего класса, довольные своими достижениями, часто не знали, как себя вести. Они обращались к аристократии за социальным руководством. Новоиспеченному аристократу или стремящемуся пополнить ряды аристократии требовалось много конкретных и подробных указаний о том, как одеваться, что есть, где получить образование, где быть замеченным и, что особенно важно, с кем и как проводить досуг. То, что воспринималось как привычки и обычаи традиционного правящего класса, было заимствовано и адаптировано в тысячах буржуазных домов.

В период промышленной революции грамотность населения Англии была относительно низкойa. Ставя перед собой цель обогащения, средний класс – как мужчины, так и женщины – начиная со второй половины XVIII века стал уделять значительное внимание устранению пробелов в своих знаниях. По мнению современных английских экономистов, «когда родители начинают массово инвестировать в образование своего потомства, темпы экономического роста повышаются» и, соответственно, возрастают доходы семьи, что, в свою очередь, увеличивает спрос на грамотность, поэтому

представители среднего класса не жалели усилий для того, чтобы дать образование подрастающим поколениям. Тем самым был создан финансовый капитал и взращены ценные культурные свойства7.

Это было одним из реальных различий между георгианцами и их предшественниками времен Стюартов и Тюдоров.

К началу XIX века в Соединенном Королевстве было организовано 334 школы. К этому времени в системе образования уже сложилась четкая иерархия8. Как отмечают все исследователи, учебные заведения в Англии отличались величайшим разнообразием. Дж. М. Тревельян пишет:

В начале столетия существовало три типа школ среднего образования: во-первых, фешенебельные «общественные» школы (в действительности частные), подобные школам в Итоне, Винчестере и Хэрроу, немногочисленные, с чисто классической программой обучения и скандально скверной дисциплиной, во-вторых, частные академии, в которых получали более серьезные и современные познания при лучшей дисциплине представители непривилегированной диссидентской средней буржуазии, и наконец, поддерживаемые государством старые классические [грамматические] средние школы…9

После учебы в школах и университетах британцы из среднего класса много внимания уделяли самообразованию, особенно большой популярностью пользовалась техническая литература, в том числе книги об оружии, а также книги об охоте и собаках, которые начиная со второй половины XVIII века стали издаваться большими тиражами. Книги можно было не только купить, но и получить в библиотеках. Сотни общин, даже в небольших деревнях, создавали собственные книжные клубы, которые за плату в одну-две гинеи в год предоставляли читателям доступ к десяткам томов. Частные библиотеки были основаны в 1768 году – в Ливерпуле, в 1771 году – в Шеффилде, в 1775 году – в Халле, в 1779 году – в Бирмингеме. К 1800 году в Лондоне насчитывалось 122 библиотеки, в провинциях – 26810.

Взаимоотношения с аристократами

Аристократы были заинтересованы в сотрудничестве с представителями более низких классов. Британский историк Рой Портер отмечает:

Спорт на открытом воздухе пользовался большой популярностью во многом потому, что он сводил вместе землевладельцев и простых людей, получавших от этого прибыль, на традиционных видах отдыха. Лорды, первые спонсоры спорта, были готовы поделиться с народом такими развлечениями, как скачки, при этом наслаждаясь статусом покровителя. Денди финансировали боксеров и выставляли свои собственные команды по крикету. В классических скачках встречались благородные имена, такие как «Дубы» (название дома лорда Дерби в Эпсоме). Спорт был одновременно и подобием войны, и приемлемой для модников времен Регентства пасторалью. Простому народу нравилось ощущение причастности к верхам, которое давало им присутствие знати (не говоря уже о прибыли, которую она приносила буфетчикам, привратникам и лоточникам), и он мог смотреть на знать как на ровню – например, когда лорд Саквилл выступал (в августе 1735 года. – В. П.) в команде Кента, капитаном был его главный садовник. В любом случае протекция аристократов была совершенно необходима для соревнований за призы. Чем больше коммерциализировалась культура, тем больше требования кассы влияли на вкус11.