- -
- 100%
- +
— Да я… да я на год вас моложе! Как смеете вы говорить мне про возраст, подонок!
Булль изо всех сил сдерживался, чтоб не наброситься на Мелье. Лицо его пылало, пальцы судорожно сжимались в кулаки.
— Тогда как насчёт дуэли? Я вас оскорбил? Потребуйте сатисфакцию!
Теперь в голосе гасконца послышались радость и живой интерес. Англичанин же сменил гнев на смятение, он моментально изменился в лице, побледнел, на лбу выступил холодный пот.
— Нет-нет, зачем же так радикально… зачем так радикально решать проблему? Вы можете просто… вы можете просто принести мне извинения и этого будет достаточно.
Испуганный неприятной перспективой, Джон Булль заговорил очень быстро, всеми силами стараясь скрыть волнение в голосе.
— А если я не хочу приносить вам свои извинения? — с нажимом произнес де Мелье. — Тем более, это вы меня оскорбили, назвав подонком.
Мелье продолжал подначивать своего оппонента, развлекаясь с ним как кошка с мышкой. За свою жизнь он повидал немало людей, не умеющих держать язык за зубами, и хотел посмотреть, к какому же сорту принадлежит Джон Булль. Гасконец поигрывал эфесом своей шпаги перед глазами англичанина, заставляя того сильно нервничать. Глаза Мелье угрожающе сверкнули.
— Я… я… знаете что, господин де Мелье, я не стану играть в ваши игры!
В голосе англичанина вновь зазвучала твёрдость. Гасконец лишь вопросительно приподнял бровь. Он понял, что Булль не умеет отвечать за свои слова.
— Да, я говорю, господин де Мелье, вы можете считать меня трусом, мне всё равно! Я не желаю более иметь с вами дел!
— Взаимно, мсье Булль.
— Я скажу лишь только, что дело ваше безнадёжно.
— Это я уже слышал.
— Очень скоро, раньше, чем вы думаете, так называемая ОСПА станет ареной битвы и вам эту битву не выиграть!
— И это слышал.
— От лица Парламента торжественно вам обещаю, когда мы разберёмся с королём, мы и до вас доберёмся!
— Передайте от меня привет мсье Кромвелю и скажите, что я буду его ждать!
Выхватив из-за пояса искусно декорированный кинжал, гасконец вонзил его в лежавшую на столе карту Восточного побережья. Такой поступок слегка обескуражил представителя Парламента и он, не говоря более ни слова, спешно покинул кабинет, хлопнув напоследок дверью. На несколько секунд воцарилась тишина, пока из соседей комнаты не вышел, хлопая в ладоши, генерал-губернатор де Монманьи, про которого все как будто забыли в ходе словесной баталии. Всё это время он был рядом и слышал весь разговор от начала и до конца.
— Браво, мсье де Мелье! Мне чрезвычайно понравилось ваше решение. Лихо вы уделали этого кругломордого.
Широко улыбаясь, де Монманьи одобрительно похлопал гасконца по плечу.
— Не уверен, что он остался доволен результатом, но мне точно понравилось. Я отлично провёл время. — усмехнулся Мелье. — Даже удалось выведать полезную информацию. В Новой Англии зреет заговор. Благодарю вас, мсье де Монманьи, за ваше гостеприимство. Мне необходимо срочно наведаться в Бостон, прояснить ситуацию с этими пуританскими заговорщиками.
Гасконец собрался было уходить.
— Постойте, мсье де Мелье, у меня к вам предложение от лица его Высокопреосвященства кардинала Мазарини.
— Интересно, что угодно его Высокопреосвященству?
— Кардинал ясно дал понять, что Франция готова предложить союз вашей Республике. Вдумайтесь, союз, не аннексию.
Генерал-губернатор улыбнулся ещё шире, насколько позволяла ему вставная челюсть. Гасконец же задумался.
— Хм, а вот это уже действительно интересно.
— Ещё как! — воскликнул де Монманьи. — Даже если вы останетесь без Новой Англии, с таким сильным союзником, как Франция, никто не посмеет напасть на Мэриленд и Вирджинию, даже Оливер Кромвель!
— И что Франция хочет взамен?
— Взамен Франции нужен лишь надежный союзник в Новом Свете. Союзник, на которого мы могли бы положиться.
— Надежного союзника вы получите, как только я смогу убедить Сенат в целесообразности сего союза.
