Сквозь плетения лжи
- -
- 100%
- +
- А наш Ваня хоть раз в бане был? – хмыкнул Алексей, кидая на меня насмешливый взгляд.
- Был, не поверишь. – ответила я, облокачиваясь спиной на стену жилого дома.
- Что дальше тогда?
- Нужно камни нагреть, а после в воду кинуть, чтобы пар дали. – проговорила я совершенно спокойно будто каждый день топила эти бани. Честно, я мылась в такой постройке лишь раз, когда меня для воспитания Марфа отправила в пристройку у дома, где челядь водные процедуры принимала, мол, в жизни пригодиться. И правда пригодилось.
- Молодец, Иванушка. Не настолько ты дурачок, оказывается. – он ухмыльнулся. – Так, народ, приступаем, а то Аленушка придушит нас, если весь пар потратим до ее очереди.
Егор вскрикнул, когда Марк толкнул его внутрь низкого прохода, а после зашел и сам. В приподнятом настроение в баню забежал и Рома, а вот Леша остановился при входе, оборачиваясь на меня.
- А ты чего стоишь?
- Иди уже. – цокнула я, отворачиваясь. Услышала сзади тихий смешок, а после несколько удаляющихся шагов.
Сергея Васильевича, как и Алены, я нигде поблизости не заметила, поэтому тихо прошла по двору, приближаясь к калитке. Отворила. Петли предательски заскрипели, а после послышался громкий кашель. Это была Алена.
- Ты куда собрался?
Я медленно развернулась к ней, делая максимально провинившийся вид. Девочка стояла на ступеньках, скрестив руки на груди.
- К озеру.
- Зачем тебе к этому озеру? – она тяжело вздохнула, спускаясь вниз и приближаясь ко мне. Вид у неё до сих пор был довольно серьезный.
- Мыться…
- А баня тебя чем не устраивает?
- Просто…ну…
- Говори, Иван.
Я тяжело вздохнула. Черт. Что же делать? Она меня так просто не отпустит, только если прямо сейчас сбежать, да и то, зная эту девчонку, она, не раздумывая, бросится следом.
- Просто жарко в бане. – попыталась выкрутиться я, избегая ее пронзительного взгляда. Она прищурилась, явно недовольная ответом.
- Жарко? А на улице, по-твоему, холодно?
Я замерла. Вот же язва. Почему нельзя меня просто отпустить, без каких там либо расспросов. Черт, Алена, ну зачем ты так.
- Вань, что ты задумал?
Я закусила губу. Думай, Варвара, думай.
- Ладно… - попыталась развернуться. – Мне пора…
Она перехватила мой рукав, разворачивая лицом к себе.
- Если не скажешь правду, я пойду за тобой.
Вот же черт! А ведь сбежать было бы проще.
- Знаешь, Ален, - начала я, прикусив губу. – Ты очень красивая девочка.
- Не пытайся от темы уйти.
- Ой, Ромка! – вскрикнула я и помахала рукой кому-то за спиной девочки. Та развернулась, ожидая увидев брата, но, к сожалению, сделала большую ошибку.
Я резко дернула рукой, выпуская рукав из ее хватки, а после рванула прочь.
- Эй! – крикнула девушка.
Я бежала как можно быстрее, стараясь скрыться от Алены, которая, казалось, помчалась за мной. Спустя пару минут обернулась. Никого позади не было.
"Фух, наконец-то. Как можно быть настолько въедливой? " – я замедлила бег и теперь шла быстрым шагом. - "Не готовила меня жизнь к таким гонкам. "
Я долго пыталась перевести дыхание и успокоить бешено бьющееся сердце. Удалось это лишь спустя некоторое время.
Солнце уже скрылось за горизонтом.
"Лишь бы там никого не было. Лишь бы там никого не было." – единственное, о чем думала я, приближаясь к озеру.
