Лечение психических расстройств в детском и подростковом возрасте. Том 2
- -
- 100%
- +
79. Lock S. & Barrett P.M. A longitudinal study of developmental differences in universal preventive intervention for child anxiety // Behavior Change. – 2003. – Vol. 20 (4). – P. 183–199.
80. Mahrer N.E., Winslow E., Wolchik S.A., Tein J. & Sandler I.N. Effects of a preventive parenting intervention for divorced families on the intergenerational transmission of parenting attitudes in young adult offspring // Child Development. – 2014. – Vol. 85 (5). – P. 2091–2105.
81. McLaughlin K.A., Conron K.J., Koenen K.C. & Gilman S.E. Childhood adversity, adult stressful life events and risk of past-year psychiatric disorder: A test of the stress sensitization hypothesis in a population-based sample of adults // Psychological Medicine. – 2010. – Vol. 40 (10). – P. 1647–1658.
82. McMahon S.D., Grant K.E., Compas B.E., Thurm A.E. & Ey S. Stress and psychopathology in children and adolescents: Is there evidence of specificity? // Journal of Child Psychology and Psychiatry. – 2003. – Vol. 44. – P. 107–133.
83. Mellin E.A. & Beamish P.M. Interpersonal theory and adolescents with depression: Clinical update // Journal of Mental Health Counseling. – 2002. – Vol. 24 (2). – P. 110–125.
84. Merikangas K.R., He J., Burstein M., Swanson S.A., Avenevoli S., Cui L., Swendensen J. Lifetime prevalence of mental disorders in U.S. adolescents: Results from the National Comorbidity Survey Replication – Adolescent Supplement (NCSA) // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. – 2010. – Vol. 49. – P. 980–989.
85. Mufson L., Gallagher T., Dorta K.P. & Young J.F. A group adaptation of interpersonal psychotherapy for depressed adolescents // American Journal of Psychotherapy. – 2004. – Vol. 58 (2). – P. 220–237.
86. Mufson L., Moreau D., Weissman M.M., Wickramaratne P., Martin J. & Samoilov A. Modification of interpersonal psychotherapy and depressed adolescents (IPT-A): Phase I and II studies // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. – 1994. – Vol. 33. – P. 695–705.
87. Mufson L., Weissman M., Moreau D. & Garfinkel R. Efficacy of interpersonal psychotherapy for depressed adolescents // Archives of General Psychiatry. – 1999. – Vol. 56. – P. 573–579.
88. Nolen-Hoeksema S. & Watkins E.R. A heuristic for developing transdiagnostic models of psychopathology explaining multifinality and divergent trajectories // Perspectives on Psychological Science. – 2011. – Vol. 6. – P. 589–609.
89. Osowiecki D. & Compas B.E. Psychological adjustment to cancer: Coping and control beliefs in young adult cancer patients // Cognitive Therapy and Research. – 1998. – Vol. 22. – P. 483–499.
90. Osowiecki D.M. & Compas B.E. A prospective study of coping, perceived control and psychological adjustment to breast cancer // Cognitive Therapy and Research. – 1999. – Vol. 23. – P. 169–180.
91. Outcomes over 1 year of naturalistic follow-up: The treatment for adolescents with depression study (TADS): Outcomes over 1 year of naturalistic follow-up / Treatment for Adolescents with Depression Study (TADS) Team // American Journal of Psychiatry. – 2009. – Vol. 166 (10). – P. 1141–1149.
92. Podell J.L., Mychailyszyn M., Edmunds J., Puleo C.M. & Kendall P.C. The coping cat program for anxious youth: The FEAR plan comes to life // Cognitive and Behavioral Practice. – 2010. – Vol. 17 (2). – P. 132–141.
93. Radloff L.S. The use of the Center for Epidemiologic Studies Depression Scale in adolescents and young adults // Journal of Youth and Adolescence. – 1991. – Vol. 20 (2). – P. 149–166.
94. Rescorla L., Ivanova M.Y., Achenbach T.M., Begovac I., Chahed M., Drugli M.B., Zhang E.Y. International epidemiology of child and adolescent psychopathology: II. Integration and applications of dimensional findings from 44 societies // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. – 2012. – Vol. 51. – P. 1273–1283.