— С вами чертовски приятно иметь дело, мсье де Мелье. — Монманьи пожал Шарлю руку. — Я прекрасно помню ваш вклад в освобождение Шамплена в тридцать втором году, Франция вам этого никогда не забудет! Кстати, не забудьте ваш кинжал. — генерал-губернатор кивнул в сторону торчащего из карты кинжала. — Мне будет крайне неловко, если вы его здесь потеряете. Всё-таки, этот кинжал подарил вам сам Шамплен.
— Непременно.
— И не переживайте насчёт стола. Мне этот стол всё равно никогда не нравился.
— Чертовски приятно слышать, мсье де Монманьи. — улыбнулся гасконец, выдёргивая из карты кинжал. — Можно я и карту заберу на память?
— Разумеется. Удачи вам в Бостоне, мсье де Мелье!
Глава VII. Бич Божий
Затишье. Полуденное солнце припекало. По пустынным улочкам Сент-Мэриса крался небольшой отряд Джайлса Брента. Цепочкой бойцы перемещались от здания к зданию. За ними след в след поспевали бойцы Томаса Грина. В общей сумме оба отряда насчитывали двадцать человек. По мере приближения к порту тишина отступала. Всё отчётливее слышались звуки грабежа и насилия. Чудом уцелевшие дома стояли вплотную друг к другу, стеной отделяя бойцов Брента и Грина от пиратов по ту сторону.
Построив оба отряда в общую шеренгу, Джайлс прокрался к крайнему зданию, бывшему конторой портового управления. Выглянув из-за угла, он увидел пиратов в ближайшем дворике возле таверны. Они явно были пьяны. То и дело звучала крепкая брань. Жестом Джайлс подозвал к себе Грина. Тот подошёл и тоже выглянул из-за угла.
— Полагаю, это те, кого мы ищем. — риторически уточнил Томас.
— Они самые. Попробуем их окружить. Мои займут позицию справа, а твои зайдут слева. Атакуем их с двух сторон по моей команде.
— Предлагаете разделиться?
— А у тебя есть предложения получше?
— Сэр, я как раз об этом думал, не лучше ли нам собрать силы в кулак? Так нас не смогут разбить по частям.
Брент недовольно посмотрел на Грина.
— Предлагаешь переть на них толпой? Этому тебя обучали в военной академии?
— Нет, сэр. Я…
— Я ведь, знаешь ли, тоже обучался в военной академии и кое-что смыслю в тактике. — перебил Томаса Брент.
— Сэр, никто не оспаривает ваш тактический гений…
— И мой гений диктует, что противника будет лучше окружить.
Грин с сомнением метнул взгляд в сторону вражеского лагеря.
— Их явно больше, чем нас.
— Они пьяны и едва стоят на ногах. Да и наша атака будет внезапной. Ты слышал что-нибудь про элемент неожиданности, Томас?
— Сэр, а вдруг это ловушка?
Лицо Грина по-прежнему выражало сомнения.
— Ловушка?
— Подумайте, за всё время пути сюда мы не встретили сопротивления.
— И?
— Быть может, нас заманивают в западню.
Грин выглядел встревоженным.
— Томас, потому и не встретили, что пираты пьяны и устали. — раздражённо произнёс Джайлс. — А ещё они не ждут этой атаки.
— Или ждут. Сэр, при всём уважении…
— Томас, они думают, что мы забаррикадировались в центре города. Они думают, что мы сидим в церкви и дрожим от страха. Но это не так, Томас. Мы здесь и сейчас мы надерём им задницу.
— Но, сэр…
— Никаких но, Томас. Решение принято, мы атакуем. Отступать уже поздно. Мы атакуем, Томас, это приказ.
Джайлсу Бренту не нравилось, когда его приказы обсуждают. И уж тем более ему не нравилось, когда кто-то сомневался в его полководческих талантах. Разве не он отстоял Сент-Мэрис перед превосходящими силами саскуеханнок?
Тяжело вздохнув, Грин был вынужден согласиться. Хоть и не понимал до конца всей «гениальности» манёвра Брента.
Джайлс указал на дом справа.
— Оттуда мы подадим наш знак.
— Вы предлагаете нам отделиться от наших отрядов?
Грину всё меньше и меньше нравилась затея Брента.
— Я не предлагаю, Томас, — ответил Брент, — я приказываю. Будь любезен исполнить приказ и передай его своим людям.
Голос Джайлса заметно похолодел.