Мои просьбы были услышаны. Пустой берег встретил меня легким дуновением ветра. Вода практически не колебалась, словно ей было всё равно на происходящее вокруг. Деревья склонились над ней, временами сбрасывая пару листьев на озерную гладь, предвещая скорое начало осени. Я спустилась к самому краю, осторожно опуская руку в воду. Прохладная, но достаточно теплая, чтобы можно было быстро искупнуться.
Эх, что бы подумал отец, если бы увидел, как его собственная дочь прямо сейчас находится на грани того, чтобы раздеться и искупаться в непонятном озере рядом с неизвестной деревушкой. Бесстыдница! Позор семьи! Да, именно так бы и сказал мой дорогой папа. Но плевать.
Я быстро осмотрелась ещё раз, убеждаясь, что на берегу никого нет. Сняв рубаху, я бросила ее на траву, затем стянула лапти, онучи… Остановилась, замирая от тревожной мысли: а вдруг кто-то всё же появится? Ну, скажем, какой-нибудь местный рыбак или любопытный мальчишка.
Я покачала головой. Нет, хватит трусить.
Сняв оставшуюся одежду, я медленно зашла в воду. Озеро встретило меня приятной прохладой, обволакивая, смывая дневную усталость. Я нырнула с головой, наслаждаясь тишиной под водой, где на секунду не существовало ни деревни, ни чужих подозрительных взглядов. Вода была приятной радовала намного больше, чем когда-либо. Могла бы я неделю назад подумать, что буду радоваться обычному шансу искупаться? Конечно же нет. Я провела руками по волосам, выжимая из них всю влагу. Мои волосы. С того момента, как покинула город, я не разу не видела своего отражения. Хорошо ли это? Не знаю. С одной стороны было непривычно не смотреться в зеркало с утра, как делала ранее, а с другой мне совершенно не хотелось видеть то, во что я превратилась.
Тряхнув головой, чтобы избавиться от лишних мыслей, решила выходить из воды, так как уже начала постепенно замерзать. Осторожно ступая по камням, я вышла на берег. Быстро обтеревшись полотенцем, которое успела ухватить с собой, надела рубаху и брюки и села на землю.
Ночь. Интересная пора, конечно. С одной стороны, это довольно страшно: когда ветки, своими костлявыми пальцами бьют по окнам; когда ветер пробегает рядом, легко касаясь плеча, будто какое-то неведанное зло, заставляя кровь застыть; когда за каждым углом кажется, что тебя поджидает кто-то неизвестный и вот-вот выпрыгнет и унесет в непроглядную темную чащу. С другой же стороны, ночь - очень романтичное время. Когда свет луны отражается в глади озера; когда лежишь на траве, считая самые яркие звезды на небе.
***
Я подошла к дому. Внутри всё ещё горел свет и слышались приглушенные голоса. С боку тихо хрустнула ветка. Обернулась. В кустах, находящихся по правую руку, что-то шевельнулось. Не уверена, был это ветер или кто-то, но решила всё-таки проверить. Я спокойно развернулась и двинулась за дом. Сзади послышались шаги. Кто это может быть? Сделав вид, что ничего не слышу, завернула за угол и остановилась, прижавшись к стене спиной. Повернула голову. Рядом очень кстати оказалась метла с длинной деревянной ручкой. Бросив полотенце в сторону, я взяла в руки предмет и прислушалась. Шаги приближались. Один. Еще один. Я резко вышла из своего укрытия и придавила преследующего к стене, прижимая метлой шею. Черт, Леша! Парень тихо ойкнул, а после посмотрел на меня. Он не был удивлен или тем более испуган, скорее просто наслаждался происходящим.
- Ты следил за мной?
- Я искал тебя.
- Зачем же это?
- Потому что какой-то глупец отправился неизвестно куда, никого не предупредив. – процедил он, пытаясь отодвинуть метлу, но я лишь сильнее прижала его. – Осторожнее, а то придушишь.
