Тропа забвения

III

— Ну и что ты мне расскажешь, Моргана? Что ты видишь? — спросил тучный лысый мужчина, одетый в тунику.

— Вижу, что у тебя. Морван, совсем нет терпения. Я же просила не давить на меня, когда я работаю.

— С каких пор колдовство стало работой? — усмехнулся толстяк.

— С тех самых, как я стала придворной ведьмой. Вы и шагу без меня ступить не можете. Кристоф просто жалок. Недавно снова приходил весь в поту, говорил что во сне ему явились дурные знаки. То мёртвые животные, то гибнущие растения — он бормочет об этом каждую неделю. С таким слабым лидером графству не удастся ничего противопоставить врагам. Суеверия это глупо. Только настоящая магия может быть чем-то действительно стоящим.

— И всё же, что ты видишь? — повторил Морван, потирая свою яйцевидную голову.

— Вижу сильного воина. Это рыцарь. Статный и молодой. Настоящий завоеватель. Он держит в руках не просто меч, для него это больше чем оружие. Он живёт боем. Таких людей не так уж много на нашей земле. В отряде Шевалье ему бы нашлось применение.

— Хочешь, чтобы мы взяли его на службу? Ты не боишься? — Морван пододвинул к себе кружку, в которой поблёскивал пенный напиток.

— Всяко лучше, чем то отребье, которое ты набирал до этого. Все они погибли в первой стычке.

— Это ведь ты посоветовала брать бывших рыцарей.

— Но я не говорила хватать первых попавших бедолаг из таверны. Такое войско безусловно отвечает характеру правления Кристофа, но раз уж все мы тут пытаемся прославить род Шевалье, то будь добр, ищи лучше.

— Моргана, как ты прекрасна. Даже когда говоришь все эти колкости. Жаль я не вышел ростом. Был бы тебе отличным мужем.

— Поменьше хлещи пиво. Твой живот уже едва помещается за столом.

— Но зато мне не было равных в бою.

— Неужели тебе никогда не хотелось чего-то большего, чем просто досыта есть и пить столько, сколько вздумается. Ты никогда не думал, что за пределами замка находится огромный мир, который можно было бы изменить?

— Я вполне доволен ходом вещей. Можешь сколько угодно ругать Кристофа, но поверь, он не самый плохой правитель. Я знал его отца — вот это был страшный человек. Филипп переказнил десятки людей, только почуяв измену. Порядок любил больше чем жену и сына, вокруг была такая тишина, что даже мне, старому военачальнику становилось не по себе. Страшные дни первого крестового похода. Правда никто так и не знает куда он подевался. Тиранов стараются поскорее забыть.

— В таком случае Кристофу бы не помешало учиться у отца дисциплине.

Морван опустошил стакан. Затем потянулся в карман. Оттуда он достал небольшой обломок железа. После этого поставил на стол, придвинув его ведьме. Женщина поправила длинные тёмные волосы. Взяв в руки обломок, она восхитилась:

— Чёрная Скала. Подумать только!

— Пока тут тут колдовала, Делакруа с парнями отыскал на поле боя эту вещицу. Похоже обладатель шлема сражался на том месте. Может даже был ранен. И я бы очень хотел знать, кто же смог дать ему отпор. Отколоть кусок шлема. Это должна была быть неимоверная сила.

— Что же, Морван, я должна признать, кое-что вы и правда можете. Но уверена что это всё Делакруа. Он куда моложе и проворнее тебя. Смотри в оба, как бы парень не занял твоё место в отряде.

— Он молодец. Но ты меня недооцениваешь. Мы мало что о нём знаем. Я всё ещё не доверяю этим рыжим кудрям.

— Такого красавца ещё поискать. Ты верно завидуешь, старый осёл.

Морван потянулся за кувшином, чтобы налить себе ещё освежающего напитка. В замке потемнело, закатные лучи стали пробиваться в большом резном окне. Эту часть замка свет посещал в последнюю очередь, отдалённый зал большую часть дня находился в полумраке. Из-за этого даже от свечей был какой-то жутковатый флёр. Атмосфера таинства не покидала эти стены.

— Морван, пошли людей по следу. Может мы ещё сможем догнать Чёрную Скалу. Такая сила бы изменила многое в замке.