95. Rosselló J. & Bernal G. The efficacy of cognitive-behavioral and interpersonal treatments for depression in Puerto Rican adolescents // Journal of Consulting and Clinical Psychology. – 1999. – Vol. 67 (5). – P. 734–745.
96. Rosselló J., Bernal G. & Rivera-Medina C. Individual and group CBT and IPT for Puerto Rican adolescents with depressive symptoms // Cultural Diversity and Ethnic Minority Psychology. – 2008. – Vol. 14 (3). – P. 234–245.
97. Rudolph K.D., Dennig M.D. & Weisz J.R. Determinants and consequences of children’s coping in the medical setting: Conceptualization, review and critique // Psychological Bulletin. – 1995. – Vol. 118 (3). – P. 328–357.
98. Sandler I., Wolchik S.A., Cruden G., Mahrer N.E., Ahn S., Brincks A. & Brown C.H. Overview of meta-analyses of the prevention of mental health, substance use and conduct problems // Annual Review of Clinical Psychology. – 2014. – Vol. 10. – P. 243–273.
99. Seeley J.R., Rohde P., Lewinsohn P.M. & Clarke G.N. Depression in youth: Epidemiology, identification and intervention // Interventions for academic and behavior problems: II. Preventive and remedial approaches / edited by M.R. Shinn, H.M. Walker & G. Stoner. – Washington, DC: National Association of School Psychologists, 2002. – P. 885–911.
100. Seifer R., Sameroff A.J., Baldwin C.P. & Baldwin A.L. Child and family factors that ameliorate risk between 4 and 13 years of age // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. – 1992. – Vol. 31 (5). – P. 893–903.
101. Seiffge-Krenke I. Coping with relationship stressors: A decade review // Journal of Research on Adolescence. – 2011. – Vol. 21. – P. 196–210.
102. Skinner E.A., Edge K., Altman J. & Sherwood H. Searching for the structure of coping: A review and critique of category systems for classifying ways of coping // Psychological Bulletin. – 2003. – Vol. 129. – P. 216–269.
103. Skinner E.A. & Zimmer-Gembeck M.J. The development of coping // Annual Review of Psychology. – 2007. – Vol. 58. – P. 119–144.
104. Skinner E.A. & Zimmer-Gembeck M.J. Perceived control and the development of coping // Oxford handbook of stress, health and coping / edited by S. Folkman. – New York: Oxford University Press, 2011. – P. 35–59.
105. Starr L.R., Hammen C., Conway C.C., Raposa E. & Brennan P.A. Sensitizing effect of early adversity on depressive reactions to later proximal stress: Moderation by polymorphisms in serotonin transporter and corticotropin releasing hormone receptor genes in a 20-year longitudinal study // Development and Psychopathology. – 2014. – Vol. 26 (4). – P. 1241–1254.
106. Tein J.Y., Sandler I.N., MacKinnon D.P. & Wolchik S.A. How did it work? Who did it work for?: Mediation in the context of a moderated prevention effect for children of divorce // Journal of Consulting and Clinical Psychology. – 2004. – Vol. 72. – P. 617–624.
107. Thompson R.A. Emotion regulation: A theme in search of definition // Monographs of the Society for Research in Child Development. – 1994. – Vol. 59 (2–3, Serial № 240). – P. 25–52.
108. Thompson R.A. & Goodman M. Development of emotion regulation: More than meets the eye // Emotion regulation and psychopathology: A transdiagnostic approach to etiology and treatment / edited by A.M. Kring & D.M. Sloan. – New York: Guilford Press, 2010. – P. 38–58.
109. van de Wiel N.M.H., Matthys W., Cohen-Kettenis P.T., Maassen G.H., Lochman J.E. & van Engeland H. The effectiveness of an experimental treatment when compared with care as usual depends on the type of care as usual // Behavior Modification. – 2007. – Vol. 31. – P. 298–312.
110. Vélez C., Wolchik S.A., Tein J.Y. & Sandler I.N. Protecting children from the consequences of divorce: A longitudinal study of the effects of parenting on children’s coping efforts and coping efficacy // Child Development. – 2011. – Vol. 82. – P. 244–257.