- Не переживай, если придушу, то только по своей воли.
- Радует.
- А теперь расскажи мне, откуда ты знаешь?
Он молчал, а я ждала. Мне было важно. Важно узнать откуда он узнал, как он понял, кто я на самом деле.
- Говори.
- Просто ты не умеешь скрывать, а я умею искать. – он усмехнулся.
- Потому что себе подобных за версту видно?
- В плане? – он опешил.
Я думала над тем, что собиралась сказать еще днем, когда он заговорил на французском. Но не может деревенский человек прекрасно владеть эти языком. А Алексей мог.
- Ты же не просто деревенский мальчишка, верно? Французский знаешь, читать умеешь, волосы от солнца не выгоревшие. Что, не понравилась несправедливость светских сословий? Невеста отвергла? Или отец наследство на другого переписал, а ты назло сбежал?
Я замолчала, ожидая ответа, но его так и не последовало. Парень смотрел на меня немного удивленно, но при этом явно зло. Видимо, не рад, что его тайну раскрыли. Он поднял руки настолько высоко насколько мог в сдающемся жесте, а после быстро оттолкнул меня, освобождаясь из плена давящей метлы.
- А ты умнее, чем я думал.
- Во что-то попал?
- Ой, да хватит притворяться, "Иван". – он показал пальцами кавычки. – Я всё знаю, да и ты тоже. Представишься?
- Варвара Фетисова. – проговорила я, делая шаг вправо, опуская голову и приседая в шуточном книксене.
- Ого, Фетисовы. Богатый род, знаем. – он усмехнулся. Затем сделал шаг сторону, опустил голову и вниз в таком же шуточном поклоне. – Алексей Пантелеев.
- Пантелеевы? Серьезно? Это богатейший род сейчас. Следующие по власти после императора. Хочешь сказать, что ты один из них? – я хмыкнула, не веря парню. Не мог человек просто взять и уйти из такой знатной семьи.
- Средний сын. Мой старший брат, Николай, женился недавно, возможно слышала.
- Не просто слышала, я была там.
- И как?
- Ну, - я задумалась, вспоминая то событие. Пару месяцев назад отец сильно переживал, когда пришло письмо с приглашением. Я была одета в свой лучший наряд. Александр на том празднестве опять куда-то пропал, а после был найден пьяным у забора какого-то бара. Отец танцевал под руку с мачехой, а я стояла в стороне. Ко мне подошел знакомиться какой-то молодой дворянин, но не смог добиться разрешения моего отца, хотя мне показался довольно милым. – Грубо говоря, было неплохо. Невеста красивая. Они были счастливы.
- А ты?
- Что я?
- Ну, ты была счастлива?
- Мне было радостно за них, но я им не родня, так что не от всего сердца. – на моё признание Леша рассмеялся.
- Понимаю. Я бы тоже не был рад, если бы пришлось присутствовать на свадьбе твоего брата, допустим.
- Лично мне было бы жаль его невесту.
- А чего?
- Да так, не важно. – я вздохнула, вспоминая всё то, через что прошла за все свои шестнадцать лет жизни с Александром. Такого мужа даже врагу не пожелаешь.
- А мать твоя, Елизавета Владленовна, как поживает? – вдруг спросил Леша совершенно спокойно. От воспоминания о маме неприятно кольнуло в груди. Я ведь ее даже не знала.
- Никак.
- В плане.
- Она умерла при родах еще шестнадцать лет назад. – вздохнула я, крепко сжимая в руке край рубахи. Черт, не сейчас. Не знаю почему, но каждое вспоминание о ней делало больнее, чем все удары, нанесенные физически моей семьей. А я ведь даже не видела ее вживую, не помнила ее голоса, о котором так часто говорила Марфа.
- Как умерла? Как шестнадцать лет назад? – он посмотрел на меня, как на самую настоящую дуру. – Она была у нас лет шесть назад. Говорила ещё, что приехала в Петербург, чтобы выбрать тебе платье на день рождения.