— Да, сэр. — кивнул Грин после секундных колебаний.
Грин по-прежнему ощущал тревогу. Как бы ему ни хотелось верить в безупречность плана Джайлса, тревожное предчувствие нашёптывало ему, что всё пойдёт не по плану. Тем не менее, он выполнил приказ и сомнительный манёвр начался. Отряд Грина пошёл влево и скрылся за углом в конце улочки, отряд Брента выдвинулся вправо, заходя со стороны таверны. Пираты всего этого не видели, они были увлечены чем-то своим. Сами же Брент и Грин короткими перебежками переместились к тому самому дому, на который указывал Брент. Отсюда, из-за угла, открылся отличный вид на дворик, в котором разворачивалась страшная драма.
Согнанные с окрестных домов колонисты стояли на коленях посреди двора. Они образовывали некое подобие арены, в центре которой выступал долговязый пират Микелетто — правая рука Ингла.
— Ну ты посмотри, Джонни, — обратился Микелетто к другому пирату, — что у них тут есть, идолы всякие размалёванные, бесполезные тряпки! Тьфу! Чёртовы идолопоклонники! Давайте парни, сваливайте всё в кучу! Сейчас я это дело освящу!
Пираты свалили перед пленными католиками церковную утварь: иконы, одеяния, лампады и прочее. То, что случилось дальше, привело католиков в ещё больший ужас. Расстегнув штаны, Микелетто достал свой прибор и обильно помочился на церковную утварь. Остальные пираты заржали.
— Ты посмотри на их лица, Джонни! Вот умора!
Пленным католикам оставалось лишь молча наблюдать за этим святотатством. Никто из них не возмутился. Страх был сильнее. Тех, кто отворачивался, пираты били прикладами.
— Смотреть! Смотреть всем, ублюдки! Попробуйте кто ещё отвернуться!
Мощным ударом приклада Джонни выбил зубы какому-то старику.
Грин и Брент всё это видели и во взорах их вспыхивала жажда праведной мести. Пальцы крепко до побеления сжимались на стволах мушкетов.
— Ну что, атакуем? — шепотом спросил Грин.
— Подожди, ещё рано. Наши ещё не подошли на позицию.
Джайлс заметно нервничал.
Представление меж тем продолжалось.
— Ну вот, другое дело. — удовлетворённо кивнул Микелетто на обоссанную утварь. — А знаете что, католические шлюхи, если вам так нравится поклоняться всяким клоунам, у меня есть идея. Эй ты! Ко мне, живо!
Микелетто указал на худого старика, стоящего на коленях поблизости. Двое пиратов тотчас же подхватили его под руки и потащили к Микелетто.
— Сэр, не пора ли? — с тревогой спросил Грин.
— Подожди, Томас, я не вижу наших. Они уже должны были подойти на позицию.
— А они не подойдут, Джайлс. — раздался голос у них за спиной.
У Джайлса сердце ушло в пятки. По спине пробежал холодный пот. Он узнал этот голос. Ледяной, лишённый человеческого тепла, не предвещающий ничего хорошего. Разом обернувшись, они с Грином увидели нацеленные на них два увесистых пистолета в руках Ричарда Ингла. Лицо пирата исказилось его фирменной ехидной ухмылкой. За спиной у него стояли три головореза, вооружённые до зубов.
— А сейчас, господа, положите ваши мушкеты на землю. — велел Ричард Ингл. — И никаких резких движений. Лишние жертвы нам ни к чему.
Брент и Грин сидели как вкопанные, ошеломлённые столь внезапным появлением неприятеля. Окружая врага, уж никак они не ожидали, что сам Ингл зайдёт к ним с тыла.
— Ну право же, господа, довольно строить из себя героев. — произнёс Ричард Ингл. — Сопротивление бесполезно. Положите мушкеты и никто не пострадает.
В голове Джайлса звучали слова, сказанные отцом Эндрю накануне: «Лучше смерть, чем плен у Ингла». Первой мыслью было вскинуть мушкет и попытаться убить негодяя. Он понимал, что упадёт замертво прежде, чем осуществит свою задумку, но не лучше ли и вправду смерть? Геройски уйти на поле боя? Затем на смену первой мысли пришла вторая. Ты ещё успеешь отомстить. А в плену у тебя будет больше шансов защитить сестёр, договорившись с пиратами о выкупе. Мёртвым ты им не поможешь. Вторая мысль показалась Бренту убедительней. Джайлс понимал, что всё кончено. Они угодили в западню. И почему он только не послушал Томаса Грина?