111. Walkup J.T., Albano A.M., Piacentini J., Birmaher B., Compton S.N., Sherrill J.T., Kendall P.C. Cognitive behavioral therapy, sertraline, or a combination in childhood anxiety // New England Journal of Medicine. – 2008. – Vol. 359 (26). – P. 2753–2766.
112. Watson K.H., Dunbar J.P., Reising M.M., Hudson K., Forehand R. & Compas B.E. Observed parental responsiveness / warmth and children’s coping: Cross-sectional and prospective relations in a family depression preventive intervention // Journal of Family Psychology. – 2014. – Vol. 28. – P. 278–286.
113. Weersing V.R. & Brent D.A. Psychotherapy for depression in children and adolescents // The American Psychiatric Publishing textbook of mood disorders / edited by D.J. Stein, D.J. Kupfer & A.F. Schatzberg. – Washington, DC: American Psychiatric Publishing, 2006. – P. 421–436.
114. Weersing V.R., Brent D.A., Rozenman M.S., Gonzalez A., Jeffreys M., Dickerson J.F., Iyengar S. Brief behavioral therapy for pediatric anxiety and depression in primary care: A randomized clinical trial // JAMA Psychiatry. – 2017. – Vol. 74 (6). – P. 571–578.
115. Weersing V.R., Shamseddeen W., Garber J., Hollon S.D., Clarke G.N., Beardslee W.R., Brent D.A. Prevention of depression in at-risk adolescents: Predictors and moderators of acute effects // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. – 2016. – Vol. 55 (3). – P. 219–226.
116. Weissman M.M., Markowitz J.C. & Klerman G.L. Comprehensive guide to interpersonal psychotherapy. – New York: Basic Books, 2000.
117. Weisz J., Kuppens S., Ng M.Y., Eckshtain D., Ugueto A.M., Vaughn-Coaxum R., Fordwood S.R. What five decades of research tells us about the effects of youth psychological therapy: A multilevel meta-analysis and implications for science and practice // American Psychologist. – 2017. – Vol. 72 (2). – P. 79–117.
118. Weisz J.R., McCabe M.A. & Dennig M.D. Primary and secondary control among children undergoing medical procedures: Adjustment as a function of coping style // Journal of Consulting and Clinical Psychology. – 1994. – Vol. 62. – P. 324–332.
119. Wolchik S.A., Sandler I.N., Millsap R.E., Plummer B.A., Greene S.M., Anderson E.R., Haine R.A. Six-year follow-up of a randomized, controlled trial of preventive interventions for children of divorce // Journal of the American Medical Association. – 2002. – Vol. 288. – P. 1874–1881.
120. Wolchik S.A., Sandler I.N., Tein J.Y., Mahrer N., Millsap R., Winslow E.B., Reed A.B. Fifteen-year follow-up of a randomized trial of preventive intervention for divorced families: Effects on mental health and substance use outcomes in young adulthood // Journal of Consulting and Clinical Psychology. – 2013. – Vol. 81. – P. 660–673.
121. Wolchik S., Sandler I., Weiss L. & Winslow E. New Beginnings: An empirically-based program to help divorced mothers promote resilience in their children // Handbook of parent training: Helping parents prevent and solve problem behaviors / edited by J.M. Briesmeister & C.E. Schaefer. – 3rd ed. – Hoboken, NJ: Wiley, 2007. – P. 25–62.
122. Wolchik S.A., West S.G., Sandler I.N., Tein J.Y., Coatsworth D., Lengua L., Griffin W.A. An experimental evaluation of theory-based mother and mother-child programs for children of divorce // Journal of Consulting and Clinical Psychology. – 2000. – Vol. 68. – P. 843–856.
123. Wolchik S.A., West S.G., Westover S., Sandler I.N., Martin A., Lustig J., Fisher J. The children of divorce parenting intervention: Outcome evaluation of an empirically based program // American Journal of Community Psychology. – 1993. – Vol. 21. – P. 293–331.
124. Young J.F., Mufson L. & Davies M. Efficacy of interpersonal psychotherapy – adolescent skills training: An indicated preventive intervention for depression // Journal of Child Psychology and Psychiatry. – 2006. – Vol. 47. – P. 1254–1262.