- Что?
Мой голос предательски дрогнул. Не может быть. Нет, он просто издевается надо мной. Над моим горем. Я была на ее могиле, приносила цветы, плакала часами о том, зачем она оставила меня и том, что это я виновата в ее смерти. А теперь какой-то мальчишка заявляет мне, что шесть лет назад она была жива?
- Ты поиздеваться надо мной решил? Этого просто не может быть.
- Может, и я над таким не смеюсь.
Я поджала губы. Такого не может быть. Черт возьми, просто не может. Не могу больше это слушать. Нет. Я помню, отчетливо помню, как стояла около могилы, как катились слезы, когда я читала надписи на надгробие.
- Ты точно ничего не путаешь? – проговорила я, стараясь сдерживать подступивший плач.
- Точно. Я был тогда не один. Есть много свидетелей, в частости Сергей Григорьевич.
- Кто это?
- Мой отец.
Глава 6
Мы стояли по-над проселочной дорогой, ожидая приказа старосты наконец приступить к сбору урожая. Жница была отправлена с самого утра в поле, чтобы начать священный обряд сбора первых колосьев. По легенде, если старшая женщина не проведет этот ритуал, то следующий посев не даст такого же богатства, как этот. На начало Жатвы собралась вся деревня. Мы стояли в центре всей этой колеи – впереди около ста человек и позади примерно столько же. Я опустила взгляд на свои руки, в которых держала серп с идеально наточенным лезвием, изогнутым в форме полумесяца. На ладонях неприятные мозоли от частой работы. Всё-таки мои руки раньше не занимались ничем сложнее, чем рукоделием. Справа стояла Алена, склонившая голову и рассматривающая что-то под ногами. От скуки она покручивала в руке деревянную рукоять серпа, царапая ее ногтем. Мальчишки стояли с другой стороны, время от времени перекидываясь парой незаурядных фраз и тихонько посмеивались. Где-то вдалеке, почти в самом начале колонны стояла Настя со своими родителями. Она одета в прекрасное светлое платье, украшенное сложной вышивкой, а в руках мнёт такой же белый платок. Отец стоит за ней, придерживая девочку за плечи, будто та собиралась сбегать. Его черный костюм сильно контрастировал с таким же светлым, как и у дочери, нарядом жены. Она выглядела немного огорченной, хоть и старалась держать голову прямо.
- Скоро уже? – раздался усталый шепот Егора. Мальчик зевнул, прикладывая ко рту грязную непонятно от чего ладонь.
- Уже должны были закончить. – проговорил Сергей Васильевич, выглядывая из колонны в сторону полей. Жницы видно не было.
- Так вон, идет она! – крикнул какой-то мальчишка из строя, указывая пальцем в сторону женщины. Она шла, приподняв голову к небу и что-то тихо шептала.
- Давай, Ален. – проговорил Марк, указывая девушке в сторону поля. Девочка тяжело вздохнула, собираясь с силами, а после последовала за остальными женщинами в нужном направление.
Оставшиеся опустились на землю, облокачиваясь на росшие вдоль дороги деревья и прячась под тенями их крон. Я опустилась на землю рядом с остальными и, ничего не понимая, осмотрелась по сторонам. Все оставшиеся без дела были мужчины. Некоторые из них закурили, кто-то достал старую газету, прочитанную до дыр, а остальные молча смотрели прямо, стараясь не нарушать появившуюся тишину.
- Что происходит? – шепотом спросила я, не понимая, почему женщины пошли одни.
- Еще одна традиция Жатвы. – начал Сергей Васильевич, ударив по лбу разбушевавшегося Егора. – Сначала идет зажинальщица, срезает первые колосья и приносит кусочек хлеба и иконку, чтобы урожай хороший был. Дальше идут женщины: сначала главная в доме, потом ее старшая дочь и все остальные по ослабеванию прав. Они начинают Жатву. Ну, а мы присоединяемся чуть позже, когда и они сделают свои какие-то ритуалы. Что именно, этого я не знаю.