Ингл между тем начинал терять терпение.
— Ну же, господа, не выводите меня из себя!
Медленно Джайлс положил мушкет на землю. Грин не спешил следовать его примеру.
— Замечательно. Теперь вы, мистер Грин. — промолвил пират.
— Делай, что он велит. — прошептал Брент.
В голове у Грина шла внутренняя борьба. Он медлил.
— Мне это надоело. — зевнул Ингл. — Пристрелите его.
— Нет! Стойте! Стойте! Я сдаюсь! — вскричал Томас, бросая мушкет к ногам неприятеля.
— Ну вот и отлично. — усмехнулся пират. — Не так уж и сложно, верно? А теперь вставайте! Корнуоллис вас уже заждался. И поживее! Мы и так потратили на вас много времени, клоуны!
С разных сторон послышались выстрелы. Похоже, кто-то из людей Брента и Грина решился таки оказать сопротивление. Выстрелы быстро стихли. Сопротивление было подавлено.
— Слышали?! — воскликнул Ингл. — Это ваши недотёпы угодили в западню! Думали окружить нас?! А мы окружили вас!
Пираты расхохотались и, подталкивая пленников дулами мушкетов, повели их во двор. Послышались вновь редкие выстрелы — пираты добивали раненых.
Брента и Грина вытолкали во двор. Они прибыли в самый разгар представления, когда Микелетто вырезал на груди старика слово «Еретик». Несчастный кричал от нестерпимой боли и истекал кровью.
— А вот и вы, капитан! — радостно воскликнул Микелетто. — Не желаете ли продолжить службу? Паству я уже разогрел.
Пират наиграно возвёл руки к небу. Руки его были по локоть в крови.
— Нет-нет, — рассмеялся в ответ Ингл, — продолжайте, Ваше Святейшество. А мы с Томасом и Джайлсом понаблюдаем.
— Где Корнуоллис? — спросил вдруг Джайлс, за что получил удар прикладом в грудь от одного из головорезов.
— Молчать! — рявкнул головорез.
— Полегче, Билл. — упрекнул его Ингл. — За что ты так с нашим гостем? Он всего лишь хочет узнать, где его друг. Так давай же удовлетворим его любопытство, но сперва досмотрим службу. Извините, что прервали вас, отец Микелетто. Продолжайте, пожалуйста.
Благодарно кивнув, Микелетто продолжил экзекуцию, а после обратился к «пастве»:
— Почему вы дрожите? Нас не нужно бояться! Возрадуйтесь же! Мы те, кто поможет вам низвергнуть ложных идолов! Мы поможем вам войти в лоно истинной церкви! То, что вы еретики, не приговор для вас! Вы просто ещё слепые котята, не узревшие истину. Мы поможем вам. Не верите? Ну так позвольте я вам докажу. Видите этого старца? — Микелетто указал на старика с вырезанным на груди словом «Еретик». — Он немощен и болен! А ложе его уже много лет не посещала любовь! Скажите, разве истинный Бог оставит в беде этого несчастного?! Нет! И мы поможем ему обрести счастье. Старец, подойди!
На трясущихся ногах старик повиновался. Микелетто извлёк из камзола табакерку и высыпал из неё какой-то загадочный порошок в медный кубок. Затем он залил в кубок ром и размешал, после чего передал кубок старику.
— Выпей это.
Трясущимися руками старик принял кубок и начал жадно хлебать его содержимое.
Микелетто обратился к присутствующим:
— А теперь нам нужна та, что подарит свою любовь этому несчастному! Доброволицы есть? Нет?! Никто не хочет помочь своему брату по вере?! Вот оно ваше истинное лицо, еретики! Все вы поголовно эгоисты и лицемеры, забывшие заветы нашего Господа! Ничего, я сам сейчас выберу!
Микелетто пошёл вдоль ряда пленников, присматриваясь к женщинам. Многие из них были готовы потерять сознание от страха.
— Святой Микель учит нас делиться с ближним, как учил его Иисус. — промолвил Микелетто и остановился возле миловидной колонистки с большой грудью. — Ты, иди-ка сюда. Да поживее!
Схватив колонистку за руку, пират вытащил её на всеобщее обозрение. Та еле держалась на ногах.
— Ну что, старик, ты чувствуешь любовь?! — крикнул пират.