— Я хоть и старый, но всё ещё соображаю. Уже несколько часов отряд идёт по следу. Если Чёрная Скала там, то остались лишь считанные часы до того, как его найдут.

— Делакруа с ними?

— И что тебе за дело до него? Рыжеволосый останется. Таков мой приказ.

— Позови его. Хочу поговорить с глазу на глаз.

— Но чтобы никаких секретов. Что если он шпионит для соседнего графства? Не доверяй ему тайны Шевалье. Иначе вам обоим придётся спешно покидать этот замок. Уж поверь.

Моргана улыбнулась, ведьму знатно веселила та вспыхнувшая ревность, которая зародилась в стенах их замка. Её тёмные волосы спадали на красивые плечи, каким могла бы позавидовать даже графиня. Да и платья она всегда выбирала из числа самых заметных. Дорогая ткань лоснилась, выдавая в ней важную особу. Однако далеко не все видели её такой, чаще всего она ходила по замку в капюшоне и мантии, чтобы лишний раз не отвлекать мужчин от работы. Многие воины мечтали о том, чтобы Моргана обратила на них взор.

— И ещё кое-что, Морван. Не говори обо всём этом Кристофу. Если шлем всё же удастся забрать, то он непременно захочет его себе. Нам нужно время, чтобы придумать хорошую цену для обмена. Я не собираюсь отдавать этому глупцу такую силу за просто так.

— В этом я тебя понимаю. Если мы найдём Чёрную Скалу, то многое может поменяться. И кто знает, может быть тогда этот замок станет носить другую фамилию.

— Ну уж точно не твою, — рассмеялась ведьма.

Её взгляд при этом оставался задумчиво холодным. Через несколько минут к ней постучался рыжеволосый юноша. Она разрешила ему войти. Молодой и статный Делакруа оказался прямо перед ней. Женщина предложила ему присесть, однако тот не согласился.

— Мне нужна небольшая услуга. Думаю тебе можно довериться.

— Что вы хотели, госпожа? — улыбнувшись спросил Делакруа.

— Хочу чтобы ты нашёл одного человека. Кажется его помощь будет нам очень кстати.

— Могу отправиться хоть сейчас.

— Не сомневаюсь. Только пусть это будет нашим секретом. Никому не говори куда едешь и не бери никого с собой. Дело очень деликатное. Разузнай чем живёт этот воин. Я хочу знать, может ли он стать частью нашего отряда.

— Позвольте лишь спросить его имя.

— Я вижу что его зовут Жак. Этот рыцарь живёт на границе с графством Де Манд.

— Могу я узнать, чем он так ценен вам?

— В его шлеме очень большая сила. Он и сам ещё не догадывается какая.

Делакруа понял, что женщина больше не собирается ничего рассказывать. Он послушно кивнул ей, дослушав последнюю фразу и стремительно удалился. Его рыжие волосы в огне свечей выглядели особенно завораживающе. Будто смотришь на костёр, который вот-вот вздымется в небо. Он был моложе всех в отряде, однако мог дать фору каждому в ловкости и смекалке. Каждый шаг, каждое слово — всё было словно бы выточено самым искусным мастером. Его сердце неистово билось на пороге новых горизонтов. Очередная дверь таила перед ним неизвестность, но вместе с тем возможности. И он с дерзостью мальчишки рвался вперёд.

Рыжеволосый парень быстро собрался, чтобы отправиться в дорогу. Он тихо прокрался мимо зала, где ели члены отряда. Никто не должен был видеть его уход. К счастью многие из воинов оказались значительно пьяны, поэтому уйти незамеченным не составило труда. Ускользая мимо воинов, Делакруа подумал о том как же глупо они тратят время своей жизни. Он презирал алкоголь, который за считанные минуты превращал любого в слабака. Эти усталые воины пропивали последние крохи здоровья, только потому что ничего не хотели и ни к чему не стремились. Они были ему особенно противны в этот час. Хотя в поле битвы каждый из них стоил десятка солдат.

Делакруа добрался до внутреннего двора замка Шевалье. Большое открытое пространство служило для прогулок и больших застолий. Сюда попадало много солнца, в отличие от всего остального замка, который вечно пребывал в тени. Каменные стены обросли вьющимся кустарником. Это место напоминало сказочные оранжереи. Приятный и спокойный пейзаж сильно контрастировал с внутренним убранством замка. Казалось, словно это место было единственным, которое излучало настоящую жизнь.