Я удивленно вскинула брови, но быстро вернула себе серьезный вид. Не могла даже подумать, что обычный сбор пшеницы превращается в такое представление. Вновь осмотрела присутствующих. Среди мужчин разных возрастов затерялась одна рыжая голова. Худое тело с распущенными длинными волосами и темно-зелеными глазами сидело около одной из сосен, закинув голову вверх и прижимая к губам коричневую трубку. Девушка выглядела совершенно спокойно, будто всё происходящее касалось кого-то, но точно не её.
- А почему она сидит? – спросила я, кивая головой в сторону женщины.
- Так она ж ведьма. – отозвался Марк, тихо хмыкнув. – Наши верующие ни за что не разрешат такой как она проводить ритуал.
Я вновь глянула в сторону Вассы. Она не казалась мне какой-то ужасной, какой всегда представляли ведьм в сказках и страшных историях. Она веселая, милая, да, может немного сумасшедшая, но не до такой степени чтобы считать ее колдуньей. Серые клубы дыма выходили из изогнутой трубки, улетая куда-то высоко в небо и смешиваясь с чужими.
Со стороны поля послышались женские голоса. Три девушки вышли из-за кустов и крикнули мужчин:
- Можете приступать!
***
Работа шла своим чередом. Уже вот-вот начнутся сумерки, но большинство рабочих оставалось на местах. Времени на отдых почти не было. Сбор урожая – главная цель. Все работали усердно, собирая колосья, связывали перевяслом в снопы и собирали в высокие скирды.
Слева послышался тяжелый кашель. Обернулась. Сергей Васильевич остановился, оперевшись о серп, и издал очередной хриплый звук.
- Сергей Васильевич, всё хорошо? – поинтересовалась я, но мужчина не ответил. Он, пошатываясь, направился к сырой земле, аккуратно опускаясь на неё. Я присела рядом, разглядывая его болезненное лицо – большие мешки под глазами, бледная кожа и потухший взгляд.
- Что происходит?! – воскликнула Алена, бросая инструмент в сторону и почти что бегом направляясь к отцу. Мужчина вновь кашлянул, выплевывая в бок сгусток крови.
- Черт. – проговорил он, пытаясь подняться.
- Нет, Сергей Васильевич, сидите. Егор, зови лекаря!
Мальчик резко обернулся на меня. Заметив состояние своего приемного отца, моментально выбросил всё, что было в руках и рванул в сторону деревни. Алена тем временем опустилась рядом и взяла в свои ладони руку отца.
- Холодная. – прошептала она, поднимая на меня свои мокрые глаза. Она тяжело сглотнула, а после вернулась к отцу. – Папа, как ты себя чувствуешь?
- Алён… - он не успел закончить, вновь раздаваясь сухим кашлем.
- Что происходит? – рядом со мной опустился Леша, кивая в сторону Сергея Васильевича.
- Не знаю, лихорадка, наверно. – проговорила я, осторожно касаясь тыльной стороной ладони горячего лба мужчины.
- Возможно. – он обернулся, вглядываясь в сторону деревни, куда убежал Егор. – Где его носит?