И тут все заметили, как топорщатся штаны у старика. Пираты расхохотались.
— Он уже готов! — крикнул кто-то из головорезов.
— Что… вы… мне… дали? — слабо вымолвил старик, с изумлением наблюдая, как нечто рвётся из его штанов.
Подойдя к изумлённому старику, Микелетто обнял его за плечи и показал табакерку, ту самую, из которой ранее высыпал загадочное содержимое.
— Забытые ощущения, не правда ли? Это, старик, дар богов. Порошок из высушенного корня корейского женьшеня. Он вновь сделает тебя молодым, как раньше. Ты будешь удивлять прекрасных женщин в постели и дашь фору самым прославленным любовникам мира сего. А теперь, дети мои, давайте знакомиться! Как тебя зовут, старик?
— Габриэль.
В голосе старика больше не чувствовался страх, только дикое возбуждение. Даже клеймо у него на груди перестало болеть.
— А тебя, дочь моя? — обратился Микелетто к колонистке.
— Джоанна. — испуганно пискнула та.
Габриэль перевёл взгляд со своего бугорка на Джоанну, в глазах его вспыхнул похотливый огонёк.
— Возьмите друг друга за руки, Габриэль и Джоанна. — торжественно призвал Микелетто. — Властью, дарованной мне Господом нашим Иисусом Христом и Его посланником Святым Микелем, я нарекаю вас мужем и женой! Можете консумировать ваш брак. — Микелетто строго посмотрел на Джоанну. — Ты слышала?! Вставай на четвереньки! Видишь, у твоего мужа стояк?! Исполняй же свой супружеский долг!
В мгновение ока Джоанну схватили за плечи и резко опустили вниз. Она упала на руки и колени, не в силах подняться. Слёзы застилали ей глаза. Она чувствовала, что её тело ей больше не принадлежит. Её поставили как куклу, как вещь. Габриэль же не смог себя сдерживать, все рамки были сняты.
— Аминь, дети мои! — торжественно изрёк Микелетто.
— Всё, теперь можем идти проведать Корнуоллиса. — обратился Ингл к Бренту и Грину. Те сидели, разинув рты и как будто даже не слышали, что сказал им Ингл, настолько были шокированы происходящим. В голове не укладывалось, насколько больной фантазией обладают люди, взявшие их в плен.
— Вы слышали?! — рявкнул Ингл. — Поживее, пока сами не заняли место Джоанны!
Оказаться на месте Джоанны им обоим, по всей видимости, не хотелось, а потому они встали и безропотно последовали за Инглом. Направлялись они в сторону лавки аптекаря. Пират шагал впереди. Джайлс отчаянно боролся с желанием наброситься на негодяя и задушить его голыми руками. Однако присутствие головорезов, идущих за ними следом, отбивало сие желание.
По пути Джайлс с Томасом узрели неприятную картину. Десятки трупов с перерезанными горлами лежали во дворе вдоль стен. Всё вокруг было забрызгано кровью. Джайлс с Томасом переглянулись и во взглядах их читалось отчаяние. Среди прочих убитых они узнали и своих бойцов. Повернувшись к пленникам, Ингл ехидно улыбнулся при виде их лиц.
— Ох, забористый ром! Чувствую, не дотерплю до отхожего места.
Расстегнув штаны, Ингл помочился на ближайший труп. На труп одного из бойцов Грина.
— Что ты делаешь?! — вскричали возмущённые пленники и попытались было наброситься на мерзавца, однако удары прикладами сзади свалили их с ног.
— Ублюдок! Чтоб тебе в аду гореть! — крикнул Джайлс, лёжа в грязи.
— И вам не хворать, мистер Брент. — издевательски ответил Ингл, смахивая последние капли. — Это был ваш друг? Простите, не узнал. Приношу мои самые глубочайшие извинения. Ну же, вставайте, господа, чего разлеглись-то? Эй вы! — крикнул он своим головорезам. — Помогите нашим гостям подняться, а то от усталости валятся с ног. А время меж тем поджимает.
Ингл извлёк на свет золотые карманные часы на цепочке. Очень тонкая работа английского мастера. Джайлс эти часы сразу узнал — это были часы Корнуоллиса. Очередная провокация удалась.
— Ах ты…
Джайлс попытался вскочить, но получил удар ногой в грудь, уже от самого Ингла. И вновь упал лицом в грязь.