Стража Делакруа уже была не страшна — у них приказ выпускать всех воинов, которые здесь живут. Лишь по особым случаям им разрешалось пускать на территорию посторонних. Обычно это были заранее спланированные визиты разных особ. Кристоф любил иногда закатывать пиры, чтобы выпустить пар и наладить дипломатию. В такие дни стража могла пустить и чужаков. Некоторые особо раскрепощённые гости позволяли себе даже спаивать стражников. Однако на утро тех ждал строгий выговор.

Делакруа шагал по ярко зелёной траве, которая казалась почти нереальной из-за цвета. В этом свете он смотрелся как рыжеволосый ангел, был в нём нечто величественное, даже пугающе приятное. Делакруа чаще всего носил коричневую тунику под бронёй, которая не слишком сковывала его движение. Так он оставался манёвренным, когда скакал верхом. Рыжеволосый подошёл к привязи, где стоял его гнедой конь. Он провёл по его гриве рукой. Животное что-то приветственно пробурчало. От молодого жеребца исходило дыхание жизни, он без труда мог преодолеть десятки километров. Казалось, что сама природа даёт ему силы — подпитывает через землю, над которой пролетают его копыта.

Делакруа закинул на него седло и мгновенно оказался верхом. Взяв коня под уздцы, он не спеша повёл его к воротам замка. Стражники понимающе поторопились открыть их. Их натёртые до блеска доспехи слепили Делакруа. Он на несколько секунд закрыл глаза, а затем открыл их, когда они с конём пересекли пределы замка. Рыжеволосый любил так делать — представлял, словно переходит мост через миры, оказываясь в совершенном новой неизведанной стране. Он много мечтал, чувствуя как ветер свободы несёт его по дорогам графства.

Замок медленно удалялся из виду. Его величавые башни напоминали огромные скалы, которые веками охраняли мир от напастей. Родовой замок Шевалье являл собой удивительное сочетание красоты и ужаса. За прекрасными фасадами скрывались зачастую малоосвещённые и пустоватые коридоры, которые вели обитателей по длинным лестницам, от которых веяло тревогой и страхом. Откидной мост закрывал гигантский ров, призванный не дать врагам оказаться за воротами. Эту большую яму рыли десятки воинов, которыми в ту пору управлял один из предков Кристофа. Портрет этого и других членов семьи Шевалье украшал коридоры замка. В каждой комнате можно было увидеть фамильный герб. На нём красовались крест, шакал и змея. Все они складывались в необычную фигуру, которая напоминала о главных принципах рода: змеиное спокойствие, ярость шакала и служение вере. По легенде первый Шевалье ехал на повозке мимо этих земель. Здесь тогда участились нападения шакалов. В одну из ночей те загрызли всех в его отряде. Ему чудом удалось выжить, притворившись мёртвым. Утром он очнулся совсем один. Шакалы не пожалели никого, разорвав на куски всех, кто был в отряде. Не пощадили они даже самых молодых членов группы. Как только появилась возможность, Шевалье сбежал в леса. Пришлось долго и мучительно пробираться сквозь ветви, чтобы уйти максимально далеко от места, где случилось нападение. В лесу он наткнулся на змею, но не дал себя ужалить. Мечом он пригвоздил тварь к дереву. А затем услышал, что стая шакалов идёт по его следам. Животные всё приближались. Один из них остался, чтобы проверить местность. Шевалье пришлось долго выжидать, прежде чем он смог предпринять ход. Скиталец натравил змею на шакала, наблюдая из засады за тем, как та ловко обвивает шею животного. Укус за считанные секунды обездвижил хищника. А затем шакал начал в панике бросаться на каждый куст. Когда он нашёл Шевалье, было уже поздно. Яд поразил его окончательно. Пока змея спускалась с шеи животного, рыцарь достал меч и нанёс мощный удар, от которого извивающаяся убийца мгновенно умерла. Её коварство сыграло на руку Шевалье. И он уже собирался уходить, как вдруг заметил, что из шеи змеи сверкает небольшой предмет. Яркая вещь ослепляла своей красотой. Шевалье потянулся к этому свету и достал маленькое украшение. Это был крест, очень приятный на ощупь. Шевалье решил, что так мир даёт ему понять, что его спасение ни что иное, как знак свыше. В тот миг и зародилась великая идея постройки замка. В одиночку он начал возводить стены, вырубать деревья, мешавшие строительству и планировать будущее строение. Он мало спал и часами работал над тем, чтобы возвести то, что впоследствии стало именоваться замком Шевалье. Мимо часто проезжали неравнодушные воины и крестьяне. Все они искали ночлега, который им любезно предоставлялся за помощь в строительстве. Так один дом превратился в целый двор, а затем начал обрастать каменными стенами. Росло число людей, которые трудились над зданием. Нанимая всё больше работников Шевалье создавал вокруг себя верную ватагу. Они-то и стали его верными подданными. Их преданность и честь помогли прославить имя графа. И спустя годы, когда замок наконец был достроен, в центральном зале водрузили герб Шевалье, с теми самыми символами. Они всегда напоминали о том, какой большой путь проделал простой рыцарь на пути к славе графа. Однако его свободолюбивый нрав не пришёлся по вкусу последователям. Если при первом Шевалье действовало правило общего равенства, дававшее всем жителям свободно жить и трудиться на территории замка, то с приходом последующих правителей ситуация в корне изменилась. Никаких свободных людей больше не было. Все стали подчиняться строгой иерархии. Однако легенда о свободных людях Шевалье не переставала будоражить сердца многих, кто слышал её в походах, перед сном в кровати и сидя за столом в пыльной таверне.