В памяти всплыло воспоминание, о том, как три года назад маленькая Дарья заболела чем-то похожим. Она тогда еще совсем мала была, да и я не особо понимала, что происходит, но вот момент тот застрял в памяти до сих пор. Никогда не забуду, как холодным январским вечером, когда мороз рисовал на окнах, а метель кружила снег по двору, Даша начала кашлять – хрипло, с надсадом, так, что сердце сжималось от звука. Марфа тогда поила ее разными травами, настойками из липы и малины, укутывала по самое горло, шептала молитвы и отгораживала меня от неё. Она говорила, что барышне видеть этого не надо, да и отец не обрадуется. Но я видела. Каждый день спускалась к ней, смотрела на ее исхудавшее тело и закрытые от тяжести век глаза. Помню, как в одну ночь она раскашлялась сильно. Настолько, что чуть ли не разбудила весь дом. Марфа тогда трясла ее, била по спине, заставляла выкашливать кровь, накопившуюся в легких. И только благодаря ей Дашенька смогла выжить. Не знаю, что было бы, если не подоспела служанка тогда. Время шло. Наверно не менее пары недель перед тем, как она наконец вернулась к спокойной жизни.
- Ваня, очнись! – воскликнула Алена, тряся мена за руку. Я встряхнула головой, возвращаясь в реальность. Сергей Васильевич раздался новым приступом кашля, сжимая в руке руку дочери.
Я обернулась. Уже показалась фигура Егора, торопящего лекаря – старого мужчину в тонких очках и с большой сумкой в руках.
- Быстрее, Борис Геннадьевич, прошу вас. – повторял он из раза в раз, пока старик хромал в нашу сторону.
- Борис Геннадьевич, помогите, что с ним? – чуть ли не рыдая, промолвила Алена, пропуская лекаря ближе к отцу. Сергей Васильевич вновь кашлянул и выплюнул в сторону кровь.
- Так, дайте посмотреть. – он достал какие-то приборы из своей сумки, поочередно прикладывая к груди мужчины. Мы молча наблюдали за ними, пока врач выполнял свою работу. – Так, парнишки, берите отца под руки и давайте домой его. Лихорадка тяжелая.
Леша спохватился самым первым. Он обошел лекаря, наклоняясь к Сергею Васильевичу и облокачивая его на свое плечо. Марк подбежал с другой, помогая старшему вести мужчину в сторону дома. Он, что не могло не радовать, находился довольно близко к полю. Мы с Егором и Ромой забрали инструменты и двинулись следом, под внимательные взгляды окружающих. Алена плелась самой последней, обхватив себя руками и что-то тихо шепча под нос. Сколько бы я не прислушивалась никак не могла понять, что именно, будто говорила на чужом, неизвестном мне языке.
До двора мы дошли в тишине. Егор побежал вперед, открывая калитку, а после и входную дверь. Леша с Марком опустили Сергея Васильевича на кровать у печки, а лекарь сел на край.
- Выйдете. Как закончу – сообщу. – проговорил он, оборачиваясь на нас. Я посмотрела на Алену. Девушка сидела на лавке у кровати отца, нервно постукивая пальцами по коленям.
- Нет. – прошептала она. – Я останусь. Вы не можете!
- Выйдите все. – повторил Борис Геннадьевич громче, заостряя свой взгляд на трясущейся девочке.
- Я не могу... – она, казалось, вот-вот расплачется или потеряет сознание, но Марк подошел к ней быстрее, чем та успела вновь что-то произнести, и осторожно протянул руку, помогая девушке подняться.
- Пошли. – проговорил он, выводя дрожащую Алену из дома. За ними вышел Егор, держа на руках испуганного Рому, потом Алексей и я, замыкая всю эту цепочку. Борис Геннадьевич проводил нас взглядом, а напоследок сказал:
- Я сделаю всё, что в моих силах.
Дверь закрылась. Ребята уже спустились вниз по лестнице, опускаясь кто на небольшую лавку у дома, а кто просто на зеленую траву. Я осталась стоять. Марк всё ещё крепко сжимал ладонь Алены, временами что-то тихо шепча ей на ухо. Егор отвлекал Рому, стараясь развеселить его какой-то незамысловатой игрой, а Леша сидел на лавке, опустив голову на руки и закрыв глаза. Я отошла от ребят, направляясь в сторону вишневого дерева, на котором уже созрели плоды. В голове крутилось множество мыслей.