125. Young J.F., Mufson L. & Gallop R.J. Preventing depression: A randomized trial of interpersonal psychotherapy – adolescent skills training // Depression and Anxiety. – 2010. – Vol. 27. – P. 426–433.
126. Zimmer-Gembeck M.J., Dunbar M.J., Ferguson S., Rowe S.L., Webb H. & Skinner E.A. Guest editorial: Introduction to special issue // Australian Journal of Psychology. – 2014. – Vol. 66. – P. 65–70.
127. Zimmer-Gembeck M.J. & Skinner E.A. The development of coping across childhood and adolescence: An integrative review and critique of research // International Journal of Behavioral Development. – 2011. – Vol. 35. – P. 1–17.
128. Zimmer-Gembeck M.J. & Skinner E.A. The development of coping: Implications for psychopathology and resilience // Developmental psychopathology: Risk, resilience and intervention / edited by D. Cicchetti. – Hoboken, NJ: Wiley, 2016. – P. 485–545.
129. Zonnevylle-Bender M., Matthys W., van de Wiel N.M.H. & Lochman J.E. Preventive effects of treatment of disruptive behavior disorder in middle childhood on substance use and delinquent behavior // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. – 2007. – Vol. 46 (1). – P. 33–39.
Feeling frightened? («Чувство страха?») – распознавание реакции тела на тревогу;
Expecting bad things to happen («Ожидание плохих событий») – выявление тревожных мыслей;
Attitudes and Actions («Отношение и действия») – стратегии управления тревогой (например, решение проблем, копинг-навыки, расслабление);
Results and Rewards («Результаты и награды») – самооценка управления тревогой и самонаграждение за сделанные усилия. – Примеч. науч. ред.
Глава 17
Стойкое комплексное расстройство, вызванное тяжелой утратой
Джули Б. Каплоу, Кристофер М. Лейн и Роберт С. Пайнус
Чувство тяжелой утраты у детей – одно из самых частых нежелательных жизненных событий среди лиц юношеского возраста, получившей направление на клиническое обследование [Pynoos et al., 2014], которое также высоко распространено в общей популяции [Breslau, Peterson, Poisson, Schultz & Lucia, 2004]. В 2011 г. число детей, в течение жизни потерявших одного или обоих родителей, составило 151 млн по всему миру [United Nations Children’s Fund (UNICEF), 2013] – без учета смертей других близких людей (например, братьев или сестер, бабушек и дедушек, лучших друзей). Смерть близкого человека также относят к самым мучительным жизненным происшествиям как в детстве, так и во взрослом возрасте [Breslau et al., 2004; Kaplow, Saunders, Angold & Costello, 2010]. Хоть и неясно, повышает ли тяжелая утрата как таковая риск развития психических расстройств независимо от других факторов [Dowdney, 2000; Dowdney et al., 1999], на фоне остального населения молодые люди, пережившие тяжелую утрату, с большей вероятностью испытают ряд психических и поведенческих нарушений позднее в жизни (например, депрессивные симптомы, злоупотребление ПАВ), чем те, кого такая проблема не коснулась [Berg, Rostila & Hjern, 2016; Kaplow et al., 2010].
Несмотря на растущий объем исследований о потенциально пагубных последствиях тяжелой утраты для адаптации молодежи, пока всего в нескольких из них изучили этиологию, клиническую картину, особенности дебюта в связи со стадией развития и дополнительные возможности прогнозирования на основе дезадаптивных реакций горя помимо эффектов самой утраты. Попадание стойкого комплексного расстройства, вызванного тяжелой утратой (СКРУ) в DSM-5 [American Psychiatric Association, 2013] в качестве рабочего (потенциального) диагноза – призыв к проведению исследований с тщательно выверенным дизайном, которые позволят оценить предложенные критерии СКРУ среди разных популяций и возрастных групп. Задача таких исследований – выяснить, можно ли потенциальные критерии расстройства назвать достаточно обоснованными, всеобъемлющими, последовательными, клинически полезными и эмпирически отличными от ранее установленных в DSM-5 нозологий, чтобы оправдать включение СКРУ в качестве диагностической единицы в будущие пересмотры DSM.