Джайлс, ты какой-то нервный сегодня? Всё хорошо? Неудачи на личном фронте? Жена отказывает в супружеском долге?
Пираты загоготали. Они знали, что Джайлс помолвлен с десятилетней дочкой вождя Китамакунда — союзника семьи Калверт.
— Как она, Джайлс, хороша в постели? А?
Пираты ещё пуще разразились хохотом. От злости Джайлс стиснул зубы. Томас Грин вскочил на ноги сжимая кулаки. Глаза его горели диким желанием поскорее стереть эту ухмылку с наглой физиономии Ингла.
— Но-но, полегче, мистер Грин! — предостерёг его пират, доставая из-за пояса пистолет. — Мне бы не хотелось тебя убивать. Живым ты ценишься больше.
Однако, несмотря на грозящее огненным плевком дуло пистолета, Томас был полон решимости предпринять не самый продуманный в своей жизни поступок. Глаза его горели желанием уже не просто стереть с лица Ингла ухмылку, но забрать его с собой в преисподнюю. И только одно могло помешать… Раздался выстрел. Пуля насквозь пробила ногу Томасу Грину. Он упал на спину, держась за раненую конечность и стиснув зубы от боли.
— Я же предупреждал. — процедил Ингл. — Поднимите его!
Подхватив Грина под руки, головорезы продолжили путь. Им уже не впервой было таскать за капитаном раненых им пленников. Весь остаток пути за ними тянулся кровавый след.
Подходя к лавке аптекаря пираты и их пленники заметили два бездыханных женских тела и довольного Юджина.
— Я выполнил ваш приказ, капитан! — радостно отчитался тот.
— Какой приказ? — не сразу дошло до Ингла.
— Затрахал их до смерти, капитан. — растерянно ответил Юджин. — Вы же сами велели.
— Велел? Ах да, точно! Запамятовал уже. — рассмеялся было Ингл и тут же вдруг озадачился. — Подожди, ты что, хочешь сказать, ты и впрямь затрахал их до смерти?!
Ингл подумал, что ослышался.
— Ну… да. — неуверенно ответил юноша.
— Ну ты и монстр!
Ингл хотел вновь расхохотаться, но был слишком удивлён, чтоб сделать это. Он открывал и закрывал рот, не зная, что ещё сказать, как прокомментировать произошедшее. Колонистки и впрямь были мертвы. Наконец, не придумав ничего лучше, Ингл отдал распоряжение:
— Ладно, герой-любовник, ступай в лавку аптекаря и проверь, как там поживает господин Корнуоллис. Только Аделину мою трогать не смей!
— Так точно, капитан! — радостно отсалютовал Юджин и скрылся за дверью аптеки.
Ингл, всё ещё не веря, склонился над одной из жертв, проверил пульс. Пульса не было. Не было также ни следов удушения, ни колото-резаных ран. Медленно он повернулся к своим людям, на лице его читалось недоумение. Он вопросительно посмотрел на них, как бы спрашивая: «Вы видите то же, что вижу я?».
— Затрахал их до смерти, представляете? Он и в самом деле сделал это.
— Капитан, с вами всё в порядке? — спросил один из головорезов. — Вы как-то странно выглядите.
— Я ведь пошутил, когда отдал этот приказ. — продолжал Ингл. — А он взял и затрахал.
Выражение лица Ингла было таким серьёзным, что его люди не решились смеяться в его присутствии над исполнительностью Юджина. Всё так же медленно капитан выпрямился в полный рост, продолжая при этом что-то напряжённо обдумывать. Взор его был устремлён в никуда. Потом он потряс головой, прогоняя прочь все лишние мысли и посмотрел вновь на своих людей.
— Скажу вам по секрету, парни, я начинаю побаиваться этого паренька.
— Капитан, — обратился к нему один из головорезов, — должен признать, я изнасиловал немало женщин и ни одна не отдала Богу душу от этого. А этот парень… впервые встречаю подобного зверя.
— И не говори. Ладно, мы ещё найдём применение его талантам. А сейчас, ведите этих двоих в таверну! Да поживее!
— Да, капитан!
Пираты затолкали пленников в таверну и Ингл остался один во дворе. Оглянулся, подошёл ко второй жертве и тоже её осмотрел. Никаких следов удушения. Внезапно Ингл расхохотался во весь голос. Его неестественный дьявольский смех разнёсся над руинами Сент-Мэриса.
Глава VIII. Бостонское чаепитие