Морван вышел на другую сторону замка, с башни открывался отличный вид на казарму. Там внизу суетились его воины, в чём-то безумные, но вместе с тем отважные — готовые драться до смерти. Лица выдавали в них настоящих рыцарей, полные решимости эти люди дрались каждый раз как в последний. Каменное здание казармы находилось в тени от деревьев, которые росли неподалёку. Их могучие тени словно прикрывали тыл рыцарей. От здания тянулась струйка дыма — это горела печка, которая обогревала прохладное помещение изнутри. Рядом располагалась тренировочная территория, где воины могли упражняться во владении мечом и не только. Манекены, набитые соломой; мишени, истыканные дырами — всё это говорило о том, как много и часто здесь упражнялись. Иногда птицы садились на снаряды и принимались их клевать. Их хищные клювы могли за секунды превратить любого на пути в груду мяса.

— Морван! Постой! Хочу с тобой поговорить.

Лысый старик удивился, увидев Кристофа не в своих покоях (ему докладывали, что он там).

— Чем могу быть полезен? — поинтересовался Морван.

— Оставим фамильярность. Есть новости от Мондо?

— Коротышка заходил вчера. Говорит, что видел в лесах следы. Большая группа людей. Конные рыцари. Не меньше пятидесяти человек.

— И когда ты собирался мне рассказать? — Кристоф уже было думал устроить очередную истерику.

— Всё под контролем. Я уже послал людей следить. Если только эта толпа потянется к замку — я буду знать. А следующим узнаешь ты.

— Ладно, — развёл руками Кристоф.

Морван успокаивающе похлопал того по плечу. Граф удивительно сочетал в себе две крайности. То он был вспыльчивым тираном, то капризным ребёнком. Морван привычно использовал свои отвлекающие приёмы, чтобы успокоить правителя. Очередная головная боль была ему не нужна.

— Передай ему пару монет от меня. Он заслужил.

— Что-то ещё будет нужно от него в ближайшее время? — поинтересовался Морван.

— Пусть следит за лесами дальше. Этого пока достаточно. За это я ему и плачу.

Кристоф поправил свои короткие усы. Его длинный рост мог показаться даже аномальным. Специально для его удобства многие проходы в коридорах сделали выше. Так правитель точно мог избежать травмы. Обычно он любил сидеть в своей просторной комнате, куда редко пускал кого-то кроме особых приближённых. Там часто обсуждались тактические манёвры и политические решения. С первым ему помогал лысый толстяк Морван, а со вторым ведьма Моргана. Их разномастный союз по сути и управлял замком, с прилегающими территориями. Их решения оказывали огромное влияние на то, как Кристоф вёл дела. Сначала он просто прислушивался, а затем и вовсе стал доверять им большую часть забот. И это было оправданно — соратники на всём пути помогали ему с решениями, делали грязную работу. Ему же оставалось лишь выбирать занавески для этой заранее хорошо обставленной комнаты.