ХАРАКТЕР, ПРОИСХОЖДЕНИЕ И ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СКРУ
Прежде чем заниматься концептуализацией, оценкой, диагностикой и лечением дезадаптивных реакций горя, следует определить его исходное значение как естественную и адаптивную реакцию на тяжелую утрату, который в подавляющем большинстве случаев способствует успешному приспособлению к миру, где покойный больше не присутствует физически. Из этого главного допущения, согласно которому горе, с фундаментальной точки зрения, имеет полезный и адаптивный характер, вытекает три ключевых следствия.
Во-первых, горе отличается от посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) и большинства других психических расстройств, не обладающих «адаптивным» аналогом (исключение – тревожность). Например, нельзя допустить, что в основе ПТСР, депрессии и шизофрении лежат полезные и адаптивные процессы, которые могут выйти из-под контроля только в определенных и сравнительно редких обстоятельствах.
Во-вторых, горе не следует смешивать с другими психиатрическими расстройствами, которые оно часто сопровождает (например, ПТСР, депрессией), – его нужно изучать отдельно, во всей полноте проявлений, включая как адаптивные, так и дезадаптивные аспекты [Kaplow, Layne, Saltzman, Cozza & Pynoos, 2013; Layne, Kaplow, Oosterhoff, Hill & Pynoos, 2017], а также происхождение и последствия с точки зрения причинно-следственной связи.
В-третьих, в попытках концептуализации, оценки, диагностики и лечения СКРУ важно помнить разницу между адаптивными и дезадаптивными реакциями горя, с учетом того, что они могут пересекаться – и довольно часто так и происходит [Layne et al., 2001, 2008], – а для интервенций задают разные цели (т. е. нужно снижать выраженность дезадаптивной реакции и стимулировать адаптивную).
Появление СКРУ в DSM-5 (с акцентом на патологию и дезадаптацию) способствовало дальнейшим усилиям по определению, уточнению и пониманию проявлений дезадаптивных реакций горя в течение жизни [Kaplow & Layne, 2014]. Решение включить расстройства, связанные с тяжелой утратой, в диагностические классификаторы (как в DSM-5, так и в МКБ-11) привело к некоторым разногласиям: совершенно справедливые опасения касались патологизации «нормального» горевания у детей и взрослых [Kaplow, Layne & Pynoos, 2014b; Layne et al., 2017]. Нам кажется, что этот риск можно свести к минимуму при помощи скрупулезного изучения СКРУ – например, определять соответствующие группы населения, в которых молодежи с тяжелой утратой действительно требуется медицинская помощь, что повысит как результативность, так и эффективность использования ресурсов служб по охране психического здоровья. Приняв СКРУ, мы также сможем снизить вероятность ошибочной диагностики (например, это расстройство путают с ПТСР), неправильного лечения или бесполезных психотерапевтических элементов при работе с лицами юношеского возраста, пережившей тяжелую утрату: как в том случае, когда экспозиционную терапию назначают молодым людям, чьи проблемы не связаны с ПТСР.
СКРУ охарактеризовали как «гибридное» расстройство, охватывающее и интегрирующие несколько научных школ, которые изучают характер и отличительные черты дезадаптивных реакций горя преимущественно у взрослых [Kaplow et al., 2014b]: к нему относят «патологическое горевание» [Horowitz, Bonanno & Holen, 1993], «осложненное горевание» [Shear et al., 2011] и «затяжное горевание» [Prigerson et al., 2009].
Главными симптоматическими кластерами считают критерии В и С, призванные объединить упомянутые направления научной мысли, охватив четыре основных концептуальных дименсии [American Psychiatric Association, 2012]:
1) сепарационную тревогу включая стойкое интенсивное чувство тоски, томления, печали и озабоченности по утраченному объекту;
2) реактивную тревогу в ответ на чью-то смерть, куда входят сложности с принятием этого факта, мучительные реминисценции и усиленное избегание напоминаний о потере (например, вещей или друзей погибшего; деятельности, которой раньше занимались вместе с ним);
3) нарушения личной и социальной идентичности, включая ощущения, будто «умерла какая-то часть себя»;
4) озабоченность обстоятельствами смерти, в том числе дистресс, возникающий при напоминаниях о потере (например, услышав имя погибшего, пациент начинает вспоминать о том, как тот умер [Layne et al., 2006].