"А что, если… Нет, Варвара, даже не думай. Этого просто не может быть. Это нереально. Даша справилась, значит и Сергей Васильевич тоже. Терпит столько детей, так что никакая лихорадка ему не помеха."
Я облокотилась о ствол дерева, закрывая глаза. Никогда не молилась всерьез, но сейчас лишь это давало надежду на благоприятный исход.
- В Бога резко поверила? – услышала я насмешливый голос недалеко от себя. Открыла глаза. За калиткой стояла Васса, накручивая на палец локон своих рыжих волос. – Ой, то есть поверил.
- Чего тебе надо? – отрезала я, зло уставившись на женщину. Она улыбнулась.
- Ох, как грубо. Может я помочь хотела.
- Помочь? И чем же?
- Думаешь, меня ведьмой прозвали просто за красивые глаза. – она усмехнулась. – Нет, они у меня, конечно, красивые, но не только за это.
- И что ты можешь сделать?
- То, чего не может ваш безголовый лекарь. То есть почти всё.
Я задумалась.
"А может попробовать? Поможет? А вдруг только хуже сделает?"
- Подожди секунду. – проговорила я и развернулась, направившись в сторону ребят.
Они продолжали сидеть поникшими, почти не разговаривая между собой. Вдох, надо действовать.
- Тут один человек помочь хочет… - проговорила я, заводя руку за голову. Пять пар глаз вопросительно уставились на меня. – Я тут встретила Вассу…
- Эту ведьму? Ты серьезно? – усмехнулся Марк, воспринимая мои слова, как шутку.
- Да она только порчу навести может. – продолжил Егор, глянув в сторону окна в главной комнате.
- Но может стоит попробовать? – попыталась настоять я, но была резко отрезана голосом Алены.
- Нет. Я не собираюсь давать этой ведьме доступ к моему отцу. Мало ли, что она может натворить!
- Ой-ой-ой, ничего такого страшного я не натворю.
Все отвели взгляд от меня и теперь уставились на рыжую ведьму за калиткой. Я тоже обернулась на неё. Девушка разразилась звонким смехом.
- Видели бы вы свои лица сейчас. Жуть просто.
- Чего тебе? – Алексей приподнялся, скрещивая руки на груди.
- Ой, да ничего особенного, Господин-я-тут-самый-главный. – она вновь засмеялась, убирая длинную прядь за ухо. – А так хочу помочь вам с отцом.
- И чем же ты поможешь?
- Ну, это смотря что вы предложите взамен.
- Всё, с ней нет смысла говорить. – вздохнул Леша, продолжая наблюдать за Вассой.
- А что ты хочешь?
Я удивленно уставилась на Алену. Девочка, которая пару минут назад отрицала любое взаимодействие с ведьмой вдруг заинтересовалась сделкой?
- Это уже интереснее. – Васса улыбнулась. – Хочу, чтобы вы помогли мне достать забытые в родной деревушке предметы. Взамен я вылечу того мужчину.
- Ей нельзя верить. – послышался шепот Марка, странно глянув на Алену. Девочка, чьи глаза уже были красными от слез, задумалась. Я прекрасно понимаю, о чем она размышляет.
- Только думайте быстрее. Не уверена, что у него есть много времени. – после женщина рассмеялась и скрылась за углом дома, испаряясь.
За спиной послышался скрип. Я обернулась первая. Борис Геннадьевич выглянул из-за двери, держа в руке потрепанную сумку.
- Парниш, иди сюда. – он кивнул мне. Я направилась к дому, поднимаясь к мужчине. Он тяжело вздохнул, опустив голову вниз.
- Что такое? – спросила шепотом, будто любое лишнее слово могло что-то разрушить. Но на самом деле я просто боялась. Боялась услышать не обнадёживающий ответ.
- Ты малый не глупый. – он поднял взгляд на меня. – Должен понять. В этом случае я бессилен. Даже не знаю, что вам может помочь.