Кроме того, при формировании СКРУ-критериев также учитывалось, как обстоятельства смерти и последующее взаимодействие между посттравматическим стрессом и гореванием могут повлиять на проявления травмирующей утраты и ход адаптации к ней [Pynoos, 1992; Kaplow, Layne, Pynoos, Cohen & Lieberman, 2012; Kaplow et al., 2013; Layne et al., 2008; Layne, Kaplow, Oosterhoff et al., 2017; Layne, Pynoos, Saltzman et al., 2001]. В частности, критерии СКРУ включают спецификатор травматической тяжелой утраты (СТТУ), который указывает на риск тяжелого, стойкого клинического течения. Спецификатор следует использовать, когда врач считает, что смерть произошла в ходе травмирующих событий (убийство или суицид), а также стала весомым источником тревожной озабоченности или чувств, вызванной ее травматическими чертами (например, сильные страдания; злой умысел).
Распространенность диагноза
Работая с литературой по детской тяжелой утрате, важно сравнивать и противопоставлять разные популяции, возрастные группы и условия, в которых проводились исследования. Согласно тщательному анализу, в общей популяции с клинически значимыми психиатрическими нарушениями сталкивается лишь малая часть (примерно 5–10 %) детей, переживших тяжелую утрату [Dowdney, 2000]. С другой стороны, эта область детских переживаний во многом остается в стороне из-за отсутствия инструментов оценки, разработанных с учетом культурных и онтогенетических особенностей, которые позволили бы изучать дезадаптивные реакции горя, в том числе СКРУ, у юных пациентов. Изучив публикации по теме, мы нашли единственное исследование, где рассматривались показатели распространенности предложенных в DSM-5 критериев СКРУ у подростков с тяжелой утратой. В рамках своей научно-практической сети (работа которой велась в условиях медицинских учреждений, школьных поликлиник, служб поддержки в преодолении горя, поликлиник общего профиля и медицинских центров на базе профильных университетов) мы изучали распространенность СКРУ в выборке, состоящей из 367 молодых людей с тяжелой утратой в анамнезе, используя для этого недавно появившийся инструмент оценки СКРУ у детей и подростков с упомянутой проблемой. В этой разнородной группе (средний возраст = 13,49, SD = 2,76, возрастной диапазон = 8–18 лет; 55,0 % женщин; 46,0 % афроамериканцев, 39,2 % евроамериканцев, 6,5 % людей смешанного происхождения; 4,8 % представителей других этнических групп, 0,8 % азиатов, 2,5 % латиноамериканцев) почти 18 % испытуемых полностью подходили под диагностические критерии СКРУ [Kaplow, Layne, Oosterhoff et al., 2018]. Чтобы выяснить распространенность и клиническую ценность СКРУ, необходимы дополнительные эпидемиологические исследования с диагностическими критериями СКРУ, разработанными с учетом особенностей развития и культурной среды.
Онтогенетические/методологические аспекты
Прогрессирующий характер сферы тяжелой утраты у детей – это касается как отношения к горю в зависимости от стадии развития, так и разделения адаптивного и дезадаптивного горевания (включая СКРУ) в детском, подростковом и раннем взрослом возрасте – влечет за собой несколько методологических ограничений:
1) в исследованиях главным образом задействовали клинические выборки, из-за чего снижается возможность генерализации;
2) из-за жесткого возрастного диапазона выборок сложно изучить потенциальные различия в проявлениях горя на разных этапах развития;
3) этой области изначально не хватает стандартизированных и грамотно обоснованных инструментов оценки горевания у детей;
4) как правило, в испытаниях отсутствуют подходящие группы сравнения;
5) в исследованиях обычно изучают реакции детей, которые лишились именно родителей, меньше занимаясь теми, кто потерял других родственников, включая братьев/сестер и бабушек с дедушками;
6) ученые мало внимания уделяют возможным смягчающим или опосредующим факторам, включая среду, в которой ребенок воспитывается на момент наблюдения;